Пока не стало слишком поздно

      — Итак, — начала магесса, стоило последним следам экрана исчезнуть со стены, — ваши мысли?       Мировое древо, казалось бы, дало много пищи для размышлений ценой собственных ветвей и нервов своей жрицы, но с другой стороны…       — Это мало что нам дает прямо сейчас, — вздохнул Рон.       На мгновение воцарилась задумчивая тишина.       — Хорошо, тогда давайте пойдем по порядку, — выпрямился на своём месте наследный принц и, дождавшись согласных кивков соседей, продолжил, — показанный путь до Мирового Древа для нас не представляет особого интереса или угрозы, так как даже без древней силы огня мы можем пройти к эльфийской деревне с помощью пропуска Эрухабена-нима.       — Верно, — согласился древний дракон. — Посетить деревню в любом случае придётся.       — Живущие там эльфы «сюжетно» ничем не выделились, — продолжил Альберу, — в отличие от своих собратьев с Гор Десяти Пальцев. Даже если не брать в расчёт живущего там Пендрика, который фигурировал еще в «Рождении героя», что делало его интересным самим по себе, вождь Канария дала Кейлу книгу с важной информацией.       — Кстати про ту книгу, — внезапно встрепенулась Розалин, — нам бы не помешало самим её прочитать.       — Зачем? — не понял Лок. — Мы ведь уже знаем где древняя сила земли.       — Молодой мастер Кейл не читал ее всю, — напомнила Розалин, — он сосредоточился на поиске местонахождения древней силы. И он её нашел.       — Ну в этом и был смысл? — подросток всё ещё не понимал, к чему клонит его старшая названная сестра.       Сам он вообще про эту книгу забыл давным-давно.       — Записей с историей древних времен не так много, — ответил вместо магессы Альберу, понявший, к чему она клонит, — правдивых еще меньше. Вспомни только, сколько усилий в поисках информации про Жизненную Силу Сердца вложил Тейлор Стан и в результате нашёл только три слова, и то не факт, что связанные между собой. Но Кейл дошел до виллы в Лесу Тьмы по подсказкам из книги, а значит, что содержащаяся в ней информация была достаточно надёжной для этого, даже если немного иносказательной. Было бы действительно полезно почитать, какие еще истории содержит эта книга, учитывая, что тема древних времен становится все актуальнее с каждым новым фрагментом.       Немного покрутив эту мысль в голове и так, и сяк, подросток кивнул.       «Кажется, эльфийский склад ждет неожиданная инвентаризация».       В целом Лок подозревал, что такими темпами они и так узнают всё, что нужно про тёмные времена десять тысяч лет назад прямо тут, в Черной комнате, — но почему бы и нет?       — Теперь вернемся к самому Мировому Древу, — предложила Витира, закрывая тему эльфийской литературы.       — Тут внезапно есть хорошая новость, — сказал младший блондин, подхватывая чистый лист бумаги и начиная что-то аккуратно записывать.       Как быстро понял бывший дворецкий, кинув на лист беглый взгляд, принц записывал прозвучавшие «запретные знания».       — Так как мы всё уже услышали здесь, Мировому Древу в нашем мире не придётся терять свои три ветви, чтобы сообщить нам эту информацию еще раз.       Вспоминая, как ужасно и противоестественно выглядели упавшие ветви, все не могли не согласиться с Его Высочеством.       «Да и девочка-эльф обойдётся без моральной травмы на всю жизнь».       — Теперь к плохим новостям, — как ни в чем не бывало продолжил Альберу, дописывая последний третий пункт короткого списка, после чего вернул всё своё внимание соседям по креслам, — кто-нибудь что-нибудь понял?       Объективно говоря, и это было ясно всем без исключения, на данный момент более менее перспективным направлением расследования был пункт поиска следов родителей Раона.       Как минимум было известно, что он появился на свет из яйца уже в плену у маркиза Стана, и вышеназванный маркиз имел связи с секретной организацией.       Самое плохое, что на этом вся доступная информация и заканчивалась.       С кем из «Руки» контактировал маркиз, выяснить было, вероятно, уже невозможно. Единственным относительно высокопоставленным членом организации, замеченным в Роане, был Редика, который в мире на экране уже был ликвидирован.       В их мире ублюдок был и жив, и, к сожалению, здоров, но что-то подсказывало принцу, что даже если они его схватят, он ничего им не скажет, даже если знает.       В общем, очередной тупик, как ни посмотри.       — Если Древо в любом случае заплатило за эту информацию, почему оно не могло быть более конкретным? — пробурчал Раон, который неожиданно для всех (как по эту, так и по другую сторону экрана) оказался одним из самых заинтересованных в раскрытии этих загадок лицом.       Голос Бога Смерти, которого никто не ожидал услышать, вызвал нервную дрожь у обитателей Чёрной комнаты.              

— Прости, прелесть моя, оно дало столько информации, сколько могло. Любое Мировое Древо подчиняется тем же законам баланса и раскрытия информации, как и остальные бессмертные, имеющие доступ к божественному пространству, включая нас, Богов.

             Внезапные откровения Бога Смерти никогда не перестанут удивлять древнего дракона.       С другой стороны, «Добрый Боженька» сейчас хоть и говорил якобы про Мировое Древо, только что лично подтвердил теорию Эрухабена, что по какой-то — теперь понятной для дракона — причине он не может рассказывать им всё, что захочет, просто так.       И еще тонну информации.       «Хитро…»       Вполне вероятно, что из-за этих самых «законов баланса и раскрытия информации», чем бы они ни были, он не мог рассказать книжной Кейдж о скорой смерти Тейлора, как бы он ни симпатизировал сумасшедшей жрице.       И теперь, зная всё это, на слова Бога Смерти стоило обращать ещё больше внимания, так как тот явно выдавал им больше информации, чем они думали.       Просто иносказательно, как красиво выразился один наглый королевский отпрыск.       Раону, как бы ему это ни нравилось, оставалось только кивнуть.       — Мировое Древо сказало, что не видит людей, обладающих древними силами, — прозвучал невыразительный голос из-под черной мантии.       Тоже интересная информация, по мнению древнего дракона, которая прямо кричит, что древние силы не то, чем их считали всё это время.       «И, кажется, это касается всех, а не только тех, что у несчастного ублюдка».       — Не только мировое древо, — Розалин выглядела так, будто внезапно что-то поняла. — В городе Паззл Кейдж сказала молодому мастеру Тейлору, что «…даже Господь не знает, что будет делать этот благодетель». Значит, Боги за ним следить тоже не могут, верно?              

— Верно, мисс Розалин. Но потом Кейл дал обет смерти и приглядывать за ним стало немного попроще.

             — Немного? — поинтересовался молчавший до того Рон, сверля туман под потолком недовольным взглядом.       Его в целом не устраивало, что за его, пусть даже только экранным, подопечным велась какая-то слежка, которую его двойник или любой другой из группы не смог бы пресечь.       Умом он понимал, что паренька, которого отправили туда спасать мир, не оставили бы барахтаться в этом дерьме вообще без присмотра, и что все эти «божественные пространства и Мировые Деревья» — это не уровень убийцы-дворецкого, и что им самим эта слежка прямо сейчас была на руку.       «Но это всё равно раздражает».              

— Вы, кажется, пропустили объяснение принципа действия обета, господин Молан. Я не обитаю в мыслях и действиях каждого связанного клятвой существа, я просто всегда могу их найти в случае необходимости. То, что вы смотрите сейчас, — это то, что мне разрешили показать в рамках заключённой сделки.

      

      Как бы Эрухабена периодически ни вводили в ступор странные реакции Рона Молана на экранного Кейла и всего, что с ним связано, сейчас он мог только молчаливо поблагодарить старика.       Бог Смерти, чей голос был как всегда раздражающе нечитаемым, тем не менее не звучал так, будто был доволен высказыванием бывшего слуги, но ещё кусочком ценной информации в очередной раз поделился.       «Если мы смотрим то, что нам увидеть разрешили, то есть и то, что нам увидеть не позволят».       С учетом того, что собрали их тут для спасения своего мира, вряд ли скрытая информация может как-то помешать этой миссии.       Это было бы контрпродуктивно.       Было раздражающе непонятно, какого рода информация на экране не отображалась, и это с учетом того, что ту информацию, которая к ним поступала, никак нельзя было назвать бесполезной или недостающей.       Тем временем Бог Смерти очень явно решил поставить точку на дальнейшем обсуждении этой темы:              

— Конкретно к вашей ситуации феномен древних сил не имеет никакого отношения. Он будет одинаков для всех сил подобных древним в других мирах.

             — Ладно, — легко согласилась будущая королева Китов, не желая проверять границы терпения и доброжелательности Бога Смерти. — Тогда что насчет человека, который уже собрал три древние силы?       — Весьма вероятно, что это кто-то из врагов, — поделился своими мыслями древний дракон.       — Почему? — поинтересовался вынырнувший из мрачной задумчивости Раон.       — Сразу по двум причинам, — старший блондин поднял руку показывая два поднятых пальца. — Первая причина: Несчастный ублюдок читал «книгу» и о примерном распределении древних сил на Западном континенте знал прекрасно. В самом начале он прикинул целый список и просто выбрал самые удобные и нужные для себя. Никогда не утверждалось, что он не знает, где находятся остальные. И если он не посчитал нужным помешать кому-то их забрать, то и угрозы для группы главного героя, а сейчас и для самого Кейла, они не представляли. По времени на экране «пятый том» еще не совсем закончился, а значит, эта информация — пока — еще относительно актуальна. Но как минимум о двух вещах Кейл, Ким Рок Су, из книги узнать не мог никак.       — О тайной организации и ситуации на Восточном континенте, — проворчал мастер меча, вспоминая о том, чего не мог знать его книжный прототип.       — Вторая причина, — продолжил древний дракон, кивком соглашаясь с корейцем, — Мировое Древо не стало бы скидывать ветвь, если бы речь шла о будущем союзнике. В этом бы просто не было необходимости. Племя Тигров в руки Кейла попало совершенно бесплатно. Но предупреждение о том, что они могут столкнуться с вражеской версией Огня Разрушения? За эту информацию действительно стоило заплатить.       Всех пробрала нервная дрожь.       Древние силы считались вспомогательными силами, об этом знали и они сами, и экранный Кейл. Было весело шутить в отношении этого, сидя в безопасной Чёрной комнате, но вот с чем поспорить было сложно, так это с тем, что погибшие от древних сил Кейла члены «Руки» вряд ли бы назвали эти силы «вспомогательными».       Огонь Разрушения особенно.       Альберу уже думал о подобном во время фрагмента с первой штурмовой бригадой «Руки».       Кейл мог устроить локальный катаклизм где хотел в любой удобный для себя момент.       Гибнущие в водоворотах враги даже не знали, что это было именно нападение, пока не столкнулись с другими противниками, уже стоя на твердой земле.       Участие Кейла осталось тайной даже для мёртвых врагов.       Из того, что показали в том фрагменте, Альберу также стало ясно, что Кейлу совершенно не обязательно видеть цель, чтобы ударить куда надо.       Он выбрал места для водоворотов, ориентируясь по карте островов Хаис, запустил их с одной точки, но все они оказались ровно там, где он и хотел, видел он это или нет.       Огненная молния физического контакта с целью атаки тоже не требовала.       Подавляющая Пламя Вода сносила все на своем пути от начала 1-й секции Джунглей до ее побережья, и по этому пути группа на лошадях, а в случае Кейла на пантере, пусть и в размеренном темпе, добралась до побережья только к закату.       И на экране не уточнялось какого именно дня.       Черт его знает, на что способна земля, но если представить возможности, основываясь просто на названии атрибута… Это уже внушало легкий ужас.       По сути, выходило, что пока Кейл видит врага или знает, где он (при том, что врагу Кейла видеть или знать о нём совершенно необязательно), он может устроить крайне внезапную и крайне разрушительную атаку.       А в суматохе попробуй его найти и остановить, особенно если он смотрит на тебя с вершины соседней горы или, спасибо маленькому дракону, с высоты птичьего полета, сидя на особенно мягком облачке.       Смотреть, как члены тайной организации ничего не могут противопоставить рукотворной силе природы было очень приятно, пока не начинаешь задумываться о том, что тебе ей противопоставить тоже нечего.       Раон как-то сказал Кейлу, что «чувствует силу, похожую на твой щит и ветер» в Чёрном болоте, то есть восприятие драконов позволяло им отличить древнюю силу от естественного явления, но далеко не все такие чувствительные, как эти великие и могучие ребята.       «Мы в дерьме».       И пока все независимо друг от друга думали об одном и том же, Эрухабен решил внести еще больше хаоса в их сумбурные мысли:       — И еще, — голос дракона стал более суровым, — само по себе наличие трех древних сил говорит нам о том, что кто бы это ни был, он либо очень силен, чтобы выдерживать их…       — Либо обладает силой восстановления, как и молодой мастер Кейл, — закончила за дракона магесса.       — Верно, — согласился бывший эльф.       — Для нас любой из этих вариантов плохой, — философски подметил мастер меча.       — Время на экране — это примерно плюс два года к нашему, настоящему времени, — начал рассуждать наследный принц, — Кейл знал, где искать древние силы и как их получить, поэтому для него это труда не составило, чего мы не можем сказать о предполагаемом враге. Мировое Древо сказало, что «человек, собирающий древние силы, собрал в общей сложности три», из чего мы можем сделать вывод, что он еще не закончил.       — Скорее всего, он будет стремиться к соблюдению баланса между ними, — внес свою лепту Бикрос.       — Итого ему необходимы еще минимум две, — заключила Витира.       — Мы не можем точно знать, обладает ли этот кто-то тремя силами в наше время, — продолжил Альберу, — но зато мы точно знаем, что ближайшие два года, если ничего кардинально не изменится, у этого кого-то будет критическая слабость в виде дисбаланса сил на его пластине.       — «Пластине»? — зацепился за незнакомое слово волк-подросток.       — Фундамент, пластина, тарелка, — махнул рукой древний дракон, — названий много — суть одна.       — О, ясно.       — Сейчас гадать бесполезно, — Чхве Хан устало откинулся на спинку кресла, — не зная личности этого человека, мы ничего не сможем сделать. Если Мировое Древо выдало эту информацию в качестве предупреждения, то компания на экране точно столкнется с этим человеком, и вот тогда, выяснив о нём чуть больше, чем просто то, что он существует, уже можно будет прикинуть, что мы могли бы сделать сами с нашим запасом времени.       — Логично, — пожала плечами Розалин.       — Кхм. Кхм. Пункт второй, — откашлявшись, продолжил обсуждение наследный принц, — «Найди праведника, который сбежал на Восточный континент».       Раон точно знал, что вторым пунктом шло не это, но всё равно был немного благодарен.       — Есть идеи? — заинтересованный взгляд фальшиво-голубых глаз прошёлся по лицам всех присутствующих.       Мери, согласно традиции, это не касалось, но сжатые в кулаки руки ясно давали понять, что у нее ровно столько же идей, сколько и у остальных.       Ноль.       — Идей нет, — заключил Альберу, устало потирая висок.       Как ни странно первой голос подала именно девушка-некромант:       — Под это определение подошел бы святой Джек, если бы действительно туда добрался.       Если бы он туда добрался, то не прожил бы достаточно долго, чтобы год спустя Мировое Древо на его поиски целую команду отправляло, но никто не стал указывать на это вслух.       Во-первых, все и так это осознавали.       Во-вторых, Джек так и не покинул Западный континент.       И поскольку никакая другая известная духовная личность по их информации на Восточный континент не сбегала, все снова оказались в легком тупике.       — Как вариант, — внезапно оживилась Витира, — речь может идти вообще не о том, о чем мы могли бы подумать.       — С чего ты взяла? — подняла бровь Розалин.       — Мировое Древо сказало Гашану, чтобы он собрал своё племя и спасался, — напомнила девушка-кит. — «Мы» рассказали молодому мастеру Кейлу о тиграх весной, после его приключений в эльфийской деревне, но сам он с ними встретился только следующей зимой. И ты помнишь, чем были заняты «мы» с племенем Тигров всё это время?       — Следили за тайной организацией, — уверенно ответила магесса.       — Именно, — согласилась синеволосая красавица, — то есть всё это время мы были либо на Восточном континенте, либо около него, и если бы существовал человек, который настолько важен, что Мировое Древо заплатило за информацию о нем, то почему бы сразу не сказать Гашану, чтоб и его заодно прихватил? Шаман склонен слушать «природу» без лишних вопросов.       — Либо этого «праведника» вообще не было на Восточном континенте в это время, либо ему ничего не угрожало, — задумалась Розалин.       — Либо у него есть что-то, что может понадобиться «нам». Что-то важное, о чём враг не имеет понятия и потому не ищет, — закончила за подругу Витира.       — Это…       — Вполне рабочая гипотеза, — согласился Альберу.       И от этого признания девушка-кит выглядела особенно довольной собой.       Тем временем Бикрос почувствовал, что воздушный поцелуйчик в его нагрудном кармане снова странно копошится.       «Чего тебе на месте не сидится, а?»       Пока он не шевелился, было проще сделать вид, что его вообще не существует.       — «Найди след родителей черного дракона», — последний пункт озвучил не кто иной, как сам черный дракон, и все взгляды тут же обратились к нему.       Было у Раона подозрение, что они так и будут кругами ходить, лишь бы не поднимать неудобную тему.       «Айгу, эти люди такие милые, но такие глупые».       Он немного понимал Голди-дедушку прямо сейчас.       — Что мы вообще знаем? — спросил ребенок, старательно делая вид, что разговор идет вообще не про него.       — Раон-ним, — с сомнением в ровном голосе обратилась к ребенку Мери, которая думала, что ее ситуация была в какой-то степени похожей, — ты знаешь, что родители у тебя были, но ничего о них не помнишь. Но, в отличие от маленького дракона, Мери помнила хотя бы что-то. — Вы уверены, что хотите говорить об этом?       — А почему нет? — удивился ребенок.       Никто не нашелся с ответом.       — Я никогда их не видел, — голос маленького дракона был совершенно спокоен, чем вызвал у некоторых очередную нервную дрожь, — в какой-то момент я решил, что это даже хорошо.       Хорошо, что они никогда не видели меня таким жалким.       Вот что услышали остальные, даже если Раон этого не сказал.       — Потом я просто смирился, что их нет, — продолжил дракончик с невозмутимым, но печальным видом.       И то, насколько тяжело ему это давалось, можно было понять только по нервно дрожащему хвосту.       — Я никогда не думал, что у меня представиться возможность узнать о них что-либо.       Я никогда не думал что доживу до этого момента.       Родители.       «Что это вообще такое?»       Четыре года мучений в тёмной пещере не располагали к получению всестороннего жизненного опыта. Драконы великие существа, но даже они не черпали информацию из окружающего пространства просто потому, что существовали.       Раону оставалось только впитывать знания там, где он мог их получить.       И, честно говоря, даже наблюдая за различными людьми как тут, так и на экране, тема «Родители» не стала яснее.       Самым первым примером родителя для черного дракона был маркиз Стан.       Венион, будучи уверенным, что «тупая тварь» его не понимает, или тем самым пытаясь показать собственную значимость, своего отца вспоминал довольно часто. Ублюдок вообще любил потрепаться, пока сидел на том проклятом диване. И могло бы показаться, что маркиз Стан ценил и любил своего второго сына, раз доверил ему дракона, но они уже убедились, что это далеко не так.       В каком-то смысле маркиз был куда хуже собственного сына.       Зед Кроссман был еще одним примером.       Для жителей королевства он был, наверное, хорошим королем, но что-то не видно, чтобы для Сладкого принца он был хорошим отцом. Они его видели-то всего один раз, во время праздника в честь его же дня рождения, но с тех пор от него ни слуху ни духу.       И пока он не мешал Альберу делать важные дела, Раон был не против, чтобы так оно и оставалось.       Лимонный дедушка, он же Рон Молан, тоже был отцом. И даже его сын тут присутствовал для наглядности отношений. Они явно заботились друг о друге, это было неоспоримо, но оба не были особо эмоциональными, и сказать что-то большее было трудно. Но Раон помнил, как Кейл упоминал что-то об адской тренировке, которой Рон подверг Бикроса, и что-то это прям нехорошо прозвучало.       В истории никогда не упоминались родители Лока, только его дядя.       Родители Мери…вызвали у успевшего это обдумать дракона сложные чувства.       Они хотели лучшей жизни для себя и для своего ребенка, это было понятно. Они рискнули своими жизнями и отправились в Земли Смерти, кричали Мери продолжать бежать, когда сами бежать уже не могли. Вот только… Земли Смерти не окружали территорию Дубори. Пустыня к ней примыкала. Запретная территория была отгорожена стеной. Они могли попытаться отправиться в любую другую сторону. В ту сторону, которая не значилась в сознании людей как запретная территория и не имела в своем названии слово «Смерть».       Мери была сильной и ей повезло встретить добрых темных эльфов. Раон действительно и гордился, и восхищался этой девочкой. Но это не отменяло того факта, что во всех ужасах, которые с ней произошли, были виноваты ее собственные родители.       Именно они обрекли своего ребенка на жизнь, полную боли.       Он ей об этом никогда не скажет, так как она явно любила тех людей, которых даже не помнила, и он будет уважать ее чувства, но факт остаётся фактом.       Кейл как-то сказал, что Чхве Хан рос в хорошей семье, и в это остается только поверить, так как сам мечник вряд ли что-то помнил об этом.       У Розалин и Витиры, кажется, с родителями были хорошие отношения.       Короля китов Шиклера они видели на экране, и, по мнению маленького дракона, этот кит был хорошим китом, но они видели именно что короля. Что-то более личное промелькнуло только в воспоминаниях Кейла из книги, во фрагменте спасения Пасетона. И даже это относилось к моменту, когда его книжный сын уже погиб.       Родителей Розалин на экране не показывали, но если принцесса отреклась от трона, а потом спокойно вернулась в родное королевство налаживать связи для альянса, то наверняка ее родители ее поддержали.       Еще одним примером родителей были граф и графиня Хэнитьюз.       В целом Раон не имел ничего против них. На фоне всех остальных они казались очень даже ничего. В семье не наблюдалось грызни за место наследника, но даже маленький дракон понял, что это скорее заслуга детей, чем родителей.       «Точнее грызня есть, но вялая, и не за место наследника, а ровно наоборот».       Каждый из трех младших Хэнитьюзов был волен заниматься в жизни чем хотел, и никто никого не ограничивал.       Хочешь утонуть в странных науках и административных бумагах? Отлично, Басен, так держать!       Хочешь тренировать искусство владения мечом вместо искусства сбора букетов? Мы найдем тебе хорошего учителя, Лили!       Хочешь выпить все вино на территории? Не беспокойся, Кейл, мы заплатим за сопутствующий ущерб!       Раон помнил, как выглядела семья Хэнитьюз в своё самое первое появление на экране.       Напряженно, это еще мягкое определение увиденного.       Было непонятно, как для Басена и Лили, но вот для оригинального Кейла отношения с родителями едва ли вообще можно было назвать отношениями.       Дело сдвинулось с мертвой точки уже после переселения души.       Что тоже являлось отдельной банкой с червями.       Раон видел, что граф действительно старается наладить с «сыном» отношения, но даже заметив, что что-то изменилось, так и не удосужился поинтересоваться, что именно.       Ему бы, конечно, вряд ли в голову пришло, что место его сына занимает совершенно посторонний человек, но спросить-то можно было? Пока кажется, что он старается ходить по битому стеклу, не побив его ещё больше.       Пока все родители, которых видел Раон просто… были.       Он еще не разобрался, какую роль они играли в жизни собственных детей, но пока к ним обращались только если что-то было нужно. Так или иначе они влияли на своих детей, но пока в негативном ключе по большей части.       По мнению маленького дракона, который мало что знал о таком понятии как «родитель», самым нормальным из показанных «родителей» был — удивительно — Кейл, Ким Рок Су, который, как понял Раон, сам не совсем понимал, что должны делать родители, так как являлся сиротой.       Для присутствующих в Черной комнате было очевидно, что обычно чрезвычайно уверенный в себе человек, которым являлся красноволосый, чувствовал себя крайне неловко в обществе членов своей новой семьи. Он понятия не имел, как нужно вести себя с ними, но просто мастерски это скрывал.       Благо ему в этом помогала репутация предыдущего владельца тела.       Тем не менее он всегда был в пределах досягаемости своих подопечных, если им что-то понадобится, обеспечивал их питание, комфортные условия жизни, помогал приобретать необходимые навыки, не обязательно морально правильные или законные, но полезные, и с удивительным пониманием относился к потребностям каждого из них. Что-то Раон сильно сомневался, что многие бы не моргнув глазом устроили целый пыточный уикенд для отпрыска высшего дворянского рода просто для того, чтобы восстановить самооценку одного из своих детей.       «Страшный дедушка вообще-то мог бы, но дело не в этом».       Еще было видно, что никто из трех экранный детей, включая «его» самого, не стеснялся озвучивать Кейлу свои проблемы и опасения.       За Он Раон пока такого не припоминал, но Хонг у Черного болота подошел к Кейлу, беспокоясь, что он не такой сильный, и сам Раон, как бы ни просил с ним «не разговаривать», пришел прятаться именно к Кейлу под одеяло, когда в его распоряжении была пятиэтажная огромная вилла.       Кейл был бы отличным родителем, но он был опекуном.       Возможно, в этом и было дело.       Есть ли разница между опекуном и родителем?       И так ли она вообще важна?       Раон не знал.       Ему еще многое предстоит узнать о людях вокруг и о себе самом.       И как бы окружающие ни щадили его чувства, в которых он сам еще не разобрался и не факт, что разберется когда-нибудь, они тут собрались, чтобы мир спасти, а не разбираться в своих душевных травмах.       Последние не более чем бонус, если кому-то повезет.       Сам Раон уже получил самое главное, что только мог от всего этого, — возможность жить. Со всем остальным он как-нибудь разберётся.       Мировое Древо пожертвовало своей ветвью, чтобы отправить Кейла искать следы его родителей. Оно бы не сделало этого, если бы это не было важно.       Вот на этом сейчас и стоило сосредоточиться.       Посчитав, что все эти размышления слишком длинные, чтобы делиться ими с окружающими, да и не за чем это было, в конце концов Раон ограничился коротким, но не менее правдивым фактом:       — Трудно скучать или переживать о том, чего у тебя никогда не было и чего ты даже не до конца понимаешь, так что я не вижу причин, по которым мы не можем это обсудить.       Видя, что соседи по креслам всё ещё не спешат говорить что-либо, Раон задумчиво посмотрел на стену, где временно отсутствовало окно в другой мир, после чего продолжил тоном уже более жизнерадостным:       — И будете вы говорить об этом или нет, мы все равно все увидим, если Странный человек действительно что-то найдет, тогда какая разница?       — Вы правы, Раон-ним, — согласилась с дракончиком всё та же Мери, — нет нужды избегать проблемы, если проблемы нет. Вы очень сильный.       — Да, я…я такой, — с легкой заминкой ответил довольный ребенок.       Эрухабен точно знал, что не будь Раон покрыт черной чешуей, то сидел бы тут красный от рогов до кончиков пяток.       Но вместо того, чтобы что-то говорить, просто потрепал того по голове и этим сказал все, что маленькому дракону нужно было знать.       — Хорошо, — вздохнул Эрухабен, но руку с детской головы не убрал, — мы мало что знаем, но есть хорошая догадка, что следы ведут на Восточный континент, а не на Западный.       — Если две из трех подсказок ведут на Восточный континент, то и третья может вести туда же? Имеет смысл, — кивнула будущая королева китов.       — Не только это, — покачал головой Альберу, — мы точно знаем, что яйцо маркизу досталось от секретной организации больше четырех лет назад. А «Рука» родом как раз с Восточного континента. Если предположить, что яйцо было украдено из логова, я бы на их месте тоже бы спрятал его как можно дальше от себя, чтобы избежать последствий.       