"Дикая магия"

Муртаг старался вести себя как можно тише. Ему не хотелось случайно побеспокоить подругу каким-либо шорохом. Элин всегда спала чутко. Нарочно медленно, чтобы не было скрипов, он открыл дверь. Комната была маленькой и тёмной. Без окон. Единственным источником света служил эльфийский беспламенный светильник. Но прежде чем юноша успел всё это заметить, его окатил поток ледяной воды. — Что за…?! — Муртаг, это ты? Из-за открытой двери выглянуло удивлённое и напуганное лицо Элин. Юноша и заметить не успел, как она подлетела к нему и крепко обняла. — Я так рада тебя видеть! — девушка шутливо ткнула его локтем в живот. — Ты чего подкрадываешься?! Муртаг начал стучать зубами. Поток, пролившийся на него, был слишком холодным. — Прости, пожалуйста, — Элин виновато отошла в сторону. — Я не знала, что это ты! Похоже, нервы уже сдают. Услышала, что кто-то идет, и не придумала ничего лучше, чем это. Тебе повезло, что под рукой у меня не оказалось ничего тяжёлого… Муртаг обхватил себя руками. Дрожь не унималась. — Ты обиделся? — как-то уж совсем жалобно спросила она. — Н-Нет! — говорить было трудно, — Х-х-холод-д-но! — Я сейчас! — девушка усадила друга на кровать (В комнате стульев не было) и накрыла одеялом. — Т-т-ты в порядке? — Вроде бы… — она беспокойно металась по комнате, ища ещё что-нибудь тёплое. — Элин, сядь на место! Со-со мной всё хорошо! — кажется, дрожь начала проходить, — Я многое должен рассказать тебе. Девушка присела рядом, и юноша заговорил. Он поведал ей обо всём, что произошло после того как она потеряла сознание. Муртаг как раз дошёл до истории о том, как Имиладрис позволила им остаться в Эллесмере, когда девушка спросила: — Так у тебя есть брат — Всадник? — Эрагон, — кивнул юноша. — Я вас вскоре познакомлю. Но улыбка, на миг озарившая его лицо мгновенно потускнела, когда он вспомнил ради чего пришёл. — Об этом я и хотел поговорить. — Он тяжело вздохнул, собираясь с мыслями. — Тебе нужно ещё кое-что знать о моей семье. Муртаг замолчал. Наступило время признаться. Как она отреагирует на эту новость? Сможет ли так же смотреть на него, как сейчас? Улыбаясь? — Мой отец… — в горле пересохло. — Мой отец — Морзан. Юноша не поднимал взгляд. Знал, что сейчас будет. Ему не хотелось видеть полные ужаса глаза Элин. — И что с того? — Что ты сказала? — Муртаг удивлённо вскинул голову. Он ожидал всего, что угодно, только не этого! — Что из того, что ты — сын Морзана? — Тебя это не волнует? — Совершенно. — Но… Почему? — Муртаг, — вздохнула девушка — я знаю тебя. Ты не похож на этого монстра! Разве Морзан стал бы сражаться на стороне варденов? Разве он помог бы незнакомой девушке укрыться от стражи короля? Разве он стал бы рисковать жизнью, прося у эльфов исцелить её? Всё это сделал ты! И будь ты сыном хоть самому Гальбаториксу, мне было бы наплевать! Муртаг не мог поверить. Элин смотрела на него прямо, не отводя глаза. Она действительно так думала… — Знаешь, а у меня есть ещё одно признание! Прежде чем Элин успела что-то понять он прижал девушку к себе и накрыл её губы своими. Юноша не знал, что заставило его так поступить. Муртаг никогда не влюблялся, никогда не встречал такую девушку, как Элин. Все эти благородные девицы, приезжающие в Урубаен с родителями на поклон к королю, были лишь куклами в дорогих нарядах! Пустышками! Их не за что было любить! Элин была другой! Живой! Настоящей! И она его оттолкнула. Никогда ему не забыть её лицо. Не забыть ужас и отвращение, застывшее на нём. Муртаг смог бы понять смущение, удивление или даже испуг, но не ЭТО… Она солгала. — Тебе не всё равно. — Муртаг, дело не в этом! — как он только мог ей поверить. — А в чём же? — прорычал юноша. — Дело во мне! В том, кто я! — И кто же ты? — сейчас он больше всего напоминал рычащего дракона. — Я не могу тебе сказать, — в глазах девушки плескалось отчаянье. — Ты меня возненавидишь. — Уже ненавижу. Боги, а я поверил! Поверил, что тебе наплевать на моё происхождение! Ты ведь могла просто сказать, что презираешь меня, и всё! Зачем было разыгрывать этот цирк про то, что я не такой, как отец?! Я бы понял. Это — моё проклятие! Но ты солгала! Он скинул одеяло и направился к выходу. — Муртаг! — Завтра утром с тобой хотят поговорить эльфы. — Муртаг, подожди! Дверь со стуком захлопнулась прямо перед лицом девушки. Она не пошла за ним. Не догнала. Так будет легче. Для них обоих. Пусть считает, что причина в Морзане. Всё равно это в тысячу раз лучше, чем правда. Она столько времени боялась, что это произойдёт. И в то же время так надеялась… Нет! Это принесёт только горе! Ей нельзя влюбляться в кого-либо! И уж тем более никому нельзя влюбляться в неё! Особенно Муртагу! Но почему, раз она поступила правильно, так тяжело?! Так больно?! По щеке Элин скатилась слеза. Первая за год пыток и лишений, слеза отчаянья…

