Там, где молчат цикады

Над простором полей — Ничем к земле не привязан — Жаворонок звенит.

Я держала в руке еще теплое оружие. — Докажи, что ты действительно та, о которой так животрепещуще рассказывает Такано. — Вы хотите, чтобы я… — Верно. — Но, Кику говорила, что невиновных вы не трогаете. — Они уже виновны. — Только потому, что видели нас? И жили с тем человеком? Женщина… и ребенок? — Мой голос надорвался. — Ты мыслишь эмоциями. Это простое задание. — Убить кого-то — простое… задание?! Глаза Рюске вспыхнули. Одним движением он сорвал с меня лисью маску. Она с глухим стуком упала на пол. Лицо обдало прохладой. Я и не заметила, как вся кожа покрылась испариной. Подхватив мой локоть, наставник быстрым шагом направился в ту комнату, где Джун и Кику держали заложниц. Понимая, к чему все ведет, я пыталась вырваться, но безуспешно. Буквально пинком меня затащили в помещение под испуганные взгляды женщины и ребенка. Джун и Кику напряглись, увидев меня без маски. — Теперь они знают, как ты выглядишь. — Спокойно произнес Рюске. — Можешь оставить их в живых, но будь уверена, что уже завтра тебя объявят в розыск. Я сжала кулаки. В желудке резко опустело. — Н-нет, г-госпожа! — Дрожащим голосом прошептала женщина. — Н-не ска-кажем. Умоляю, не троньте. — Решай быстрее. — Рюске взглянул на часы. — Господин. — Пыталась заступиться Кику. — Пощадите хотя бы ребенка. Женщина громко всхлипнула. — Дети имеют свойства вырастать, а потом мстить. У клана нет в привычках оставлять такие казусы. Тебе ли не знать. — Господин, позвольте мне это сделать. — Холодно сказала Джун. — Она, — девушка указала на меня, — еще не в силах сделать что-то подобное. Это только отнимет время. Рюске посмотрел на нас, мрачно вздохнул и вышел из комнаты. — Кику, новенькая, за мной. Джун, не медли. Я кинула встревоженный взгляд на Джун, но за ее маской так и не смогла разглядеть эмоций. — Проваливай. — Выплюнула та. Не задерживая взгляд на заложницах, я вышла. — Госпожа! Госпожа! — Истошно закричала женщина мне в след, но дверь захлопнулась, едва ли я услышала продолжение. Стараясь не думать о том, что сейчас произойдет в той комнате, я проследовала за Кику. Она незаметно сжала мою руку, увидев, как по моему лицу скатилась слеза. Наспех я вытерла щеку и прочистила горло. — Нужно проверить, не оставили мы следы. — Скомандовал Рюске, но внезапно за той дверью послышался звук бьющегося стекла. В два шага командующий оказался у двери, но ту чем-о подперли. — Вы, обе! — Рявкнул он. — На улицу, живо! — Схватив меня за руку, Кику ринулась к задней двери. За спиной я слышала, как Рюске остервенело выламывал замок. Душный воздух ворвался в легкие. — Бежим! — Сказала Кику. — Нужно торопиться. — Разве ты не говорила, что убийство невинных — удел мразей? — Сквозь рыдание выдавливала я. Кику промолчала. Обе мы выбежали во внутренний двор с подстриженным газоном и красивыми фигурами. В пяти шагах от нас бежала женщина, держа за руку спотыкающуюся девочку. До калитки оставались считаные шаги и несмотря на то, что обе они видели мое лицо, я молилась богам, чтобы им удалось сбежать, но череда громких выстрелов оборвало мою надежду. Первой упала девочка, а за ней мама. Мы с Кику ошарашенно остановились, наблюдая как блондин стоит с пистолетом, все еще целясь в жертв. «Бэнг-бэнг…» Оранжевое небо окрасило в красные оттенки дом. Изумрудная трава под ногами потрескивала от моих тяжелых летящих. Перед глазами все размылось от бега. Тормозя, я проехалась коленями по газону, хватая за руку женщину. Та лежала с распахнутыми глазами, смотрящими в цветастые облака. Взгляд ее уже потух. Ко мне подбежала Кику. — Девочка еще жива, сюда! Я подползла к крохе, изо рта которой стекала темная кровь. Она прижимала ладошку к животу и тихонько всхлипывала. Из уголков ее глаз скатывались чистые слезы. Девочка перевела потухающий взгляд с нас на жестоко-красивое небо. Та подняла кверху палец. — Птички. — Рвано прошептала она и я тут же посмотрела наверх, смаргивая слезы. Там действительно пролетали три птицы. Рука ее обмякла и упала на газон. Я всхлипнула еще сильнее. — Нет… Черт возьми, нет! Кто-то подбежал ко мне, отрывая от маленького тела. Моя одежда вся перепачкалась травой, землей и кровью. Если бы не перчатки, то и руки бы пропитались ею. Смахивая слезы, я вслепую куда-то бежала за тем, кто вел. Вдали послышалась полицейская сирена. Мы перелезли через дыру и беспрерывно бежали по тому пути откуда пришли. Я бежала бездумно и безвольно. В нос бил запах крови. В ушах стояли выстрелы. Но я продолжала движение. Впереди замаячила дорога, но мы остановились. — Снимайте окровавленную одежду. — Скомандовал Рюске и я только заметила, что не единственная кто был сплошь в крови. Джун стояла с рассеченной головой. От лба и до подбородка виднелись алые полосы, а яркую одежду окропили темные подтеки. Хотелось подойти и спросить как так вышло, больно ли, но я одернула себя при мысли, что