Глава одиннадцатая, в которой Джисон обретает единомышленника
10 октября 2025 г., 23:20
Примечания:
на ошибки не вычитывалось, так что ПБ открыта🥰
Солнце стояло в зените и нещадно жарило. Почти как картошку на раскаленной сковородке. Джисону от таких ассоциаций хотелось есть, но гладиолусы перед ним вряд ли желали такой участи, поэтому пришлось срочно менять ход мыслей. Вы спросите, как Джисон дошёл до жизни такой? А этого никто не знал. Просто неожиданно его перевели работать в сад, чему парень был невероятно рад, несмотря на солнце, работающее в режиме "сжигать".
Стебельки под пальцами были нежными и прохладными. Такими, что хотелось лечь между ними и спрятаться от палящего солнца. Но у работодателей Хана были садистские наклонности, поэтому в полдень он должен был не разгибая спины пахать в саду. В нескольких метрах от омеги шелестел красивый мраморный фонтан, в тени которого ждали своей очереди горшки с другими цветами, и Джисон уже был критически близок к тому, чтобы залезть в него даже под страхом смерти.
И пока он думал, когда же лучше реализовать этот план: сейчас или прямо сейчас, – за кустами послышалась чья-то очень громкая и возмущённая речь, на которую Джисон, ведомый чутьëм суетолога, поспешил выглянуть.
– Выйти за КОГО? А хуй ему не по-... – остатки фразы заглушила рука побелевшего беты, который едва поспевал за шагом кого-то белоснежного и невероятно красивого. – Скажи ему, что я выйду замуж только после того, как он возьмёт себе кого-то в супруги. А если я ещё раз услышу имя этого, – руки омеги предостерегающе сжались, а глаза зло сузились, – этого, – он побагровел от гнева, – альфы! Я, – и он, пробежавшись быстро по всему вокруг взглядом, остановился вдруг на фонтане, растянув губы в маниакальной улыбке: – Я утоплюсь!
Джисон из своих кустов впечатлённо сглотнул. Вот это сила воли, вот это грация! Не важно, кем был этот красивый парень, Джисон уже был готов с ним обсудить и того, за кого его выдают, и того, кто это предложил. Чувствовало его сердце в этом омеге родственную душу.
Но пока он им восхищался, красивый белоснежный парень уже подбегал к фонтану, и всё бы ничего, но в самый последний момент его нога проскользнула на луже, и, вот незадача, летел новоявленный бунтарь прямиком в стоящую в тенечке рассаду, которую Джисон ещё не успел пересадить.
На раздумья времени не было, Джисон действовал на чистых инстинктах, секунду назад он был рядом с цветами, а через мгновение уже ловил пацана в сантиметре от доверенных ему растений.
– Ой!
Со стороны послышался панический вопль беты, от которого Джисон бы поморщился, но рассада волновала его гораздо больше.
– Цветочки, родненькие, вы как? – озабоченно начал разглядывать цветы Хан, сдувая с них несуществующие пылинки. Случись с ними что-то, Джисон лишился бы своего нового места в саду, а, может, даже головы!
Белоснежный омега тем временем, совладав с первичным шоком от падения, перетерпевал второй – глядя на то, как, вроде как, его спаситель хлопотал о каких-то растениях, отсадив его в сторону прямо на землю. Однако омега, он же Ли Феликс, был человеком воспитанным и благородным, а потому, не взирая на причины, собирался спасителя своего отблагодарить.
– Прости, – неожиданно робко и виновато произнёс омега, осторожно вставая. – Надеюсь, ты не ушибся?
– Это я должен спрашивать, вы так уверенно распланировали свидание с полом, может, я помешал? – ворчливо отозвался Джисон, он всё ещё переживал за ростки. – И вообще, кто планирует свою смерть в пятидесяти-сантиметровом бассейне? Нашли бы что-нибудь понадёжнее.
