Второй после Ра

Я хочу Бога, перед которым мне не надо снимать

обувь, не надо вставать на колени

и целовать кому-то руку.

Бога, который поймёт моё одиночество.

Орхан Памук, «Снег»

      Мневис, правая рука царя, стоял немного в стороне и слушал речь Сета к своему войску. Речь была пламенной и воодушевляющей, он обещал им несметные сокровища за верную службу, пророчил победу. Жажда крови крови бурлила в нём как горячее пряное вино. Он желал уничтожить всех, кто противился его правлению и было совершенно не важно были это низшие божества, люди или боги из старшего пантеона. Царь Египта, как и сама великая пустыня, не щадил никого.       Когда Сет закончил свою речь Мневис подошёл к нему.       — Царь, у меня плохие новости. Кто-то проник в сокровищницу и похитил глаз Гора.

* * *

      Выйдя из гробницы под палящее солнце Гор взял бодрый темп в сторону невысокого горного хребта, что лежал за могильными садами, окружавшими усыпальницу. Некогда ухоженные, ныне они представляли собой печальное зрелище — корни фруктовых деревьев взрыли некогда ухоженные дорожки, кусты разрослись, цветы без ухода погибли и их высохшие останки едва ли можно было различить среди травы. Однако, как бы это ни было удивительно, на ветвях гранатового дерева висели крупные плоды которые так и просились в руки. С земли я поднял надтреснутый гранат и разломил его на две части. Впереди маячила напряжённая спина Гора:       — Гор! Постой! — Он остановился и встал в пол оборота ко мне, ожидая когда я подойду. Я приблизился к нему в несколько торопливых шагов и протянул половинку гранатового плода, — Будешь? Выглядит потрясающе да и на вкус наверное тоже хорош.       Гор протянул ко мне ладонь и я вложил в неё гранат, невольно сравнивая наши руки. В голову пришла мысль, что моя ладонь потерялась бы в его, вздумай он взять меня за руку. Гор же в свою очередь задумчиво посмотрел мне в лицо, как будто ожидая там что-то разглядеть, но видимо так и не найдя искомое, отвернулся и продолжил путь, на ходу отламывая рубиновые зёрнышки и отправляя их горстками себе в рот. Я же, попробовав их на вкус, на миг даже зажмурился от удовольствия — гранат оказался невероятно сладким и терпким. И в голове невольно промелькнула мысль о том, что это хорошее подношения для бога.       За заброшенным садом мы перешли через рукав реки и через какое-то время под ногами стали всё чаще попадаться камни. Чем ближе мы были к горам, тем меньше растений попадалось мне на глаза. Бросив долгий взгляд в сторону Гор тихо сказал что-то похожее на «ох, Жрецы» и пошёл на порядок быстрее чем раньше. Чтобы не отставать я перешёл на бег. Того что я за ним еле поспеваю он либо и правда не замечал, либо не хотел замечать, но я не жаловался. Когда он остановился я заметил, что мы подошли к высокой, почти отвесной скале. Найдя взглядом камень побольше я подошёл и сел на него, переводя дыхание и прикидывая, сколько может занять подъём на такую высоту. Из мыслей меня вырвал голос Гора:       — Надеюсь тебе хватит сил и ловкости чтобы взобраться? — В голосе его была смесь беспокойства, с легким раздражением.       — Думаю да, но мне нужна передышка. Всё таки я человек, не бог. — Камень подо мной был тёплым и ровным. Я снял с пояса свою флягу с водой и протянул ему, — Хочешь пить?       Гор уперся в меня нечитаемым взглядом, слегка склонил голову на бок, а потом кивнул. Не отводя взгляд он взял у меня фляжку, сделал пару глотков и протянул её обратно. Я не выдержал и отвёл глаза, но ощущение что он так и смотрит на меня, заставило меня смутиться. Я знал что выгляжу жалко — на лице грязь, светлые волосы растрёпаны и так же испачканы, а на одежде потемневшие следы крови и разводы от пыли и пота. Не знаю что там творилось у него в голове в этот момент, но долго я так просидеть не смог и вскочив на ноги подошёл к скале, примеряясь. В спину мне прилетела совсем уж странная фраза:       — Если выбьешься из сил скажи мне, я помогу тебе.       Я было подумал что мне показалось и обернулся, но Гор стоял там же и смотрел на меня видимо в ожидании ответа.       — Хорошо, я скажу. Спасибо.       Подъем на поверку оказался не таким уж сложным. Карабкались мы молча и добрались до вершины когда кромка неба на западе ещё была алой. Когда у подножья Гор сказал, что мы должны успеть попасть к Ра до заката я всё ещё не понимал зачем нам туда подниматься. Перелезая через край я сразу увидел огромную арку в виде солнца и тогда я понял, что мы пришли к одному из тех мест, куда приходят паломники, чтобы вознести дары и молитвы верховному богу. В голове у меня появилась догадка и я решился проверить её:       — Могу я задать вопрос? — после подъёма в горле у меня пересохло и мои слова прозвучали хрипло.       — Задавай, — Гор отряхнул руки от каменной крошки, — Может я даже отвечу.       — Мы же забрались сюда для того, чтобы вознести молитву? И да, кстати, почему мы не пошли тропой, которой ходят остальные?       — По тропе мы не пошли потому что вдоль неё стоят жрецы, а я, если ты вдруг забыл, в изгнании. Как думаешь, насколько быстро знание о том, что я здесь, дойдет до Сета? А по поводу молитвы… — лицо его исказилось, но лишь на миг. Он глубоко вздохнул, — Нам нужно добраться до моего деда. Его ковчег омывается водами мироздания и только они могут погасить пламя пустыни. Но я сейчас калека и без помощи Ра полететь не смогу. Я удовлетворил твоё любопытство? — последние слова он произнёс резко и увидев как я кивнул сжал пальцами переносицу, зажмурившись. Тема его увечности каждый раз заставляла его вспыхивать от ярости и боли.       Я встал поодаль от арки, чтобы не помешать. Гор же подошёл к ней вплотную и встал на колени. Сцепив руки в молитвенном жесте и склонив голову Гор начал возносить хвалу своему предку. Он говорил тихо и я не слышал слов, до меня едва долетало эхо его голоса. Когда он закончил и поднялся моим глазам предстало непередаваемо великолепное зрелище. Сперва его окутало едва заметное сияние, а потом чистое золото лентами начало оплетать его тело, застывая и превращаясь в броню. Когда всё закончилось он расправил огромные золотые крылья и моё сердце на миг замерло в груди, а потом забилось часто часто, а в лицо ударило жаром. Его крылья были прекрасны. Прежде никогда мне не доводилось видеть богов в их истинной форме достаточно близко или достаточно долго. Я видел на той кровавой коронации лишь промчавшийся над нашими головами золотой росчерк, когда Сет и Гор сошлись в битве. Тогда рассмотреть больше мне не удалось, поток людей нес нас дальше от площади, от несущего разрушения боя.       Я не мог оторвать от него свой взгляд. На фоне уже темнеющего неба он выглядел как отпечаток солнца, как луч, случайно забытый светилом. Его яростная сила и величественность затмили в тот миг для меня весь мир. Когда он в несколько шагов подошёл ко мне я бездумно опустил взгляд и склонил голову. Единственный его алмазный глаз взирал на меня будто бы со смесью гнева и нетерпения, и взгляд этот давил мне на плечи, пригибая к земле, а желание упасть перед этим могучим созданием на колени вспыхнуло у меня в разуме безумным пламенем…       А потом наваждение резко исчезло стоило ему лишь отвести взгляд. Я не успел и дыхание перевести как он обошёл меня со спины, обхватил одной рукой поперёк груди, а второй за пояс и одним взмахом своих колоссальных крыльев взмыл в воздух.       Жар его рук и тела жёг меня сквозь одежду, в то время как моё лицо, руки и ноги коченели от ледяного ветра, который становился тем холоднее, чем выше мы поднимались. Воздух забивал нос и глотку, мешал дышать, глаза слезились и я просто закрыл их, а руки я положил поверх его чтобы хоть немного их согреть. Мне казалось, что ещё чуть-чуть и я просто не выдержу и потеряю сознание прямо у него в руках на этой ужасающей высоте, а он сбросит моё тело за ненадобностью. Я не знаю сколько прошло времени, возможно несколько минут, возможно час или два, но мне этот полёт показался бесконечно долгим. Когда Гор плавно опустился на палубу Сектет и отпустил меня, я свалился как мешок с камнями и остался сидеть, приходя в себя. Отдыхать так мне пришлось не долго — буквально через мгновения меня