92 дня беспечности

Как только утро нового дня наступило в нашей скромной деревушке, вместо « Доброе утро солнышко» или «Вставай моя родная» первое что слышу я на протяжении 19 лет это: — «Мердина, ты думаешь курицы и бараны сами себя прокормят? Живо за работу!» О да, шел 19-й год моего существования, менялись времена, люди, города и страны, но только не мисс Юхб. Эта тучная женщина с шляпой, давно уже утратившая свою новизну и чистоту, засаленные волосы собранные в пучок, который потерял приличное количество шпилек, еще как точно 10 лет назад. В ее «образе» если конечно можно так назвать, единственным радующим глаз элементом являлось платье в крупную клетку, подол которого упирался ей в самые стопы. Фартук, с узором лесных ягод и нелепо завязанный на ее внушительной талии, открывал все возможности и варианты для того, чтобы издеваться над девочками-сиротами в усадьбе на отшибе Шотландии. Расскажу о своем доме, хотя таким родным и теплым словом это место не назовёшь. Попав сюда, в возрасте 10 лет после того как мои родители погибли в пожаре, а моего брата, насколько мне известно увезли в чужую провинцию, первым что мне хотелось сделать после приезда в эту «чудную» область обитания — сбежать. Даже темный, мрачный и насквозь промерзший лес казался более душевным чем этот «домик». Из-за пережитой трагедии, я смутно помню знакомство с девочками, воспитателями, после смерти мамы и папы жизнь стала словно в «тумане». Но отчетливо в моей памяти остался эпизод «непринятия» меня проживающим там старшим поколением. Мой внешний «видок» в любом случае не мог оказать на людей приятные, животрепещущие впечатления. «Уголек» — так прозвали меня местные сироты. Спустя несколько дней после пожара, мое лицо и впрямь могло лишь напоминать затхлый уголь. Как и в моей душе, потеряв семью, то самое ценное, что было у меня я погасла, потеряла стимул хотя бы «стараться» быть сильной и счастливой. Хотя мама назвала меня отнюдь не «угольком». Мое имя, как вы уже поняли — Мердина, которое обозначает «морская воительница». Довольно таки пророчески для девочки, у которой все тело в грязи и угле. Согласно историям папы, во время беременности, мною моей мамы, уже находясь на приличном сроке, они отправились в путешествие на другой материк. Дорога была естественно трудной, долгой, но мама настаивала на этой поездке слишком упорно, поэтому выбора у моего отца не было. Находясь на борту в пути уже 5 дней, в одну из следующих ночей начался страшный шторм. Шотландские корабли были достаточно по своему строению крепкие, стойкие, но как оказалось не настолько, чтобы благополучно пережить бедствие. От переживаний и тревог у моей мамы внезапно начались роды в каюте, ей не оставалось выбора и способов избежать предопределенного. Крушились паруса, корабль качало и трясло во все стороны, штурвал давно уже потерял свою значимость в этих обстоятельствах, прямиком в это время мать испытывала самые страшные женские муки. Папа ничем кроме как заботой и поддержкой не мог помочь ей, но даже в таких условиях, мама благополучно родила и даже была в состоянии прокормить меня пару дней. Особенностью моего появления был не сам процесс, сколько то, что произошло после. Верьте в мистику, Бога, судьбу, как знаете, но после моего рождения шторм тут же унялся, наступил практически «штиль» и весь народ посчитал что родилась какая-то необычная, чуть ли не проклятая девочка (передаю спасибо мистерам и миссис, которые наложили на меня лепту проклятия еще до начала полноценной жизни). Как раз после этого знаменательного события моей матери пришло в голову назвать меня в честь «морской воительницы». Волшебную биографию можно было бы составить согласно рассказам моего отца, но мы спускаемся «с небес на землю» и я продолжу повествовать о своем великолепном знакомстве с «новой семьей». Меня пригласили в довольно просторный, но до жути угрюмый и мрачный дом, будто здесь кроме умерших никто и не должен находиться. Я обрадовалась хотя бы «размерам» будущего жилья, но рано я начала восторгаться, зайдя в общую комнату, я увидела 12 деревянных полусгнивших кроватей, на которых лежали милые платья, заколки, книги которые напоминали своим видом артефакты с подземельных руин P.S.ну а что, образование, хоть какое-то. Дети, проживавшие там, имели очень озлобленный, бессильный и опечаленный вид. По их физиономиям у меня складывалось ощущение, что меня ночью обязательно задушат подушкой, но я ошиблась со своим первым впечатлением. В момент, когда мне показывали хозяйство, за которым как и всем ребятам мне необходимо было впредь ухаживать, я пересмотрела всех кур, свиней, коров, баранов, но только не слушала мисс Юбх, которая рассказывала мои обязанности на ближайшие года. Дойдя до загона со свиньями, я вообще «потерялась» во времени и задумалась точно не о том, как кормить этих зверюшек. — «Мердина! Ты думаешь ты какая-то избранная и тебя эта работа не обойдет стороной, даже если твои родители были уважаемыми людьми, то папочки и мамочки здесь нет, тут все равны, запомни маленькая дрянь и не смей отвлекаться на свои безделушки. Быстро подошла ко мне, иначе ты окажешься в корыте с помоями». Тут-то свой характер и показала эта старая бабка, я сразу «прочувствовала» черствость и безжалостность этой женщины. Но вариантов не было, и от страха не заметив просто огромный слой слизкой и отвратительной грязи, пробегая по ней к Юхб, я навернулась, что правильно сказать « в грязь лицом». Все девчонки сразу поменялись в лице, взамен угрюмых и замученных лиц явилась широкая лучезарная улыбка и максимально громкий смех, который раздавался эхом в Грампианские горы до самых вершин. Миссия « не вляпаться» была успешно провалена.