кто-то далекий зовет тебя солнцем

.женек стоит у зеркала, поправляя волосы. кажется, он мог бы сейчас взять в руки лак для волос и сделать нормальную укладку, однако какой смысл так сильно заморачиваться над внешним видом, когда все пойдет под откос (в хорошем смысле этого слова)? и такой прогноз происходящего весьма неплохо описывает будущий вечер, поскольку в компании друзей и алкоголя, будет трудно не сходить с ума, не уходить в танцы, не двигаться под музыку до самого утра, встречая свой очередной день рождения. будет тупо трудно стоять на ногах, поэтому речи о прическе точно не будет идти. да и важно ли пьяным друзьям, что у тебя на голове? к тому же, когда нужно проводить время в пляске с хорошим настроением, которое еще пригодится. по этой причине, женек бросает последний взгляд на свои волосы и, чуть улыбнувшись своему отражению, уходит из ванной. на нем лонгслив "люди не меняются", который ему как-то подарил ильдар; черные, свободные, теплые штаны, что приятны к коже; белые, чистые, словно новые, кроссовки, в которых еще придется пол ночи плясать; на руке apple watch, а на плече закинут рюкзак. он пару раз проверяет себя, дабы ничего не забыть, и только после этого выходит из квартиры. женек немного нервничает. он совершенно не знает, что его ждет, поскольку единственное, что у него есть — адрес, который ему скинули, и куда сейчас он будет добираться. ни слова не было о том, что его друзья подготовили, что задумали, и насколько масштабное. а он уверен, что это явно не просто столик в кафешке, ибо не сдержался, и под влиянием интереса, мельком посмотрел, что находится на том адресе. там жутко красивая улица, и там куча мест, где можно не спать сутки, а то и более. и это завораживает еще сильней, и вместе с этим еще сильней пугает. когда подъезжает такси, которое он предварительно заказал, он падает на задние сидения, чуть поджимая ноги в коленях. его рост не всегда дает просторно развалиться в машине, однако сильно это никогда не мешало. поэтому он просто принимает наиболее удобную позу и достает наушники — airpods, которые ему подарил ильдар. признаться, у него не мало вещей от хабибульки. это всегда улыбало, и иногда уводило в воспоминания, как хорошие, так и не очень. из хороших, конечно же, те, когда им уже до остановки пульса было больно смеяться. а из не сильно приятных, почему-то первым в голову приходят те моменты, когда макаров не понимает шутки. вообще, это не редко приходит к нему, как некий повод порефлексировать. ибо, ну серьезно, он очень часто на что-то отвлекается, чего-то не знает, или просто тупит, от чего не понимает шутку. и женьку кажется, что главная проблема даже не в самом факте, что он не понимает, а в том, что своим каменным лицом он делает какую-то паузу и будто бы ставит в неудобное положение приятного, который смотрит на него, ожидая хоть какой-то реакции. однако, не этим сейчас должна быть забита голова макарова. ехать в неизвестность, это, как для персонажей хоррор фильмов, идти в подвал. одновременно интересно и страшно. хотя, в случае с данным примером, еще и тупо, а в случае с женьком, должно быть не так стремно, потому что его друзья не просто так имеют этот статус. и подобные сюрпризы всегда вводят в ахуевоз, а также приводят к одной мысли, что его близкие постоянно что-то придумывают. готовы реально заморочиться, чтобы в самом деле удивить и вызвать весь спектр позитивных эмоций. а готов ли макаров приложить столько же усилий (или даже больше), чтобы впечатлить и сделать хороший подарок другим? ему бы, возможно, было немного лень. однако, это должно быть как, например, с благотворительностями. делаешь другим хорошо, видишь огонь в их глазах, и самому становится тепло на сердце. верно? женек проверяет пару раз телефон, пока переключает треки, однако никаких