Котики и хрущёвки

Аня неуклюже орудовала лопаткой, переворачивая уже последние оладушки с одной стороны на другую. В квартире стоял плотный, тяжёлый аромат мучного и ванильного, который был слышен ещё при входе в подъезд. Кот мирно спал на табуретке, свернувшись, будто самая красивая горелая ватрушка в магазине. "Горелая, видимо, из-за его цвета" - смеялась у себя в голове Аня. Но только в голове ей удавалось улыбаться. Сил организма хватало лишь на поддержание действия рук. Аня подняла чугунную сковороду за ручку и понесла в направлении мойки, но стоило лишь немного напрячь обе руки, схватив эту самую сковородку и приподняв на пару сантиметров, в кухне эхом раздался стон боли, а после и удачно громкий стук чугуна об плиту. Девушка согнулась, схватив живот. Она глубоко дышала, старалась не делать ни движения и будто бы молилась. Боль от живота ползла к позвоночнику, обвивая, к суставам, коленям и запястьям, пересчитывая все кости и мускулы тела. Громкие звуки быстро пробудили из сна черного как уголь кота Максима. Проявив то ли интерес, то ли взволнованность, он наблюдал за своей хозяйкой, а как только от нее перестали исходить какие-либо звуки, быстро спрыгнул и подбежал. Аня не замечала кота, а между тем он сзади начал пробираться все ближе к ней, чтобы показать свою заботу и участие. - Маааксимка, - тихо протянула девушка, когда увидела, как из-под ее юбки выходит кот. В его глазах она рассмотрела вопрос. - все хорошо, видишь, - она начала выпрямлять спину, держась за нее. - что ты? Что ты тут делаешь? - улыбалась она коту, чувствуя, как отходит боль от ног и возвращается чувствительность благодаря щекотки хвостом по икрам. Аня потянула руки к коту, хвост которого задрал край юбки, и взяла его, как только он позволил. Оказавшись на коленях, Максим быстро лег, начав аккуратно мурлыкать, словно маленький трактор. Аня гладила его по спине и кот не скрывал удовольствия. - что это? - смотрела она на свою руку. - кровь? Как она умудрилась на этот раз сюда попасть? - она провела рукой об юбку, вытирая, а потом опять начала гладить кота. Рука вновь стала алой, как закатное солнце. Ее движения замедлились. - я... Я тебя испачкала? - она всматривались в шерсть. - прости, Максим, я на тебя накапала. Давай, я тебя вымою. на последней фразе кот резко дернулся с места, всколыхнув волной все тело девушки, и скрылся из виду. Она сидела ещё пару минут, собираясь будто перед сложной битвой. Когда девушка встала, ее ноги тряслись, но под юбкой это было и не видно. Медленно она двинулась в спальню. - Привет, Аня, - перед окном в спальне стоял Антон, повернутый к ней спиной. Аня ничего не могла ответить. Сердцебиение участилось, духота особенно сильно прижимала к полу голову. Он развернулся к ней и она увидела на сером рукаве свитера буро-красные пятна, размазанные кем-то. Девушка сделала шаг назад. На лице читался испуг, или даже страх. Страх, что это все нереально и вот-вот что-то произойдет, и тебя не станет. От шума в голове и того факта, что она не моргала, на глазах выступили маленькие слезинки. - ты? - сказала она едва звучно, и адресат этого вопроса его не услышал. - как ты? Она тут же перевела невольно взгляд на рукав. - что это? - в её глазах маленькой иголкой метусилось осознание, готовое уколоть куда необходимо через мгновение. - неважно, - Антон продолжил растирать пятно пальцами, и оно будто начинало светлеть и исчезать. - Предположим, я порезался, - успокаивал он. Аня схватилась ща голову и затрясла ей. Видимо, ей все это казалось бредом. Она быстро развернулась и вышла в прихожую, нагибалась и заглядывала под тумбы и в шкаф, приговаривая: - Максим, Максимка, котик мой, Максимушка, выходи, где ты. - не переживай за Максима, - вдруг резко подошёл он сзади, положил руки ей на плечи и попытался ее выпрямить. Когда она все же встала перед ним прямо, тревожное отсутствие ответа перебилось шмыгом носа. - не плачь, милая, - он ещё крепче надавил на ее плечи и прижал к себе. Она сопротивлялась, крутилась и мычала в такт движениям. - кто ты? - каждое ее слово было очень четким и тяжёлым, что между ними пришлось сделать паузу. - Мы знакомы, я Антон. Девушка глубоко и шумно выдыхала. - или ты хочешь другой ответ? Вырвавшись, она пошла в сторону ванной. Антон не спешил за ней, но шел по следам, медленно и побаиваясь реакции. Долго она держала руки под струёй холодной воды. И так холодные руки стали ледяными, пропитались запахом хлорки и будто бы превратились в фарфор. В отражении зеркала был потерянный взгляд. Антон стал в двери. Его лицо не менялось, но внутри он ощущал что-то на грани недоверия и беспокойства. Он волновался за нее, но стоял, не зная что делать. - что ты стоишь?! - она вдруг повернула голову и попыталась