"Дикая магия"

Сколько точно прошло времени, она не знала. В камере не было окон, а выйти выше, чем на два этажа вверх она не могла. (Оказалось, что душа не способна отойти от тела дальше, чем на пятьдесят метров) Но судя по обрывкам воспоминаний, которые она считывала у своих тюремщиков, прошло не меньше чем два месяца. Трижды в день ей приносили еду, дважды выводили в уборную, а раз в неделю давали возможность вымыться. Такой роскоши обычным пленникам не позволяют. Шейд приходил раз в день. И всё начиналось по новой. Пару раз девушка вынырнула из тела раньше времени и тварь что-то заподозрила. В связи с чем, ей для конспирации требовалось некоторое время терпеть его издевательства, а только потом «терять сознание». Но постепенно (путём упорных тренировок) Элин научилась делать вид, что она в сознании, а самой в это время находиться, к примеру, в соседней камере. Куда тяжелее было, если шейд пытался пробить её мысленный щит. В таких случаях она не имела возможность выпустить сознание за пределы тела и избавить себя от боли. Удивительно, как ей ещё удавалось держать оборону! Так продолжаться больше не могло. Рано или поздно тварь всё же найдёт способ пробить её защиту, и уж тогда девушке точно не поздоровится. С этим срочно нужно было что-то делать!

***

- Я только понять не могу, для чего так себя истязать? – старик поставил на пол поднос с едой. Элин знала, что он ждёт ответа, но не поднимала глаз. Последние дня три тюремщику вдруг для чего-то понадобилось с ней разговаривать. Первый раз это произошло после того, как позавчера они с напарником приволокли её из пыточной камеры. Стражник с лошадиным лицом, которого, как выяснилось, звали Гуннар, начал разглагольствовать по поводу того как он ненавидит ведьм, понося девушку самыми грязными ругательствами, и Элин, стоящая рядом в образе духа, просто не выдержала: Прошептав несколько слов на Древнем языке, она вызвала у Гуннара сильнейшую икоту. Но, уже после тридцати секунд непрерывного икания, стражник, каким-то непостижимы образом, догадался, в чём причина этой напасти! - Это всё она… Ик… Проклятая ведьма! – он словно дикий зверь с рыком кинулся на девушку. Старик мгновенно встал между ней и напарником. - Пусти меня! Ик! Я ей покажу! Ик! – вопил Гуннар. - Не дури! Она же без сознания! - Плевать! Ик! Это она, я знаю! - Иди лучше выпей воды, – старик оттеснял его всё ближе к выходу. – Или на одной ноге попрыгай… - Не буду я… Ик… прыгать! Ик… - А ну прочь отсюда! Гуннар ещё некоторое время потоптался возле двери, но потом, всё-таки ушёл, чертыхаясь и постоянно вздрагивая от очередного приступа мучительной икоты. - Не обижайся на него. Этот молокосос просто слишком сильно верит той лапше, которую вешает нам на уши шейд. Казалось, старик говорит сам с собой, что, вообщем-то, частично так и было, ведь стражник не знал, что Элин его слышит. Он ещё долго смотрел куда-то перед собой, а потом вдруг встрепенулся и произнёс: - Лучше бы тебе образумиться! В следующий раз старик заговорил с ней уже открыто, когда принёс девушке ужин. Он долго стоял в дверном проёме, наблюдая за тем, как Элин поглощает луковый суп и вдруг спросил: - Хочешь воды с вином? Это боль приглушит… - стражник протянул ей флягу. Девушка с недоверием взглянула на его руку. - Да не боись, не отравлено! – сказал старик и отхлебнул из горлышка. Очень медленно, готовая в любой миг отскочить, девушка взяла флягу и сделала маленький глоток. Кисло-сладкая жидкость тёплой волной прокатилась по горлу. Уже через несколько минут боль от ожогов немного притупилась. Девушка вернула флягу, благодарно кивнув хозяину. - То-то же! – улыбнулся старик и сделал ещё один глоток. – Тебя как зовут-то? Девушка отвернулась, уперев взгляд в стену. - Не хочешь говорить и не надо! – пробурчал он. – А меня Эрнстом кличут… Элин продолжила свою трапезу. Когда еда была съедена, Эрнст забрал поднос и собрался уходить. Но уже перед тем, как закрыть дверь вдруг произнёс: - Завтра с утра Гуннар дежурит. Ты уж с ним поосторожней… Теперь каждый раз, когда он к ней заходил старик пытался разговорить пленницу. Вот и сейчас Эрнст произнёс: - Я знаю, может, тебя учили не сдаваться до последнего вздоха, но пойми, шейд от тебя не отстанет, пока не подчинишься! Ну, это она и так знала… - Послушай, это же неразумно. Терпеть такую боль… Даже если ты служишь варденам, что мешает тебе перейти на сторону Империи? Гальбаторикс милостив к своим подданным. А если ты ещё и раскроешь ему пару секретов повстанцев, он, несомненно, даст тебе место при дворе! «Но именно этот милостивый король приказал уничтожить всё, что мне дорого…» - Ну, скажи, и где твои вардены?! – вдруг закричал старик. – Какой смысл умирать за тех, кто даже не старается тебе помочь?! Казалось, Эрнст обезумел. Он подскочил к девушке и, схватив её за плечи, начал трясти. - Варденам плевать на тебя, слышишь?! Плевать! Почему вы все, все, жертвуете собой ради тех, кому вы безразличны?! Почему, Роза?! Почему?! Девушка закричала. Эрнст держал её именно там, где несколько часов назад работал шейд. Старик, очнувшись, разжал пальцы. - Прости меня… Я не… Я… Девушка отползла в угол. Он попытался подойти, но Элин отшатнулась. - Прости… Эрнст вышел из камеры. Растревоженные ожоги нестерпимо пекло. Девушка прошептала несколько слов, чтобы унять боль. После того, как шейд увидел, что она исцеляет следы пыток, он сотворил какое-то заклинание и раны перестали затягиваться. Теперь, единственное, что она могла – это убирать боль. Эрнст вернулся примерно через час. Элин старалась не смотреть на него, но стражник приковывал всё её внимание. Они долго сидели, отводя друг от друга глаза. Пока старик не заговорил. - Я просто хочу, чтобы ты поняла, почему… Почему мне не всё равно… Элин подняла глаза. - Я уже видел всё это. Видел, как девушка вроде тебя жертвует собой ради того, во что верит. Знаешь, чем кончилось её упрямство? Розу казнили за преступление, которое она не совершала. Она погибла из-за своего чистого сердца. Взяла всю вину на себя… А её дружок, который на самом деле и совершил убийство, уже через месяц после её гибели женился на другой. Эта сволочь даже на похороны не пришла! Ей показалось, или он сейчас всхлипнул? - Она была моей племянницей. Подумай над этим. Из тюрьмы у тебя только два выхода либо сдаться и стать подданной короля, либо на виселицу. Решай сама, что тебе больше подходит… Дверь со скрипом затворилась, а затем щёлкнул замок. «Есть ещё один выход. Побег. И он мне подходит больше всего!»

