Казалось бы, это конец...

— Да, внутри он, может быть, и уязвим, но что мы можем сделать? — пожала плечами Жасмин. — Есть такая народная примета, что если ты сам или кто-нибудь еще, слушающий тебя, чихнет, то ты точно говоришь правду. — вдруг подал голос Джинни. — Джинн, прошу тебя, не надо опять устраивать клоунаду, когда у нас такие серьезные проблемы! — закатил глаза Аладдин. Синий волшебник уменьшился в размерах и затем прошептал Аладдину на ухо: — Если мы заставим этого ящера чихнуть, то он лишится Камня Превращений, который сейчас находится у него в пасти за щекой! А если он его лишится, то тут же примет свое прежнее обличье и не будет представлять для нас никакой опасности! — А может быть, лучше пусть Коврик ему ноздри кисточками пощекочет, чем мы будем терять время на бессмысленные разговоры? — Не выйдет — у этого Ти-Рекса ноздря больше, чем целый Коврик! Не дрейфь! Помнишь, как ты Джафара спровоцировал и одолел, загнав в лампу? Давай в этом же духе! — Не чихнет, так чертыхаться будет так, что Камень Превращений выплюнет! — присоединился Яго. — Уж я-то знаю! Аладдин на мгновение замолк, а затем громогласно выпалил, обращаясь к гигантскому страшилищу: — Рунтар, что, решил предать своих и к Мозенрату за магией обратиться? Похоже, ты действительно не из этих мест! Морда ящера, как только он услышал об этом, тут же перекосилась от злости, но вместо того, чтобы раскатисто зарычать, он сел на корточки, чтобы схватить передней лапой этого нахала и раздавить, как жука. Хоть Рунтар всю жизнь был мелочным и злобным, однако он был очень хитер и умен. Потому он понимал, что его враги хотят спровоцировать его, чтобы он неистово зарычал и лишился Камня Превращений, спрятанного у него за щекой. Аладдин, этот наглец с языком без костей, заслуживал кары, и он ее непременно получит. Какой смысл гортанно рычать и сыпать оскорблениями в ответ, если куда более действенным и справедливым будет просто, не говоря худого слова, убить этого оборванца? И дело с концом. Аладдин, понимая опасность, попытался было ринуться в сторону, однако Ти-Рунтозавр преградил ему путь пятерней другой лапы, после чего сжал пальцы. «Погибать — так весело!» — решил парень и продолжил сыпать оскорблениями: — Что, Рунтар, признал все-таки, что ты неудачник? Решил к Мозенрату за магией обратиться? Вот только и ты, и Мозенрат никогда не одолеете никого из нас и из тех, кто на стороне добра, потому что вы оба — трусы и подлецы! Но ко всеобщему удивлению, нехитрая на первый взгляд задумка Джинни сработала лучше некуда: Ти-Рунтозавр Рекс в этот самый момент оглушительно громко чихнул, отчего Камень Превращений пулей вылетел из его пасти и отправился в свободный полет. Результат этого не заставил себя долго ждать — ящер начал стремительно уменьшаться в размерах, а когда он еще и утратил все свои грозные когти, клыки и чешую, то принял свой первозданный облик. Униженный и пристыженный Рунтар, вновь оказавшись в своем теле, дрожал от страха и холода и потому попытался завернуться в теплый плащ — почти единственное, что уцелело после метаморфозов — а заодно и лицо, не желая встречаться взглядом со своими врагами. Теперь все действительно кончено. Если он за неимением силы брал хитростью, то его замыслы уже во второй раз были расстроены этим поганым Аладдином, который вместе со своим джинном применял против него еще большую хитрость. На этот раз в его распоряжении была магия, но даже при таком раскладе он потерпел фиаско. «Наверное, я все-таки родился под несчастливой звездой» — пронеслось у Рунтара в мыслях. Он не мог вспомнить момента в своей жизни, когда он чувствовал себя не то чтобы более, а хотя бы так же паршиво, как сейчас. Теперь для него есть лишь три возможных исхода, и все они ужасны: или с него снимут голову на плахе по приказу княгини Брунгильды, или его оставят на растерзание Аладдину и его компании, или сейчас прибудет пылающий гневом Мозенрат и превратит опростоволосившегося подручного в ходячего покойника.

****

— Рунтар — неудачник! — осклабился Ксерксис, наблюдая через портал за происходящим. — Все, насмотрелись. — недовольно буркнул Мозенрат, спешно меняя свою ночную сорочку на дневной наряд. Открыв портал в Мозенраполис, он схватил своего верного угря и вместе с ним собрался отправляться на другой конец континента. — Хозяин решил со своей стороны внести разнообразие в это кино? — поинтересовался фамильяр. — Ну, можно и так сказать. — последовал ответ. Оказавшись на нужном месте, чародей, наблюдая вдалеке Аладдина и его компанию, поспешил телепортироваться мимо них, правда, будучи невидимым, чтобы избежать ненужных проблем. — Что ж, хоть Рунтар и облажался, однако благодаря ему у меня все-таки появилась возможность и достаточное количество времени для того, чтобы привести себя в порядок и немного перевести дух. — едва слышно обратился Мозенрат к Ксерксису. — Теперь пришла пора осуществить то, что я планировал сделать по возвращении сюда и наконец пополнить ряды своих мамелюков! Ксерксис, телепортируемся в темницу! — Мозенрат умен! — похвалил его угорь. — Да, это точно. Мне стоит сначала избавиться от тех, со стороны кого оборванцу и его банде может прийти помощь, а потом уже разбираться с ними. Возможно, молодой колдун и превратил бы всех местных жителей до одного в мамелюков, если бы его неприятели все же не заметили его. — Фиксирую Мозенрата в радиусе одного километра от данной точки, отправляемся в подвал вслед за ним! — прокричал Джинни, превратившись в локатор, а затем силой магии вместе со своими товарищами отправился туда же, куда и маг, а именно в подвал каменного замка. Брунгильда понимала, что должна стеречь этого маленького мерзавца, чтобы он не сумел удрать, однако горела желанием полюбоваться на расправу над Мозенратом и, если надо будет, помочь «хлипкому герою» и его друзьям, поэтому бросилась в подвал, понимая, куда именно все они отправились. Рунтара, в конце концов, можно ведь потащить с собой — схватить за шкирку и держать, как нашкодившего щенка или котенка, что она и сделала. Джинни же мало того, что успел и сумел засечь чародея, так еще при помощи приспособления, чем-то похожего на водяной пистолет, распылил в воздухе особую волшебную пыльцу, которая обладала демаскирующим действием и позволяла открыть всему миру того, кто с той или иной целью сделался незримым. Коробочку с этой пыльцой, как и многие другие атрибуты джиннов с полуфеноменальной силой, он всегда носил с собой в своем чемоданчике.

