Чудеса не моего мира

Валес был очень доволен. Напряженные плечи опустились, а глупая улыбка то и дело наползала на лицо. Он и не надеялся на такую удачу - первый же встречный оказался его другом. Еще несколько дней он тонул в тоске и сомнениях, а сегодня готов был горы свернуть. Тысячи вопросов о семье, о друзьях, о поместье, и о невесте табуном толпились в его голове. Особенно о невесте.  Милая Арабелла... Даже имя ее звучало как ручеек. Стройная и хрупкая, как цветок лаурелии, с бездонными синими глазами, в которых всегда светилась безмятежность, с мягкими руками и светлыми, как снег волосами, в белоснежном платье дебютянтки, она с первого взгляда и вздоха пленила Валеса. Он встретил ее на балу, устроенным матерью Адриана и с тех пор ни дня не мог прожить, чтобы не увидеть ее,  и не поговорить с ней.  Пылкими ухаживаниями, милыми подарками и пышными букетами цветов, он покорил ее сердце. Они устроили помолвку, на которой собрались самые близкие родные и друзья Валеса.  Все им завидовали. Она - такая милая и нежная, хоть и из обедневшего рода и он - красивый, молодой и богатый граф, с древними, уважаемыми предками, и по которому сохла половина столичных барышень от пятнадцати до пятидесяти лет.  В то жаркое лето он был самым счастливым мужчиной на свете и как гром среди ясного неба на него навалилась его болезнь.Он знал, что не чистокровный человек, его дедушка был из ''дикого народа '', но это очень хорошо скрывалось от окружающих. Но эта его часть крови никак не проявлялась до двадцати пяти лет, до самой его свадьбы. Его невеста ничего не знала, он все никак не мог решиться сказать ей, что раз в месяц оборачивается в огромного, косматого волка и убегает в лес, что бы побегать вволю и  поохотиться. А может, и не узнала бы никогда, если бы не болезнь.Потеря контроля над оборотом и была самым главным признаком болотной хвори. Сначала от любого волнения предавало непослушное тело, а затем и разум.  Он тогда обернулся прямо перед Арабеллой, и счастье, что это произошло в его поместье, куда он пригласил ее на ужин. а не в людном месте. Он до сих пор не мог забыть ужас и шок в ее широко распахнутых глазах, ее дрожащие руки закрывающие рот и пронзительный крик на весь дом - "Чудовище! Ты чудовище!!! Валес сам был испуган не меньше ее, и убежал тогда быстрее ветра, чуть не выбив дверь в гостиной, где они собирались пить чай.  Когда он вернулся, спустя всего несколько часов, слуги сказали ему, чтр она уехала обратно в столицу. И даже ничего не просила передать ему.  Он чувствовал себя настоящим монстром, как она и сказала. Оборотни не скрывали своего существования, но в высшем свете считались дикарями и почти животными, наряду с пустынными котами и орками с Великих степей.  Валес ее не осуждал, любая поступила бы так же на ее месте, особенно его нежная Арабелла. И когда, спустя два месяца, она, наконец, ответила на его письмо, в его душе вновь расцвел огонек надежды.  Который очень быстро вновь погас, потому что приступ повторился, а потом снова и снова. Он замуровался в своем поместье на долгих два года и только старые слуги, да переписка с родителями и Адрианом давали ему силы жить дальше. Приезжать он им запретил, опасаясь за их жизнь и здоровье - он все меньше себя контролировал.  А потом приехали маги...