Чудеса не моего мира

А потом началась такая кутерьма, что только голова кружилась. Мирр вытащил меня на улицу и начал знакомить со своими друзьями, в основном такими же подростками, как и он сам. Детвора воспринимала меня с огромным любопытством и интересом, причем обоюдным. Эти разноцветные, пушистые, гомонящие и постоянно движущиеся комочки вызывали радость и умиление. С взрослыми котами Мирр знакомить не спешил, почти все были заняты своими делами - кто возделывал шкуры, сидя около шатров, кто плел корзины и ковры, кто просто отдыхал. Да и я не торопилась - немногочисленные женщины относились ко мне настороженно, а молодые и не очень мужчины кидали на меня довольно откровенные взгляды, от которых хотелось спрятаться. Не привыкла я к такому вниманию, да и чувствовала, что интерес не от того, что я такая привлекательная и хорошая. Просто я экзотика для здешних, а еще у них маловато своих женщин. А на безрыбье... Вот я с удовольствием общалась с детьми, отвечая на сотни их вопросов, заглядывая в их шатры, конечно предварительно спросив позволения родителей. А Мирр не отходил от меня ни на шаг, все объясняя и следя за мной как цербер. А еще узнала, где готовят еду - это оказалась своеобразная кухня, недалеко от центра поселка. Там всегда горели костры, стояли котлы с супом и на плоских камнях жарились лепешки. Ароматы стояли просто чудесные! Готовкой занимались, как ни странно мужчины - молодые парни, одетые лишь в набедренные повязки, из-за жуткой жары. Они по очереди варили и жарили для всего поселения, в свободное от охоты время. Топливом служили засушенные кусты и особые виды кактусов, а также сухой навоз от ящеров, который как раз дети и собирали. М-да, как много узнаешь нового... Шумный разговор за спиной заставил меня бросить разглядывать громадные, потемневшие от сажи котлы и обернуться. Гибкая, высокая женщина, с роскошными, темными, как ночь волосами тащила за ухо громадного мужчину, на голову выше себя. Тот особо и не сопротивлялся, только горячо умолял ее о чем-то. Я вопросительно уставилась на своего друга. - Это Алая, дочь вождя. А помятый кот рядом с нею - Гурр, ее муж! - тут же заливисто расхохотался он. - Опять, наверное, заболтался с друзьями и забыл к завтраку явиться! - И за это она его за ухо тащит? - не поверила я, - Не слишком жестоко? - Неа, ты что! - Мирр замотал головой. - Ему повезло... Самок мало, о них надо заботиться или уйдут к другому. Или заберут... - он тяжело вздохнул. - А почему заберут-то? Разве брак у вас не навсегда? - Что-то тут не сходится... - едва это сказала, как он сердито прищурился. - Глупая самка! Это если настоящая пара - иманы, то навсегда. А Алая и Гурр просто росли вместе и уже тогда, детенышами решили быть вместе! - И с силой хлестнул хвостом по ноге. - Ай! Больно же! - простонала я, потирая ногу, - И почему они не искали своих иман? Малыш только фыркнул. А потом извиняюще на меня посмотрел. - Прости Сашши, я нечаянно! А почему не искали? Самок мало... - снова протянул Мирр, глядя в пустоту, - Если долго ждать и искать свою пару, то можно всю жизнь прожить одному. Стало грустно и жалко этих красивых, но таких несчастных хищников, так похожих в этом на обычных людей. Как мало на самом деле людей сочетаются браком с истинной любовью, многие женятся и выходят замуж, лишь бы не остаться одному... Я села на ближайший ко мне валун, то там, то тут разбросанные по всему поселку, протянула котенка к себе и мягко обняла теплое тельце. - Знаешь, я уверенна, что ты обязательно найдешь свою иману. Я это точно знаю! - и почему-то добавила грустно, - Я вот старше тебя, а тоже одна... Мирр начал ерзать, устраиваясь поудобнее, причем хвост постоянно бил по лицу и лез в глаза. Я убрала препятствие с лица и начала чесать его за ушами. - Ненадолго, - вдруг произнес он. - О чем ты, малыш? - Я говорю, ты очень недолго будешь одна, глупая самка! - прокричав это непонятное заявление, он вывернулся и убежал. Вот заладил, глупая самка, глупая самка! Не будешь тут глупой... Я бы с удовольствием посмотрела бы на умную в моей ситуации! Но странно все это, надо бы догнать его и узнать, на что он так рассердился. Хотя, пусть успокоиться сперва, вечером мы обязательно обо всем поговорим. А пока просто сидела и в открытую наблюдала за ловкими действиями местных поваров. Особенно мне понравилось как легко и быстро два бежевых кота готовили лепешки. Один, прямо рукой формировал из желтоватого теста толстые блины, а второй жарил их на большом и округлом камне, лежащего на раскаленных углях. Изредка они кидали в мою сторону заинтересованные взгляды и негромко переговаривались между собой. Я отводила взгляд. С каждой минутой сидеть мне становилось все неудобнее; котенок никак не возвращался, я не знала где его искать. К