Белоснежный омега мгновенно зарделся, столкнувшись со столь неожиданным осуждением. Странный паренëк продолжал сбивать его с толку, но вообще-то Феликс был с ним даже согласен. Он действовал на эмоциях, взбунтовавшись от мысли о браке с чëртовым К... И вообще, он впервые собирался покончить с собой, новичкам должно такое прощаться!
– Я... я прошу прощения за доставленные неудобства и благодарю за спасение, – взяв себя в руки, произнёс Феликс. – В подтверждение моих слов я готов исполнить любую твою просьбу.
– Да неужели, – кисло отозвался Джисон, только через секунду осознав услышанное. – Подождите-ка, вы серьёзно?
Его глаза мгновенно зажглись, а чуть не сгубивший цветы омега вновь стал главным единомышленником.
– Разумеется, серьёзно. Слово принца, – подтвердил красивый омега и положил руку на сердце.
Прин.. кого?
– Принца? – Джисон на всякий случай переспросил.
На этот раз ему ответил бета, всё это время не смеющий подойти.
– Ты ещё спрашиваешь, недалёкий? Перед тобой сам Его Высочество Ли Феликс!
Пападос... Не один член царской семьи, так другой. У Джисона что, нюх на представителей голубой крови? Или это всё происки сада? Может, ну его? Уволиться?
Омега однако поспешил своего слугу быстро заткнуть.
– Не слушай его. Но, как ты понял, я действительно готов исполнить любую твою просьбу.
– В пределах разумного! – зло зыркнул из своего угла бета и тут же получил суровый взгляд своего господина в ответ.
В голове Джисона роились, перебивая друг друга, множество мыслей. Их было так много, что они вытесняли самую главную. А жара-сука дополнительно давила на мозги!
Восприняв его молчание по-своему, Ли Феликс решил подсказать.
– Хочешь, могу перевести тебя работать во дворец. Или даже представить тебя в гарем Повелите-...
– Нет! – слишком громко и быстро вырвалось изо рта.
Феликс вновь удивлённо заморгал, но быстро пришёл в себя и улыбнулся. Улыбка у него была невероятно красивая и добрая.
– Как скажешь, тогда как придумаешь, передай мне и я всё исполню.
Вот уж откуда Джисон не ожидал шанса, так от принца, о котором до сегодняшнего дня он не имел ни малейшего понятия. Наверное, стоило озвучить своё желание поскорее, но думалось сейчас так плохо, что Джисон ощущал себя по интеллекту на уровне растений. Особенно при такой ебучей жаре. Язык снова сработал раньше мозга, и Джисон произнёс:
– А можно попить чего-нибудь холодненького и искупаться?
И только после осознал, что, похоже, проебал драгоценное желание на какую-то хуйню.
Однако фортуне явно сегодня ему благоволила, и Ли Феликс на просьбу лишь рассмеялся, сказав, что всё устроит за свой счёт, и желание на это не потратится.
Так Хан Джисон подружился с Ли Феликсом.
обиженно пробурчал уверенно произнёс:
– Если ты пришёл ко мне извиняться, то я слушаю. Если нет, то иди нахуй, Минхо.
Ага, получил? Джисон хотел позлорадствовать, показав, что никакие неудачи его не пошатнули и он местных элит и близко не боится, но ноги предательски дрожали, и в местах, где дурацкая одежда не прикрывала шиколотки, кожа непривычно чесалась, и ветер как-то подозрительно дул и... И вообще не смотря в глаза альфы было сложно понять его реакцию!
Наконец, в момент, когда Джисон уже от нервов готов был позорно дать дëру, так и не услышав никаких ответов, ушей коснулся надменный смешок, пустивший мурашки по позвоночнику. Этот смешок разблокировал в голове те самые мысли за десятью печатями с пометкой "НИКОГДА НЕ ВСПОМИНАТЬ! И вообще, этого не было!", а вслед за ними Хан почувствовал знакомый узел внизу живота и ещё больше запаниковал. Нет, дурацкая омега, не сейчас...