новых сообщений. не считая поздравлений от подписчиков, которые будто бы не заканчиваются. он уже пару раз листал директ, просматривал пожелания с улыбкой на лице, но стоило отложить телефон на лишний час, как сообщений будто бы становилось в двое больше, особенно стоило зайти ему в телеграм. и это, определенно, было очень приятно. и не менее приятно было видеть, как некоторые люди, в честь дня рождения женька, делали себе подарок, заказывая мерч, и выкладывая в сторис фотки в нем. это грело все изнутри. и макаров в который раз убеждался в том, что делает все правильно, отбивая мысли о других вариантах в корзину с мусором, как баскетбольный мяч. кстати, о баскетболе. о нем женек часто думает. к тому же, многие друзья, что должны быть на его празднике, также раньше были баскетболистами. и это так странно, после нескольких лет занятий, вновь взять в руки мяч и закинуть в кольцо, когда твоя жизнь никак не связанна с этим делом. хоть и казалось что все будет иначе. просто потому что у макарова были свои установки. он очень много времени отводил на занятие любимым делом, порой, даже ставил себе ультиматум, по типу: забить подряд столько-то раз мяч в кольцо или остаться на неделю без сладкого. и при чем, если брать подобный пример, то за сладкое считается даже ложка сахара в чай или кофе. да и количество раз, сколько нужно попасть в кольцо, тоже обычно не маленькое. ибо евгению всегда хотелось быть лучше, чем вчера, поэтому бывали разные способы саморазвития в той или иной деятельности. макаров откидывается на спинку сидения и поворачивает голову в сторону окна, смотря, как по ту сторону стекла мелькают огни вечернего санкт-петербурга. самые любимые места в этом городе, как не удивительно, так это мосты. особенно встречать на них рассветы или провожать закаты. когда вся красота неба отображается яркой палитрой на неве. к примеру, в последний раз он прогуливался по троицкому, делая фотографии, на которых корчит забавные рожицы, и которые не окажутся в инстаграме, однако будут отправлены одному человеку в минск. и, раз уж опять мыслями женек идет в эту сторону, то вспоминает об одной вещице, что безумно порой убивает. ильдар не ездит к нему в питер. нет, он был много раз в этом городе, но лишь один раз, чтобы приехать к женьку. не то, чтобы прям обидно, но, блять, все же не совсем нравится, когда приятный поступает совсем не по-приятному. к тому же, когда макаров постоянно ездит в беларусь, и готов сорваться туда чуть ли не в любой нужный момент. и об этом он говорил хабибуллину не раз. а еще не раз говорил о том, что они, твою мать, в отношениях, и это было бы правильно, однако ильдар все еще не ездит к нему, ничем это не оправдывая. и это нагоняет на мысли, что ильдар даже не замечает, как обидно бывает женьку от того, что он всегда и сразу, а в ответ уклончивые ответы, даже не смотря на то, что за то время, которое они не видятся, скучают не только за обычным времяпровождением вместе. хабибуллин сам говорит о том, что ему не хватает близости, и просто чужого присутствия рядом, дабы просто спокойно засыпать, однако, как будто бы эти слова не особо-то и сильные, раз он остается в своем городе. а вот, когда женек приезжает, его уже готовы разорвать, и в его голове возникает некий диссонанс. в любом случае, макаров старается не вспоминать об этом хотя бы сегодня, и причина ясна. он оплачивает поездку и выходит из машины. моросит легкий дождь, заставляя чуть жмуриться, в попытках нормально осмотреться. вокруг яркие огни от зданий, ходят в спешке люди, ездят машины. вокруг суета, в которой страшновато потеряться. — женек! окликают его со стороны и он оборачивается, встречаясь взглядом с федей и радиком. его тут же обнимают, хлопая по спине. — ну что ты стоишь? пойдем. улыбается федор и тянет за собой макарова. — что