Вишнёвые узоры

Шинсо устал. Он чертовки сильно устал. Твоя жизнь как будто разделилась на «до» и «после». Ты не можешь назвать конкретный момент, когда это произошло. Иногда кажется, что прошло не больше двух недель, а порой думаешь, что ты уже вечность как выгорел. Шинсо берёт в руки телефон—«пропущено 5 сигналов». Ты больше не можешь подняться с кровати ни после второго, ни после пятого будильника. На это банально нет сил. С самого утра ты чувствуешь себя разбитым. Ты хочешь, чтобы это закончилось. Хитоши смотрит на время—до начала занятий осталось полчаса. Он в очередной раз проспал. Снова. Ты ругаешь себя за лень. Желания куда-либо идти нет и в помине. На секунду в голове парня мелькает мысль, притвориться больным. Но тогда мама заставит ехать к врачу, а это почти в полтора раза хуже. Дальше тянуть уже нельзя. Примерно с третьей попытки ты всё же отрываешь себя от кровати и плетёшься в ванную. Ты раздражён и ненавидишь весь мир. Дурацкое зеркало висит прямо напротив раковины. Последнее, что парень хочет сейчас видеть—так это собственное лицо. Оно кажется ему неправильным, уродливым. Шинсо зависает на несколько секунд, чтобы в очередной раз убедиться, что на нём полно изъянов. Возможно, когда-то твоя внешность радовала тебя, но сейчас ты готов выцарапать глаза, лишь бы не видеть это убогое существо напротив. Хитоши перебирается на кухню. Снова отвратительная растворимая бурда из пакетика (кому вообще пришло в голову назвать эту гадость—кофе?). Даже три ложки сахара не делают напиток лучше. Ну и ладно. Юноша уже давно перестал наслаждаться пищей. В конце концов, растворимый кофе необходим лишь для того, чтобы придать его тушке хоть немного энергии. На остальное—плевать. Порой хочется пойти в туалет и выблевать всё, что только что проглотил. Но, к счастью (или не совсем), твоя брезгливость тебя останавливает. На уроках Шинсо мало слушает. Не то, чтобы ему совсем не интересно, просто всё равно. Он не понимает, почему до недавнего времени так сильно корячился с этой учёбой. Да кому она вообще сдалась? Оказывается, можно жить гораздо спокойнее, наплевав на контрольные и домашнее задание. А экзамены… ну, Шинсо не планирует дожить до экзаменов, так что на них плевать вдвойне. Разве тебе не должно стать легче после этого? Ты же столько всего отпустил, стольким неважным людям дал уйти, так откуда эта тяжесть в груди? Почему ты никак не успокоишься, не придёшь в себя? Неужели только после смерти человек способен обрести покой? Шинсо боль ненавидит, а потому ищет в интернете именно «безболезненные» способы покончить с собой. Он уже давно решил, что сделает это, осталось лишь придумать как. Запрещённые мысли всё чаще лезут в твою голову. Хотя, разве кто-то может запретить тебе думать о чём бы то ни было? Ты ищешь в интернете «как быстро и безболезненно покончить с собой». Тебя не пугает смерть, но тебя пугает боль.

***

Срыв происходит неожиданно. Кто бы что ни говорил, но привыкнуть к такому попросту невозможно. Склизкий горький ком подкатываешь к горлу, глаза неприятно щиплет. Шинсо зажимает рот руками, чтобы предотвратить всхлип, а затем их сменяет подушка. Он научился плакать беззвучно. Ты твёрдо убеждён, что даже самым близким людям плевать на тебя и твоё самочувствие. Зачем им твои проблемы, когда у них есть свои? В голове что-то щёлкает… Шинсо не оставляет никаких записок. Он даже не помнит, как добрался до крыши. Холодный ветер бьёт в лицо. И это нисколько не сочетается с ослепительным солнцем, зависшим над многоэтажками. Он не чувствует ни облегчения, ни горечи. Вопреки ожиданиям, страха тоже нет, лишь лёгкое волнение. Восемь шагов. Именно столько он делает. Потому что именно столько требуется, чтобы добраться до той самой пропасти между жизнью и смертью. Ну вот и всё. Это конец. В голове проносятся обрывки воспоминаний. Аквариум в детском саду, шерстяные варежки, связанные мамой (она будет плакать), соседский мальчик, кинувший в него камень, школьный коридор, промокший под сильным дождём, но почему-то смеющийся отец, одинокая звёздочка на вечернем небе и… много чего ещё. Шинсо медленно поворачивается спиной к улице, раскидывает в стороны руки, закрывает глаза. Может быть он слаб, может быть этого удалось бы избежать, может быть он просто не разглядел маленький огонёк в конце тоннеля. Может быть… а впрочем, уже всё равно. Хитоши открывает глаза, чтобы лишний раз не думать. Он тонет в прозрачном голубом небе.