крикнуть. - ты не хочешь мне нечего сказать? Фигура в дверях пошевелилась только спустя время после этих слов, словно выжидая. Он подошёл к ней опять сзади и выключил воду, взял в свои её ледяные руки и развернул к себе лицом. Молчал. - да кто же ты такой? - цедила она каждый звук. Он лишь взял опять ее руки и положил к себе на шею. Холод побежал мурашками по его коже сверху вниз, и небольшое подергивание лицом выдало реакцию тела, но внутри от этого что-то приятно сжималось. Раскрытые глаза девушки немного прикрылись, она устало выдохнула и ослабила нервное напряжение мышц в руках. Его тепло и пульс она чувствовала каждой подушечкой пальцев. Ей было бы смешно наблюдать, как с течением времени его пульс учащается, но она слишком устала, чтобы обратить на это внимание. - успокоилась, - выдал Антон и улыбнулся очень добро, как ему казалось. - я хочу знать, сошла ли я с ума. Он обвил руками ее талию двинулся вперёд. - а что бы ты хотела? - он приблизился к ее шее и говорил, будто щекоча кожу. Она вжалась и отодвинулась. Отвечать на было ни сил, ни терпения. То ли он, то ли ситуация начинала бесить ее. Он опять сильно прижал ее к себе, перегнув с силой, на что и получил звук боли и возмущения. - что ты делаешь? Я тебе больно вроде не делала! Её раздражённость витала в воздухе, как и ее усталость. Мужчина ослабил хватку, но тут же переставил руки выше и, не давая понять, что происходит, поднял Аню в воздух и посадил на стиральную машину рядом с раковиной. На лице читалось наигранное возмущение и не наигранное непонимание. - у тебя такие красивые ноги, - он переставил руки на ее ноги под коленки, задрав юбку, и приподнял одну ногу. - с какой целью ты мне врешь? - я не вру. Он наклонился, запрокинув одну ногу на плечо и уткнувшись носом в ляжку второй. - мне незачем тебе врать. Он начал медленно целовать внутреннюю часть бедра, обходя красные следы от дорожек капель. Тело реагировало на поцелуи, и кожа начинала дёргаться. Мужчина согнул ноги, оперившись коленями о стиралку, и тогда уже положил себе на плечо и вторую ногу. Аня будто специально никак не реагировала на это, словно это не с ней происходит, до того момента, пока не почувствовала, как поцелуи подбирались все выше и выше, а руки пытались стянуть бельё. Уже не просто кожа, а все тело начинало дёргаться в такт его касаниям кожи. Когда Аня почувствовала горячие касания языка между ног, она начала судорожно рыться в его волосах руками с целью оттолкнуть. Она прерывисто вдыхала, задерживая дыхания, будто тонет. Подняв свои руки из волос, она заметила испачканные кровью пальцы. Вглядевшись, она заметила эту кровь и в его волосах. Ее руки опустились, будто неживые, и все мысли выбило из головы. Ноги затекали, и Аня обратила внимание на свои ощущения. Антон ещё раз поцеловал ее ногу и выпрямился. Он видео слезы в уголках ее глаз, но не знал, что ему делать. Наклонившись, он поцеловал ее в щёку. Он бы и расцеловал ей все лицо, вот только ей это не нравится. Девушка тут же отчаянно обхватила его шею руками, прижимая к себе. "Странная реакция" - проскочила мысль в чьей-то голове. Она силилась уткнуться ему лицом в грудь или шею, чтобы почувствовать себя в безопасности и спокойствии опять. Каждое ее действие к Антону скручивалось у него внутри и подкатывало приступом желания сжать ее, обнять до хруста костей и целовать в шею до багровых отметин. Но это лишь желания, в реальности он лишь подвинул ее ближе к себе, отстранился и разглядывал. Мужчина стоял между ее ног, которые обхватывали его за талию. Их глаза смотрели друг на друга, но увидеть что-то было трудной задачей. Прозвучал звук молнии на штанах и растворился, будто его и не было. В любом случае, реакции на него не было. Одной рукой он водил по ее ноге, прижимая где-то кожу. Потом он переложил ее на живот девушки и зашёл в нее. Она отвела взгляд на потолок, приоткрыла рот: тупая тянущая боль была невыносима, но в то же время очень нужна. Спина начинала ныть смычком по струнам. С несколькими толчками внутрь он наклонился к ее шее и поцеловал, прикусывая. Во рту появился привычный вкус крови. Толчки набирали темп, с ним Ане и дышать становилось все труднее, будто набрать целые лёгкие воздуха не получается. С поцелуями в шею она все активнее перебирала его волосы, легонько царапая заднюю часть шеи. Резко мужчина схватил девушку за бедра и прижал максимально плотно к себе, пачкая кровью кожу и войдя максимально глубоко. Глаза девушки закатились с опрокидыванием головы под подавленный стон на вдохе. Она не почувствовала ничего теплого внутри себя, но знала, что он закончил. - мне незачем тебе врать, - повторил он уже забытую фразу, целуя в ногу. - я люблю тебя. Он вышел из нее и, взяв ее на руки, понес в спальню.