вы задумали? спрашивает евгений, хоть и знает, что ответа не получит. его ведут сквозь прохожих, сквозь несколько минут времени, подводя к не особо приметному зданию, что чем-то напоминает бар. когда макарова заводят внутрь, первым толкая в дверной проем, он едва успевает оглядеться, как глаза закрывает черная пелена. плотная ткань не дает и маленькой клеточке света пробиться к нему. ему что-то говорят, и берут за руки, начиная куда-то вести. легкий страх окутывает макарова, однако лишь легкий. почему? просто потому что он знает, что это его друзья, ибо различать голоса. а также они как-то целой компанией ходили в один питерский квест, где и не такое было. страх только от того, что ты не знаешь, куда идти. падать совершенно не хочется, однако пока он слышит: "аккуратно, тут нужно обойти.." и "медленней, тут ступенька", а еще то, как его поддерживают, будучи готовыми в случае чего ловить — успокаивает неимоверно. он доверяет этим людям, так что послушно идет так, как ему говорят; и туда, куда его ведут. — так, мы уже почти дошли. тут еще одна ступенька… звучит женский голос рядом и через несколько секунд с его глаз снимают повязку. женек жмурится от непривычного света, что теперь кажется в разы ярче обычного, и прикрывает ладонью лицо. через время различает кирпичные стены, которые не похожи на обои, как бывает в некоторых заведениях, а есть реальными кирпичами; видит неоновую вывеску, по типу той, что у него на фоне в видео, только вместо "женек" там написано "с днем рождения", и вместо фиолетового света — красный; пара растений в углах, кажется для еще большей атмосферы, и в добавок кресла-мешки. однако стоит ему обернуться, как его глаза широко раскрываются, а губы растягиваются в улыбке. громкий возглас "сюрприз!" и его оглушают взрывы хлопушек. когда он видит огромный стол с кучей разной еды, то ощущает себя в одном из выпусков "4 свадьбы". а когда он видит, как все ему рады, отпуская к потолку гелиевые шарики, то чуть теряется, прежде чем заливисто расмеяться. он выбрал тех людей. . все веселятся, хохочут, рассказывают что-то, время от времени прерываясь, дабы сказать и послушать очередной тост за женька или сделать пару фотографий и снять сторисы. атмосфера душевная и теплая, хотя кое-кого здесь все же не хватает именнинику. а именно, его родителей. к сожалению, сейчас у них нет возможности приехать, да и в любом случае макаров собирался к ним на следующей неделе, поэтому договорились отметить дома. но все равно грустно, ибо, даже не смотря на то, что он уже взрослый мальчик, он скучает, особенно по маме. и чего таить, он скучает по ее готовке. да и по отцу тоже скучает, и по его шуткам, которые не всегда понимает, тоже скучает. это такое обычное и правильное чувство — скучать. но порой, женек слишком глубоко идет. ему кажется, что он скучает не по людям, а по моментам с ними. а родители занимали не малую часть жизни, хоть и не все было приятным. тот же развод, к примеру. для него маленького это был не особо приятный процесс. однако скучает, и весьма сильно. и быть может, с родителями все же по-другому? может, это те люди, по которым ты скучаешь не от моментов, а от того, кто они и что значат? тогда к остальным должно быть иначе, и тут уже он, хоть и робко, однако понимает, что так и есть. к друзьям он тянется из-за того, что в голове сотня хороших воспоминаний, которые в сумме дают приятное представление о них. только, что делать, если идя по такой логике, он натыкается на хабибуллина, который ломает нахуй эту логику. скучать по нему — что-то другое. на уровне чувств к родителям, а может и выше. он в очередной раз берет в руки телефон, проверяя сообщения. может быть, есть хоть от одно от ильдара, однако было пусто. лишь утреннее поздравление: пожелания; фотка с миссим пимпл; и обещание после сводить