Тем самым украденное яйцо было бы надежно спрятано на другом континенте, сработало как плата за лояльность союзника в лице маркиза Стана, и в случае, если бы у семейства психопатов всё получилось, организация получила бы дрессированного дракона.       То, что организация сама бы избавилась от «хозяев» дракона, принц не сомневался.       Всего этого Альберу не сказал, прозвучало бы крайне цинично, особенно в присутствии Раона, но подразумевал.       Эрухабен же припомнил одно место на Восточном континенте, которое было связано с драконами, но пока отмёл эту мысль в сторону.       Замок Света.       Наглухо запертый замок посреди белой пустоши, попасть в который пытались многие драконы на его памяти и задолго до нее, но так и не смогли.       Замок бывшего повелителя драконов.       «Этого же не может быть, да?» — подумал старший дракон, скосив глаза на ребенка справа от себя.       Раон был несомненно талантливым драконом с большим будущим. Их дракончик колдовать пока не пробовал, но это было видно по его экранному протеже.       Но это ничего не доказывало. Не могло же яйцо оставаться яйцом около девяти тысяч лет?       Тем более, если уж драконы не смогли открыть ворота или пробить стены замка, то у тщедушных людишек, в какой бы тайной организации они ни состояли, и подавно бы не вышло.       Пока единственным намеком на то, что чёрный дракон может иметь отношение к белому замку, было то, что Замок Света был одной из трех запретных территорий Восточного континента, а Кейлу в таких как будто мёдом намазано и деньгами присыпано.       Не успокоится пока не прогуляется по очередной.       Из-за малой вероятности теории и абсурдности её единственного обоснования древний дракон решил пока помолчать.       «Но, учитывая, что Замок Света в каком-то смысле тоже наследие древних времен, надо иметь его в виду».       А если в нём есть что-то ценное, даже если Раон не имеет к нему никакого отношения, то то, что не вышло у поколений драконов, возможно, просто вероятно, может получиться у одной, жадной до чужих сокровищ древней силы.       Хорошо, вот теперь золотому дракону действительно стало очень интересно.       — Значит, нас, то есть «нас», ну и нас тоже скоро ждет поездка на Восточный континент, — подытожил Лок, попутно строя щенячьи глазки туману под потолком, выпрашивая вернуть на стол еду.       Он волк.       Он молодой волк.       Буквальное определение щенка, если вы спросите Лока, которому без печенья жизнь кажется тоскливой и угрюмой.       Потолок пока молчал.       — Не факт, что скоро, — вновь покачал головой младший из блондинов комнаты.       Проследив за жалобным взглядом подростка до ровной глади тумана и найдя подозрительным только поведение паренька, Альберу пояснил:       — Они пока не знают, с чего вообще начинать поиски. Восточный континент огромен, и приступать со случайного места не имеет смысла. Это трата времени, которого у них нет. Как бы не было важно то, что находится далеко за океаном, у них есть проблемы и дома. Сейчас середина зимы. До войны с Северным альянсом остаются считанные недели. Вот на чём им сейчас придётся сосредоточиться, так что поездка на Восточный континент пока откладывается.       Чхве Хан нахмурился.       «Пока откладывается».       Вот так незамысловато выразился наследный принц.       Но не это вызвало хмурость у мастера меча, а то, что за этой фразой стояло.       Бог Смерти сказал, что война должна была длиться двадцать лет. Даже если в каком-нибудь условном шестом томе «книги» у группы главного героя (он всё ещё не может на полном серьезе называть себя главным героем даже в мыслях) и появилась ниточка, ведущая на Восточный континент, они никогда туда не попадали.       Отложили и погибли двадцать лет спустя.       Альберу Кроссман же подразумевал именно то, что сказал.       Группа на экране разберётся с проблемой, нависшей над королевством, и пойдет дальше заниматься своими делами, хоть на Восточном континенте, хоть на Южном или Северном полюсе, если в этом мире таковые имеются.       Он верил, что у них получится.       «Ну вообще, нам Бог прямо сказал, что у них все получится…»       Но если раньше это звучало как бред сумасшедшего, пусть даже Бога, в который верилось с трудом, то чем больше они смотрели, чем больше видели, тем больше понимали, что это и правда возможно.       Вопрос был только в том, как с этим справятся они сами, когда придёт время.       — Тогда давайте смотреть дальше? — предложила Витира, оглядывая соседей.       — Давайте. Молодой мастер Кейл как раз собрался на Север, там должно быть много всего интересного, — согласилась магесса.       — Мы готовы, — обратился к туману наследный принц.       Вот только даже спустя пару мгновений ничего не изменилось.       Потом тоже ничего не изменилось.       — Ээ… Есть там кто? Бог Смерти-ним? — нервно поинтересовалась Розалин.       Ответом была тишина.       Стена осталась стеной, никакого экрана не наблюдалось, а туман под потолком остался таким же безмятежно спокойным, каким и был.       Почуяв неладное, напряглись все без исключения, а Раон даже переполз на коленки старшего сородича, который прикрыл его широким рукавом.       Пусть в Чёрной комнате и было безопасно, до этого Бог Смерти всегда был с ними и никогда не пропадал. Он буквально разговаривал с ними несколько минут назад!       Большой перерыв тоже не был объявлен, а значит, не было причин, почему экран не появился по готовности наблюдателей. Комнату не трясло, трещин тоже не наблюдалось.       — Да что случи…       Договорить древнему дракону не дал луч света, упавший точно на шеф-повара.       В и без того темном пространстве комнаты как-будто стало еще тусклее, и единственным ярким пятном оказалось ошарашенное лицо младшего Молана.       Что несомненно было интересным зрелищем, но такого повышенного внимания к его персоне не объясняло.       Но причина нашлась быстро.       Из нагрудного кармана Бикроса высунулся недавний герой терзаний Моланов и, вспорхнув крыльями, приземлился на стол.       Приземлился — это громко сказано. Со всей грацией подстреленной утки крылатые губки впечатались в стол, оставив на бумажке с «классными цитатами» узнаваемый в любой культуре след губной помады.       Увидев это, Бикрос тут же испытал почти мучительное желание немедленно умыть лицо с использованием как минимум жесткой губки, ведь эта штука совсем недавно цеплялась за его лицо.       Тем временем на глазах у замершей шокированной публики в луче несуществующего прожектора поцелуйчик с огромным трудом продолжил путь к центру стола, опираясь на как-будто сломанные крылья.       Мери и Раон, как самые сочувствующие из десяти наблюдателей, глядя на страдающие губки, хотели бы помочь, но почему-то боялись даже вздохнуть.       Лок, возможно, и присоединился бы к ним, но в его разуме то, что могло бессовестно виснуть на любом из дуэта Моланов, не могло быть безобидным и в помощи не нуждалось.       Кроме его младших. Его младшие были милы, безобидны и всё равно могли виснуть на Бикросе сколько душе угодно.       Поцелуйчик, растолкав по пути половину лежащих на столе бумаг своими крыльями, с тихим пыхтением достиг центра стола и невероятно драматично перевернулся на «спину».       Зачем он это делал, если со всех сторон выглядел одинаково, было непонятно, но что они понимали в устройстве воздушных поцелуйчиков?       «Глядя» на источник яркого света, который был невидим для всех остальных, губки с тихим «Пью <3» чмокнули пустоту, дернули белыми крылышками и, испустив последний вздох, рассыпались блестками, ярко переливающимися золотом в луче направленного света.       Прямо перед лицами не знающих, как реагировать на эту «трагедию», людей блестки начали складываться в слова:              

«Глава 172-177. Обманули?»

             Эрухабен первый понял, что именно произошло, и вздохнул, как подобает существу, которое всю тысячу лет своей жизни видело идиотизм, но не перестало ему поражаться.       Моланы были просто рады избавиться от смущающей странной штуковины. Бикрос все еще надеялся, что помада на своем лице ему только мерещится.       Альберу и Чхве Хан закрыли глаза и переводили дух. Они были рады, что это просто очередная шутка Бога Смерти, а не что-то там еще, на что они не могли повлиять. Они и на приколы повлиять не могли, но пока Боженька изволит шутки шутить, он точно был с ними, а не исчез, бросив их в непонятном нигде.       Дети и принцессы тихонько улыбались, а вот Мери, которую картинные страдания крылатых губок успели растрогать, была немного огорчена таким концом.       — Ну и что это было? — задал риторический вопрос Эрухабен, отнимая руку от глаз, которые не заметил, когда начал растирать.              

— Всхлип… Всхлип… Он умер от недостатка внимания. Всхлип… Бессердечные вы существа… Теперь я позабочусь о нём сам.

                    Пока Эрухабен пытался игнорировать ребяческое поведение Бога, Витира, фактическая зачинщица переполоха, сверлила Альберу, которого считала виноватым в случившемся, разочарованным взглядом.       Принц в долгу не остался и смотрел в ответ нечитаемым взглядом, потирая подбородок, но на самом деле показывая пальцем в сторону старшего Молана.       Будущая королева намёк поняла быстро и поспешила отвернуться, тем самым став первой, кто заметил вернувшийся экран.       — О! Начинается!       Пока на экране появлялся интерьер уже знакомой гостиницы вблизи Озера Отчаяния, на очищенной крыльями от бумаг поверхности стола вновь появились посуда с закусками, графин с чем-то, что напоминало ядрёный лимонад и десять стаканов из черного стекла.       Тот единственный стакан, в котором торчала трубочка, судя по всему предназначался для маленького дракона.       Лока это мало волновало, чего не скажешь о вазочке с печеньем, которую тот поспешил получить в свое единоличное пользование.              Кейл и его группа вернулись в гостиницу, где они останавливались раньше.       Когда он сел и откинулся на спинку стула, его будто покинули все силы.              Очень странно для человека, которые последние дни пинал балду, сидя под деревом и поедая фрукты, но никто ничего об этом не сказал, так как речь шла о Кейле.       Хотя это даже для него было странно.              — Человек, это было очень весело! Я действительно великий и могучий!       С другой стороны, невидимый Раон был переполнен энергией.       Косатка Арчи что-то недоверчиво бормотал себе под нос:       -… Эти злобные ублюдки.              — Все же нормально было? — спросила Витира, вдруг засомневавшись во всём, что видела в предыдущем фрагменте. — Так ведь?       Там было много важных вещей и тревожных ситуаций, но они явно не касались Арчи.       Розалин только беспечно пожала плечами, уставившись на экран с еще большим любопытством.              Злобные ублюдки, о которых он говорил, были эльфами деревни Мирового Древа.              В этом морская красавица ни сколько не сомневалась, но вот поведение ушастых последние пару дней можно было описать как угодно, кроме злобно ублюдочного.       Или они чего-то не знают?       Судя по реакции красноволосого, так оно и было.              Кейл поднял глаза к потолку, вспоминая, как эльфы прощались с ними:       «Вы уходите, пробыв здесь мало времени? Мне очень грустно».       «Как будто мы впервые за долгое время увидели прекрасное солнце под этим замёрзшим озером. Я до конца своей жизни никогда не забуду о нашем благословлённом времени вместе».       Эльфы плакали, говоря подобные вещи Раону.       «Не волнуйтесь! Я вернусь с дедушкой Голди!»              Эрухабен был бы очень рад отказаться от такой сомнительной чести, но если его двойнику, вероятно, еще удастся отмазаться, то в своем мире дракон всё же навестит Древо лично.       Ну и ребенок с ним.       Куда без него?       — Разве когда молодой господин сказал Пасетону собирать всех, рядом была не только маленькая жрица? Откуда там такая толпа? — поинтересовался Бикрос.       А там была именно толпа.       Создавалось впечатление, что провожать гостей собралась вся эльфийская деревня поголовно, включая элементалей.       Учитывая характер ушастой расы и ее невидимых друзей, вероятно, так оно и было.              Услышав взволнованное замечание Раона, эльфы возликовали.       Вынужденный пробираться через эльфов и элементалей, чтобы выбраться из Озера Отчаяния, Кейл порядком устал. Он вспомнил о пожилом старосте эльфов, который продолжал сжимать его руку.              — Тот неловкий момент, когда дойти до запретной территории сложнее, чем пройти через нее, — тихо пошутил Чхве Хан.       Альберу, который его прекрасно слышал, даже хохотнул, в очередной раз обрадовавшись, что ему от эльфов достались только лучшие черты.              «Как будто мы никогда и не были незнакомцами друг другу».       «Как всё закончилось тем, что я стал друзьями с эльфами?»       Кейл не знал, как это произошло, но решил, что это не так уж плохо, и отогнал эту мысль.              Эта мысль была настолько несвойственна красноволосому, что Розалин его действительно от всей души пожалела.       Это насколько они его достали, что так просто это принял?       С другой стороны, что Кейлу не мешает, то для Кейла полезно. Живущие в тотальной изоляции эльфы помешать ему не смогут, даже если захотят, так что это и правда «не так уж и плохо».       Просто странно слышать это от него самого.              В этот момент перед ним поставили бокал с вином.       — Что это?       Это была гостиница, в которой Кейл остановился до того, как они отправились в Озеро Отчаяния. Глядя на хозяйку гостиницы, Кейл спросил, что означает этот бокал.       Старуха оглядела группу Кейла, после чего пробормотала что-то себе под нос.       -… Похоже, ты вернулся живым.       Перед уходом Кейл сказал старухе, которая потеряла дочь и зятя в Озере Отчаяния:       «Я вернусь живым и выпью весь твой алкоголь».              Рон очень надеялся, что количество алкоголя все-таки останется вменяемым.       Алкоголя в таком заведении как гостиница должно быть достаточно, а конкретно в этой, на крайнем севере, он еще и крепкий.       Высокая толерантность к алкоголю в купе с древней силой регенерации — это, конечно, замечательно и удобно, но всему должен быть предел.              Уголки глаз женщины дрожали. В этот момент Кейл шутливо спросил:       — Это же бесплатно?       — Плохой мальчик! Ты выглядишь богатым!              — Не жадничай, Кейл-ним, от тебя не убудет, — фыркнул кореец.       