92 дня беспечности

Ветер перемен Узнав мою ошеломительную историю переезда в новый семейный очаг, у вас не остается ни капли сомнений насколько я «везучий» и «успешный» человек , начиная с мелочей и заканчивая судьбоносными этапами. Полагаю, вы думаете на этом всё? Если да, то вы допустили грубейшую ошибку в своих размышлениях. Самые чокнутые приключения в сопровождении моей неуклюжести только начались. Умывшись и встав напротив зеркала, пока на фоне кричала и разрывалась от ярости мисс Юбх, я начала пристально рассматривать себя в отражении и расчесываться почти сломанным гребешком. Свои волосы я никогда не подрезала, да никто бы и не позволил мне это совершить, хотя иногда дико хотелось отстричь эти темно-рыжие словно осенние листья волосы, обновив свою причёску. Бледный лик, на котором кроме синюшных словно спелая слива мешков под глазами и веснушек, будто «разбрызганных» по всей физиономии, трудно было без усидчивости заметить другие части лица. Вздёрнутый нос, кончик которого стремился подняться как можно выше в сторону неба, вместе с моей самокритичностью, был ещё одной опрометчивой деталью. Пухлые, но довольно блеклые губы овальной формы с кривыми уголками практически сливались с тоном кожи. Янтарные широкие глаза с выразительным взглядом, в сочетании со светлыми ресницами, которые казались будто опылены золотым песком, являлись моим единственным предметом гордости. Мое исхудавшее тело так и просило добавочную порцию пшеничной каши с теплым молоком, но кроме хозяйственной работы и чтения книг за общим столом, более удачных результатов было невозможно добиться. Мои руки напоминали фарфоровую куклу, которой стоит нелепо упасть и она разобьётся вдребезги. Ноги, практически ничем не отличались по своей ширине от плеч, кроме как выпирающими будто «из-под кожи» суставами. Платье, которое подарили девочки на позапрошлый день моего рождения, спустя время было похоже в лучшем случае на наряд чистильщика отхожих мест. Башмаки, потрескавшиеся насквозь, дополняли мой образ замученной девушки. После того, как я привела себя в менее пугающий вид, поле, сарай и животные ждали меня с нетерпением. Грядущий день обещал быть трудоемким, мне пришлось в одиночку мыть огромный подвал, собрать куриные яйца и самое страшное, перекопать поле гигантской площади. Чтобы уж совсем не остаться ночевать в земле, я позвала на помощь Дебору — подруга, которой только дай волю набить кому-нибудь морду и сбежать в закат на резвом скакуне. Она единственная, кто по приезду в здешние края, нашла со мной общий язык. Пока другие «мадмуазели» имели лишь цель найти мужское плечо и не платить налоги в будущем, мы с этой боевой черноволосой и жгучей мадам придумывали в течении 9 лет план побега из захрясшей и ненавистной нам обоим усадьбы. Стемнело, к вечеру погода испортилась довольно заметно, ветер буквально сдувал с ног, чего я редко замечала в этом месте, следом начался дождь такой силы, будто у кого-то на небе случилась истерика. Перекапывая последние грядки, я уперлась лопатой во что-то очень твердое и звенящее, вначале подумав, что это камень, и решив искоренить его с моего пути я подняла «нечто» на лопату и смахнув горсть земли обнаружила далеко не булыжник, а самый настоящий куб бронзового оттенка, с разнообразными надписями, узорами и вставками из переливающихся камней. Не теряя минуты, я позвала Дебору дабы выяснить, что за чудо лежит в этом забытом Богом месте. Она размахнула своими массивными, будто мужскими руками и удивилась: — « Уу, подруга, ты, где это раздобыла? Ставлю свой единственный не поломанный зуб, что этой штуке не меньше 200 лет» Я ответила: — «Да я же только копала эту чертову грядку, не глупи Деб, или ты захотела чтобы твои зубы были на все 100% сломанными?». Дебору не утешили мои слова и с восторженными черными, как ночь глазами, она вступила в спор со всей полнотой своих эмоций: -» Закройся уже, Уголёк, это определенно какой-то знак, не каждый день такая хреновина с неба падает, дай-ка сюда». Дерзость моей подруги в этом случае была как ни кстати, и тщательно рассматривая куб протирая его от грязи она воскликнула: -» Тут пахнет гребаным колдовством или подставой, я конечно не такая мозговитая как ты, но прочитать твое имя на этом куске хрен пойми чего я могу, гляди!» С максимально выпученными глазами, Дебора показала большим пальцем единственную различимую и понятную нам обеим надпись — « Обан, Несс, Мердина «. Мягко сказать, что я удивилась, это ничего не сказать, от ужаса я возмутилась: -«Что за шутки надо мной? Это определенно касается другую особу, причем здесь я, озеро и город, до которого нам идти миллион чертовых лет?» Приятельница задумавшись, но позже, желая, выразить свое мнение перебила: -» Нет старая, это не шутки, это судьба, не зря же чудеса так и крутятся вокруг тебя, это идеальный момент слинять от старой бабки и напудренных девиц. Я решила, собирай свои шмотки, ночью выдвигаемся согласно этим пометкам. Когда мы обретем свободу, если не сегодня?». Сбежать то и вправду безумно хотелось, но боязнь попасться на глаза и потом никогда уж точно не увидеть белого света, перевешивала мое рвение к свободе. Глубокая ночь. Дебора все же уговорила на побег-«куда глаза глядят». Я собрала лишь самые необходимые вещи, кусок хлеба оставшийся с завтрака и мамины книги, которые она подарила мне на праздник весны буквально за неделю до пожара, прочитанные от корки до корки, но имевшие огромную важность для меня. Спускаясь по дому вместе с Деборой, нас практически ничего не выдавало кроме скрипа деревянных досок, которые прогнили почти полностью от старины. В моменте открывания старой двери на засовах, мисс Юбх как всегда нужно было объявиться в самый не нужный момент и отправиться справлять нужду в уличный туалет. Мы пребывали в пред прощальном состоянии с жизнью, но наши ноги сами дали команду резво убегать от пожизненного заключения в мокрый, темный и вонючий подвал. На этом порыве трудно нас было не заметить, но на удивление мисс Юбх только начала открывать свою пасть для крика и стремиться к погоней за нами, как моя отважная подруга успела оседлать Вудворда, самого крупного и белого как снег в горах коня. Умчавшись в темный лес, я не думала о том, куда мы едем, как проживем последующие дни, и что означает эта фиговина, ради которой мы оставили жизнь с серпом. Главной самой печальной мыслью являлось осознание того, что назад дороги нет, и даже если я с Деборой где-то пропаду, умру, никто и не натужится чтобы найти нас, самое дорогое мы потеряли в детстве, а сейчас, мы утратили рутинную стабильность, взамен на неизвестное, но такое свободное. Пока мы скакали по ночным тропам, я все же смогла вздремнуть, и проснувшись утром от ласкового и приятного теплого ветра, который колошил мои волосы словно полевую траву, в добавок с солнцем, которое своими лучами буквально «прожигало» мои глаза, с тревожностью, я спросила у подруги: — « Что за ветер? Уже утро? Мы что на юге Англии? Или мне это все снится?» Дебора, в голосе которой проскакивали нотки неописуемого счастья и радости, усмехнувшись над моими вопросами, ответила: -» Уголек мой, Мердина, это ветер перемен и лучи свободы, отдохни, тебе быть спящей больше походит».