Джисон сам не понял, когда зажмурился, ожидая ответа, нападения, хоть чего-нибудь. Но альфа ничего не сказал, а когда Хан открыл глаза, того вообще нигде не было.
Неужели у него уже пошли галлюцинации?
Или этот гандон не собирался извиняться?
Страх мигом улетучился, оставив лишь решимость. Если дурацкий альфа не собирался извиняться, Джисон его заставит!
***
Ли Феликс своё обещание действительно выполнил. Джисону в краткие сроки принесли холодные лимонады на любой вкус, а также проводили к большой бочке с холодной водой, где Джисон с удовольствием полежал какое-то время, пока мозги не начали вновь нормально функционировать и не напомнили, что у него вообще-то была работа! Пока Хан нехотя плëлся обратно к своим брошенным гладиолусам, он раздумывал над тем, что можно попросить. Разумеется, первым на очереди было разрешение уйти из дворца, но Джисон не был уже тем наивным дурачком, что месяц назад! Он уже знал, что у верхушки были свои извращённые понятия о желаниях простого народа. И желание съебаться из дворца тут вообще никто не разделял. Поэтому нужно было попросить что-нибудь попроще и вместе с тем что-нибудь, что было бы сравнимо с разрешением покинуть дворец. А лучше всего сдружиться с этим омегой и самолично узнать границы возможностей. Ли Феликс не казался опасным. Да и он был омегой, а омеги у Джисона вызывали побольше симпатии. И не только в визуальных аспектах. Омеги как минимум не пытались залезть к нему в штаны! И не отсылали его работать без выходных по первой прихоти! Примерно с такими мыслями Джисон и свернул с дороги, сталкиваясь лицом к лицу с тем, о ком, как бы ни старался, совершенно не мог забыть. Ли Минхо за этот месяц совершенно не изменился (хотя Джисон искренне надеялся, что у него вырастут рога, вылезут прыщи, волосы полезут из всех щелей – ну вы поняли). Как назло, альфа стоял перед ним всё такой же ебуче красивый и до скрежета зубов бесячий. На нём была его будничная роскошная одежда, одетая почему-то нараспашку, так, что была видна массивная грудь (на которую Джисон совершенно точно не смотрел и даже не проверял на месте ли родинки), а взгляд пугал своим холодом. Джисон целую секунду смело смотрел альфе в глаза, прежде чем начать моргать (слизистая не выдержала, а не это самое). Очко, наученное опытом, рефлекторно сжалось, а выдох застрял где-то в горле. Минхо смотрел на него немигающим взглядом, который Джисон не собирался обдумывать или ловить. Он тут жертва! Так что гордо вздёрнув голову и вернув себе самообладание (видали какой гордый, м? ), Джисон, набрав в грудь побольше воздуха,***
Идея была десять из десяти ровно до момента, пока Джисон не понял, как ему, собственно, до альфы добраться. С ним и раньше-то было сложно встретиться, а став слугой, джисоновы возможности так вообще стремились к нулю. – Чë-т я не понял, то ты от него бежишь с высоко поднятой головой, то ищешь встречи. У тебя что ли этот... тревожно-избегающий тип привязанности? – непонимающе хмыкнул Чонин, и Джисон тут же вспыхнул как спичка. – Сам ты тревожно-избегающий! Я же ищу его не.... не потому что хо... лю... тьфу! Короче! А ради мести! Я не смогу покинуть этот дворец не отомщенным! Этот альфа должен извиниться! – решительно заявил Хан в конце своей очень неуверенной и полной запинок речи. И что этот Чонин вообще себе надумал! Привязанность? У него? К Ли М... Нет! Фу! Бе! Кошмар! Да Джисон вообще бы век его не видел! А тут дело чести. Нужно почувствовать себя отомщенным! В конце концов, мужик Джисон или не мужик? – Да-да, я тоже так говорил, когда у нас с мужем всё только