Возможно, бабуля была не настолько экономически наивной, как он думал изначально. Не брать деньги с вероятных скорых покойников всё ещё было странно, но теперь, оценивая гостей, она явно намеревалась заработать побольше.       Интуиция женщины явно работала как надо, ведь Кейл был под маскировкой и богатым не выглядел.       Если бы его мысли слышали другие, они бы подсказали мечнику, что судить можно не только на лицо.       Сам Кейл, как и его спутники, может, и выглядели простовато, но вот качество их одежды и прочих вещей явно таковым не выглядело.       Начиная с меча самого экранного Чхве Хана.       Но читать мысли в Чёрной комнате пока никто не научился.              Старуха улыбнулась, после чего бросила взгляд на голову Кейла и небрежно добавила:       -… Ну, похоже, тебе тепло и не нужно пить, чтобы согреться. Одного стакана должно хватить.              Ну или Чхве Хан был прав с самого начала.       Можно было бы подумать, что бабушка увидела невидимого дракона, если бы этот самый дракон не сидел на стуле совершенно с другой стороны.              «Тепло?»       Кейл и Раон вздрогнули.       — Человек! Эта человеческая бабушка странная!       Однако прежде чем Кейл успел что-либо сказать, старуха вернулась к креслу у камина. Внук старухи, Сулли, подошёл, пока Кейл продолжал наблюдать за хозяйкой.       -… Бабушка попросила меня дать вам что-нибудь перекусить.       Он аккуратно расставил тарелки на столе. Однако при этом на его лице было странное выражение.              Судя по тому, что этот парень, Сулли, косился туда же, куда и его бабушка, Раон пришел к выводу, что там либо что-то было, чего не видели они, либо странной там была не только бабушка.       Если вспомнить, где они жили, и кто еще жил недалеко от них, обе версии были одинаково вероятны.              Его сильно интересовало Озеро Отчаяния и то, как им удалось вернуться живыми, когда его родители навеки остались там.       Ему также было любопытно, кто они такие, и он был счастлив, что они вернулись живыми.       Но самое главное, кое-что привлекало его внимание.       -… Простите.       Он не мог не спросить об этом.       В отличие от Кейла, чьи волосы были каштановыми благодаря магии, у него были естественные каштановые волосы и веснушки, что делало его довольно невинным.       Сулли, который никогда не покидал эту маленькую деревушку у Озера Отчаяния, потёр глаза и заговорил.       — Прошу прощения, гость-ним.       У Кейла появились странные сомнения.       Мальчик смотрел не на Кейла, а чуть в сторону. Если присмотреться, можно было заметить, что он смотрел на пустое место рядом с головой Кейла.       По крайней мере, Кейлу это пространство казалось пустым.              Экран сжалился над сидящими в комнате существами и пелена невидимости спала с крошечной сущности, которая пряталась у Кейла за плечом.       И сущность эта выглядела крайне мило.       Они уже видели элементалей как в горах Десяти пальцев, так и под Озером Отчаяния, но они выглядели скорее как ворох разноцветных огоньков. Этот же выглядел более материальным и от того настоящим.       Древний дракон был удивлен.       Элементалистов среди людей всегда было мало, а тут целых двое в одном доме.       Он впервые слышал, что это может передаваться из поколения в поколение.       «Век живи — век учись».       Или, в его случае, десять веков живи и учись.              Сулли продолжил:       — Простите, я не уверен, но у меня что-то с глазами. Это действительно странно.       Он что-то пробормотал, после чего указал на место между головой Кейла и Чхве Хана.       — Кажется, там есть маленький круглый красный шарик, похожий на клубок красного меха? Мм, у меня галлюцинации? Ах, что со мной не так?              По мнению все той же Розалин, спрашивать у группы незнакомцев, которым даешь еду, нет ли у тебя галлюцинаций — не очень хорошая идея.       Это может заставить незнакомцев дважды подумать, прежде чем её есть.       У парня рядом была бабушка, у которой можно было бы спросить то же самое, оставаясь в безопасности.       Но действительно, что магесса знала о нормальных людях и реакциях?              Сулли потёр глаза.       Однако сколько бы он ни тёр их, рядом с Кейлом продолжал парить красный пушистый комок.       В этот момент Кейл подумал:       «Это сводит меня с ума. Он элементалист?»       Кейл не мог в это поверить.       В этот момент Раон передал ему свои слова:       — Человек, кажется, он может видеть элементаля!       Естественно, Кейл не мог видеть этот красный комок шерсти рядом с его головой. Раон и остальные тоже не могли его видеть.       Всё потому, что элементаль в настоящее время снизил свою энергию до самого минимума.              Судя по всему, наличие рядом элементаля не было сюрпризом для группы, даже если они не могли его видеть. Экран вновь показал эльфийскую деревню, видимо, показывая очередной ранее пропущенный разговор, и красный комок, вполне видимый для всех, парил вокруг жрицы Адиты.              Однако они видели этот красный комок шерсти под Озером Отчаяния, когда жрица эльфов неловко улыбаясь, показала его им.       «Простите, Кейл-ним».       Тогда на лице эльфийской жрицы Адиты отразилось беспокойство, и она нервно перебирала пальцами.       «Если вы не возражаете, один из наших… мм… огненных элементалей, который родился меньше года назад, хотел бы проводить вас до входа в деревню за озером. Вы не будете против?»              Раону почему-то показалось очень важным и интересным то, что этот элементаль был по сути ребенком.       Он понятия не имел, почему.       А вот Эрухабен не совсем понял, зачем вообще ставить Кейла в известность. Элементали были способны делать что хотят и где хотят, оставаясь совершенно непознаваемы окружающими.       Он мог бы просто пойти с ними, и Кейл бы даже не узнал об этом.       А так он вроде и знает, но сделать все равно ничего не сможет и даже не узнает, когда элементаль решит уйти.       Только больше поводов для беспокойства.              В тот момент полупрозрачный красный комок шерсти подплыл к Кейлу. Сам Кейл смотрел на Адиту, гадая, какой багаж на него кладут в этот раз, пока она поспешно объясняла:       «Этот элементаль ещё не принял форму, но он будет тёплым, если будет рядом с вами. Элементали меняют свою форму, как только определяют свой собственный путь».       Этот красный комок шерсти, ещё не определивший свой путь, был огненным элементалем. Увидев, что Кейл нахмурился, Адите поспешно добавила:       «Элементаль-ним сказал, что уважает Кейла-нима и сильно хочет сопровождать вас, до такой степени, что он…»       «… Он уважает меня?»              — Они и так умеют?       — Почему бы и нет? — спросил у девушки-кита эльф в отставке. — Они живые существа со своими интересами. Элементали в целом находят Кейла интересным из-за сильного сродства с природой, вполне вероятно, что найдется и тот, который его уважает.       Витира только кивнула, принимая объяснения.       Дракон кинул на неё насмешливый взгляд.       Ей вообще-то стоит задавать поменьше глупых вопросов об элементалях вслух, по крайней мере, когда они выберутся из Чёрной комнаты.       Она живет в океане, где этих невидимых существ невиданное количество. И если она не слышит их совсем, это не значит, что они не слышат её.              Адите ответила, как будто это было очевидно:       «Да, сэр. Он сказал, что никогда раньше не видел такого разрушительного и безрассудного огня! Он хочет быть таким же!»              Альберу, глядя на теплый меховой шарик, внезапно ощутил, как у него замерзает душа.       Экранный Кейл его, как это часто бывает, прекрасно понял.              Кейл ответил сразу же, как услышал, почему этот маленький элементаль огня уважает его.       «Каждый пойдёт своей дорогой, как только мы доберёмся до деревни. Понятно?»       «Да сэр!»       Юная жрица энергично откликнулась, и красный комок шерсти проплыл над головой Кейла, после чего стал прозрачным. Он последовал за ними в гостиницу, оставаясь в этом прозрачном состоянии.       «Но он может видеть этого прозрачного элементаля?»       Кейл посмотрел мимо Сулли, который всё ещё протирал глаза, словно увидел привидение.              С большим сомнением, но Альберу записал имя Сулли в список потенциальных союзников.       А если точнее, то полезных людей.       Паренек уроженец Королевства Паэрун и деревню свою никогда не покидал, так что вряд ли он был бы особо ценным союзником, но всегда полезно знать, где можно найти элементалиста.       Даже если принц пока не мог придумать, зачем он мог бы им понадобиться.       Привычка Кейла использовать в хозяйстве всё, что плохо лежит, а что лежит хорошо — двигать и использовать, пока окупалась, так что Альберу решил, что стоит поступить так же.              Он вспомнил, что раннее сказала старуха:       «… Ну, похоже, тебе тепло и не нужно пить, чтобы согреться».       Кейл вздрогнул, вспомнив эти слова. Слово «элементалист» всплыло в голове Кейла. Он снова посмотрел на Сулли.       — Ааа!       Вдруг парнишка закричал, закрывая лицо руками.       *Лязг!*       Поднос в его руках упал на пол.       — Комок шерсти вдруг поплыл ко мне!              Вот на этом моменте Розалин, если бы не знала, в чём суть проблемы, точно бы поспешила покинуть данную гостиницу.       Как и любой нормальный турист.       «И вообще, бабуль, ты внуку помочь не хочешь?»       О том же вместе с магессой думал и мастер меча.       Лок не думал ни о чем и просто медитативно жевал печенье.              На лице Сулли застыло потрясённое выражение, и он продолжал оглядываться по сторонам, пока красный комок шерсти плавал вокруг него.       Кейл сразу же повернулся к старухе, которая широко улыбалась, обнажив зубы.       — Мой муж сказал мне кое-что, когда я рассказала ему, что могу их видеть. Он сказал, что они элементали.       Старуха посмотрела на Кейла и продолжила:       — К счастью, моя дочь их не видела. Я боялась, что она будет похожа на меня и сможет их увидеть.              «Или через поколение», — поправил предыдущую мысль древний дракон.       Это даже звучало правдоподобнее, так как многие таланты или специфические черты обычно имели свойства перепрыгивать через поколение.              «Их». Она определённо говорила об элементалях.       Кейл видел сожаление в её глазах.       — Потому что они меня соблазнили. Я поселилась в этой стране отчаяния, чтобы увидеть их, когда они появляются. Но это проклятое озеро соблазняло людей, даже если они не могли видеть элементалей.       Старуха перевела взгляд на внука.       Она была рада, что не видела их несколько десятилетий.       Было больно видеть отблески этих прекрасных элементалей, которые отказывались приближаться к ней.       Однако её внук мог их видеть.       -… Видимо, они всё же могут приближаться к людям.       Она никогда не видела, чтобы кто-то из них брал на себя инициативу приблизиться к человеку.              Насколько знал древний дракон, элементали обычно не избегали существ, которые могли их видеть. Таких существ, помимо эльфов, было немного, и они имели свойство скрашивать жизнь закрытого сообщества элементалей.       Он не знал, почему именно эту бабушку они избегали, но, возможно, дело было в самом месте их обитания.       И бабушки, и элементалей.       Живя в месте, которое молодые элементали спешат покинуть побыстрее, чтобы увидеть большой мир, ей было бы сложно привлечь внимание по сути впечатлительных подростков, которые впервые вырвались из дома.       А тут элементаля фактически за ручку привели прямо к ней домой.              Старуха переводила взгляд с Сулли, элементаля, на Кейла, с которым элементаль пришёл, и, ухмыляясь, сказала:       — Ты показал что-то бесполезное моему внуку, так что заплати за алкоголь.       Кейл покачал головой.       — Я буду халявщиком, раз ты сказала, что выпивка за твой счёт.       После этого замечания Чхве Хан и Арчи посмотрели на Кейла.              Еще один Чхве Хан тоже смотрел на Кейла.       Бабуля явно была не в восторге от нового соседа, так что возмещение морального ущерба было вполне обосновано в сознании мастера меча.       Тем более Кейл действительно не обеднел бы.              Однако ему было всё равно, он продолжал говорить со старухой, которая всё ещё улыбалась:       — Однако я хорошо заплачу вам за еду.              «Значит, совесть еще не отмёрзла на холоде», — успокоился кореец.       Теперь это выглядело как принцип. Хозяйка гостиницы обещала бесплатный алкоголь, значит, Кейл получит именно бесплатный алкоголь.       Оплатить остальное дороже раза в три ему ничто не помешает.       Он бывало и на хлеб больше тратил.       И это с учетом того, что платить он будет за всех собравшихся.              — *Хе-хе*, какой забавный ребёнок. Ты выглядишь как дворянин.       Группа вздрогнула от наблюдательности старухи, но Кейлу было всё равно, потому что он уже смотрел на Сулли.       «Не ожидал, что он элементалист».       Казалось, Кейл притягивал к себе самых разнообразных людей. В этот момент голос Раона раздался в голове Кейла:       — Человек! Он тоже пойдёт с нами?       «Нет. Зачем ему это?»       Кейл не хотел связываться с другими людьми без причины.              И в данном случае Чхве Хан был даже согласен.       Паренек, которому никто из взрослых, включая его бабушку, всё ещё ничего толком не объяснил и не спешил помогать со вторжением в личное пространство мехового шарика неизвестного происхождения, выглядел так, будто стоит на пороге панической атаки.       Страшно знать, что с ним может случиться в более напряженной обстановке.              У такого человека, как он, обладающего древними силами всех элементов, не было причин иметь рядом с собой элементалиста.              Это утверждение было в той же степени верным, в которой и не соответствовало действительности.       Иметь древние силы всех элементов было, конечно, удобно, но страховка никогда не бывает лишней.       При том, что Несчастный ублюдок еще и периодически страдал от их отдачи и мог вообще выбыть из строя на три дня, если перенапряжётся, то это становилось особенно актуально.              «… Хотя на самом деле у меня нет всех элементов».       Кейл дотронулся до ожерелья с Всё Подавляющей Водой внутри. Затем он вспомнил разговор с эльфийской жрицей:       «Ты знаешь, кто такой праведник?»       «Праведник?»       «Да. Видимо, есть праведник, который отправился на Восточный континент».       Праведник, которого велело ему найти Мировое Древо. Кейл подумал, не спросить ли у Гашана и Рона, которые были родом с Восточного континента, но на всякий случай спросил Адиту.              — Этот слуга не знает о чем речь, молодой господин, — усмехнулся Рон.       Это они уже и сами поняли в перерыве, но то, что Кейл вообще подумал о том, чтобы спросить Рона, было немного удивительным.       Как не крути, а в его окружении было не так много представителей Восточного континента, и еще меньше тех, кто мог бы рассказать о нем что-то более менее внятное.       Рон не был там почти двадцать лет.       Гашан был представителем племени, которое про себе подобных-то знало минимум, не то чтобы про живущих по соседству людей.       Он и Хонг были слишком юны, чтобы интересоваться чем-то помимо собственного побега и выживания.       Был еще Рекс, но если его еще котенком усыновила семья из трущоб, то он либо попал в Империю в возрасте еще младше Раона, либо вообще родился уже на Западном континенте.       Как ни странно, в данный момент самым достоверным источником информации о Восточным континенте был не кто иной, как Альберу Кроссман, который как минимум получал информацию о далеких землях по официальным дипломатическим каналам.       Но он сейчас должен быть занят подготовкой к скорой войне и отвлекать его эфемерными загадками было бы слегка неудобно.       И как бы это вообще выглядело?       «Ваше Высочество, говорящая сосна попросила нас найти какого-то праведника на Восточном континенте, не могли бы Вы нам помочь? Нет, мы не сошли с ума!»       Посмеявшись над воображаемой картиной, Лок продолжил хрустеть печеньем.              «Нет. Я никогда раньше не слышала этого имени».       «Вот как?»       Кейл не ожидал многого.       «Да, сэр. Но я слышала о Воде Правосудия».       «…Что?»       В конце концов он услышал нечто неожиданное.       Адите выглядела обеспокоенной, продолжая говорить:       «Вода Правосудия — древняя сила».              — Опа, — Альберу аж губами причмокнул, — подсказка оказалась ближе, чем мы думали.       Если под «Праведником» подразумевалась древняя сила, тем более того самого атрибута, которого Кейлу хоть и не критично, но как раз не хватало, то это действительно была очень ценная информация.       А даже если подразумевалось что-то совершенно иное — это все равно не помешает Несчастному ублюдку стать немного менее несчастным.       И если Эрухабен размышлял, развалившись на кресле и лениво поглаживая ребенка у себя на руках, то Рон Молан выпрямился на своем месте и уставился на жрицу со всем своим порочным вниманием.              Вместо объяснений Адите принесла из библиотеки деревни старую деревянную доску.       «Я запомнила, потому что информация на доске была шокирующей».       «… Могу я её одолжить?»       «… Доску?»       Адите посмотрела на Кейла, как будто спрашивая, серьёзно ли он говорит, после чего кивнула.       «Да, сэр. Пожалуйста, делайте, что хотите».              — Это ты зря ему сказала, — заметил Эрухабен.              Кейл понял, почему Адите посчитала этот текст шокирующим.       На доске было всего три строчки. Первая.       [Заявляю о своём уходе.]              — Что?       — Уходе откуда?              Вторая строка.       [Мировое Древо, ты глупый идиот! Теперь я свободен!]       Это звучало напряжённо.              — Чего?       — Что происходит вообще?              Кейл почувствовал кое-что в этот момент.       «Вода Правосудия. Снова что-то сумасшедшее».       Его уверенность лишь окрепла после прочтения последней строки:       [Вода Правосудия? Я теперь свободный дух!]              — Первое в известной истории заявление об увольнении, — хмыкнул древний дракон.       — Феерично-лаконичное в соответствии со своим высоким статусом.       — Приятно знать, что это было взаимно, — умилилась магесса.       Увидев полные непонимания глаза соседей, девушка поспешила пояснить:       — Мировое древо сказало, цитирую: «Все эти ублюдки с древними силами были сумасшедшими». И тут мы видим, как, судя по всему, один из этих самых «ублюдков» называет Древо тупым идиотом. Эта взаимность такая милая!       Чхве Хан хотел напомнить магессе, что Мировое Древо буквально десять тысяч лет копило деньги, потому что чуть не было сожжено одним из обладателей древней силы, но не стал.       Спорить с девушками бесполезно, он это уже понял.       А вот Розалин на самом деле считала это милым, так как, каким бы оскорбительным ни было это заявление, оно-таки было написано неизвестным человеком и бережно сохранялось все это время. Да и Древо этим «сумасшедшим ублюдкам» помогало как могло.       И вообще, эти ласково оскорбительные отношения ей кое-кого напоминали слегка.              «Возможно, мне придётся подобрать ещё одну странную вещь».              — Кстати, — Витира отвернулась от экрана и посмотрела на соседей, — если Праведник — это действительно древняя сила воды, то из этого мы можем сделать еще два вывода.       — Каких?       — Человек, который собрал уже три древних силы или любой другой человек, эту силу еще не нашел. Если бы силу уже забрали, то отправлять Кейла на ее поиски не имело бы смысла.       — Верно, — согласился Рон, немного успокоенный знанием того, что решение самой большой проблемы со здоровьем его экранного подопечного пока не попало в руки врага.       Но кто ищет — тот всегда найдет, так что компании на экране лучше поторопиться.       — А какой второй?       — Что?       — Второй вывод.       — А, — заправив выбившуюся прядь синих волос за ухо, Витира вынырнула из своих мыслей по поводу как раз второго вывода.       — Если Мировое Древо «видит проблески будущего», как утверждает, и отправило молодого мастера на поиски атрибута воды, то есть большая вероятность, что его шаткое равновесие имеющихся сил в какой-то момент будет сильно нарушено, из-за чего вода ему будет просто необходима.       В словах будущей королевы китов было больше логики, чем хотелось бы признать любому из присутствующих.              Вот что пришло в голову Кейла после прочтения содержимого деревянной доски.       Он сделал большой глоток алкоголя, чтобы успокоиться. Затем он спокойно посмотрел на беспорядок, который создавали Сулли и невидимый элементаль огня.       «Я ещё с ними встречусь?»              — Если приедешь к эльфам еще раз, то скорее всего, — хмыкнул Эрухабен.       Хотя, что мешало Раону, который теперь прекрасно знал координаты деревни, телепортироваться прямо под воды озера?       По факту ничего.       Кейл размышлял примерно в том же ключе.              Ребёнок-элементаль огня, который имел хороший шанс вырасти немного более разрушительным, чрезвычайно невинный до такой степени, что выглядел немного глупым, Сулли, а также проницательная бабушка.       Кейл предсказал, что в будущем они больше не встретятся.       Однако он не слышал, что говорил элементаль огня на плече шокированного и растерянного Сулли:       -… Огненная молния. Классная. Море огня. Сильное.       Форма элементаля огня, который непрерывно бормотал эти слова, начала медленно меняться. Однако это был всего лишь сгусток огня, из-за которого никто не мог предугадать его будущую форму.       Однако элементаль огня не ушёл от Сулли.       Кейл не мог этого знать, так как не видел и не слышал элементаля.              Пока Кейл, сам того не зная, избежал моральной травмы, Альберу тем же похвастаться не мог и успокаивал себя любыми доступными средствами.       Самым доступным средством оказалось нытье:       — Как я рад, что этот маленький фанат Огня Разрушения обосновался в Паэруне. Вы просто не представляете.       — Ты же понимаешь, что элементаль волен передвигаться по миру как хочет? Ему не нужны документы, чтобы границы пересекать, — просто потому что мог возразил древний дракон.       — Это другой мир, у нас всё может сложиться по-другому.       — Ага, — не стал отрицать Эрухабен, — может стать еще хуже.       Розалин с интересом наблюдала за зарождающимся спором, наливая себе прохладный лимонад.       — Это например как?       — Юный элементаль может отправиться прямиком на родину своего нового кумира, ну или на последнее известное место его пребывания, не задержавшись в деревне у озера вообще. Может, ему и интересен этот парнишка, Сулли, контрактом он с ним не связан. А в последний раз Огонь Разрушения находился в Королевстве Роан.       Чего Раон понять пока не мог, так это зачем Голди-дедушка доводит Сладкого принца до нервного тика.       «Может, что-то старческое?»       Но было ясно, что ненатурального блондина пора было спасать.       Маленький дракон начал оглядываться в поисках какой-нибудь помощи в этом деле. Прыгать по дедуле не хотелось, а то ходили тут неправдоподобные легенды о его весе, а он не хотел, чтобы с Эрухабена все-таки посыпался песок.              — Наконец-то мы прибыли.       Сказал Чхве Хан, смотря на раскинувшийся перед ними город.       Остроконечные крыши были покрыты белым снегом. Белые крыши делали это место похожим на царство снега.       Чхве Хан, который в данный момент был скрыт плащом, повернул голову в сторону.              Его Высочество и древний дракон на экран внимания не обращали, полностью посвятив себя своему спору.       — Может, отправится, а может, и нет, — справедливо заметил Альберу, тоже не желая сдаваться. — Если мы посетим деревню до того, как подберем древнюю силу в Горах Десяти Пальцев, до появления которой кстати еще целый год, если Вы вдруг забыли, то малышу-элементалю нечем будет так восторгаться, и одним пироманом в мире будет меньше. Возможно, он вообще из деревни не уйдет.       Раон почувствовал, как напряглась нога старшего сородича, уже готовая дать принцу еще одного пинка за сомнения в памяти древнего дракона, и он понял, что действовать надо быстро.       Благо экран наконец-то показал то, на что можно было перевести внимание.       — Голди-дедушка, смотри, у Слабого человека опять либидо зашкалило!       Эрухабен моментально забыл о причинении принцу воспитательного вреда, как и предположил маленький хитрый дракон.       — Ра...Раон!       Он вообще обо всем забыл, пытаясь понять и осознать, что именно и от кого услышал. Неудавшаяся жертва воспитания выглядела не лучше.       Розалин никак не ожидала такой моральной атаки от маленького дракона и поперхнулась тем самым лимонадом, который так не вовремя пригубила.       Спасать будущую бывшую принцессу пришлось Мери, так как Витира умирала от смеха с другой стороны и помочь подруге никак не могла.              Седовласый мужчина.       Кейл поправлял свою рясу жреца и мягко улыбался.              — Раон!       — Да что такое? — натурально недоуменно переспросил ребенок.       — Альбедо у него зашкалило! Альбедо!       — А я как сказал?       — Ты не так сказал!       Раон был умным маленьким драконом, так что с первого раза прекрасно запомнил и значение, и произношение слова, но специально исковеркал в этот раз. Если он раньше путал буквы или говорил что-то неправильно, древний дракон считал своим долгом тут же его поправить, чем бы ни занимался.       Он ребенок, ему можно было ошибаться, чем он и воспользовался.       Сработало как-то даже слишком хорошо в этот раз.              — Наша цель недалеко. Пойдём все вместе.              В контексте недавно брошенной ребенком фразы звучало тревожно, но Альберу мужественно отогнал от себя эту мысль.       За Кейлом…подобного…пока не наблюдалось, а в комнате должен присутствовать хотя бы один здравомыслящий наследник престола.       Двое других сейчас имели подозрительно одинаковый красный цвет лица из-за недостатка кислорода, и если Розалин, спасибо Мери, от лимонада больше не умирала, то Витира успокоиться не могла до сих пор.       Лок безучастно шарил рукой в вазочке с печеньем, пытаясь понять, правильно ли он понял то, что услышал, и действительно ли то, что он услышал, было тем, что было сказано?       Если бы у Чхве Хана было меньше самоконтроля, он бы сейчас смеялся вместе с принцессой океана, но не над тем, что сказал Раон, а над реакцией Моланов.       Особенно Рона.       Это выражение лица старика он не забудет никогда, даже если еще на сотню лет застрянет в лесу.       «Посмотришь на узор коры какого-нибудь особенно старого дерева, и вот он, Рон Молан!»              Кейл вошёл в столицу Королевства Паэрун, Баго.       У него не было никаких проблем с удостоверением личности, которое наследный принц Альберу создал для него, и он без проблем проник в город, одетый в рясу жреца.       — Человек, у них праздник?              Витира понятия не имела, был ли праздник в Паэруне, но у нее самой точно был.       И на этом празднике прекрасно было всё.       И непосредственная наивность маленького дракона, и кислое лицо Сладкого принца, и монумент отрицания имени семьи Молан, и потерявшаяся мордашка Лока.       Эрухабен вообще выглядел так, будто на его глазах бережно выращиваемый древним драконом с самого семечка невинный цветочек сам вытащил свои корни из земли и сбежал.       Реакция не совсем свойственная дракону, но Эрухабен не был типичным представителем своей расы.       Жаль только Розалин не смогла разделить ее веселье в полной мере.       К сожалению, успокоиться Витире было не суждено.       Как только она вытерла слезы смеха, её взгляд упал на виновника переполоха.       И если Эрухабен в своем суверенном ужасе очевидного не замечал, то вот Витира хитрый блеск синих глаз заметила сразу.       Не было никакой непосредственной наивности. Был только хитрый маленький дракон, который знал, на какие кнопки нажимать.       «Даже если не знал, что на них написано!»       — А-ха-ха-ха-ха-ха-ха!       Ее истерика продолжилась пуще прежнего.       Тем временем Розалин, которая более менее пришла в себя, смотрела на Раона с почти эльфийским уровнем обожания.       — Раон, — очень серьезно произнес древний дракон, схватив дракона и поднеся его к своему лицу.       Для лучшего взаимопонимания, не иначе.       — Пообещай этому дедушке никогда так больше не говорить.       Раон, чьи лапы неудобно свисали, даже растерялся немного.       Голди-дедушка вроде сам признал, что он дедушка, а с другой стороны, Раон не мог пообещать не говорить что-то, о чем не имел ни малейшего представления.       Судя по реакции остальных, само слово не было плохим, но почему-то очень смешным. Возможно, опять «взрослые» заморочки. Но Раон не всегда будет ребенком.       У него в планах было повзрослеть и все дела.       Раону повезло, что Эрухабен этой мысли не слышал.       Но золотые глаза смотрели с мольбой, так что Раон решил немного уступить и торжественно заявил:       — Я обещаю этому дедушке никогда так не говорить!       