Ловец снов

      Сандайме перекатывал трубку между зубами, наблюдая за самым молодым капитаном АНБУ в своём хрустальном смотровом шаре. Ласка вёл себя странно. Юноша коротко поговорил с расстроенной Хьюга Хинатой, потом исчез на полчаса, а затем вернулся в академию, как раз к концу последнего занятия. Ласка не подошёл к своему брату, а просто наблюдал издалека, как младший Учиха помчался к тренировочным полигонам. Затем Ласка снова исчез из виду. Мгновение спустя Сарутоби увидел в шаре собственный кабинет. — Сандайме-сама, уделите мне минуту. Третий вопросительно посмотрел на говорившего. Не каждый день один из самых талантливых молодых шиноби деревни входил в его кабинет через окно, не обратив внимания на двери, так продуманно установленные именно для этой цели. Ещё бо́льшую тревогу вызывал его внешний вид. В хрустальном шаре этого не было заметно, но на деле униформа Ласки была местами разодрана и покрыта подпалинами. От него несло жжёными волосами и горелой плотью. Ярко-алые брызги украшали его плащ, а сквозь прорези в маске сверкал дикий взгляд тёмных глаз. Хокаге отложил ручку и сложил ладони вместе. Ласка не должен был быть на службе. У него не было миссий. Почему он вообще в форме? — Ласка-сан, в чем дело? Всё тело Итачи гудело от напряжения. Он встал на колени в знак уважения и преданности, склонил голову и прижал руку к сердцу. — Прежде всего, я служу Конохе, — сказал он. Хокаге кивнул, нахмурившись. — А Коноха — это кульминация её народа. — Конечно, но что означает это внезапное заявление? Капитан АНБУ заколебался, и невидимая ледяная рука потянулась к груди Сандайме. Он никогда не видел, чтобы Ласка так себя вёл. — Хокаге-сама, я совершил великое преступление и сознаюсь вам. — Молодой человек, слишком увлечься на спарринге далеко не незаконно. Наши медики очень способны, независимо от того, насколько сильно ты ранил своего оппонента, — нервно усмехнулся Сарутоби. Ласка сильнее склонил голову. — Я польщён вашим доверием ко мне, Хокаге-сама, — искренне сказал мальчик, — но мои действия нельзя так легко оправдать. — Что ты имеешь в виду? — Я взял на себя задачу устранить Данзо-сама. Это дело только между ним и мной, поэтому, пожалуйста, не обвиняйте мой клан. Сарутоби Хирузен побледнел. — Что ты… — При всем уважении, Хокаге-сама, пожалуйста, позвольте мне закончить до того, как вызовете АНБУ. Сегодня утром я получил от Данзо-сама приказ: уничтожить Учиха. Уничтожение неотъемлемой части Конохи не принесёт деревне мира. — Итачи положил свиток на стол Хокаге. — Пожалуйста, предоставьте это доказательство Совету и клану Учиха. Там вы найдёте тело Данзо-сама и одиннадцать Шаринганов, которые он украл у разных Учиха, включая Учиха Шисуи. Пошатнувшись, Хирузен сложил печать, чтобы вызвать дежурных АНБУ. — Хокаге-сама, — хором поздоровались Пёс и Кот. — Созвать собрание всех глав кланов — код Красный. — Кот поклонился и в ту же секунду исчез, чтобы выполнить приказ. Пёс остался. — И, пожалуйста, временно возьмите Ласку под стражу, — пробормотал Хокаге и уронил голову на сцепленные руки, не в силах смотреть ни на то, как арестовывают одного из лучших и умнейших жителей деревни, ни на изобличающие улики, лежащие перед ним.