Не делай из себя тень

Зима в Токио была не такой снежной как на Хоккайдо, но все равно было холодно. Маки надевала тёплый свитер и леггинсы с начёсом перед тем как выйти на тренировку. Руки быстро становились красными на холоде, но Маки считала это частью тренировки. Она сжимала тренировочный шест и не давала себе слабины. Не говорила она никому и о том, что ее заставляло переживать. После парада демонов беспокойство за Май только росло. Сестра продолжала игнорировать звонки и сообщения. От Годжо Маки знала, что Май не пострадала. В душе она гордилась сестрой. Саму Маки вынесло с поля боя в первые пять минут, а потом все превратилось в пелену боли. Маки никому не говорила, что испытывает проблемы со сном. Она так привыкла делить маленькую комнату с сестрой. Можно было болтать перед сном или делиться тайнами. Утешать друг друга. Часами Маки лежала в кровати и смотрела в потолок, потом она спала пару часов и вставала. Из-за тревожности у Маки разладилась работа всего организма. Стоило ей вспомнить о сестре как внутренности скручивались в узел. Пару раз Маки сильно рвало. Она списывала это на плохую еду. Только ловила обеспокоенные взгляды Инумаки. Маки бы отгрызла себе руку, чем сказала бы о своей слабости. Видимо сказывалось то, что о Маки не заботились. Единственный раз когда она оказалась в больнице был случайностью. У Маки воспалился аппендицит и ей стало плохо в школе. Навещала ее только Май. Единственный раз Маки сломала руку, когда Наоя особенно сильно толкнул ее с лестницы. После этого Маки училась сохранять равновесие в разных положениях. А последствия перелома иногда напоминали о себе ноющей тупой болью. Сегодня Маки снова не спала. Задремала на несколько часов, вечером ещё не смогла поесть. От этого чувствовала себя разбитой. Маки все же решила одеться и выйти на пробежку. Судя по шуму в коридоре Тоге и Юта уже проснулись. Маки поприветствовала своих друзей, проходя к выходу и чувствуя как в глазах темнеет. Ноги запнулись о невидимый барьер и девушка с грохотом упала. Так и оставаясь лежать. — Маки-сан? — Юта с удивлением вскрикнул. Он подбежал к распростертой фигуре и аккуратно перевернул тело. Глаза Маки были закрыты, а дыхание слабым. — Панда-сан! Нужно позвать доктора Йэери!!! Маки стало плохо! Сам Юта бережно поднял Маки на руки. Он удивился насколько сильно ее тело состояло из литых мышц. Сквозь тонкий свитер чувсвовался рельеф каждой мышцы и это уже сбивало дыхание Юты. Ногой он открыл дверь в комнату Маки. Раньше он не заходил сюда и всегда уважал право Маки на личное пространство. Внутри было лаконично. Только на тумбочке стояло две фоторамки. В одной был снимок двух маленьких девочек, побледневший со временем. А второй снимок был современным. На нем Маки сфотографирована со своими однокурсниками и учителем. Рамки были обвиты шнурами от нескольких талисманов дружбы. Маленьких расшитых золотистых мешочков. От этой картины у Юты перехватило дыхание. Он бы никогда не мог подумать о том, что Маки сентиментальная. Что она будет хранить фото, обкладываться амулетами и жертвовать деньги храмам. Неужели она так сильно ценит своих друзей? Юта бережно опустил женское тело на кровать. Маки открыла глаза, чувствуя, как все плывет перед ней. Только обеспокоенное сопение выдавало присутствие постороннего. — Юта? — дрожащим голосом спросила она, пытаясь его оттолкнуть, но рука не слушалась. — Тссс, Панда позвал Иэйри-сан. Ты потеряла сознание. Маки… — от заботливости и приторности Юту девушку затошнило с удвоенной силой. Хлопнула дверь комнаты. Сёко была в своем неизменном виде: черных узких брюках, синей водолазке и туфлях-лодочках. Каблуки звонко цокали по деревянному полу. На плече висел ремень с сумкой со всем необходимым. Она выставила Юту за дверь и принялась осматривать Маки. Зенин было очень неловко от того, что она создала переполох. Хотя именно к Сёко она относилась очень хорошо. Именно с ней Маки столкнулась, когда явилась в технический колледж. Врач никогда не осуждала студентов, не подшучивала и залечивала ссадины и ушибы после столкновения с проклятиями. — Сахар низкий, — сказала Сёко, когда портативный прибор пискнул. — Маки, ты что, диету собладаешь? Девочки твоего во…. От этого предположения Маки вся покраснела. — Нет! Глупости эти… Мне безразличны. Я не такая, — Маки не хотела ругаться с Иэйри, но проницательные карие глаза ссмотрели так проницательно. — Это из-за… Я переживаю о своей сестре. Она в Киотском колледже. И Май со мной не разговаривает с момента, как я пришла