***

Она была почти готова. Осталось только выверить маршрут и её уже никто не остановит, ни засовы, ни стажа, ни даже шейд! Пользуясь своей бестелесной формой, девушка обследовала всё подземелье. План был прост. Подгадать время смены караула, открыть магией замок и с помощью чар невидимости выбраться на волю, не попавшись шейду. Только вот быть невидимкой – дело ни из лёгких! Сложнейшая магическая формула заставляла воздух вокруг мага скрывать его от посторонних глаз. Но это требовало колоссальных затрат энергии! И даже с её сверхъестественными способностями Элин не доставало сил. Поэтому она наполняла энергией рубин в своём кулоне. Сегодня, девушка, уже по традиции, отправилась в бестелесной форме на разведку. Второго шанса сбежать не будет, поэтому всё должно быть выверено до мелочей. Шейд вынырнул из-за угла внезапно. Элин еле успела юркнуть в боковой коридор. Эту тварь девушка побаивалась. В основном по тому, что возле него кружилась некая полупрозрачная дымка, меняющая цвет в зависимости от настроения. Сегодня Дурза (А именно так называл шейда Гуннар в очередном споре с Эрнстом) явно был не в духе. Дымка светилась чёрным. А это значит, что всё своё недовольство и ненависть он выплеснет на неё во время пытки. Шейд направлялся в свой кабинет. Он находился всего на этаж выше тюремных помещений. Девушка хотела было идти в другую сторону, но любопытство взяло своё. Элин отправилась следом, желая знать, что же так разозлило её мучителя. Зайдя к себе, Дурза запер дверь и поставил большое зеркало в тяжёлой деревянной оправе на стол. А потом шейд зашептал что-то на Древнем языке. По зеркальной глади пошла чуть заметная рябь, и там отразилась другая комната и другой человек. Лицо у него было продолговатое, худощавое, гладко выбритое, с густыми бровями и острым, как клинок носом. Глаза жёсткие, как камни, а радужки такие большие, что белков почти не видно. Губы тонкие, рот довольно большой с чуть опущенными книзу уголками. Аккуратно подстриженная бородка и усы его были черны, как уголь. Возраст его было трудно определить, но выглядел он лет на сорок – как человек в самом рассвете сил, но уже начинающий чувствовать груз прожитых лет. Лоб его пересекали довольно глубокие морщины, и по обе стороны от носа вниз тоже спускались морщины. Кожа была очень загорелой, но какой-то странно истончённой, увядшей. - Ваше Величество, - шейд склонился в почтительном поклоне. Но Элин и без его фразы поняла, кого отражает зеркало. Достаточно было видеть старинную корону из красноватого золота, которую украшали самоцветы. - Чем я могу служить Вам? - У меня к тебе важное поручение, – голос. Великие Боги, никогда она ещё не слышала такого голоса! Будь этот человек менестрелем, то наверняка за считанные месяцы сколотил бы себе состояние, зная всего одну песню или историю! – Агенты Чёрной Руки донесли, в каком направлении через полгода будет двигаться эльфийский посол с украденным яйцом, везя его от варденов в Эллесмеру. Сейчас он где-то в Беорских горах. Мы не можем упустить такой шанс! Поэтому я поручаю тебе подготовить захват посла. Яйцо должно вернуться на положенное место! Девушка ловила каждое слово, хотя мало понимала, о чём речь. Одно только упоминание об эльфах кружило голову, заставляя вспоминать отцовские истории. - Слушаюсь, Ваше Величество… - И ещё, пленница, о которой ты мне рассказывал. Она должна быть отправлена в Урубаен. Тебе некогда будет заниматься ею. Ничто не должно тебя отвлекать! Дурза замер. Дымка его сознания стремительно сменяла цвета с чёрной