в какой-то классный ресторан в минске. и это, конечно, приятно, но, блять, недостаточно макарову. не в том плане, что он не выдерживает отношений на расстоянии, а именно в том, что в ильдаре все меньше оригинальности и рвения. нельзя сказать, что они прям давно знакомы и вместе, чтобы весьма хорошо друг друга знать, но тем не менее. что-то между ними было не так. макаров не выдерживает напора мыслей, и с улыбкой говорит, что отойдет подышать воздухом, и чтобы к его приходу был готов новый тост. смеется и направляется к выходу. быстро поднимается по лестнице, по которой его вели ранее, и находя выход из здания, оказывается на улице. стоит под крышей, смотря на ночное небо, где мелькают звезды, где горит красивая луна. дождь недавно закончился, остался запах мокрого асфальта, который заполняет легкие и чуть очищает рассудок. первые секунды, женек просто слушает тишину ночного питера, а уже после тянется к карману штанов, где припрятал пачку сигарет, и в которой заодно лежит зажигалка. он достает тонкую сигарету, щелкает фильтр, после второй. это были parlament с двумя капсулами. не то, чтобы его любимые, но лучший вариант из того, что ему предлагали. он сжимает губами стержень, поджигая никотин, и вдыхает яд, следом прикусывая основание зубами, дабы выдохнуть часть дыма, пока прячет зажигалку обратно в пачку и следом в карман. признаться, женек не уверен, что ему это нужно, как наркоману очередная доза в крови. он и не чувствует ломки какой-либо, когда решает бросить курить. дело, скорее всего, в том, что ему нравится процесс. моторика пальцев отвлекает от всего. ему просто нужно что-то делать, дабы занять себя и не думать о лишнем. да и плюс ко всему, ему нравится наблюдать за тем, какие трюки проворачивает сизый дым, когда оказывается в пространстве. а о том, какие трюки происходят в его легких, он и не думает, по причине того, что как-то проверялся и его легкие были девственно чистые. хотя, может это было и лишним. в последний раз он курил давно, где-то около трех недель назад. это было после поездки в минск. в питере накатили проблемы, появилась грусть и подавленность, в следствии с чем, он тупо не сдержался, потому что начинал сходить с ума, и в одну минуту было жизненно необходимо отвлечься от того, что происходило. и, наверное, если бы хабибуллин узнал, то был бы недоволен. а он, скорее всего, догадывается, что порой женек одну-две может скурить. сам ильдар тоже курил, однако, когда бросил, тогда реально бросил и не возвращался к этому, к чему и пытается привести макарова. евгений вздыхает. смотрит на то, как в его руках тлеет сигарета, и легким постукиванием по ней указательным пальцем сбивает пепел в урну, что была рядом. он слышит, как сзади открываются двери, и поворачивает голову. — ты скоро? спрашивает ваня, но когда его глаза опускаются на parlament, сжатый фалангами чужих пальцев, то, недолго думая, закрывает за собою двери. — докурю и иду. отвечает макаров. — ты, вроде как, бросил. парирует иван и складываеь руки на груди, становясь рядом с женьком. — что-то с ильдаром? спрашивает тот и верно метит. с ильдаром-то все хорошо, а вот проблема, что между ними, реально влияет на обычное самочувствие макарова. а сам ваня знал о том, что происходит меду женьком и ильдаром. поскольку макаров считает, что это один из его весьма близких и верных друзей, которому можно рассказать о своей личной жизни и не побояться негативной реакции. как, собственно, и было: ваня отреагировал вполне положительно и поддержал. а в такие дни, как сейчас, готов был помочь. — да. у женька нет сил спорить или врать о своем состоянии, что сейчас на виду. он, может, и хотел бы скрыться от всего, да вот человек, за которым ничего не страшно, сам находится в тени. — он не приехал? — он и не обещал. он вообще ко мне не ездит. я