начиналось, – прозвучало мечтательно со стороны, после чего Тэмин подсел к ним за стол. Джисон от такой подставы даже потерял дар речи. – Да я... да вы... Вы вообще на чьей стороне?! – На твоей, конечно, – подмигнул Хану старший омега, показательно передавая его любимую булочку, которую Джисон мгновенно обидчиво запихнул в рот. – Поэтому я полностью поддерживаю тебя. Альфа должен заплатить за своё поведение и должен любыми способами извиниться. Ведь если он покажет, что готов меняться ради тебя, у ваших отношений будет какое-то будущее. И если сначала Джисон даже согласно кивал, то в конце захотел треснуть друга по бедру. Нет, ну что за дурацкий сегодня день!***
Ли Минхо только вернулся во дворец после личной встречи с послами на нейтральной территории. Встреча оставила после себя сильное напряжение. Ему нужно было срочно проветриться и собраться с мыслями, чтобы подготовиться к диалогу с братом. Он знал, что Феликсу уже сообщили о предстоящем браке, и искренне сожалел, что не может найти других решений, но Феликса, разумеется, это вряд ли волновало. Минхо был сам виноват, что растил брата вдали от себя. Что, погрязнув в делах, перестал уделять ему достаточно времени и предоставил самому себе. Феликс вырос прекрасным человеком, но его свободолюбие теперь играло против Минхо, и решать этот вопрос пришлось тогда, когда Ли совсем к этому был не готов. Чтобы правильно подобрать слова и всё хорошенько обдумать Минхо даже отослал слуг и по приезде сразу отправился в сад. Но по закону жанра именно тогда, когда мысли нужно было собрать в кучу, появился тот, из-за которого всё переворачивалось с ног на голову. Минхо даже не понял, как это произошло. Он был уверен в том, что отправил Джисона туда, где никак не мог с ним пересечься. Но вот он стоит на дороге и смотрит в упор на этого дурацкого омегу в каких-то светло-коричневых тряпках и тратит все свои силы, чтобы не схватить его в охапку, прижав к себе. Минхо думал, что дела выбили из него мысли об этом парнишке, что с его нагрузкой и выматонностью Джисон из его головы и жизни испарится так же быстро, как снежинка на пальце. Но вот омега перед ним и Минхо кажется, будто они разошлись только вчера. Будто ещё вчера он слушал его болтовню, вжимал его в простыни, упивался его запахом и буквально сходил с ума от желания им обладать. Это было плохо. Это было очень плохо, потому что Минхо не собирался больше иметь с этой неблагодарной омегой что-либо общее. И тем не менее он не двигался, позволял омеге смотреть на себя и даже сказать эти дурацкие слова. – Если ты пришёл ко мне извиняться, то я слушаю. Если нет, то иди нахуй, Минхо. Хах, как же в духе Джисона. Гордый, упорный, глупый, своевольный. Самая невыносимая омега из всех. Извиниться перед ним? За тот хаос, в который он превратил жизнь Минхо? За плевок в душу, который Джисон сделал? Этот омега слишком много о себе думал. И даже при том, что Минхо это понимал, часть его готова была извиниться. Сука, извиниться перед глупым гаремным омегой за то, что Минхо взял его под влиянием гона, не спросив разрешения, что воспользовался своей силой и властью. Он, блять, был готов. Но краем глаза Минхо заметил в кустах подглядывающую прислугу и просто проигнорировал чужие слова, а после ушёл. Ведь если кто-то увидит его на коленях перед Ханом, у них обоих будут проблемы. А проблем у Минхо сейчас и так выше крыши.***