***

Эрагон стоял у двери в комнату девушки. Вчера Муртаг пришёл к нему весь мокрый и до ужаса злой. Он сказал, что его подруга очнулась, и попросил брата отвести её завтра к Оромису. На вопрос, что же с ним случилось, юноша лишь отмахнулся, вскочил на своего дракона и улетел. И вот теперь юный Всадник стоял у двери и не знал, что его ждёт. Он, конечно, видел незнакомку вчера, но тогда она была без сознания. А судя по состоянию Муртага вечером, с ней лучше не ссориться. Эрагон постучал. Дверь тут же отварилась. Девушка стояла на пороге и улыбалась. Но улыбка почти мгновенно сменилась разочарованием. «Она явно ждала не меня». К удивлению юноши девушка приложила два пальца к губам, вывернула руку в немыслимом жесте и произнесла: — Атра эстерни оно тельдуин, Альфакин! (Да сопутствует тебе удача, эльф!) — Я не эльф! — рассмеялся Эрагон. Но спохватившись, произнёс: — Морранр лифа унин хьярта онр! (Да прибудет мир в твоём сердце!) — Ун дю эваринья оно варда! (Да хранят тебя звёзды!) — закончила девушка. — Чем я могу помочь Вам? — Я пришёл забрать тебя. Моё имя — Эрагон. — Ты — брат Муртага! — её лицо снова просветлело. — Я — Элин. Девушка протянула руку, и Всадник пожал её. Лицо новой знакомой озарила улыбка, только глаза выражали глубокую печаль. Они были на удивление зелёными, как два драгоценных камня. Это смотрелось странно, в сочетании с волосами золотистого цвета. В целом внешний вид девушки никак не вязался с её возможностями. Элин казалась ребёнком, но голос и взгляд у неё были вполне взрослыми. Несмотря на внешнюю хрупкость, девушка оказалась очень выносливой. Она без труда поспевала за широкими шагами юного Всадника. Дракониха ждала их на поляне за домом. — Это — Сапфира, — представил Эрагон. — Кветха, селёбра Сапфира! Атра нозу вайзе фрикаи! (Здравствуй, уважаемая Сапфира! Будем друзьями!) — спокойно произнесла девушка. «Смотри-ка, не испугалась!» — удивился юноша. «Она путешествовала с Торном, — заметила Сапфира и ответила девушка — Атра нозу вайзе фрикаи. (Будем друзьями.)» Эрагон помог новой знакомой забраться в седло, а сам сел позади. Сапфира взмыла в небо. Дракониха летела быстро, не давая Элин время взглянуть на Эллесмеру. — Эрагон, — вдруг спросила девушка, — а ты не знаешь, где сейчас Муртаг? Она попыталась придать голосу равнодушный тон, но получилось не очень хорошо. Проскакивало волнение. — Я его с вечера не видел. Он зашёл попросить, чтобы мы с Сапфирой тебя забрали, и выглядел весьма расстроенным и… э… мокрым. — Я знаю, — плечи девушки едва заметно напряглись. — Мы поссорились. Сильно. Больше Элин не произнесла ни слава. Через несколько минут стали видны Утёсы.