даже не совсем понимаю, какого хуя задевает. типа, он же не должен, и не обещает. а я жду чего-то. пожимает плечами женек, делая последнюю затяжку, после чего отбивает окурок в урну. — я знаю, что это не так просто, как звучит, но попробуй отвлечься. у нас сейчас будут танцы, так что.. пойдем? ваня хлопает женю по плечу, оставляя на время там ладонь. — ты прав. нужно отвлечься. пошли. наконец-то улыбнулся евгений. и когда женек и ваня спускаются вниз, в здании уже громко играла музыка, что тут же, на удивление, подняло настроение и ввело в некое такое состояние транса, когда просто не думая двигаешь всем телом в такт песням. поэтому, женю тут же увело танцевать со всеми и не думать о лишнем. . когда все валятся с ног от танцев; когда торты уже разрезаны и попробованы; когда время близится к утру; когда каждый уже достиг своего порога в алкоголе; когда реально слишком хорошо, всё вокруг вдруг начинает затихать. женек, уже неплохо подвыпивший, не сразу понимает, что происходит, однако ему говорят остаться на месте и просто ждать. чего именно, он не знает, лишь замечает, как постепенно гасят свет и становится реально жутко тихо и темно. он даже слышит собственное сердцебиение, замерев в ожидании неизвестности, что, как бывает обычно, и пугает, и завлекает. и первое время, он просто слушает свое дыхание, прежде чем слышит, как сбоку ему шепчут что-то про то, что ребята пригласили любимого исполнителя. это запутало еще больше и макаров чуть нахмурился, пытаясь вспомнить музыканта, который ему прямо безумно нравится и, который мог бы оказаться в питере. однако в голову лезли только зарубженые треки и их исполнители. он хочет спросить, что имеется ввиду, но не успевает и слова произнести, когда слышит звук гитары. просто движение вниз по струнам, что заставляет тут же уткнуться взглядом в ту сторону, где была небольшая сценка. в темноте ее было трудно разглядеть. тем не менее, женек помнил, что она была, и что хотел узнать: для чего. теперь же, ответ сам его настигнул. легкий бой, который женя не может понять, ибо все, что знает, так это — шестерка и восмерка. сам на гитаре не умеет играть, но будучи юношей, они собирались компаниями с друзьями и были ребята, что немного умели "брынчать", но много знаний женьку это не дало. однако звучание было хорошим. появлялось чувство, будто человек, держащий гитару, в самом деле занимается этим. и через время, он услышал низкий голос, поющий строки одной знакомой песни. после включается свет, но не весь, направляя его так, что видно силуэт и очертание тела, однако лицо остается в тени, еще больше поджигая интерес макарова. он знал песню и группу, слышал где-то пару раз, но голос явно другой и слишком уж знакомый. и, быть может, дело в том, что он весьма не плохо выпил, но узнал он лицо и голос человека, только, когда свет охватил того полностью. — ильдар… прошептал он одними губами и замер. быстро моргает пару раз; думает, что уже галлюцинации от алкоголя; теряется и пугается. смотрит широко распахнутыми глазами и понимает, что на сцене реально ильдар. сидящий на стуле, перед микрофоном, и держащий в руках гитару. это поражает: его игра и его голос. игра, потому что хабибуллин толком не умел играть на гитаре, хоть она у него и была. он мог лишь что-то легкое наиграть и на этом, собственно, все. а голос, потому что он был другим. да, они часто пели вдвоем, оба знают о тональности голоса и примерно о том, как им нужно управлять. но сейчас было что-то не то, только в лучшую сторону. голос звучал уверенно и поставлено. и женек просто смотрел с раскрытым ртом на хабибуллина. и в один миг его сердце делает кульбит, когда ильдар смотрит прямо в его глаза, и пропевает следующую строчку: — звёздочка в небе дрожит, в чёрной февральской пропасти бьётся. знают ли здесь в глуши, что