Эрухабен моментально расслабился и довольно вздохнул, а вот Витира, которая даже сквозь смех услышала и поняла, что именно имел в виду Раон, взвыла с новой силой.       У Розалин не было твердой уверенности, что она сможет помочь своей подруге.       Как и желания этого делать.       Альберу смотрел на Эрухабена взглядом, в котором явно читалась переоценка мудрости древнейшего существа.       Раон сполз с ослабевших рук и поспешил на своё кресло.       Инцидент замят, а экранная группа наконец-то прибыла в новую для всех локацию — столицу Королевства Паэрун.       А посмотреть было на что.              Белые крыши, белый снег и белый замок вдалеке, увешанный украшениями.       Розалин подошла к Кейлу и начала говорить:       — Жрец-ним, город Баго так украшен. Сейчас фестиваль?       Задавая этот вопрос, она огляделась. Было заметно, что через ворота проходило много людей. Улицы в столице были забиты людьми, несмотря на мороз.       Чхве Хан тоже это заметил и посмотрел на Кейла в поиске ответа. В этот момент кит-полукровка Пасетон заговорил:       -… Вы все пришли сюда, не зная об этом?       — О чём?       В прошлом Розалин была наследной принцессой, но у неё не было причин запоминать праздники самого Северного Королевства.              Праздник начала или конца года как таковой был распространён у народов Западного континента в той или иной форме.       Начиная буквально с того, что кто-то праздновал Конец года, а кто-то Начало нового.       Но у северных королевств, возможно, из-за их расположения традиции зимних праздников были шире и сложнее, и вот их Розалин действительно не видела смысла запоминать.       И пока Розалин размышляла о ненужных вещах, всеми силами стараясь не присоединиться к всё ещё смеющейся подруге, Чхве Хан прикидывал, насколько Королевство Паэрун важнее Империи Могору, если название его столицы было озвучено сразу по прибытии.              Услышав её вопрос, Пасетон бросил взгляд на Кейла, и тот ответил на всеобщее любопытство:       — В январе в Королевстве Паэрун проходит особенный фестиваль.       — Мяуу.       Рыжий котёнок Хонг похлопал Кейла по руке, прося рассказать. Продолжая говорить, Кейл погладил Хонга по шерсти:       — Они приносят подношения озеру, которое, как предполагается, имеет слезы Бога, молясь, чтобы оно забрало все несчастья следующего года. Весь город участвует в этом фестивале.              Как они уже выяснили, что-то с этой легендой было не так, но пока не знали, что именно.       В любом случае ошибочная трактовка, скорее всего, сводила на нет весь эффект ежегодных подношений, но чем бы люди не тешились.       Чтобы участвовать в традиционном фестивале, совершенно не обязательно верить в его чудесные последствия.       По большей части люди ходят туда просто ради развлечения.       Иногда этого достаточно.              Чхве Хан вздрогнул.       Похоже, это было важное время для этих людей.       Но сейчас они собирались разжечь огонь в озере со слезами Бога.       У него было такое чувство, что это совпадёт с праздником.              «Ты уже должен был привыкнуть к стилю собственного сеньора, нет?»       Чхве Хан в Чёрной комнате давно догадался, что время было выбрано не случайно. Почему у его двойника было только «чувство»? Два года вместе живут!              Чхве Хан посмотрел на Кейла, и тот тихо прошептал, чтобы никто посторонний не услышал:       — Мы не хотим никому навредить, поэтому не будем делать этого в день подношений. Кажется, в последний вечер все люди будут собираться на площади, чтобы потанцевать.       Последняя ночь. Люди соберутся на площади для финала, чтобы танцевать и петь всю ночь напролёт.       На озере никого не будет, помимо охранников. Будет легко действовать, не причинив вреда нескольким охранникам.              Чудесное время для того, чтобы привлечь внимание.       Особенно удобно, что до нужного момента ненужного внимания избежать им будет даже проще, чем обычно.              Кейл улыбнулся и задал группе вопрос:       — Разве фестиваль не должен закончиться фейерверком?       Группа погрузилась в молчание.              Половина из них, скорее всего, задавалась вопросом, что такое фейерверк, потому и молчало.       Одно им точно было понятно: когда Кейл говорит что-то с такой улыбкой — это будет что-то грандиозное.       Конкретно Арчи, вероятно, размышлял о том, считался ли взрыв острова Хаис 5 фейерверком в понимании Хэнитьюза.              Косатка Арчи и полукровка Пасетон не могли найти слов, в то время как Розалин и Чхве Хан, казалось, о чём-то задумались.       Серебристый котёнок Он избегала взгляда Кейла с выражением, которое будто говорило, что она ожидала чего-то подобного от него.              Меньшего от девочки Эрухабен и не ожидал. Его скорее забавляла реакция остальных.       И вообще, хорошо, когда дети ведут себя предсказуемо.       Так намного проще жить.              Однако сам виновник не мог обращать внимания на их реакцию, потому что в его голове раздался громкий голос:       — Человек! Ты действительно наш человек! Мы не можем допустить, чтобы невиновные пострадали во время нашего фейерверка!       Раон казался очень взволнованным. Как мог существовать такой злобный шестилетний ребёнок? Покачав головой, Кейл перевёл взгляд на Чхве Хана и Розалин.              — Да почему «я» опять злобный? Это ты предложил!       Да. Предсказуемое поведение.       Всё хорошо.       Всё отлично.       Так и должно быть.       Бывший эльф продолжал убеждать себя в этом и не стал объяснять ребенку, что Кейла пугает не якобы порочная натура экранного Раона, а то, что тот не имел вообще никаких возражений по поводу плана действий.       Чего он вообще ждал от дракона?       Глупый вопрос.       «От этого ребенка можно ждать чего угодно.»       Поняв, что его мысли опять свернули не туда, старший блондин продолжил повторять про себя недавнюю успокоительную мантру.              Чхве Хан спокойно ответил на взгляд Кейла, после чего задал вопрос:       — Что мне нужно сделать?       Он слышал, что только что сказал Кейл.       «Мы не хотим никому навредить».       Так что Чхве Хан не колебался, потому что Кейл всегда думал о безопасности других, даже когда вёл себя как злодей.       — Мы разберёмся с этим вместе.       Затем он улыбнулся ответу Кейла. Вместе. Для кого-то вроде Чхве Хана, кто прожил десятки лет в одиночестве, выживая, слово «вместе» всегда было приятно слышать.              Опуская вопрос о важности для «себя» командной работы, но не обесценивая его, мастер меча вновь погрузился в раздумья, незаметно стащив у Лока печенье.       Если он правильно понял план, то Кейл собирался подорвать моральный дух противника прямо перед войной, устроив диверсию на празднике.       По сути он собирался сделать то же самое, что и секретная организация в Королевстве Роан, только без ненужных жертв.       «Что похвально».       Экранный Чхве Хан уже смирился со многими чертами характера Кейла, к которому сам же и набился в личные рыцари вопреки желанию красноволосого, но почему-то всё ещё беспокоился.       За Кейлом пока не завелось привычки втягивать в неприятности ни в чём не повинное мирное население.       И кому, как не его личному охраннику, знать об этом лучше всех?       Так что Чхве Хан не сразу понял причины нервозности экранной версии себя.       Но в голову-таки пришло несколько вещей.       Гражданское население Королевства Паэрун может быть мирным, как и любое другое гражданское общество в любой стране, но нельзя начать масштабную войну, не имея поддержки собственного населения.       То есть потенциально каждый человек в этом городе враг, что может являться оправданием причинения ущерба.       А Кейл Хэнитьюз человек, который явно привык разбираться с проблемами радикально.       В общем, всем там очень повезло, что Кейла, которого проблемы людей вражеского королевства волновать не должны, они все-таки волнуют достаточно, чтобы не нападать на них открыто.       Но это также тот самый Кейл, который строит планы по свержению власти в Империи Могору, и как бы Чхве Хан ни был всеми руками за, всё это могло быстро перерасти в гражданскую войну, и тогда потерь среди мирного населения было бы не избежать.       Либо рыжий был абсолютно уверен, что сможет этого избежать, либо у его доброжелательности были чёткие границы.       «Хотя выбор между гражданской войной и Адином звучит как выбор между плохим и еще худшим».       Если смотреть в общем, то всё это сводилось к тому, что на экранного мечника скорая война тоже повлияла.       Он нервничал и не совсем понимал, что должно было измениться и как ему на это реагировать.       Опыт, полученный в Лесу Тьмы, подготовку к войне в себя не включал.       Но кореец на экране, поняв, что маяк его здравомыслия — если Кейла вообще можно было так назвать — ведёт себя как обычно, быстро успокоился.       Просто делай, как говорят, и всё будет хорошо.       Чхве Хан даже знать не хотел, что происходило с ним в «книге».       Как вариант у него просто не было времени нервничать.              Затем Кейл встретился взглядом с Розалин, которая тоже улыбалась.       — Звучит как очень эффективный план и идеальное время для этого.       — Я знал, что вы это скажете, мисс Розалин.       Два кита казались ещё более сбитыми с толку, но Кейлу было всё равно, и он обратился к киту-полукровке:       — Пасетон, для начала нам нужно найти место, где мы остановимся.       — Ах, да сэр!       — В таком случае мы пойдём осматривать озеро.       Озеро. Это слово заставило Пасетона сглотнуть, в то же время они вошли в столицу Королевства Паэрун.       Окружающие люди не могли не бросать взглядов в сторону незнакомцев.       Их группа была одета в типичные для путешественников одеяния, из-за которых было невозможно увидеть лиц. И это не было чем-то странным.       Однако был кое-кто, кого эти путешественники в плащах окружали, как будто охраняли.       Седовласый жрец был тем, кто приманивал любопытствующие взгляды окружающих.       Кейл чувствовал их взгляды на себе и улыбнулся.       — Ты снова так улыбаешься, хотя и не разговариваешь с наследным принцем!       Что касается замечания Раона, то он, как обычно, пропустил всё мимо ушей.              И пока жители Баго рассматривали гостей, наблюдатели рассматривали сам показанный город.       Экран по традиции предоставил им для этого более широкий угол обзора, а группа на нем никуда не торопилась, так что им совершенно ничего не мешало.       Архитектура городов, которые они успели посетить, всегда отличалась друг от друга в зависимости от региона и особенностей живущих там людей.       Или нелюдей.       Столица Королевства Паэрун тоже имела своё очарование.       Раон подметил, что город немного похож на столицу Империи, но в то же время от неё сильно отличается.       Если в Могору, как и в Хьюиссе, улицы в основном были широкими и длинными, с большими площадями и разбитыми садами, то Баго как-будто состоял из маленьких и больших переулков.       Площади там тоже были, но не такие просторные как в первых двух столицах.       Невысокие, но крепкие каменные дома как будто пристраивались друг к другу с течением времени, начиная со стен замка на холме, каменными ручьями расползались вниз по склону и дальше, и при этом каждый неуловимо или кардинально отличался от другого. Только проглядывающие из-под снежных шапок черепичные крыши выглядели одинаково на всех.       Каменные и кирпичные, серые и коричневые, с лепниной и без, тянущиеся на весь переулок или шириной в лестничный пролет с одним окном, все вместе они были похожи на большое архитектурное лоскутное одеяло.       А еще по всему городу то тут, то там стояли скульптуры и статуи.       Всё это смотрелось удивительно гармонично в своей хаотичной бессистемности.        — А почему дома такие странные? — любопытный Раон повернулся к Эрухабену.       — На севере холодно, — напомнил древний дракон, — так проще сохранять в домах тепло. Если стена не выходит на улицу, ее тепло туда тоже не выходит.       — Ага, понятно!       Пока маленький дракон пополнял свои знания за счет опыта старшего сородича, Мери тоже осматривалась с огромным интересом.       Украшенный к фестивалю зимний Баго больше напоминал иллюстрацию к зимней сказке, чем реальный город.       Когда речь заходит о севере, крае рыцарей, ты начинаешь думать о чем-то строгом и суровом, сам того не замечая. Поэтому увидеть что-то настолько уютное и красивое стало для девушки-некроманта приятным сюрпризом.       «Возможно, именно из-за сурового климата тут всё так интересно».       Люди ведь всегда стараются украсить свои дома, так?       Северяне не исключение.              Его шаги были легки, когда он шёл по хрустящему снегу. В то же время Кейл осматривался.       Здесь было много народа, и люди, которые время от времени проходили мимо них, тихо переговаривались между собой, но все они казались счастливыми.       Было тихо, но не торжественно.       Кейл шёл как ни в чём не бывало, словно прогуливался по парку. Вскоре Раон начал докладывать:       — Человек, включая охранников у ворот, есть много патрулирующих солдат!       В эти дни он очень хорошо делал то, чего ему не говорили.              Эрухабен почему-то покосился на маленького дракона в кресле, будто пытаясь убедиться в верности данного утверждения.       Раон, который это заметил, тут же покивал головой, мол, да, очень хорошо делаю то, что говорят. Почти достиг совершенства.       Древний дракон чуял подвох, но пока не мог его найти и отвернулся.              Кейл был доволен Раоном, который брал на себя инициативу теперь, когда был на год старше. Чхве Хан подошёл к нему и прошептал на ухо:       — Они сказали, что северная часть озера закрыта, потому что они готовят подношения, но мы можем пойти куда угодно в другое место.       Теперь Чхве Хан тоже умел хорошо докладывать.       Кейл был крайне доволен ростом Раона и Чхве Хана.              Судя по благочестивому выражению лица, Кейл на полном серьезе считал инициативность этих двоих огромным шагом вперед, несмотря на то, что они и раньше всё делали как надо.       Но красноволосого, ныне беловолосого тоже можно было понять.       Чем больше Чхве Хан и Раон действовали самостоятельно, тем меньше энергии нужно тратить Кейлу, чтобы что-то им объяснять или приказывать.       Розалин, которая ткнула ногой во всё ещё хихикающую Витиру, проверяя её состояние, подумала, что если они продолжат в том же духе, то скоро получат прибавку к зарплате.       Пособию.       …Обеду?              