сюда. Сёко задумалась. — Я могу позвонить Иори-сенсею. Но ты зря переживаешь. Вряд ли с Май что-то случилось. В Киото хороший колледж. Сёко сжала ладонь Маки. Кисти студентки были ледяными. Проверяя свои догадки Сёко коснулась ног девушки. Тоже ледяные. — Давно у тебя руки и ноги мерзнут? Маки не сразу ответила. — Давно. Я когда в клане жила, то тренировалась для боевого отряда. Глава боевого отряда считал, что физические ограничения, особенно в приеме пищи, укрепляют дух. Меньше всего Маки хотелось вытаскивать на свет историю с кланом. Она не хотела жаловаться и выглядеть жалко в глазах других людей. Особенно таким как Сёко. — Маки, у тебя нервное и физическое истощение. Тебе нужно полноценно спать и питаться получше. Я дам тебе успокоительное. И предупрежу Годжо о нескольких днях отдыха для тебя. Маки опустила взгляд. Больше всего в жизни она не любила быть слабой. Или зависеть от кого-либо. После ухода Сёко девушка укрылась одеялом и задремала. Сон продлился где-то до вечера. Когда Маки открыла глаза — за окном было темно. Голова немного болела, а тело сковывала усталость. Ее внимание привлек стук в дверь. — Маки, ты будешь ужинать? Ты не завтракала и не обедала, — голос Юты звучал так приторно, что хотелось накрыть голову подушкой. Маки знала, что Оккоцу искренне заботится о ней и переживает. Она потянулась, разминая затекшие мышцы. — Я могу принести тебе ужин в комнату, — предложил Юта. Маки была готова поклясться, что Панда стоит в коридоре и готовится отпустить двусмысленную шутку. Девушка вздохнула и села в кровати. — Я скоро подойду, Юта, не беспокойся так. Она слышала удаляющиеся шаги. Переодевшись в чистую одежду Маки пришла на кухню. На столе стола тарелка с никудзягой — тушенным мясом с картофелем и луком под сладким соевым соусом. Еще был стаканчик с аммицу — кусочками желе с фруктами. — Десерт принес Инумаки, — робко сказал Юта. Он переживал за Маки, но не знал, как лучше ей показать свою заботы и не вызвать негативную реакцию. Так и стоял в дверях, неловко переминаясь. — Спасибо, Юта, — Маки придвинула к себе тарелку. Удивительно, что поблизости не было Панды. Он никогда не упускал возможности опустить сальную шуточку или подколоть Оккоцу. И Маки заодно. — Маки, я могу присесть? — робко поинтересовался Юта. На его вопрос Маки ответила медленным кивком. Оккоцу сел напротив нее, неловко переплетая пальцы. — Не смотри на меня так, — пробурчала Маки. — Выглядишь так, словно я на пороге смерти, — девушка подцепила кусочек мяса палочками. — Я… переутомилась. Это пройдет. Кажется с плеч Юты упал целый груз. Его тело расслабилось, а лицо озарила улыбка. Даже Рика словно почувствовала изменения в нем, отголоском прозвучав в его сознании "Ютаааааа". — Я определенно рад, — странно, но чрезмерная заботливость Юты не вызывало у Маки злости или ярости. Наоборот, это было приятно. Быть кому-то не безразличной. — Это все из-за моей семьи, — неожиданно сказала Маки. От этого лицо Юты удивленно вытянулась. Он знал только мизерную информацию о клане Зенин. Маки никогда не говорила толком о своем прошлом. — Моя сестра Май учится в Киотском техническом колледже магии. Она владеет проклятой техникой. И я даже не знаю какой. Май со мной не разговаривает с того момента, как я ушла. Юта ловил каждое слово как лакомый кусочек и тщательно складывал в свою память. — Май никогда не хотела становиться шаманом. Глава клана заставил ее пойти учиться. Назло мне, — Маки продолжила рассказ, чувствуя, как нарастает беспокойство. — И я беспокоюсь за нее. Только я ее защищала от обидчиков. А теперь меня нет рядом и Май со мной не разговаривает. — Маки, мы можем вместе съездить в Киото. На синкансэне это займет чуть больше двух часов, — Юта был поражен своей смелостью. — Я спрошу сенсея, думаю, он разрешит нам посетить Киото. Маки едва не выронила палочки из рук. — Ты правда хочешь поехать со мной в Киото? — с удивлением спросила Маки. Раньше ей не приходила идея о том, чтобы навестить сестру. Не то чтоб Годжо удосуживал себя слежкой за учениками. С другой стороны с Ютой Маки чувствовала себя спокойнее. — Почему нет? Мы уложимся за выходные. Еще успеем посетить Фусими-Инари-тайся. Или еще что-то, — Юта уже проклял себя за смелость. После предложения Оккоцу Маки испытывала воодушевление и умиротворение.

***

— Поезжайте, конечно, в Киото. Расположение тамошнего техникума я отправлю тебе в мессенджер, — Годжо даже не повернул головы, когда услышал вопрос Юты. Разве что улыбка украсила его лицо. А Юта густо покраснел.