кто-то далекий зовёт тебя солнцем? макаров тихо смеется и смотрит так влюбленно, как никто не сможет. и будь они в мультфильме, его зрачки уже давно бы приобрели форму пульсирующих сердец. он не верит, однако видит и тает. кажется, забывает все обиды и готов по новой всё это пережить, если в конце вновь получит такой подарок. и он даже не слышит, как его друзья начинают подпевать, поддерживая хабибуллина, ибо женек слышит только голос любимого, за которым скучал. скучал так, что сейчас даже возникает мысль, что он мог ебнуться в край и все это себе придумать, но слыша этот голос, мысль остается затеряной в коридоре сознания. и кажется, текст песни чуть изменен, дабы больше подходить под макарова, но тому и дела до этого нет. и первые секунды, когда музыка заканчивается и наступает тишина, и когда звучат аплодисменты, женек продолжает удивленно смотреть на сцену. — сюрприз? смеется ильдар и его смех подхватывают друзья макарова, что с самого начала все запланировали. хабибуллин отставляет гитару и медленно спускается со сцены, когда женек встает со своего места, смеясь, и идет на встречу приятному, прежде чем крепко обнять. он скучал. да так сильно, что не замечает, как мокреют его глаза. — ну чего ты? шепчет приятный, ухмыльнувшись, и поглаживая по спине женька. — я скучал. лишь отвечает макаров и не хотя отстраняется, дабы посмотреть в чужие наглые, но до одури родные глаза. — знаю. именно поэтому я здесь. говорит ильдар и улыбается, а следом обращается к остальным ребятам: — давайте дальше веселиться, что замерли-то? и когда внимание от них отходит на второй план, ильдар успевает пошутить на счет прически макарова. и женя уверен, что, если бы изначально знал, как все будет, то привел бы себя в порядок или взял бы тогда тот ебучий лак для волос, дабы не выглядеть так растрепано. и его вид дает больше возможностей хабибуллину чуть подъебать женька. к примеру, зацепиться за алкоголь, которым несет от макарова. или же, обратить внимание на лонгслив "люди не меняются". а в ответ лишь слышит фырканье, видит в чужих руках очередной бокал, а также слышит то, что женек самый главный фанат приятного ильдара. . утро оказывается слишком трудным для макарова. глаза невозможно раскрыть. каждый раз что-то давит на веки с такой неимоверной силой, что он готов сойти с ума. и лишь через время, он со стоном кое-как открывает глаза, однако тут же закрывает, чувствуя головную боль и то, как больно от дневного света, который прорывается сквозь тонкую ткань тюли, и буквально выжигает глаза. зрачкам в разы приятнее вновь оказаться во тьме, а его организму было бы отлично еще немного подремать. из-за того, что давно так не пил, да и в целом вел, вроде как, здоровый образ жизни, то его вчера снесло к херам. и сейчас он потирает руками лицо, пытаясь понять, что вообще происходит. женек приподнимается на локтях и щурясь, оглядывает комнату. его вещи были сложены на кресле, а сам он был в одном нижнем белье. и мысль, что он толком ничего помнит, заставляет прийти к такому выводу: столько пить нельзя. он в действительности нихуя не помнит, что было после того, как пришел хабибуллин и увел его танцевать. кстати о ильдаре. где он? макаров пытается найти телефон, но на поверхности его не видно, поэтому ему приходится перебороть самого себя и принять сидячее положение в постели, а после и вовсе встать на ноги. однако в его квартире оказалось вдруг слишком холодно, от чего он укутался в белое одеяло, и в таком коконе пошел по комнатам, шлепая босыми ступнями, и надеясь найти хабибуллина. он знал его, но в ответ слышал лишь тишину, и не было ни намека на то, что он мог быть здесь, от чего женек начал думать о том, что все ему то ли приснилось, то ли от алкоголя уже начало мерещиться. но то, что он вчера хорошо отпраздновал — уверен на все