злобы, на красный – гнев, зелёный – разочарование и даже на фиолетовую ненависть! «Он, что, не хочет отправлять меня к королю? Но почему?!» - А Вы уверены, сир? Мне почти удалось убедить её… - Я отлично справлюсь сам. «С чего вдруг такая забота? Боится, что король будет действовать грубее? Что-то не верится…» - Как Вам будет угодно, – прошипел Дурза сквозь зубы. Изображение в зеркале померкло, но буря в душе шейда не унималась. Он расхаживал туда-сюда, круша всё, что попадалось под руку. Чернильница валялась на полу, истекая густой чёрной жидкостью, как раненый зверь. Перо было переломано в нескольких местах. И даже зеркало не избежало увечий, со звоном разбиваясь о пол. Элин стояла у дальней стены и с интересом наблюдала за происходящим. «Кое у кого истерика! – хихикнула она. – Нервы шалят…» - Надо же было проболтаться! – Дурза шипел, как змея. – А может послать кого-то другого? Нет! Он вычислит! На первом же допросе, вычислит! Не могу же я потерять своё главное преимущество! «О! Да кто-то задумал измену! Интересненько… - усмехнулась девушка. – С превеликим удовольствием должна разочаровать Вас, любезный Дурза, но ничего не выйдет! Ваше главное преимущество сегодня после ужина совершит побег из Вашей тюрьмы!» - Разум. Нужно подчинить разум. Прямо сейчас! Это последний шанс… Тварь сорвалась с места. Но девушка была быстрее. (Полезно уметь проходить сквозь стены) Она оказалась в камере на тридцать секунд раньше шейда. Этого вполне хватило, чтобы воссоединиться с телом и выставить мощный щит. - Просыпайся! – Дурза грубо встряхнул её и поставил на ноги. – Слушай внимательно, девка! Король приказал отправить тебя в Урубаен! Там будет хуже, чем здесь, намного хуже! Гальбаторикс не станет с тобой церемониться, как я! Поэтому сейчас ты должна открыть мне свои мысли, слышишь?! Поклянись мне в верности на Древнем языке, и я обещаю, что больше пальцем тебя не трону! Она только усмехнулась, глядя проклятой твари прямо в глаза. - Ну же! Шейд атаковал её мысленный щит. Он был намного сильнее, чем Фалина, тренировавшая её в мысленных боях. Если бы поединок происходил до той ночи, то Дурзе без особых усилий удалось бы одержать верх. Но не теперь. Элин с лёгкостью держала сознание шейда на расстоянии, отражая все его попытки проникнуть в её мысли. - Проклятье! – взревела тварь, поняв, что всё бесполезно. – Мне надоело! Он выволок девушку из камеры и направился к своему кабинету. - Ты сама выбрала свою судьбу! Но я позабочусь о том, чтобы король обращался с тобой, как полагается! Ты пожалеешь! Очень пожалеешь… Не отпуская её запястья, Дурза открыл один из шкафов и вытащил оттуда маленький стеклянный флакон. - Пей! – шейд подставил флакон к её губам. Девушка сжала зубы. «Не заставишь, сволочь!» - Пей, сказал! Дурза с силой надавил ей на подбородок, открывая рот, и влил содержимое склянки. Жидкость на вкус была похожа на очень крепкий травяной отвар. - А ну глотай! – чтобы Элин не выплюнула зелье, шейд зажал её нос и запрокинул голову. Либо проглотить, либо захлебнуться этой гадостью! Жидкая дрянь обожгла горло. Элин с ненавистью взглянула на своего мучителя. «Вот поглядим на твою довольную рожу, когда я сегодня сбегу отсюда!» Шейд тем временем начал что-то нашёптывать. Девушка разобрала только слово «Слитха» - Спи! Нет! Она не может спать! Но разум уже начал затуманиваться. «Как же так?! Ведь остальные его зелья на меня не действовали!» Казалось, мир вокруг плывёт, сливаясь в одно сплошное пятно. - Сладких снов! – засмеялся Дурза. Элин провалилась в кошмар.