это – не дружба.

Когда они собрались в следующий раз, запал Дипинса совершенно иссяк. Ему было неловко от любого касания, а чувства словно обострились, и все намеки Серёжи приобрели новое значение. Это больше не просто шутка и Ваня все понимает. С одной стороны, да, он начал действительно замечать на себе внимание Пешкова, но плохо в этом, что теперь он замечает даже то, что изначально не вкладывал Жожо в свои действия. Ему казалось, что он сойдёт с ума к тому моменту, когда закончится стрим. Но вот, вебка и компьютер выключились, дав Бессмертных зелёный свет, чтобы уйти. Он резко подрывается с дивана, бегло извиняясь, и идёт в сторону балкона. Его все ещё немного потряхивает от того, как Сережа посадил его к себе колени, а Ваня, поневоле, вспомнил тот вечер, когда они страстно целовались в такой же позе. Ветер постепенно приводил мысли в порядок, лицо больше не было таким красным, а ноги теперь уверенно держали. Но Пешков снова все порушил. Он зашёл и прикрыл за собою дверь, обращаясь к Дипинсу: - Вань, что-то не так? - нет, все нормально. – быстро выпалил патлатый. - ты постоянно бегаешь от меня. Тебе неловко? Или раздражает? - я, послушай… – он повернулся к Жожо лицом, – я ничего не могу поделать с тем, что в моей голове постоянно всплывают моменты, где мы целуемся. И, знаешь… – он смотрит прямо в глаза. – я хочу ещё. Сережа медленно скользит взглядом по человеку, стоящему напротив, останавливается на губах и резко припадает к ним. Ваня, ожидавший этого порыва больше, чем стрима с Куплиновым, сразу же ответил. Языки мгновенно сплелись воедино, Пешков положил свою ладонь на чужой затылок, а Дипинс обвил шею того кольцом из рук. Жожо целуется жарко, влажно, но никуда не торопится, понимает, что насладиться своим мальчиком вдоволь. Они медленно перемещаются с балкона обратно – в зал, падают на диван, все ещё целуясь. Ваня упивается тем, что с ним вытворяет язык Серёжи, глухо стонет в чужой рот, чем раззадоривает кудрявого только больше. Брюнет расстегивает ширинку на джинсах Бессмертных и сжимает чужой орган в руке. - Сережа.! – со стоном выдыхает он сквозь зубы и смотрит на Пешкова. Осуждающе и недовольно, на что тот только улыбается и приспускает чужие боксеры, касаясь рукой уже возбужденного члена. - а ты довольно чувствителен. – не сдерживая комментария, выдает Жожо. Он начинает медленно водить своей ладонью вверх-вниз, выбивая из глаз Вани искры. Дипинс долго был совершенно отрешенным от мира, но потом потянулся рукой к члену Сережи. Нерешительно он отодвинул резинку штанов и боксеров, беря в руку чужой орган, уже истекающий предэякулятом. Брюнет тихо простонал имя патлатого, отчего тот чуть не кончил. Ваня дрочил парню мягко, лишь иногда ускоряясь в то время, как кудрявый делал это довольно быстро, не останавливаясь. Первым кончил Бессмертных, а через несколько движений сдался и Жожо. Они минут пять сидели молча, просто пытаясь отдышаться. И все это время в голову Дипинса лезло кучу вопросов, противоречий и разочарований в самом себе. Он устроил внутри себя самую настоящую войну, где на поле боя вышли две стороны: первая – хотела принять все те чувства, но вторая – отрицала их, пытаясь убить все хорошее. Пешков заметил, что глаза парня напротив потемнели, брови сошлись к переносице, а сам он кусает в кровь свои губы. Брюнет слегка махнул рукой у того перед лицом, сразу выводя из мыслей. Ваня просто долго смотрел в глаза Сережи, пока тот спокойно копался в его мыслях. Бессмертных буквально чувствовал, как в голову кто-то влез и перерыл там все. Жожо наклонился вперед, невесомо касаясь чужих губ, но патлатый углубил поцелуй, надавливая ему на затылок. - ты мне нравишься. – тихо, но уверенно, высказал кудрявый. - шутишь? – устало усмехнулся Ваня. Его клонило в сон, все-таки, недавний оргазм сказался на состоянии. - не шучу. Не думай о том, о чем постоянно думаешь. Просто доверься мне и своим чувствам. Дипинс просто смотрел ему в глаза, улыбаясь все также, когда из его собственных потекли слезы. - ты мне тоже. – утвердительно кивнул он, роняя голову на плечо Пешкова.