Вишнёвый пирог

      Прошло уже два года, на дворе лето, за это время я только сильнее стал любить Антона, мне кажется, что я очень привязался к нему, он стал для меня самым родным человеком, только он мог вызвать у меня улыбку одним своим присутствием. Рыжик за это время стал только больше и наглее, мне кажется он только мне свой характер показывает, а со всеми остаётся миленьким и маленьким котёнком, а ещё он линяет страшно. Как-то Антон завёл разговор о том, что хочет собаку, так у меня волосы поседели, ещё на одно животное моих нервов не хватит, так что я плавно перевёл разговор в другую сторону.       Мы с ним начали путешествовать, правда, пока, не во многих местах побывали, но время ещё есть, наверстаем. Антон теперь каждое утро пытается вытащить меня на пробежку, на что я говорю, что уже стар и кутаюсь в одеяло.       Дима с Катей поженились полгода назад, Антон был невероятно счастлив, а когда узнал, что Катя беременна, даже расплакался и теперь на каждых выходных мы ездим к ним в гости. Мы с Шастом самыми первыми узнали, кто у них будет и устроили гендер пати, у них, кстати, девочка, которую они хотят назвать Савина.       Серёжа до сих пор один, но он говорит, что ему и так хорошо в холостяцкой жизни, он очень сильно помогает нам, за что я ему очень благодарен. Да, мне кажется если бы не он, мы с Антоном не сошлись. Что на счёт бизнеса, так он идёт в гору, я практически полностью не занимаюсь им, а лишь плачу людям деньги и они занимаются им за меня. Но иногда на меня что-то найдёт и я захочу поработать.       С родителями я так и не поддерживаю связь, лишь отправляю деньги, их такой поворот устраивает.       Я хочу сделать предложение ему, правда расписаться в России не получится, но для меня это будет значить многое, я уже купил кольцо. Но главное сейчас не это, главное то, что я наконец-то счастлив, просто счастлив. — Дорогой, ты чего тут завис? Слышишь что я тебе говорю? — А, да, Тош, извини, задумался. Повторишь? — Говорю, я полечу в Москву за одеждой Савине, а то Катя не доверяет перевозчикам и Диме весь мозг выедает чайной ложкой по этому поводу. А он не может, у него работа. — Давай я с тобой полечу? — Да не надо, лучше с Рыжиком побудьте, а то Кате придётся вести, а она сейчас на нервах, убьёт ещё. — Я буду только рад. — Арс! — возмутился Антон и стукнул меня по плечу, я лишь взял его за руку, придвинул к себе и поцеловал. — И я тебя люблю, — сказал я. — Я, кстати, пирог вишнёвый приготовил, — сказал Антон. — Спасибо, давно я его не ел. — Так, вещи я брать не буду, сколько время? — Пять вечера. — Всё, надо собираться, через полтора часа самолёт, я уже билет купил, отвезешь? — Конечно, солнце.       Мы быстро собрались, чтобы не опоздать и через тридцать минут мы были уже на месте. — Я буду скучать, Тош. — Не переживай, завтра с утра, без пятнадцать восемь самолёт обратно, в девять буду здесь. — Тебя встретить? — спросил я, гладя его по голове. — Не, Дима за вещами приедет и меня до дома заберёт. — Хорошо, как приедешь, обязательно позвони, — сказал я и поцеловал его в лоб. — Знаешь, что я вспомнил? Как тебя на сборы провожал, но ты тогда на неделю уехал, а я меньше чем на день! — Ага, ты тогда напился. — Нашёл, что вспомнить, так всё, я пошёл, не скучай сильно, это за тебя сделаю я.       Я крепко обнял его и он пошёл на самолёт, было как-то грустно и тяжело, радует лишь то, что он скоро приедет и я его заобнимаю и никуда не пущу, в ближайшее время уж точно.       Дома меня встретил кот, я насыпал ему еды и пошёл в гостиную, взял книгу, которую уже давно начал, но никак не мог дочитать. Читал и параллельно ждал звонка Антона. Наконец-то под конец книги зазвонил телефон. — Всё, я забрал вещи и уже устроился в гостинице, завтра буду. — Замечательно, а то я уже скучаю. — Вот уснёшь, проснёшься, а я уже рядом. — Надеюсь на это, хорошо поспи. — Без тебя это плохо получится, но я постараюсь, спокойной ночи, Арс. — Спокойной ночи, очень жду тебя.       