сто, ибо ощущается неплохо так. женек заходит на кухню и садится за стол, лишь сильней укутываясь в одеяло. он смотрит в окно: чистое небо, ни одного облака; солнце уже давно взошло и, на удивление, весьма ярко и тепло обнимало санкт-петербург в свои объятия. он слышал, как снаружи поют птицы, а в голове воспоминаниями проносилось то, что либо было правдой, либо игрой фантазии. голос ильдара, все еще отзывался эхом в черепной коробке. знают ли здесь в глуши, что кто-то далекий зовёт тебя солнцем? макаров невольно улыбается. ему смешно и при этом грустно. смешно, что он дошел до такого состояния, когда не можешь отличить настоящее от того, что сам выдумал. а грустно, ибо долгожданная встреча с хабибулькой может оказаться ложью. и в какой-то момент, пока он летал в своих мыслях, женек слышит, как проворачивается ключ в дверном замке. его немного дергает и он прислушивается, дабы убедиться, что не показалось. и после слышит, как открываются двери. и стоит ему увидеть ильдара, как он тут же успокаивается. значит, не приснилось. — о, ты уже проснулся. холодно? улыбается хабибуллин. — ага.. а ты где был? — я ходил за завтраком. у нас тут круассаны и кофе. — ильдар показательно шуршит пакетом, что был в руках, а после подходит к столу и на него ставит два больших стаканчика с ароматным напитком и упаковку свежей выпечки, — а еще, я не нашел у тебя ничего от похмелья, поэтому.. вот. — в добавок ко всему, приятный еще и достает таблетки, а следом оперативно подает стакан с прохладной водой. женек глупо улыбается, смотрит на ильдара и выпивает предложенное. — расскажешь, что вчера было? спрашивает макаров и осторожно берет круассан. запах ванили уже пробивает на слюну, а добивает его тот момент, когда он откусывает и ощущает шоколад. это было божественно. — да ничего такого. тебя немного понесло и ты переборщил с коньяком. пришлось тащить тебя на себе. ты там что-то мне рассказывал, вроде как шутил, а в такси уже спал. макаров кивает и запивает круассан кофе. он ничего не помнит, и может к лучшему. — а где ты так научился играть на гитаре и петь? решается спросить евгений. — я же говорил, что приехать не могу. а в это время ходил к одному парню, который учил петь и играть на гитаре. надеюсь, ты еще не обижаешься, что я только вчера смог приехать? — уже нет. довольно улыбается женек и ощущает легкий поцелуй на щеке. ему сейчас слишком хорошо, и все дни до этого, какими бы не были, но стоили того, что он получил теперь. . после того, как женек приходит в себя, и меняет одеяло на халат, они с хабибулькой решают немного полежать вместе, дабы просто насладиться тем, что за долгое время разлуки, вновь могут побыть вдвоем и не думать ни о чем, кроме, собственно говоря, друг друга. и это безумно нравится макарову. он просто положил свою голову на чужое плече и прикрыв глаза, с легкой улыбкой смотрел фильм, который включил ильдар по телевизору. это было так желанно, что сейчас счастья переполняло. и как бы то не было банально, однако, как же мало ему нужно для счастья. всего-то, чтобы любимый человек был рядом. в какой-то момент, макаров утыкается в шею ильдара. вдыхает аромат чужого одеколона и оставляет пару поцелуев на коже и припадая губами в мочке уха хабибуллина. тот тихо смеется. — жень, щекотно же… однако это не смущает женька и тот улыбаясь, оставляет еще пару поцелуев на чужом плече, оттягивая воротник футболки. его рука ложится около ноги ильдара и после мягко поглаживает по бедру. — ну что ты делаешь? бормочет хабибуллин, что очень хорошо ощущает скольжение ладони по своему бедру, которое вызывает мурашки по коже. — а что такого? ухмыляется макаров. он просто захотел сделать приятно своему молодому человеку. и он прекрасно знает, что не только он соскучился по сексуальной близости и знает, какие места у ильдара