Чёрный дракон, оставлявший ему диких кабанов, и мальчик, который следовал за ним в поисках пищи, оба сильно выросли. Кейл смотрел вперёд с гордостью на сердце.              Чхве Хан и Раон переглянулись, будто ожидая, что другой сейчас поднимет шум по поводу такого описания, так как самим это делать было несолидно.       Поняв друг друга с одного взгляда, оба просто фыркнули на экранного Кейла и от комментариев воздержались.       По факту всё примерно так и было, даже если прозвучало раздражающе снисходительно.       Хотя с «мальчиком» Кейл конечно переборщил.       Этот «мальчик» минимум раза в три старше гордого дворянина.              В этот момент Хонг похлопал его по руке и, когда Кейл посмотрел вниз, указал лапами вперёд. Казалось, Хонг был потрясён.       — Мяуу!       Он мяукнул и спросил взглядом, так как не мог говорить при людях.       «Разве ты не говорил, что это то самое место, которое мы собираемся поджечь?»       Кейл сразу понял, что хотел сказать Хонг.       — Да, это то самое место.       Котёнок и Розалин, которые смотрели на Кейла, лишились дара речи. Розалин повернула голову. Она видела двух китов, которые некоторое время стояли безмолвно.       И она понимала, какие мысли сейчас были в их голове:       «…Оно такое большое».       Перед ними было озеро слёз Бога.              Что вообще-то было странной реакцией на увиденное, по мнению Эрухабена.       Если Розалин и Арчи лично присутствовали только при подрыве острова, то Пасетон и котята были там в момент уничтожения Чёрного болота, которое по размеру было вполне сопоставимо с озером в столице Паэруна.       «Или их смущает, что его надо поджечь, а не взорвать? Или потому, что там нечему гореть?»       Древний дракон с высоты своего авторитета и опыта может их заверить, что разница между взрывом и пожаром не такая большая. Отсутствие в озере очевидного топливо для огня тоже не было проблемой.       Тем более если дело не в магическом заклинании, а в горючем веществе, коим и являлся алхимический огонь.       «Впрочем, сами скоро увидят».       Из всех присутствующих на экране только Кейл, Раон и Чхве Хан выглядели спокойно.       Кейл и Раон потому, что были уверены в своих силах и силах его экранного двойника.       А Чхве Хан просто не забивал себе голову лишними мыслями, ранее убедившись, что никто не пострадает.       По крайней мере, физически.              Дно совершенно высохшего озера было покрыто трещинами.       Северный угол столицы Королевства Паэрун.       Как только вы пойдёте по широкой тропинке от площади, вам станет видно большое озеро.       Размеры этого высохшего озера заставили всех на мгновение остановиться.       Розалин осторожно спросила Кейла:       — Молодой мастер Кейл, разве оно не с треть города Баго?       — Похоже, что так и есть. Оно меньше, чем я ожидал.       «Меньше?»              — А необходимое количество алхимического огня ты рассчитывал исходя из какого размера озера? Предполагаемого или фактического? — задался вопросом Альберу, глядя на расстроенного Кейла.       «Еще и расстроился, ублюдок».       — За алхимию у них мой двойник отвечает, так что он сам должен был рассчитать и выдать необходимое количество, — успокоил принца Эрухабен.              Розалин вздрогнула, но Кейлу было всё равно. Он опустил Хонга и пошёл вдоль берега озера.       — Давайте разделимся и насладимся видом, после чего снова соберёмся вместе.       Кейл сказал это, после чего ушёл от остальных. С ним был только невидимый Раон.       Слёзы Бога.       Кейл провёл много исследований касаемо этого озера.              Если Кейл проводил исследования, то сейчас вполне вероятно поделится с ними его результатами.       Не то чтобы он знал, что его размышления кто-то когда-нибудь услышит.       И так как дело касалось Божественного предмета, все приготовились внимательно слушать.       Кроме принцессы китов.       Она пусть и не смеялась в голос и даже хихикать прекратила, но улыбка отказывалась сходить с ее лица, а мысли сворачивали в куда-то не туда, стоило ей только увидеть «белоснежного» Кейла на экране.       Витире было очень сложно сосредоточиться, но она постарается.              В северной части озера находились храм и алтарь. Это место будет закрыто для фестиваля, но остальная часть озера останется открытой.       Кейл направился к месту, где было меньше всего людей, и остановился перед информационной табличкой.       [Слёзы Бога       С этим озером связана одна легенда. Бог пожалел Королевство Паэрун, которое всегда было заморожено, и создал это озеро, которое никогда не замерзнет.       Изначально люди были рады озеру, которое не могло замёрзнуть. Однако с течением времени люди стали проявлять жадность и в конце концов возжелали того, к чему не должны были прикасаться. Это заставило Бога пролить несколько слёз, и он забрал воду из озера.]       Кейл стоял и продолжал читать:       [Люди, наконец, осознав свою жадность, стали защищать это озеро. Они продолжают молиться, чтобы Бог ещё раз благословил это озеро водой.]              Специально для тех, кто не знал языка (Мери) или испытывал сложности с быстрым чтением с деревянных табличек (Раон и Лок), вся информация была прочитана вслух закадровым голосом.       Очень удобно, большое спасибо.       Тем временем древнему дракону сама идея незамерзающего озера, учитывая его небольшую видимую глубину, показалась, если не противоестественной, то как минимум странной.       Как будто-то что-то было не так.       Как понял Эрухабен за проведенное в комнате время, даже Боги не могут сотворить чудо из ничего.       Судя по тому, что озеро и сам город находились среди холмов, а не гор, неизвестное пока Божество вряд ли открыло северянам спрятанный в недрах геотермальный источник.       Это было бы самым логичным объяснением, почему озеро никогда не замерзало.       Но такие источники обычно находились недалеко от вулканов, которых явно не было рядом с городом.       Покрытые лесом холмы даже не были особо высокими.       И если люди проявили жадность к чему-то, к чему не должны были, значит, это что-то было тем, что люди могли забрать или использовать.       «Тогда источником воды мог быть Божественный предмет или что-то в этом роде».              Кейлу стало любопытно после прочтения этой информации, которую он уже и так знал.       «Кто он? Какой это Бог?»       Каждый раз, читая этот текст, Кейл задавался вопросом.       [Когда вода вернётся в озеро, настанет время, когда Бог вернётся с юга.]       — Юг.       Кейл сосредоточился на слове «юг» и повернул голову. Тогда же он застыл.       — Человек, почему ты так удивлён?       Удивлённый голос Раона раздался в голове Кейла, но тот быстро отвёл взгляд и задумался.              Проследив за взглядом «жреца» Кейла, из всех присутствующих напрягся только Альберу.       Причем сделал это весьма очевидно.       Он не знал этого человека лично, но было бы странно, если бы Кроссман не узнал одного из немногих мастеров меча на Западном континенте, даже без учёта его специфической внешности.       Увидев, что наследный принц понял причину внезапной настороженности Кейла, Чхве Хан поспешил спросить:       — Что такое?       — Тот седовласый молодой человек, — спокойно ответил младший блондин. — Следи за ним внимательно. Это рыцарь-хранитель Клопе Секка собственной персоной. Он мастер меча, как и ты.       Кореец тут же уставился на этого рыцаря.       Он также вспомнил, как Кейл говорил, что виверны, которые сейчас угрожали напасть на Королевство Роан, были его детищем.       Мери же, просто ради того, чтобы не противоречить очевидным вещам, признала, что, в отличие от сборища злодеев в Империи Могору, этот злодей хотя бы был приятен на вид.       Альберу не обращал внимания на внешние данные господина Секки-младшего, его, как и почти всех остальных, больше интересовали мысли Кейла об этом человеке.       Ранее он о нём только вскользь вспоминал, без особой конкретики.              «Почему этот ублюдок здесь?»       Кейл сразу вспомнил информацию из [Рождения героя]:       [Клопе посмотрел на седые волосы, которые были символом его семьи, и укрепился в своем намерении воплотить легенду в жизнь.]       Седовласый мужчина смотрел на дно высохшего озера. Ещё раз взглянув на него, Кейл подтвердил его личность. В то же время он вспомнил ещё кое-что из [Рождения героя]:       [Бригада рыцарей на вивернах. Он сделал эту легенду реальностью. Клопе, преемник Рыцаря-Хранителя Секки, принял решение.]       Клопе Секка.       Рыцарь-Хранитель Королевства Паэрун.       Командир бригады рыцарей на вивернах.       Координационный центр Северного Альянса.              — Хоть что-то новое узнали, — проворчал наследный принц, дописывая новый фрагмент информации к имени Клопе на нужной бумаге.       Вообще, чем больше он писал, тем чаще задавался вопросом, стоит ли вообще марать бумагу? Было совершенно непонятно, как все эти заметки вообще переберутся из Божественного черного непонятно где во вполне материальный и привычный мир?       Но бумага тут лежала не просто так, и систематическое записывание информации в любом случае помогало запомнить ее получше.              -… Вау       Кейл не мог не быть шокирован.       «Не ожидал увидеть здесь Рыцаря-Хранителя Клопе».       Он действительно не ожидал этого.       Однако это было даже к лучшему.       — Человек, ты шокирован из-за того человека? Мм, он действительно немного сильный.       «Немного сильный?»       Кейл вздрогнул от оценки Раона.       Клопе. Он появлялся в первых пяти томах [Рождения героя] даже меньше принца Адина. Вот почему у Кейла было мало информации о нём.       У него была только одна полезная информация, но больше ничего.       — Он такой же сильный, как Мери.              Чей уровень силы сидящие в комнате существа себе пока слабо представляли.       Включая саму Мери.       Девушке-некроманту пока не выпала возможность продемонстрировать свою боевую мощь на экране. Единственный раз, когда она участвовала в бою, она по факту в нём не участвовала, поскольку Рон пошёл веселиться один.       В остальном они видели только ее мастерство по созданию искусственных конечностей, помощь Ханне с темным атрибутом и поднятые в воздух в экскурсионных целях скелеты монстров в Лесу Тьмы.       Хотя мастер меча, вспоминая Ханну в Джунглях, не захотел бы сталкиваться с Мери, управляющей мёртвой маной по своему желанию в открытом бою.       Но если что-то было неизвестно наблюдателям, это не значило, что Кейл этого не знал.       Мери прожила под его крышей чуть меньше года и часть этого времени должна была посвятить тренировкам, а значит, обитатели виллы Суперкамня о талантах девушки были очень даже в курсе.       Если бы это было не так, ее бы вообще не взяли на ликвидацию первой штурмовой бригады.              «Он на уровне Мери?»       Мери стояла между Чхве Ханом и Розалин. Это означало, что Рыцарь-Хранитель Клопе был довольно силён.              Розалин могла бы обидеться, но не стала.       Маги и некроманты были слишком непохожи друг на друга в плане мастерства, чтобы их вообще можно было сравнивать.       Розалин вот не могла управлять мёртвой маной, что делало Мери, у которой с этим не было проблем, объективно более смертоносным существом из них двоих.              — Человек, Чхве Хан идёт!       Кейл повернул голову.       Чхве Хан шёл к ним с напряжённым выражением лица. Вероятно, он заметил силу Клопе и подошёл на всякий случай.       Однако, увидев жест Кейла, Чхве Хан остановился. Убедившись, что мастер меча остаётся на месте, сам Кейл неспешно двинулся вперёд.       Естественно, он шёл к Клопе.              Рону очень хотелось бы прочесть молодому мастеру лекцию о ненужных рисках, но подавил в себе раздражение.       Молодой мастер и без него прекрасно осознавал своё окружение. Вероятно, даже лучше, чем сам Рон. Разведка сама по себе подразумевает некоторые риски, а прямо сейчас Кейл в облике жреца, пришедшего на праздник, посвящённый подношениям Богу, вообще был наименее подозрительной личностью.       Пока остальные держатся от него подальше, всё должно быть хорошо.              — Человек! Рядом с этим седовласым рыцарем скрываются два или три рыцаря.       Кейл вспомнил информацию из [Рождения героя], попутно слушая Раона, превосходного детектора опасности:       [Клопе верил в легенду. Он был из тех, кто верит в легенды, басни и суеверия.]              Альберу немного смутился, так как слышал нечто совершенно иное, но странную информацию послушно вписал.       Вдруг пригодится?       Как вариант можно было внедрить в Баго батальон черных кошек, чтоб дорогу ему на каждом углу перебегали.       «По настоящему суеверный человек даже из дома бы не вышел».       Блондин тряхнул головой, отгоняя забавные, но напрочь лишенные смысла мысли подальше.              Уголки губ Кейла дрогнули.       Почему он пришёл сюда с седыми волосами и в рясе жреца?       Почему он планировал создать огненный столп в озере Слёз Бога и назвать это Божьим Гневом?       — …Человек, ты слишком много улыбаешься, как хороший человек. Нет, ты хороший человек!       Для Кейла хаотичный голос Раона был подобен фоновой музыке, пока он с улыбкой приблизился к озеру.              Беря во внимание внешний вид Кейла, его недавние воспоминания о личности рыцаря-хранители и комментарии маленького дракона, Его Высочество вдруг пронзило острое ощущение, что сейчас они увидят какую-то чушь.       Отборную.       Мистический ветер, взявшийся из неоткуда, только убедил его в своей интуиции.              *Вшууу-*       Клопе Секка. Почувствовав лёгкий, но холодный зимний ветерок, он откинул волосы назад и повернулся в ту сторону, откуда дул ветер.       Он чувствовал, что там кто-то стоит.       «Это один из наших граждан?»       Он полагал, что человек, стоявший там, был одним из горожан, пришедших сюда на праздник.              Было бы странно, если бы Клопе знал в лицо всех жителей Баго, но внешность «жреца» была крайне экзотичной, напоминающей самого Клопе, так что такого он бы точно запомнил.       Предположение, что тот пришел на праздник, было бы более реалистичным.              Клопе некоторое время не показывался общественности.       Его время, чтобы показать себя снова настанет, когда бригада рыцарей на вивернах известит весь мир о своём возрождении. Тогда же Королевство Паэрун направится к незамёрзшим портам и землям.       Однако он не скрывал своих седых волос. Именно потому, что это был символ дома Рыцарей-Хранителей Секки, которым он очень гордился.       