– Ваше Высочество, к вам ваш брат. Если бы у Феликса была опция не впускать правителя этой страны, он бы еë совершенно точно использовал, однако такой возможности у него не было, да и часть его скучала по брату, в какую бы задницу тот не собирался его послать. – Впускай, – без особого энтузиазма отозвался омега и максимально гордо и обиженно уставился в окно, будто никакие правители и правила этикета и близко его волнуют (а в данной ситуации так оно и было, ведь степень злости была соответствующей). – Ликси, привет, – голос брата прозвучал за спиной, стоило всем остальным покинуть комнату. – Я принёс тебе твои любимые сладости. Феликс хотел сделать вид, что таким его не возьмёшь и вообще он не маленький, но сладкий запах шоколада заставил против воли повернуть голову, но омега вовремя себя остановил. Он не продажный вообще-то! – Думаешь сладости способны мне сейчас подсластить жизнь? Или это последнее желание перед каторгой? – Господи, не драматизируй, прошу, – устало выдохнул альфа и сел рядом, Феликс наконец смог нормально на него посмотреть, и выглядел брат, мягко говоря, помято. Тёмные мешки под глазами, бледный цвет лица, усталость в глазах и всё-таки та же родная улыбка на губах. – Это ещё до конца не решено, но я хочу, чтобы ты знал, что мы сейчас в очень тяжёлой ситуации. Я не говорю, что твой брак с Кристофером - единственное решение. Но, вероятно, наименее болезненное для нашей страны. Феликс хотел поспорить, очень хотел, но взгляд брата был таким изможденным, что сомнений не оставалось – он говорил правду. И всё же... – Но, Минхо, ты же знаешь, я этого Кри... – в груди опять разрослась буря из злости, – этого...! Альфу! Терпеть не могу ещё с детства! – Знаю, но, Ликси, это было очень давно. Я общался с Кристофером Баном и он хороший человек. По крайней мере я уверен в том, что он тебя не обидит, иначе я этот брак даже не рассматривал бы. – Не обидит! – Феликс даже подскочил на месте, – Этот альфа с самого детства пытался меня унизить! Он звал меня глупым малышом и говорил, что такого заморашку никто в мужья не возьмёт! Минхо нахмурился. – Что, так и сказал? Феликс мгновенно просиял. – Да! – Как точно подмечено, – усмехнулся альфа, за что тут же нехило получил подушкой по носу. – Всё-всё, прости. Ты самый красивый омега на свете, Ликси, и этот альфа ещё пожалеет о своих словах, но я прошу тебя, серьёзно подумай над моими словами, потому что ситуация обстоит так, что у нас с тобой не особо много выбора. И Феликс понимал, что Минхо прав. Как бы сильно он не любил свободу и непринуждённую жизнь, которую ему подарил брат, все-таки он был принцем большой страны и был обязан нести ответственность за неё в той же мере, что и брат. – Хорошо, – нехотя выдохнул он. – Я подумаю об этом, но, – он сделал паузу, дождавшись, чтобы Минхо кивнул, показывая внимание. – У меня условие. Если дойдёт до женитьбы, то знай, я не выйду замуж раньше тебя. – Чего? – на этот раз глаза брата возмущённо округлились, и Феликс почувствовал себя отомщенным. – Что слышал. Ты тоже должен позаботиться о будущем страны и завести себе надёжного супруга, а не вот этот бардель. И этот супруг должен мне тоже понравиться, иначе не считается! – Ли Феликс, – терпеливо начал Минхо, хотя нервы явно начинали его подводить. – Никаких возражений, братец, – с ангельской улыбкой заявил Феликс и выдернул поднос со сладостями у брата из рук, показывая, что диалог окончен. Брат совершенно точно не остепенится в ближайшее время, Феликс уверен, а значит и брак с чертовым Кристофером ему не грозит. С этими мыслями Ли Феликс расплылся в довольной ухмылке, слушая, как брат ругается себе под нос, выходя из покоев, и подумал о том, что надо бы узнать как там тот омега из сада.
Примечания:
сюжет зажил сам по себе, я просто его озвучиваю
