Полетим ли, подобно птицам?

Дни идут, а я задаюсь все более странными вопросами. Вот например, кто додумался назвать меня «Хибари»? Что это имя вообще значит? На свете тысячи красивых имён, но меня назвали, как какую-то вымышленную смертельную болезнь. Или, ещё хуже, какой-то самурайский ритуал, по типу харакири / Хибари.. Или вообще, как букет умерших цветов — гербарий / Хибари. Кто из родителей так меня невзлюбил? — Пациент Хибари Сато, нужно менять раствор. — зашла в палату медсестра. — Дал хьалак е хьо. — проговорила грозно героиня — Извините, что? — Ах, не обращайте внимания, практикую древние языки. — А-э, ладно, как вам угодно. — с недоумением принялась медсестра за ежедневный ритуал по смене жидкости в катетере капельницы. После сие обряда, сестра милосердия покинула палату, вместе с тем покинули героиню и остатки сил вместе с желанием жить. ( Не беспокойтесь, этот цикличный процесс длится уже долгое время.) — Ладно, видимо матушка права, и мне лучше не выходить на улицу. Да и кто меня выпустит, я дольше трёх минут не могу спокойно стоять на ногах, вечно шатаюсь. Героиня легонько привстала с кровати, чтобы получше смотреть на пейзаж. Как и говорила мачеха, прямо здесь, рядом с кроватью героини, находится большое окно. Оно единственное, что соединяло Хибари с внешним миром, поэтому смотреть туда было для нее частым, да и единственным, развлечением. — Хорошая погода, не так ли? — оторвалась от книги госпожа Мацумото. — Соглашусь с вами, сегодня она поистине умиротворяющая. — глубоко вздохнула Хибари, будто хотела всосать весь свежий воздух Японии и запереть в себе. — Щас посинеешь. — Кха-кха. — прокашляла героиня от избытка кислорода (как иронично), — Ладно, вы правы, с ума от отчаяния пока сходить нельзя. Обе продолжили заниматься своими делами: Хибари — лицезреть красоты японского пейзажа, госпожа Мацумото — читать исторические книги. На дворе конец марта и вам, наверное, известно, чем знаменуется это время года — цветением сакуры. Оно смотрится поистине волшебно и очаровывает каждого, кто хоть раз созерцал сие чудо. Сотни деревьев по всей стране окутывает нежное бело-розовое пышное покрывало. При легком ветре лепестки кружатся в завораживающем танце. Кажется, что вокруг настоящий дождь из лепестков цветов и едва уловимый, но не менее прекрасный запах этих «весенних снежинок». Как не любоваться им? И как не хотеть пройтись под этими именитыми деревьями? Это были мысли героини. Но она прекрасно понимала, что не скоро выйдет насладиться пейзажем и свежим, приятным ветерком, ведь мачеха точно придумает что-то, дабы ограничить и это. — Ох... — вздохнула Хибари, осознав, насколько она устала находиться здесь. Но другого мира она и не помнит, большинство осознанной жизни она провела здесь, поэтому это место ей как дом. Только отчего-то такой чуждый и неприятный. — Хибари-чан, — окликнула девушку Мацумото, услышав ее вздох, — Скоро меня придут навещать, надеюсь это не причинит тебе дискомфорта. — А, да? — оторвалась от мыслей героиня, но явно не испытывая никаких чувств из-за услышанного, — Да нет, что вы, мне не помешает, даже, если вы устроите тут дискотеку. — Дискотеку для пенсионеров? — пыталась разрядить обстановку тётушка, но, видимо, тщетно, — Кхм, ладно, я вас познакомлю. Мой сын и муж должны заскочить скоро. — Для меня будет честью познакомиться с вашими родными. — слабо улыбнулась Хибари. Хоть она и отвечала госпоже Мацумото, но мыслями была явно в другом месте. В ее голове навязчиво крутилась идея выйти досрочно из палаты и самой пойти на улицу, даже осознавая, что мачеха будет очень и очень зла. Но встречи, что последовала из-за этого решения, она явно не ожидала.