****

Осознав, что его магической маскировки больше нет, молодой колдун скрипнул зубами от досады и прошипел сквозь стиснутые все от той же досады зубы: — Ах, Аладдин... И джинн в придачу... Очень не рад вновь вас всех увидеть. — Я тоже! — воскликнул Аладдин в ответ. — Ты всегда путаешься у меня под ногами, оборванец, и вечно лезешь не в свои дела! — А ты разве в свои? — дерзко спросил его оппонент. — Что ты забыл в Одифере? — Ах, я что забыл? Вы пустили меня на воздушном шаре в никуда, а меня занесло в это захолустье. Вот я и решил захватить власть в нем, раз уж представился такой замечательный шанс. — Ты себе не изменяешь. — Могу с уверенностью сказать то же самое о тебе. Брунгильда решила не ждать, пока они закончат словесную перепалку, и действовать по старой схеме — памятуя о том, как брошенная ей телогрейка сбила Рунтара-сапсана и выбила у него Камень Превращений, она метнула ее в сторону Мозенрата, надеясь тем же образом сбить с него перчатку. А что, вдруг выйдет? Поначалу всем показалось, что это самое наиглупейшее решение из всех возможных, ведь Мозенрат был гораздо крупнее и тяжелее сапсана, поэтому плотная и тяжелая одежка из пары шкур мехом наружу, что неудивительно, не просто не сбила с него перчатку, но даже нисколечко не толкнула. Однако прыткий Абу сумел воспользоваться небольшой заминкой Мозенрата и успел за пару секунд, скрываясь под телогрейкой, стащить с костлявой руки мага злополучную перчатку и бросить ее своему хозяину. — Моя перчатка! — взвыл чародей и ринулся к своему врагу, чтобы успеть перехватить свое имущество, однако ему помешала это сделать Брунгильда, схватив за плащ и подняв за шиворот, как и Рунтара до этого. — Хм, я не удивлена, что вы оба спелись. — усмехнулась она. — Без магии вы — ничто. Ксерксис попытался было вернуть хозяину его имущество, отняв его у их врагов, но у угря это не вышло. — Джинни, а можно ли уничтожить эту перчатку раз и навсегда? — поинтересовался Аладдин, краем глаза с торжеством наблюдая за гримасой неподдельного ужаса на лице молодого колдуна. — К сожалению, нет. — был ответ. — Как нет? — всплеснула руками Жасмин. — Ее же можно, например, сжечь! — Она в огне не горит и в воде не тонет. Я могу только на некоторое время прервать использование магии кем-либо с помощью надетой на него антиволшебной варежки, но не более того. В одной нити перчатки Дестана и Мозенрата могущества больше, чем у огромной оравы джиннов. Мозенрат, недолго думая, расстегнул золотую застежку с рубином, скреплявшую концы его плаща, высвободился, оставив элемент своего гардероба в цепкой хватке не ожидавшей такого Брунгильды, а когда она от удивления выронила его накидку, подхватил ее, надел и прошипел сквозь зубы: — Позвольте забрать это недоразумение! С этими словами Мозенрат выхватил Рунтара у Брунгильды, которая была не особо-то и против отдать своего врага на растерзание другому своему врагу. Чародей был спокоен — он был научен опытом, что перчатка все равно вскоре возвратится к нему, поэтому нет смысла пытаться отобрать ее у недругов сейчас, да и не выйдет — а противостоять своим врагам без нее, как они верно подметили еще давно, он не в состоянии. В очередной раз потерпев поражение, Мозенрат, по идее, должен был, выругавшись про себя, отправиться через портал назад в свою цитадель для создания новых коварных планов, но не в этот раз — перчатку, необходимую для телепортации, у него в очередной раз отняли. Джинни вытащил из чемодана баночку, выдернул из нее пробку и высыпал из нее блестящий порошок на пол. Доля секунды — и двух злодеев закружило мощным вихрем, пронесшим их на юг до самой страны Черных Песков. — Я еще вернусь, Аладдин! — пообещал Мозенрат, перекрикивая шум вихря. — Не сомневаюсь! — дерзко улыбнулся тот в ответ. — Буду с нетерпением ждать встречи! Хоть Аладдин понимал, что Мозенрат не из тех, кто сдастся даже тогда, когда судьба будет явно не на его стороне, и что злодей через некоторое время вновь нанесет удар, все же Аладдин был доволен собой. Да, пусть он во многом уступает своему оппоненту, однако у него и у его друзей всегда хватит смелости и решительности противостоять этому колдуну во что бы то ни стало и не позволить сбыться его планам тирании как над целым миром, так и над какой-то отдельной страной.