счастью, Мирр обижался недолго. И получаса не прошло, как он прибежал, держа в руках кучу желтоватых веток, хватающих на большой веник. Он бесцеремонно бросил их мне в руки. - Вот! - он казался донельзя довольным собой. - И что это? - я с некоторым недоумением рассматривала гибкие веточки. - Я видел, что ты смотрела на корзины, и они тебе кажется, понравились. Я могу научить их делать - это не трудно! И тебе будет нескучно. К тому же тебя будет доля. - Доля? - У всех, кроме малышей, в племени здесь есть доля,- начал объяснять Мирр, сосредоточенно перебирая ветки, - Женщины, вот, делают корзины, бусы, шьют одежду и смотрят за детьми. Мужчины охотятся, готовят и охраняют племя от животных и врагов. Котята постарше помогают взрослым, собирают хворост и ловят ящериц-песчаниц. Я забочусь о тебе. Видишь, все приносят пользу! Я улыбнулась рассудительности Мирра, он прямо мои мысли прочитал. - Я поняла, Мирр. Я тоже хочу приносить пользу для такого гостеприимного племени, и поэтому совсем не против! Только давай не здесь. Котенок бросил взгляд на навостривших уши парней и согласно кивнул. Он забрал обратно весь груз, и мы пошли к своему шатру. А там уже я с совершенно искренним рвением принялась учиться у Мирра искусству плетения из прутьев. Не скажу, что получилось хорошо, скорее ужасно. Но мне понравилась моя первая, пусть и кособокая корзинка. За этим интересным и кропотливым занятием наступил вечер. Пальцы болели с непривычки, спина превратилась в букву зю, а ноги я совсем отсидела. Упрямо сгибая в идеальный круг упругие прутки, я расспрашивала Мирра о его семье. Сначала неохотно, а потом, с каждым сказанным словом, все быстрее и нервнее, он мне все рассказал. Что родители у него пропали два года тому назад, во время пустынной бури. Что мир в одночасье превратился в серый дым. Что он понял, больно бывает не только от ран, и он сделал бы все на свете, лишь бы их вернуть, но чудес не бывает... Он не был полной сиротой. Вождь, Седой Лунь оказался его двоюродным дедушкой, но Мирр не хотел жить с ним и попросил себе отдельный шатер, как взрослым. А так как, он показал себя едва ли не с рождения серьезным и рассудительным, то ему это разрешили. Он закончил говорить уже спокойным тоном, но глаза его были полны тьмы... Пугающее самообладание для десятилетнего мальчишки. - Ты скучаешь по ним? - тихо спросила его, но едва эти слова сорвались с моего языка, то я тотчас о них пожалела. Конечно, он скучает! А еще я своим любопытством влезаю в человеку в душу, и так раненую донельзя. Не зря обозвал он меня глупой самкой. Глупая и есть. - Я привык... Он даже криво улыбнулся. Но вдруг в его ловких руках громко треснула веточка, выдавая истинные чувства. Мне хотелось обнять его, прижать к себе изо всех сил, и сказать, что все будет хорошо. Сердце сжималось до крови, а дыхание перехватывало от еле сдерживаемых слез. Но колючее выражение глаз не дало это сделать, отказываясь принимать жалость. И я сказала совсем другое. - Мирр... - Да? - Я думаю, ты настоящий воин, мой Сашшит! Кажется, я нашла правильные слова, потому что он улыбнулся уже по настоящему, гордо и чуточку свысока. - Нет еще, Сашши Раиса. Но скоро буду. Обязательно буду... Мы давно расстелили свои тонкие лежанки, погасили масляные светильники и легли спать. В шатре было чернильно темно, оттого, что не было никаких окон, полог был плотно задернут, а изнутри еще крепко подвязан веревкой. Мне никак не удавалось провалиться сон. Вчера я слишком устала, а сегодня была полна сил. К тому же, мешали неугомонные мысли, что, то бежали как скаковые лошади, то лениво ползли как древние черепахи. Я думала о маленьком несчастном котенке, слишком рано вставшим взрослым. И, кажется, понимала, почему он стал моим Сашшитом. Снова думала о своей уютной квартире; о родителях, с которыми хотя и никогда не была близка, но все равно очень по ним скучала. Думала о незаконченной учебе в институте; о своей работе, как там хозяйка, нашла ли мне замену? Ищут ли меня? Или меня просто стерли с истории Земли, как будто и не было вовсе... Думала и о неясном будущем: найду ли свое место здесь, если все же не смогу вернуться? Или так и буду плыть неприкаянной одинокой лодочкой, не приставая ни к одному берегу этой чужой жизни... - Сашши? - Да? - ответила я хрипло, резко вынырнув с водоворота гнетущих тревожных мыслей. - Я забыл сказать... - он замолчал, а я слушала в кромешной темноте в его тихое и прерывистое дыхание, - Я забыл сказать, если загадать желание на Миналле, то оно обязательно сбудется. Если очень захотеть... Забыл или не захотел, мой Сашшит? Он не мог не знать, что я загадаю... Но кто я такая, что бы его судить? А через два месяца можно попробовать снова. - Ничего страшного, Мирр, - ответила я тихо, - Спокойной ночи...