***

После разговора с Эрагоном, Муртагу стало ещё хуже. Даже Торн не мог его успокоить. Правда, дракон всю ночь пытался убедить юношу, что Элин оттолкнула его по другой причине. Муртаг мог ещё принять версии о том, что она просто не испытывает ответных чувств, или девушка уже в кого-то влюблена, или её возлюбленный погиб, а она не смирилась с утратой, если бы не одно НО. Отвращение в глазах. До того как он рассказал об отце, девушка смотрела на него совершенно нормально. Он мог простить всё. То, что она не ответила на его нежность. То, что оттолкнула. Но Муртаг не мог простить ей ложь. Не мог простить притворства. Не мог простить того, что она зажгла в нём надежду и сразу же погасила… Что ещё, кроме его признания могло заставить Элин так себя вести? «Может, ты что-то сделал не так?» — попытался успокоить его Торн. «Да! На свет появился!» — съязвил Всадник. «А может, не стоило обе новости сразу? Ей надо было привыкнуть…» «Я бы так и сделал, отшатнись она сразу. Ходил бы за ней, пытался успокоить, снова сдружиться… Я ведь поверил, что ей наплевать. И вообще, чего ты её защищаешь?!» «Я просто пытаюсь трезво оценить ситуацию. Не похоже это на Элин». «Как видишь, похоже». Тишину леса разорвало хлопанье крыльев. Торн резко подскочил, зарычал и отгородил своего Всадника от переливающейся золотом громадины, приземлившейся на поляне. — Спокойно, — пробормотал эльф, спускаясь со спины своего дракона. — Мы пришли поговорить. — А проверки не достаточно?! Или Вы нашли, все-таки, в чём нас можно обвинить?! — огрызнулся юноша. И так паршивое настроение катилось ко всем чертям, заботливо кем-то подталкиваемое. И чем он так насолил Богам?! — Характер у тебя явно отцовский. Но, надеюсь, это всё, что ты от него унаследовал… — Нет. Ещё лицо, цвет волос, голос и симпатичный шрам на спине! — Я прошу простить нас, за это недоразумение на проверке. «Недоразумение? — разозлился Муртаг. — Это так теперь называется!» «Включи свою упрямую голову и просто прими извинения! — рявкнул Торн. — Нам не нужны лишние проблемы!» — Мы хотели бы обсудить один важный вопрос, относительно вашей подруги. «Ну, конечно! — закатил глаза юноша. — А просто так прийти и попросить прощение — гордость не позволяет! Да если бы не Элин, эти двое даже не подумали бы извиняться!» Эльф вздохнул и, серьёзно посмотрев на юношу, произнёс на Древнем языке: — Она может оказаться шейдом! — Что?! — опешил юноша. — Всё то, что мы видели в вашей памяти, по-другому объяснить мы не можем. — Элин — человек! — Духи коварны, мой мальчик! Они способны обмануть кого угодно, особенно заключённые в столь невинную на вид оболочку! — Но зачем тогда Гальбаториксу держать её в камере и подвергать пыткам? Будь Элин шейдом, ни одна темница её бы не удержала. — А тебе не приходило в голову, что король вместе с ней могли спланировать всё это, начиная с самой вашей первой встречи? — Не может такого быть! Гальбаторикс ни за что не позволил бы нам с Торном бежать из Урубаена! Мы и так были в его руках! — А если цель не вы? Что если Гальбаторикс хочет пленить другого Всадника? Вы с Торном — ценное приобретение, но даже вы не сравнитесь с последней в Алагейзии драконихой! Или ещё хуже, цель — Эллесмера? Ведь именно девушка предложила перейти пустыню? — Но… — попытался возразить Муртаг. Но тут все кусочки головоломки стали на свои места. Объяснились и её магические способности, и знания, и то, как ей вообще удалось выбраться из темницы! И даже отвращение в глазах. Какие могут быть чувства, если духи изначально считают людей низшими существами?! — Боги… — только и прошептал юноша. — Но откуда она знает расположение эльфийских селений?! Будь у короля карта, он давно бы направил в Дю Вельденварден армию! — Вот и нам интересно знать, откуда. Шейд. Всё сходится. — И я привёл эту тварь в Эллесмеру… — Нам нужна твоя помощь, Муртаг! Девушка верит тебе или, по крайней мере, не считает опасным. Она говорила о чём-нибудь важном при вашей последней встрече? — Нет, но до этого… «Что, до этого?» — Впервые с ним заговорил золотой дракон. Голос у Глаэдера был глухим и низким, как эхо от громовых раскатов. Муртаг понял, что его подловили. С секунду колеблясь, юноша открыл тайну Астрального Кармана и их с Элин разговора по поводу природы её магии. — Хотя она могла и солгать. Разговор проходил не на Древнем языке, — заметил он, снова закрывая свою память. — Что ещё ты от нас утаил? — нахмурился эльф. — Только два воспоминания, — начал оправдываться Муртаг. — Одно касается моей матери, другое — учителя. Клянусь, у меня не было ничего дурного на уме! Просто они слишком личные, чтобы их кому-то доверить! — Верю, — вздохнул Оромис. — Через час рассвет, а значит, и проверка вашей спутницы. Мы просим вас, Муртаг и Торн, помочь нам понять, что же за существо попало на наши Священные земли! — Мы поможем, — ответил юноша. — Ты понимаешь, что если подозрения подтвердятся, нам придётся убить твою подругу? — спросил эльф, глядя в глаза юноше. — Если подозрения подтвердятся, я сам убью её, — ответил Муртаг. — Тхает! (Клянусь!)