она хладнокровно собиралась убить людей. Держась отстраненно ото всех, на сколько это позволял переулок, я сняла толстовку, оставшись в одном спортивном топе. — Зачет! — Чуть присвистнул блондин. Я отрешенно посмотрела на него, не понимая, как ему хватает наглости себя так вести. Им десять минут назад было убито два человека, а сейчас тот и в ус не дует. На плечи мне что-то упало. Тай молча снял с себя кофту и накинул ее на меня. Ватными руками я сжала плотную ткань и не смотря на духоту и нехватку воздуха в легких надела на себя. Запах крови отступил, дав дорогу запаху близкого человека. Не заботясь о внимании других, я приподняла ворот кофты к носу и дышала через него. Все ждали команды и вот Рюске снова повернулся к нам. — Толпой не выходим. Джун, распусти волосы так, чтобы закрыть половину лица. — Затараторил он, смотря за наши спины. — Томико, тоже самое, но еще и капюшон накинь. У тебя все щеки в крови. Первыми пойдут блондин и Кику, следом вы, — он указал на меня с Таем, — я иду с Джун. К фургону не идите. Затаитесь. — Но почему? — Спросил новенький. — Потому что у тебя мозгов нет. — Огрызнулся Рюске. — Но об этом мы потом поговорим, уж поверь. Блондин непонимающе откашлялся, сделав шаг назад. — Что делать с оружием, господин? — Спросила Кику, указывая на биту. — Оставляй здесь, только протри, чтобы не остались отпечатки. Джун, ты тоже. — Ясно. — Кивнула та, сняв ножны. — Возвращайтесь тогда, когда будете уверены, что за вами нет слежки. *** Меня бил озноб, когда мы с Таем медленно шли по безлюдным переулкам. Солнце зашло, поэтому я уже не сильно переживала за внешний вид как из фильма ужасов. За все время пути никто из нас не проронил и слова, однако мою руку парень держал крепко, иногда поглаживая, когда снова слышал всхлипы. Мы прошли немало шагов, когда мои ноги заныли. — Остановись, я устала. — Тай тут же замер. — Так и будешь молчать и смотреть на меня как на чужака? Он взглянул на меня, скинув капюшон с моей головы. Пальцами коснулся испачканных кровью щек. — Тебе надо умыться. — Негде. — Идем ко мне. — Спокойно сказал он, собираясь идти. — Стой, опасно! — Воскликнула я, тут же понижая голос. — Можешь оставаться здесь, я в любом случае иду домой. — Нам нужно вернуться… Мне нужно вернуться. — Твой начальник… Рюске вроде, сказал, чтобы мы возвращались, когда поймем, что нет слежки. — Но… — Я все сказал. Можешь оставаться здесь. — Не оборачиваясь, он зашагал в другую сторону. — Постой… — Я двинулась вслед. *** После теплого душа, я сидела в гостиной Тая. Он дал свою пижаму и налил горячий чай. Ноги устало гудели, но это было последним, до чего мне было дело. — Где мама? — В другой префектуре, у родственников. — Понятно. — Я крепче сжала кружку. — Уже поздно, допивай и иди спать. Я постелил в своей комнате. — А ты? — Я посмотрела на парня, стоящего в проходе. — В маминой спальне переночую. — Хорошо. — Кивнула я, поставив кружку на столик. — Тогда, спокойной ночи, Тай. — Ага. — Ответил он, пройдя мимо. Я оглянулась, посмотрев ему вслед. Он не обернулся. *** В комнате было прохладно и тихо. Свет уличных фонарей заслоняли жалюзи. На ощупь я добралась до кровати, а затем и до светильника, не став тревожить крупный свет. Не решаясь лечь, я какое-то время просидела на краю постели, отважившись лечь на подушку лишь спустя минуты. Смотря на горящую лампу, перед глазами стоял образ девочки, умирающей бессчетное количество раз у меня на руках и бессчётное количество выстрелов в ее тело и тело матери. В горле снова появились иглы, переходящие в тугой ком. Я еле подавила краткое рыдание, но слезы уже ручьями катились на постельное белье, маленькими взрывами впитываясь в подушку. Не поднимаясь, я выключила светильник и поджала под себя ноги. Меня терзало чувство вины за то, что сейчас мы все лежим сытые в теплых кроватях, оборвав три жизни. За то, что мать и бабушка в одном лице не находит себе места, как и ее супруг, если таковые имеются. Что их лишили семьи и обрекли на страдания. Что им никогда не удастся найти тех, кто бессовестно расстрелял женщину и ребенка — их дочь и внучку. Прикусывая руку, я не давала воплям вырваться наружу, но те все равно просачивались в всхлипах. В комнате послышался щелчок открывающейся двери. Я замерла, даже дышать перестала. С другой стороны кровати кто-то сел, и этот кто-то осторожно лег рядом со мной. Он придвинулся ко мне, выдохнув возле уха. Его лоб коснулся моей шеи, а живот спины. Повторив мою позу, Тай крепко придвинул меня к себе, не сказав ни слова. Не выдержав, я расплакалась как маленький потерянный ребенок, запутавшийся в жестоких взрослых играх. *** Какое-то время, я еще несколько раз подскакивала с криками от кровавых кошмаров, но находя рядом с собой Тая, который в минуты приступов удушья и истерик нежно гладил по волосам и плечам, я снова засыпала, уже не видя снов. Так прошла полубредовая ночь и наступило утро. Поворотное утро в моей жизни.