Вот почему к нему так часто подходили горожане.       Дом Рыцаря-Хранителя был сильным щитом и копьём для горожан.       Бог уронил свою слезу, когда забирал воду озера.       Эта слеза упала на человека, и его волосы поседели. Говорилось, что этот человек позже стал рыцарем и защищал северные земли от тьмы.              — Опять тьма…       — Значит, легенда про озеро тоже из древних времен?       — Видимо.       — Начинает складываться ощущение, что между древними временами и нашим временем не происходило ничего интересного, — заметил Бикрос.       Витира пыталась припомнить что-то занимательное из своих двухсот пятидесяти лет жизни, но племя Китов от людей держалось особняком, так что ничего в голову не пришло.       Эрухабен, который прожил дольше всех в комнате вместе взятых, от людей тоже держался в стороне, но не всегда и не совсем, так что пару ярких событий припоминал, даже был частью некоторых из них, но ничего такого масштабного тоже не припомнил.       «Довольно спокойное было тысячелетие…»       Последние пару сотен лет люди даже между собой воевать практически прекратили.       Скука одним словом.       Не то чтобы Эрухабену вообще было дело до того, кто там с кем воюет и почему?       Сам Клопе Секка сейчас озвучил вполне приличную причину для начала войны.       Если на севере стало совсем плохо с ресурсами, попытка захвата более теплых и плодородных земель была логичной.       Но это пока слабо вязалось с тем, что делала секретная организация и Империя Могору.              Он был известен как человек, получивший волю Бога.       Клопе считал себя потомком этого человека.       Вот почему глаза Клопе расширились, когда он повернул голову и увидел ещё одного человека с седыми волосами.       Кроме того, он увидел рясу жреца, белую, как снег. Хотя на одеянии не было никакого символа, который бы показал, какому Богу служит жрец, Клопе чувствовал ауру, которая затрудняла приближения к этому человеку.       *Вшууу–*       Ветер пронёсся мимо седовласого жреца.       Словно не замечая взгляда Клопе, жрец что-то пробормотал себе под нос:       — Смогу ли я увидеть его, если отправлюсь на юг?       Клопе вздрогнул.       Эти слова пронзили его сердце.              Альберу посмотрел на вздрогнувшего рыцаря так, будто не мог поверить в то, что видит.       Для убежденного атеиста, каковым его считали все заинтересованные люди на континенте, он удивительно остро реагировал.       «Может, дело в том, что это касается лично его семьи?»              [Когда вода вернётся в озеро, настанет время, когда Бог вернётся с юга.]       Он вспомнил текст, написанный в храме, а также на информационной доске.       Думал ли этот жрец о Боге, который отправился на юг?              Альберу, который нашел всю эту формулировку немного странной, начал размышлять.       Насколько ему было известно, на севере и юге были распространены церкви одних и тех же Богов.       Где-то больше, где-то меньше, но церкви были одни и те же.       В Империи Могору основной была церковь Бога Солнца. В Королевстве Каро, помимо Ватикана, большое влияние имели прочие церкви, родственные со светом. В Королевстве Роан национальной религии не было как таковой, каждый был волен верить во что пожелает, и поэтому на территории страны было разбросано множество церквей самых разных конфессий.       Начиная с Королевства Вайпер и дальше в Джунгли, люди были больше склонны верить в самих себя, чем в каких-то Богов, но церкви были и там.       Так какой именно Бог отправился на юг, бросив север на произвол судьбы?       Учитывая, что дело было в древние времена, на ум приходил только Несокрушимый Щит.       Когда Кейл забирал древнюю силу, ее бывшая владелица обронила что-то о людях в Лесу Тьмы, которые утверждали, что служат Богу, но кормили отвратно.       Это самое территориально близкое к Паэруну упоминание Бога в тот период времени. Причем от непосредственного свидетеля тех событий.       По крайней мере, на данный момент.       Но об этом он может подумать попозже, а сейчас стоит сосредоточиться на важном.              Рыцарь-Хранитель Клопе. Скоро он отправится на юг.       Он стремился взять под контроль незамёрзшие земли, моря и озёра, чтобы превратить нынешнее Королевство Паэрун в легенду.       «… Кто он? Кто этот грозный человек?»       Клопе медленно приблизился к седовласому жрецу.       Кейл услышал чьи-то шаги и голос.       — Вы сможете встретиться с ним на юге.              — Что за бред тут происходит?       Альберу подумал, что это у него вырвалось, но голос принадлежал мастеру меча.       Его Высочество даже немного успокоилось.       Он не один находил происходящее странным.              «Попался».       Убрав ухмылку с лица, Кейл медленно повернул голову.       Клопе стало не по себе, когда он увидел, что жрец выглядит очень спокойным, даже после того, как лицезрел его седые волосы.              — Почему он должен быть удивлен, если у него самого волосы такие же? — не понял Раон.       Если бы это был настоящий жрец, а не Кейл под маскировкой, то за всю свою жизнь должен он был привыкнуть к своим собственным седым волосам.       — Такой цвет волос действительно редкость, — поспешила объяснить Розалин. — Встретить еще одного было бы удивительной случайностью, а в Паэруне он считается отличительной чертой герцогской семьи. У самого молодого мастера цвет волос весьма специфичен, и если бы он где-то встретил такой же, тоже бы удивился.       Раон был вынужден признать, что это правда.       Если бы они увидели еще одного красноволосого, первым делом не поверили бы, а вторым заподозрили бы его либо в обмане, либо в родстве со Слабым человеком.              У него было такое чувство, что, хотя человек напротив него не был сильным, от него всё ещё исходило необъяснимое давление.       В этот момент жрец заговорил:       — Уважаемый Бог собрал свой дар людям и ушёл из-за человеческой жадности. Он никогда не сердился на них, а только уронил слезы от печали. Интересно, кем он был?       Жрец на мгновение замолчал и с печалью посмотрел на озеро.       — Интересно, как он себя чувствовал. Насколько ему грустно было в тот момент.              — Как он может нести такую чушь с таким серьезным выражением лица?       Эрухабен покосился на недоумевающего Альберу, задаваясь вопросом, что его так удивило?       Нести чушь с серьезным выражением лица было половиной должностных обязанностей наследного принца, с которыми тот успешно справлялся.              -… Ты служишь Богу?              — А ты ему почему так серьезно отвечаешь?       Чем дольше длился этот странный разговор, тем менее серьезно Альберу воспринимал Клопе, есть у него виверны или нет.       После злобного сборища злобных злодеев в Империи Могору Клопе просто не выглядел достаточно представительно.              Искренний взгляд Клопе был направлен на жреца.       Клопе был похож на традиционного рыцаря из фэнтези романа с белыми волосами и красивой внешностью.              Если типичный рыцарь — это симпатичный молодой человек с мечом, который несет высокопарный бред в торжественной обстановке просто потому, что может, то Чхве Хан не хотел становиться рыцарем.       Ему было просто прекрасно в должности простого и молчаливого телохранителя.              «Это сводит меня с ума».       Однако Кейла это не волновало.       *Вшуу-*       Ветер начал дуть снова, создав таинственную атмосферу между Кейлом и Клопе.       Однако, почувствовав Звук Ветра, который заставил его замолчать, внутри Кейла зародилось беспокойство.       «… Почему ты сходишь с ума, глядя на этого ублюдка?»       Звук Ветра. Вор, который украл Божественный предмет, сходил с ума, глядя на Рыцаря-Хранителя Клопе.       «У него есть слеза Бога? Или, может быть, она в его доме? … Я должен его ограбить?»              Цепочка мыслей «жреца» никого даже не удивила.       Если оставить в стороне потенциальную полезность Божественного предмета, древняя сила могла бы просто продолжать сходить с ума, пока ее новый хозяин не соизволит выполнить ее волю.              В этот момент Клопе снова спросил, пока Кейл обдумывал, что делать:       — Ты не можешь сказать мне, какому Богу служишь?       Тем не менее, Кейла беспокоил Звук Ветра, который сходил с ума, а также Суперкамень.       {Ты пытаешься пожертвовать собой? }              — А ты откуда нарисовался? — задался вопросом уже бывший дворецкий.       В обозримом пространстве никакой опасности не наблюдалось.       Даже от Клопе Секки.       Но зная о таланте древней силы земли чуять опасность в самых неожиданных местах, «обозримое пространство» не играло такой уж важной роли в оценке рисков.              Он должен был успокоить это сотрудничество между двумя древними силами, поэтому просто сказал то, что пришло ему в голову.       Клопе не мог не вздрогнуть, увидев, как внезапно напрягся взгляд жреца.       — Всё раскроется в своё время.       Рот Кейла всегда знал, что сказать.              Кроме моментов, когда порождал особенно идиотское недоразумение, но тут никто ничего не сказал, так как все были заняты попыткой понять, что разбудило Суперкамень, да и вся эта атмосфера таинственности играла Кейлу на руку.       Даже если они не совсем понимали, зачем ему весь этот цирк.              *Хлоп-хлоп*       Ветер становился достаточно сильным, чтобы рукава жреца начали биться друг об друга. Клопе посмотрел на шелестящие деревья, после чего почувствовал, что ветер становится всё сильнее.       — Я молюсь, чтобы озеро поскорее заполнилось.       Клопе видел взгляд жреца.       Вместо того, чтобы молиться, он, казалось, был абсолютно уверен в своих словах.       *Тудум! Тудум!*       Сердце Клопе забилось сильнее.              — Что с ним не так? — забеспокоился маленький дракон, обняв покрепче бабочку, которую не заметил, как схватил.       Этот рыцарь казался ребенку немного сумасшедшим.       — Лучше спросить, что с этим парнем в порядке, — философски заметил Альберу.              Озеро снова наполнится.       Это был знак.       Знак, что легенда начнётся снова.       Разумеется, Кейл планировал наполнить озеро огнём, а не водой.              Теперь становилось немного понятнее, зачем Кейлу понадобилась вся эта мистификация.       Если Клопе Секка действительно такой впечатлительный, как им кажется, то ненароком подаренная надежда может быстро обернуться отчаянием, когда в итоге он получит совсем не то, что ожидал.       Но еще она может обернуться гневом.       А вот это не очень хорошо.              Клопе почувствовал, что должен задать этот вопрос прямо сейчас, иначе потом будет сожалеть об этом.       — Кто вы?       Он чувствовал, что должен узнать личность этого человека.       В этот момент Клопе увидел, что жрец указывает на дно высохшего озера.       «Может ли быть?»       Клопе был наполнен неизвестным чувством.       Этот человек обладал харизмой, которой не обладал даже король.       Проходя мимо Клопе, жрец загадочно улыбнулся и ответил:       — Просто проходящий мимо странник.       Хотя он определённо не был похож на странника, Кейл ответил именно так, после чего ушёл.              Мери была впечатлена.       Она никогда не думала, что цитата с таблички, набор бессвязных фраз и жестов могут так сильно запудрить мозги образованному человеку.       «Вы потрясающий человек, молодой мастер Кейл».       Тем временем Хэнитьюз преспокойно покидал место своего выступления, попутно передавая Раону ценные указания по поддержке образа.              Клопе тупо смотрел вслед удаляющемуся Кейлу.       — Человек, он смотрит на тебя.       Услышав доклад Раона, Кейл подумал:       «Приманка готова».       Затем он прошептал так тихо, что только Раон мог его услышать.       — Раон, скажи остальным, чтобы не приближались ко мне.       — Хорошо. Но я всё равно буду рядом.       — И спроси у Пасетона, где находится резиденция герцога Секки.       Невинный голос Раона эхом отозвался в его сознании:       — Человек, теперь мы будем грабить его?       «Он определённо стал умнее».       Кейл кивнул с удовлетворением, отвечая:       — Для начала мы лишь посмотрим.              Изображение на экране не отправилось дальше за Раоном и Кейлом, а неожиданно вернулось к застывшему седовласому рыцарю, к которому уже поспешило присоединиться его сопровождение.              Скрывающиеся рыцари приблизились к Рыцарю-Хранителю Клопе, который смотрел вслед удаляющемуся жрецу.       — Капитан, нам нужно им заняться?       Однако Клопе не ответил на вопрос своего доверенного подчинённого, просто продолжая наблюдать за жрецом, который уходил в район с наименьшим количеством людей.       — Капитан.       Только когда его позвали во второй раз, Клопе кивнул.       — Пока просто проведите базовое расследование.       «Базовое?»       Рыцари, стоявшие рядом с доверенным подчинённым Клопе, были удивлены таким приказом. Жрец казался загадочным и подозрительным.       Обычно бы Клопе сказал им провести тщательное расследование, так что его приказ был неожиданностью для них.       Только доверенный подчинённый без колебаний склонил голову.       — Да, сэр.       Доверенный подчинённый понял, что Клопе имел в виду под «базовым».       Это значило буквально выяснить, кто он.              — Ладно, он не совсем сумасшедший, — признал Альберу.       Как бы он ни реагировал на странствующего священника, его критического мышления хватало на то, чтобы проверять всех подозрительных личностей прямо перед войной.       Особенно тех, которые вроде как намекают на её успех.       Такие обычно как раз самые мутные.              Вот что Клопе имел в виду, говоря о базовом. Провести тщательное расследование означало выяснить всё, включая слабости цели, травмы и всё, что могло оказаться полезным.       Вот почему этот доверенный подчинённый решил выяснить только личность жреца. Однако Клопе беспокоился, отдавая этот приказ:       «… Надеюсь, я не совершаю грех».       Он боялся оскорбить Бога, изучая этого таинственного человека. С другой стороны, Клопе и сам не знал, как он может оскорбить Бога.              — Забудьте то, что я только что сказал, — попросил наследный принц, прикрыв глаза рукой.              Затем он отдал приказ двум рыцарям, стоявшим рядом с его доверенным подчинённым.       — Следуйте за ним.       Седовласый жрец исчез в Восточном лесу. Рыцари сразу же исполнили приказ Клопе, следуя за жрецом.              А вот Мери узнала, что даже уйти в лес с туристической дорожки через кусты можно совершенно не подозрительно, но при этом гордо и величественно.