Хроники Меди и Грома

— Ага, — говорит М’вэррин, заставляя бег своих воинов прерваться — и сходит с тропы. Он повторяет, — Ага. Как и ожидалось… На дорожке вверх лицом лежит потерявшая сознание истощенная девушка. Она одета как служанка богатого дома и М’вэррин понимающе хмыкает: узнает черные одеяния слуг дома Нигрумфулгар. Не первая и не последняя, сбежавшая из Дома Молний. Ну, что ж… — Поднимите ее, отнесем беглянку в наш лагерь, женщины о ней позаботятся, — командует вождь. Яся приходит в себя медленно: приложенное для побега усилие по преодолению защитного купола вокруг имения Северина подточило ее силы, а тяжелая дорога в горах истощила окончательно. Она с трудом поворачивается на бок, ее мутит. Ядвига вспоминает: как увидела, что в бокале Хелми что-то, что не было вином. Как он набросился и едва не изнасиловал ее, опоенный возбуждающим зельем. Как он бился в путах, которыми она его сковала, отравленный и безумный из-за яда. Как, узнав обо всем, Северин впал в гнев — и обратился в Возрожденного Моррега, и едва не убил ее. Она помнила хватку когтистой вороньей лапы на горле, как, ломая ногти и задыхаясь, пыталась отодрать от себя жесткую птичью лапу… Как пряталась, заставив дверь мебелью, понимая, что все ее обманули и оставили: ни Яцек, ни Вейджен, ни Велш, ни Адонис, ни наставницы Академии — никто не спешил ее вызволить! А Хелми — и Северин, конечно, — отныне ей враги. И они не успокоятся, пока своего не добьются. Яся вспоминает, как сбежала. И садится, наконец. — Где это я?.. — Вы пришли в себя? Как себя чувствуете? — Яся, оглядевшись, видит: рядом с ее постелью сидит в креслице девушка со светло-серой кожей, мягкими округлыми ушками, пушистым хвостом и волосами цвета лаванды. Она одета в скроенную из шкур тунику и совершенно босая. Вместо ногтей на пальцах крепкие невтяжные когти. Оборотень. Вот только что это за зверь?.. — Спасибо, кажется, неплохо. А вы?.. — Синь’ша, целительница племени лавандовых шиншилл Стальной гряды. — Так это вы меня спасли? Спасибо. А где я сейчас? За мной наверняка будут гнаться, я не хотела бы, чтобы вам навредили. — Не волнуйтесь: никто не найдет прячущуюся шиншиллу в ее родных горах, — мягко смеется Синь’ша. — А спас ваш наш великий и величественный повелитель. Думаю, когда вы поправитесь, он найдет время побеседовать и, возможно, вам поможет. Желаете поесть? У меня тут немного горячего супа из яйца и семян шишек кай’риса. Пока Яся ест и потихоньку осматривается, ученик целительницы уходит доложить вождю, что их найденыш очнулась. Вождь навещает Ядвигу в хижине целительницы через четыре дня. К этому времени Яся уже совсем пришла в себя. Она не вполне еще смогла бы колдовать, но усталость, тошнота, головокружение и боль в мышцах совершенно прошли. М’вэррин слушает ее историю спокойно и не перебивая. — Вот как… — заключает он, когда Яся иссякает в своем гневе. — Что ж. Я слышал о Пророчестве. И о путях иномирья. Скажу тебе больше: это не ложь. Ведь наше племя некогда прибыло сюда из иного мира. Много тысячелетий назад. Мы решили изменить предначертанную нам судьбу: вымирание. Ведь там, откуда мы родом, мы были лишь добычей: дорогой мех заставлял других считать нас неразумными тварями и убивать. Так что мы выбрали бежать из мира — и переломить то, что нам назначили другие. Я не был ни самым сильным, ни самым умным, лишь хотел жить и чтобы жили мои родители, друзья и соплеменники. И Щель миров открылась нам. Так мы и очутились тут, в Стальных горах. — Щель миров?.. А вы знаете, где они? Может, это выход и для меня?.. — Возможно. Никто не обязан играть ту роль, что ему написали другие. Так что я готов сопровождать тебя до того места, где была Щель в ткани мира, которая нас сюда впустила. Ты имеешь право сама выбирать судьбу, Ядвига. Доверься мне — и я поведу тебя к Щели. — Я тебе верю, — Яся вкладывает правую руку в когтистую левую лапу вождя шиншилл. Если все остальные ее бросили и предали — что ж. Она сама выберет свою дорогу и судьбу! Так начинается новая глава истории — Яся и вождь шиншилл собираются в путь, к Щели миров.