наиболее чувствительны. он дразнит, водит вверх вниз по ноге, а после подбирается к внутренней стороне, и слышит тяжелый вздох хабибуллина, который уже начинает чувствовать подступающую эрекцию. — ты хочешь вывести меня? спрашивает ильдар и после еще пары движаний руки евгения вверх-вних, не выдерживает и резким рывком, тянет за руки макарова на себя. тот усаживается на чужих коленях, а хабибуллин ловит удлиненный вздох жени, примыкая своими губами к его устам. целует напористо, но нежно, сминая губы, и чуть прикусывая нижнюю, оттягивая на себя, прежде чем вновь примкнуть и проникнуть языком внутрь. давление тут же подскакивает и накатывает жар. а пятая точка евгения уже нашла себе приключение, ввиде эрекции ильдара. возбухший половой орган ильдара твердо упирался в задницу макарова, чуть смущая этим того, не смотря на то, что именно этого он и добивался. и когда хабибуллин тянется к поясу халата, женек отстраняется и начинает слазить с его колен, чем вводит в легкое смятение. — что ты…? не успевает договорить ильдар, как кончики пальцев жени поддевают края штанов хабибуллина. тот не сразу соображает, а после всё-таки приподнимается, позволяя снять с себя низ. евгений опускает одежду до лодыжек и смотрит на член, обтянутый тканью боксер, где в области головки уже пробивается небольшое пятно от эякулята. женьку нужно пару секунд, прежде, чем снять и трусы. макаров наклоняется, осторожно обхватывает губами головку и пробует на вкус, касаясь кончиков языка уретры. ильдар не сдерживает себя и запрокидывает голову назад, выдыхая. стараясь максимально убрать зубы, евгений обводит края головки языком пару раз, а посде отстраняется, дабы провести им по всей длине. он держит рукой член у основания, а когда хабибуллин опускает глаза на него, то готов сойти с ума. женек как раз в этот момент поднимает на него глаза и, блядь, как же он выглядит со своей сбившейся челкой, пухлыми губами и членом во рту. смотря так неуверенно, словно спрашивает, мол: "я все правильно делаю?". и в это время, рука ильдара охватывает чужие волосы, нежно поглаживая и не стараясь надавить или заставить взять в рот больше. так или иначе, у них такой практики еще не было, поэтому сделать больно или заставить женька подавиться он не хочет. макаров ласкает, доставляет то удовольствие, которого порой жутко хочется добиться при мастурбации, однако является невозможным. а сейчас, буквально сносит и заставляет внутри все трепетать и дрожать от предвкушения того, каким может быть конец, к которому ильдар уже приближался. женек действовал быстро, энергично двигая головой, но, когда оргазм уже был близок, он остановился и замедлился в разы, вызвав что-то между тихим стоном и скулежом у приятного. — блять.. выдохнул ильдар, сжав кончики пальцев ног и зажмурившись, отпуская чужие волосы. женек медленными действиями постепенно доводил его до оргазма, и это, не удивительно, было в сотни раз приятнее, чем быстрые и резкие действия, от которых могло настичь это странное чувство, напоминающую боль. да и растягивая все так, можно более подробно разобрать эти ощущения. а когда ильдар начинает выгибаться в спине, макаров отстраняется, додрачивая рукой. легкая судорога в ногах проходит спустя несколько секунд, а пульсирующий орган начинает чуть обмякать. и когда ильдар смотрит на женю, то видит на чужом лице капли своей спермы. одна капля прямо держится на длинном веере ресниц, а другая стекает по красным губам. он тянется за упаковкой салфеток и они делят их на двоих: женек вытирает половой орган, а хабибуллин аккуратно протирает лицо макарова, который после встает с колен, чувствуя, как затекли ноги. однако, это не то, что его беспокоит. — я хочу пельмени. говорит женек и ильдар громко смеется, смотря на это чудо. — ты серьезно? дай мне хотя бы штаны надеть!