Доброе утро, любимый!

На черном, почти угольном асфальте белыми буквами было выведено: «доброе утро, любимый!», а рядом стоял буквально светящийся Арсений Попов с букетом белых роз в руках. Он стоял и смотрел в окна своего возлюбленного - Антона Шастуна. Брюнет стоял и светился от счастья - сегодня ровно год как мужчины встречаются. Лишь когда прошло по меньшей мере двадцать минут, Попов поднялся в квартиру зеленоглазого и постучал в дверь. Но открыл ему не Антон, как ожидалось, а среднего роста девушка, которая сонно смотрела в ледяные глаза Арсения. — а где Антон Шастун? - сглотнув неприятный ком в горле, выдавил из себя мужчина. — так Антон тут больше не живет. Он просил Вам передать - сказала девушка и передала потускневшему брюнету записку, сложенную вчетверо. «Арс, вероятно, ты уже читаешь это. Прости, что не мог сказать раньше, я уехал со своей девушкой в Германию. Не ищи меня. Так будет легче. А.Ш.» - ровным почерком было написано на бумажке. К глазам подступали слезы, на что Попов лишь выдавил подобие улыбки и, поблагодарив шатенку, развернулся, идя к лестнице. Цветы в руках голубоглазого будто почувствовали грусть своего «хозяина» и помрачнели, опуская свои чашечки вниз. «Доброе утро, любимый!» гласила надпись на асфальте, которую уже возможно никто не прочтет. «Доброе утро, любимый!» фраза, которую брюнет уже никогда не скажет, да и вряд ли Арсений хоть что то скажет, ведь сейчас его исковерканное тело кровавой массой валялось на дороге, а сам Арсений больше ничего не почувствует, не скажет, не потрогает.