Принц Хан из другого мира.

      — Должен умереть в этом мире, чтобы попасть в свой? – испуганно переспросил Джисон, ощущая дрожь в коленях. — Что за фигня..       — Можешь верить мне, а можешь нет. В любом случае, если ты пришёл сюда, то ты в отчаянии. – сказал Чонин и вдруг замер в одной позе.       На улице стал слышен странный шум. Ян встал, взял ничего непонимающего Хана за руку и вывел из шатра.       — На сегодня наши прекрасные беседы окончены, а теперь тебя ждёт кое-что особенное, Принц Хан.       Джисон обомлел. Их окружало, наверное, полсотни стражников, Бан Чан и Император Ли на конях стояли ближе всего с ужасно кислыми минами. Хану стало не по себе. Интересно, в порядке ли Феликс?       — Давно не виделись, Ваше Величество. Отдаю вам вашего мужа целого и невредимого. – Чонин ярко и невинно улыбнулся, приобнимая Джисона за плечи.       Чан было собрался что-то сказать, но Император остановил его.       — Я повешу тебя в следующий раз, Чонин. Вслед за Принцем Ханом. – спокойно ответил Ли, смерив Джисона грозным взглядом.       — Жду не дождусь! – радостно ответил Ян и ушёл в шатёр, помахав напоследок рукой.       — Свяжите его. – приказал Император, не спуская глаз с Хана, который собственно не сопротивлялся. Бесполезно вообще что-либо делать в такой ситуации. Запястья и лодыжки оказались в грубо завязанной толстой верёвке.       Минхо слез с коня и тяжёлыми шагами подошёл к Джисону, которого охватил мандраж, он боялся даже поднять глаза на Императора.       — На колени. – сухо сказал Ли, словно отдавая команду собаке. Хан стыдливо рухнул на землю из-за того, что завязанные ноги не сильно его слушались.       Лязг. Джисон почувствовал, как около его шеи появилось что-то холодное. Ледяной пот заструился по спине и лбу, парень непроизвольно сглотнул.       Холод металла готов был навсегда въесться в шею Хана. Джисон зажмурился.       Неужели умрёт прямо здесь и сейчас?       Тяжёлый вздох. Повторный лязг. Ли убрал меч обратно в ножны. Через пару минут на глазах Хана появилась чёрная ткань, чьи-то руки крепко завязали её на затылке. Стояла абсолютная тишина. Вокруг, словно, никого и не было.       Джисона неожиданно подняли на руки, а после он оказался на лошади, повиснув, как тряпочка.       Лошадь начала идти, позади послышались десятки шагов. Ехать таким образом, лёжа поперёк на животе, было ужасно неудобно, пускай лошадь шла очень медленно. Казалось, что ещё немного, и Хан просто скатится головой вниз. Такой вид транспорта парень явно неодобрял.       Чья-то тёплая рука легла ему на поясницу, придерживая. У Джисона спёрло дыхание. Ведь скорее всего, это Император Ли, только он этого никогда точно не узнает, наверное. Вот и почему он так по-разному себя ведёт? Хан не понимает, и это очень сильно злит.       Джисона уже начало подташнивать, когда лошадь наконец остановилась. Его спустили с "транспорта" и закинули себе на плечо. Хан явно нехорошо себя чувствует. Во-первых, он уже не может находиться в таком положении, во-вторых, ему неловко из-за того, что он висит на человеке, и его держат за зад. В обоих вариантах один путь — смириться.       Через некоторое время, где-то на шаге трёхсотом, человек остановился и, судя по звуку, вошёл в комнату, закрыв её на замок.       Джисона опять заставили сесть на колени, развяз ему глаза.       Перед Ханом сразу же возникли: Ли, достающий бутылку вина, и императорские покои. Опять здесь. Это уже стало своеобразной комнатой пыток для Хан Джисона.       Тишина между ними сохранялась до сих пор. Император молчал, выглядя очень измученно, Джисон не знал, можно ли ему хоть что-нибудь сказать в своё оправдание.       Ли сел напротив него на стул, взяв бокал с вином в руку.       — Я очень зол на тебя, но даю тебе возможность рассказать, о чём ты думал, пока я пью. – Император указал на бокал.       — Я просто хотел.. – неуверенно начал Хан и остановился.       Ли выпил всё залпом, грубо поставив бокал на стол, и хмуро посмотрел на Джисона.       — Я просто хотел попасть к гадальщику, чтобы узнать.. – Джисон всё ещё пытался собрать мысли воедино, но получалось плохо. Он нервно кусал щёку изнутри.       — Оделся, как простолюдин, и совершил побег из дворца, нарушив законы, из-за гадальщика? – Минхо вопросительно изогнул одну бровь.       — У меня была важная причина так поступить. – резко ответил Хан и испуганно опустил глаза.       — Что за причина?       — Я.. не могу сказать. – тихо выдавил Джисон, надув щёки.       А что говорить? Ну.. Хуй?       — Что за ребячество? – раздражённо спросил Ли, скрестив руки на груди и положив ногу на ногу. — Ты и твои слуги всё равно понесут наказание.       У Хана ёкнуло сердце, улыбающийся Феликс тут же возник в голове.       — Что за наказание? – дрожащим голосом произнёс Хан.       — Слуги сегодня в тюрьме, а на рассвете в петле – кто знает. — незамысловато ответил Император, отчего сердце Джисона ушло в пятки.       — Ваше Величество, пожалуйста, не убивайте их. – умоляюще проговорил Хан. — Убейте лучше меня.       — Твоё наказание зависит от твоих ответов. – Ли смерил парня нечитаемым взглядом. — Я могу и поменять своё решение. Поэтому постарайся придумать оправдание, которое меня удовлетворит.       Джисон сглотнул, связанные руки и ноги уже начали болеть от одного положения. Мозг начал активную и быструю работу, чтобы выдать хоть что-нибудь стоящее. Хан сделал глубокий вздох и выдох. Ещё один небольшой риск.       — Я хотел узнать у прорицателя о ваших чувствах ко мне. – громко объявил Джисон, поднимая глаза на Императора.