Котики и хрущёвки

У Ани подкосились ноги: она как можно глубже вдохнула, уткнув нос в шею мужчины. Голова закружилась маленькими бенгальскими огоньками. Выдохнуть не получалось. - Анечка, ты упадешь, - Антон подхватывал ее под руки, но девушка будто теряла сознание. Медленно её тело тяжелело на его руках, тонкие кисти рук с его плеч слетали. - нет-нет, мне так, - она резко сделала сильный вдох со свистом и закатила глаза, не договорив. Мужские руки начинали трястись, а Аня будто специально сползала все ниже, ниже, ещё больше напрягая его руки. В их зрачках отсвечивали разноцветные огни от гирлянды на окне. Аня шумно выдыхала, то ли через нос, то ли через рот, и пахла едва уловимыми духами с весенними цветами и персиком, вкусным шампунем и мандаринами. Но все это перебивал стойкий аромат вина, разлитого багровыми пятнами на рукава и юбку белого шифонового платья. Она сделала чуть больше усилий чтобы опуститься и руки, держащие ее, соскользнули. Девушка быстро упала на колени, оказавшись в ужасной близости к серым брюкам. Аня обхватила руками его ногу, которая была ближе , прижавшись к нему лбом и носом. Антон от неожиданности пошатнулся. - Аня… - шепотом от стал тянуть звуки, складывая в ее имя. Он опустил голову и рукой слегка поглаживал ей макушку головы. – Анечка… Моя Аня… Девушка сильнее прижалась к его ноге, будто это – последние мгновения ее жизни. Ей ничего не нужно было и здесь и сейчас – это последний оплот спокойствия и тепла. Она просидела так долго, лишь крепче прижимаясь.