После разговора, я пошёл в душ и спать. Сон никак не шёл, хотелось почувствовать Антона, который сопел у меня на груди. Но вместо этого я лежал один, в пустой кровати, как же без него плохо. Заснул я только в час, а проснулся пол девятого и сразу вскочил с кровати, «скоро приедет Антон» так и билось в голове и от этой мысли приятно тянуло в груди.       Я включил телевизор и начал убираться. — 6 июля самолет Boeing 767-300, принадлежащий компании АЗУР эйр, потерпел крушение при выполнении рейса по маршруту Москва — Санкт-Петербург, время вылета семь часов сорок пять минут. На борту были 320 человек, все они погибли. Приносим соболезнования родным погибших, — известил женский голос из телевизора.       Момент и всё внутри сжалось, но глубоко орёт надежда, что это не правда. Это не может быть так, потому вчера он обещал. Обещал приехать!       Трясущимися руками я пытаюсь взять телефон и позвонить Антону. Вызов. Внутри всё сжалось в ожидании лучшего и… — Абонент временно недоступен, перезвоните позже, — проговорил механический голос и всё рухнуло, всё что создавалось за жизнь, рухнуло в один миг.       Вторая попытка дозвониться, третья, четвёртая, пятая…       Нет…нет… НЕТ! — телефон летит в стену, а крик распространяется по всей квартире. Слезы катятся, не останавливаясь, один вопрос — почему? Почему Антон? Его маленькое солнце, его родной человек, его единственное счастье в этой гребаной жизни, всё не может закончиться так. Они ещё столько не сделали. — Пожалуйста, нет, нет, я прошу, только не он, кто угодно, но не он, — кричал Арсений и с каждым словом внутри что-то трескалось по кусочкам.       Ком в горле мешал дыханию, но сейчас это вообще не волновало Арсения, он хотел увидеть Антона. Просто прижать к себе, он не мог поверить, что всё, его больше, нет. Как не может не стать человека за какое-то мгновение? Вчера вы были счастливы, планировали совместное будущее, а сейчас это больше никогда не повторится.       Арсений плакал, Арсений ревел, он умирал изнутри. На трясущихся ногах он дошёл до кухни. На столе стоял нетронутый вишнёвый пирог, а на стуле спал Рыжик. От этой картины Арсений рухнул на колени и закричал от боли, которую уже невозможно было перенести. Было чувство, что сердце режут на живую, не капли не жалея. — Тош, вернись, вернись ко мне. Я прошу тебя, только не оставляй, я… я не справлюсь, я же ещё тебе предложение не сделал, нет, пожалуйста, — сквозь слезы шептал Попов, ничего не соображая, он просто хотел увидеть любимого человека рядом, но какой-то отдел его головного мозга больно твердил ему, что этого больше не произойдёт.       Страшно было поднимать глаза и видеть пирог с котом, это единственное, что осталось от Антона и эта мысль приводит в ужас. Арсений начал просто кричать, потому что сил терпеть этого не было, он хотел раствориться, чтобы не чувствовать. Все чувства как будто перемешались, превратившись в один комок, который застрял в груди…       Дыхание перехватывает, и мы не понимаем, что нам делать дальше, без этого человека? Как жить, когда часть тебя, твоей души, сердца ушла… просто опустела, отмерла. Как заполнить пустоту, которая поглотила нас?       Еле поднявшись, Арсений трясущимися руками отломил кусок пирога. В голове мелькали картинки с Антоном, от чего становилось ещё больнее, хотя казалось, что больше не куда.       С единой мыслью, что это последнее, что он пробует от Тоши, Арсений откусил часть пирога.       Живот резало болью, это было не под силу вынести. Слезы так и не переставали течь. В дверь начали звонить, но Арсению всё равно, он знает, что там не Антон, там может быть кто угодно, но только не его счастье, а кроме него он не хочет никого видеть, кроме него он не хочет ничего…       В дом кто-то зашёл. Арсению всё равно, Арсения больше нет, он потух, он теперь просто серая масса, которую раскрасить может только один единственный…