Избранная

«Юная Граф и Гриндевальд — что же их объединяет? Как познакомились юная наследница миллионов и главный холостяк Европы?» «Грамотный пиар-ход в ходе предвыборной кампании или настоящая любовь? Что скрывают Геллерт Гриндевальд и Кристиана Граф?» «Отношения ради чистоты крови или мир избавился от таких предрассудков? Разбираем на примере отношений Геллерта Гриндевальда и Кристианы Граф». Я отложила на прикроватный столик очередную газету, строющую из наших с Геллертом отношений громкую сенсацию. — Геллерт, читал, что про нас в газетах пишут? — перекатившись на другой бок, я с улыбкой стала наблюдать за мужчиной, усердно что-то пишущем на пергаменте. — «Пиар-ход или настоящая любовь?» — усмехнувшись, процитировала я один из заголовков. — Мы с тобой стали самыми обсуждаемыми персонами. Но это и хорошо. Сейчас интерес к Пожирателям Смерти падает, все переключаются на мою кандидатуру. Так что определенная доля правды в газетах есть, — немного задумчиво произнес он, устремив свой взгляд куда-то мне за спину. Я видела, что Гриндевальду сейчас не до меня: ему надо разрабатывать новую стратегию и планы. Да и к тому же, ребята не знают, что вообще со мной произошло. Поэтому, легко поцеловав Геллерта в висок, я прокрутила кулон и отправилась в поместье Блэков.

***

Поместье встретило меня оглушительной тишиной. Не было слышно ни голосов людей, ни тихого стука дождевых капель об оконное стекло. — Может они еще спят? Семь утра всё-таки, — как можно крепче запахнув полы дорогого черного кашемирового пальто, я отправилась вглубь дома. — Кто ты такая? — за моей спиной раздался властный женский голос. Вздрогнув, я быстро обернулась. В нескольких шагах от меня на стене висела картина с женщиной, изображенной на ней. Тонкие аристократический черты лица, гордо вскинутый подбородок, высокомерный взгляд и иссиня-черные волосы доказывали ее принадлежность к роду Блэк. Немного подумав, я предположила, что женщина на портрете — это никто иная, как Вальбурга Блэк. — Вальбурга? — я задала вопрос, мило улыбаясь. — Предупреждая ваш вопрос о том, кто я такая, скажу: я Кристиана Граф. Думаю, о том, насколько древен и чистокровен мой род нет нужды рассуждать. — Кристиана-а, — задумчиво протянула женщина, окидывая меня цепким взглядом. — Хоть один нормальный человек в этом доме. Здесь поселились грязнокровка, предатель крови и полукровка — во что превращается имение Блэков! — гневно произнесла женщина, неосознанно переходя на высокий тон. — Извините за то, что перебиваю вас. Но вы не знаете, где сейчас находятся эти люди? Мы не виделись уже несколько дней. — Скоро придут, — буркнула женщина и, окинув меня разочарованным взглядом, отправилась вглубь картины. Хмыкнув, я добралась до гостиной и, удобно устроившись на диване, стала дожидаться прихода ребят.

***

Вскоре послышались веселые голоса, и компания шумно ввалилась в гостиную, за ними ленивой походкой прошествовал Долохов, окидывая скучающим взглядом помещение. — Кристиана? — первым обратил на меня внимание Антонин. — Граф?! — Гермиона серьезно посмотрела на меня. — Пропала на несколько дней, от тебя ни слуху, ни духу, а потом заявляешься сюда, как к себе домой. Не стыдно? Почему мы должны узнавать о твоем состоянии только из газет? После того, как ты трансгрессировала из Хогвартса, мы места себе не находили: думали, все ли с тобой хорошо, восстановилось ли здоровье. А ты?! Ты подумала о нас?! — на последнем слове Гермиона всхипнула и повисла у меня на шее. Немного запоздало я обняла ее в ответ. — Простите меня, пожалуйста. Я вела себя как последняя эгоистка. Я даже не подумала о том, что вы будете так переживать, — неожиданно из моих глаз полились слезы, и уже через несколько минут я оказалась в крепких коллективных объятиях.