окутало мягкое тепло, задубевшие мышцы ног расслабились, а по телу разлилась звонкая энергия как после долгого здорового сна. Стоило мне только почувствовать себя лучше, как тут же во мне пробудилось любопытство и я начал с интересом крутить головой, стараясь разглядеть как можно больше всего, но практически сразу передо мной встал Гор и, прошептав «Спрячься за моей спиной», стал медленно опускаться на колено, а я последовал его примеру. Момент, когда Гор вернулся в своё обычное, не боевое состояние я упустил. Всё, что было перед нами, для меня перекрыла спина Гора, но по глубокому и громкому голосу я сразу понял откуда бьёт яркий, обжигающий свет и перед чьим взором мы предстали. Любопытство смешалось во мне с благоговейным ужасом, казалось, стоит мне взглянуть на верховного бога и я сразу же сгорю или хотя бы потеряю зрение. По этому я стоял на коленях, уперевшись взглядом в пол, молча и практически не шевелясь, и старательно слушал беседу двух божеств. — Приветствую тебя, о великий бог Ра, — Тон Гора был слегка ироничным, вероятно такое приветствие было обязательным ритуалом даже при разговоре со столь близким родственником. — Когда на мою ладью садится птица я убиваю её, пока не нагадила. — Я был готов поклясться, что слышал смешливые нотки в голосе Ра, — Что заставило тебя привести смертного к истоку творения? — Он мне нужен, я не мог его оставить, — Гор поднялся на ноги и сделал медленный шаг вперёд, но тень, которую он отбрасывал всё ещё укрывала меня от палящего света и я остался там, где и стоял. — А… — Это короткий звук отдавал любопытством, — А зачем пришёл? — У меня к тебе просьба — В таком случае я брошу все дела чтоб исполнить твою прихоть? — Ра произнёс последнее слово насмешливо и сильно растягивая гласные и в этот же миг свет исходящий от него как будто бы стал ещё ярче. — Дедушка, прости, я не хотел оскорбить, — голос Гора сбился, зачастил, он рассчитывал явно на другую встречу, когда решил добраться сюда. — Ты не понимаешь разницы… — Речь Ра оборвалась едва лишь вдалеке послышался длинный и раскатистый рёв. Послышались шаги и звон клинка о камень. — Стой здесь и молчи, мне нужно немного поработать.       Я робко поднял взгляд, борясь со страхом и тем не менее пытаясь хоть краем глаза увидеть верховного бога. Я увидел крупного старика, завернувшегося в какие-то тряпки и не поверил глазам. Но вот он встал, раскинул руки и под тканями оказалось парадное одеяние, украшенное золотыми пластинами, камнями и золотыми же нитями. Ра взял в руки корону и одев её с силой ударил себя в грудь. А потом ещё и ещё. Его удары раздавались гулким эхом, а сам он стал невероятно увеличиваться в размерах и когда его тело объяло пламя он тихо сказал: — Спрячь смертного в трюм, не то погибнет, — И направился вверх по ступеням, а всё пространство вокруг наполнил рёв Апофиса, гораздо более громкий, что, очевидно, говорило что он вот вот будет тут.       Когда я вскинул голову чтобы посмотреть Гору в лицо и спросить куда бежать, он рывком обхватил меня рукой поперёк тела, заставив поперхнуться несказанными словами, и понёс к трюму. Большую часть судна, которое было поистине колоссальных размеров, Гор пробежал за несколько мгновений. И даже так я был уверен в том, что мог бы добежать и сам, нести меня было не обязательно, но я решил промолчать. Когда мы добежали до входа в трюм, украшенного изображениями скарабеев выполненных из чего-то похожего на алмазы, Гор схватился за огромное кольцо и подняв крышку люка заглянул внутрь, а мгновение спустя я уже приземлился на свёрнутые шёлковые паруса. Внутри было практически полностью темно, особенно после света, который распространял вокруг себя Ра. А еще здесь было еле слышно то, что происходило снаружи — я слышал грохот взрывов, рёв и раскаты грома, но как будто очень издалека. Хотя может так оно и было, я не знаю как проходил этот бой, описанный в легендах. То, что я находился на борту Сектет и видел Ра вживую никак не укладывалось в голове. События, взявшие своё начало в разговоре с Зен о сокровищнице развернулись в моей жизни бурным речным