***

Оправив немного помявшийся подол красного платья, я поднялась и подошла к окну. Усевшись на подоконник, я немного повернулась корпусом и стала слушать речь Антонина. — Темный Лорд сейчас в полной ярости. Как только увидел газету с тобой, Кристиана, и Геллертом в главных ролях, так и понеслось. Разгромил пол-особняка Малфоев, чуть ли не до смерти запытал нескольких пожирателей. Цитирую его слова: «Как эта девчонка могла обхитрить меня?! Я же с самого начала заподозрил что-то неладное». Но спешу тебя обрадовать, убивать тебя пока что не будут. Фигура Гриндевальда слишком внушительная. Но вот захватить тебя и манипулировать его чувствами — это запросто. Поэтому тебе постоянно придется носить амулет, скрывающий твою настоящую внешность. А теперь к новостям, относящимся непосредственно к нашей миссии. Реддл приказал в несколько раз усилить защиту банковской ячейки Беллатрисы Лейстрейндж, как я понял, там скрыт еще один крестраж, — закончил свою речь Долохов, окидывая нас взглядом. — Есть идеи, как проникнуть в Гринготс? Гарри только вздохнул, кидая страдальческий взгляд на меня. — Что бы вы без меня делали, — по-доброму усмехнувшись, я слезла с подоконника и направилась в центр комнаты. — Еще раз повторюсь, времени на изготовление оборотного зелья у нас нет, на черном рынке его сейчас не достать; к Адаму я больше не обращусь, прошлого раза хватило. Остается только идти в банк. Там будем действовать по обстановке. Думаю, несколько империо, и проблема будет решена. — Кристиана… — Грейнджер строго посмотрела на меня. Закатив глаза, я произнесла: — Непростительные — это наш единственный выход. Я была бы рада избежать их использования. Но, может, у тебя есть какие-то другие варианты? Ответом мне была тишина. — Окей, значит, отправляемся прямо сейчас.

***

Мы зашли в Гринготс. Все помещение напоминало огромный муравейник. Повсюду были люди, о чем-то тихо переговаривающиеся с гоблинами. Некоторые работники сидели за стойками и лениво пересчитывали галлеоны. Я решительно направилась к самой большой стойке, за которой сидел очень старый гоблин, что-то усердно пишущий на пергаменте. — Я бы хотела пройти в свое хранилище, — совершенно ноль внимания, гоблин как продолжал что-то писать, так и продолжил. Я начинала понемногу закипать: для того, чтобы применить империус, мне нужен был зрительный контакт. — Может, вы не узнаете меня? — немного повысила голос я. — Моя фамилия Граф, и я довольно известна в некоторых кругах, — гоблин наконец-таки оторвался от письма и посмотрел на меня. — Империо, — прошептала я одними губами, направляя на него свою волшебную палочку. Глаза гоблина покрылись мутной пленкой. — Отведи нас к хранилищу Беллатрисы Лестрейндж. Через десять минут. Железная тележка с огромной скоростью катилась по изгибающимся под разными углами рельсами. Впереди я увидела водопад, воды которого странно переливались. — Черт, ребят, у нас большие проблемы. Этот водопад смоет все чары, наложенные на нас, — прокричала я, немного поворачивая голову к ребятам. Но мои последние слова потонули в грохоте водопада, который окатил нас с ног до головы ледяной водой. — Кто вы такие? Что вы здесь делаете? — помотал головой гоблин, ошарашенно осматривая нас. Но через несколько секунд его взгляд вновь стал стеклянным. — А тут магия все же работает, как-то не продуманно сделано, — я победно усмехнулась. — Только уходить все равно придется другим путем.

***

Серебрянная чаша быстро плавилась в адском пламени. Его языки отбрасывали на стены подземелья странные, движущиеся тени. Впервые в жизни это заклинание не вызывало во мне негативных ощущений, в этот раз оно дарило тепло, согревая озябшие руки. Гоблин лежал возле стены, находясь без сознания. Империус очень плохо влияет на этих магических существ, их мозг постепенно разрушается, переставая выполнять даже самые простые базовые функции. — И как нам отсюда выбраться? — причитала Гермиона, метаясь из одного угла в другой. — Если бы здесь был Долохов, он бы что-нибудь придумал, но нет же, он на собрании у Реддла торчит. — Я предлагаю неплохой вариант. Мы просто взрываем стену и уходим. Чем вам не нравится план? — Здание будет разрушено, могут пострадать постороннние люди, да и хранилища будут повреждены. — О деньгах можешь не беспокоиться, они давно лежат не только не в этом банке, но даже и не в этой стране. Я сделаю и себя, и вас невидимыми, и мы спокойно уйдем отсюда. Если не согласитесь, наложу империо. Гарри обреченно вздохнул, давая свое молчаливое согласие. Я легко взмахнула палочкой, и первый слой камней разлетелся во все стороны, обдавая нас мелкой крошкой. Через несколько повторений стена разлетелась на кусочки, открывая долгожданный выход на волю.