потоком, из которого не возможно выбраться и оставалось только пытаться пережить это невероятное приключение, связанное с Богами. Фигурка сокола, висящая на груди, как будто сама перекочевала в руку. Тяжело верить в Богов, когда их милость тебя не касается, а жизнь кажется несправедливой и жестокой. Но вот он, Гор — протягивает руку чтобы помочь, его можно коснуться, его неземную сущность можно почувствовать, его кровь — чистое золото, а сам он — сила и стойкость. Его тело идеально, его голос идеален, все его движения идеальны. Если люди поклонялись богам и отдавали им свои жизни в служении потому что видели всё это и чувствовали, что ж, теперь я мог их понять. Прикрыв глаза я лежал на шёлке и старался успокоить мысли, уложить в голове всё произошедшее. И вот в какой-то момент шум битвы снаружи стал отдаляться и в конце концов затих, а немногим погодя люк открылся, осветив трюм. Я резко сел и сполз ногами на пол, вставая. Гор же склонился вниз, протягивая мне руку, чтобы помочь выбраться. Я крепко схватился за его кисть двумя руками и он вытянул меня наверх и поставив на ноги кивнул. — Можешь уйти в тень за троном, но ничего здесь не трогай, понял? — Он выглядел нервным, но говорил спокойно и серьёзно. Я молча кивнул, — Мне надо будет ещё кое что обговорить со своим предком.       Развернувшись он направился к лестнице, ведущей к трону, а я пошёл обходить её по дуге, уходя в тень. Всю поверхность Сектет покрывали золотые узоры, находящиеся в постоянном движении. Они то складывались в какие-то символы, то вытягивались линиями. Засмотревшись я подошёл к краю и когда я посмотрел за борт мне в голову пришла безумная в своей дерзости идея. Я знал, что Гор собирался просить у Ра разрешения набрать немного вод мироздания, для победы над Сетом, но я не был уверен в том, позволят ли ему это. И я решил, что наберу волшебную воду сам, тайком. Сердце моё подскочило и забилось в горле, когда я, осмотревшись, быстро отстегнул флягу, допил из неё пару оставшихся глотков воды и перегнувшись через край барки погрузил руку с флягой в воду. По ощущениям это была вовсе не вода, прикосновение к ней напоминало одновременно и тёплый ветер, и мягкую ткань, и нежный мелкий песок. Страх быть замеченным бился у меня в висках, но казалось, что ещё не достаточно, что можно ещё чуть чуть. Несколько мгновений спустя я встал на ноги, закупоривая фляжку и вновь вешая на пояс, и решил подойти поближе к основанию надстройки, на верху которой располагался трон. Когда я подошёл ближе я услышал голос Гора и идя на поводу у своего любопытства стал внимательно вслушиваться в слова. — Верни мне мою способность летать! — Слова Гора звучали дерзко. — Я услышал твою первую молитву. Я позволил попасть сюда и позволю вернуться, но после этого… — Гор прервал его монотонную речь. — Без обоих глаз я не смогу одолеть Сета! — И хоть Гор всё ещё старался звучать уверенно, я слышал отчаянье в его словах. — Ну так стань сильнее, — Оборвал его Ра, — Или ты явился и забыл, что жизнь каждого бога это путешествие? Когда сходишь с тропы становишься, — Голос Ра на миг затих, но только для того, чтобы особенно выделить следующее слово, — Слабее.       На некоторое время оба голоса стихли. Я понимал о чём говорил Ра, он пытался донести до сердца своего внука то, что он, не смотря на своё положение, всё ещё способен на многое, хоть сам Гор в это и не верит. Некоторое время спустя голос бога солнца вновь нарушил тишину, но на этот раз на порядок тише и мне пришлось напрягать свой слух, чтобы расслышать, о чём они говорят: — Зачем таскаешь с собой этого смертного? — голос Ра был полон непонимания и пренебрежения. — Он нужен мне чтобы победить. — Только из-за этого? — это явно была насмешка. — Я не мог его бросить, Сет бы схватил его за кражу и жестоко казнил. - Его слова разлились в моей груди теплом. — И давно ты так проникся состраданием к людям?       В воздухе снова повисла тишина. А потом раздались гулкие шаги и Ра шёпотом что-то сказал Гору, но я уже не смог различить, что именно. Я услышал как Гор спускается вниз и пошёл к нему навстречу.