Яркая монохромность

Он, казалось, даже не заметил моей жалкой попытки защититься. Он одним движением перевернул меня на живот, чуть не вывернув мне руки. Я услышал тихий звук расстёгиваемых штанов и задёргался ещё отчаяннее. Через пару секунд он развел мои ноги и, прихватив одной рукой за талию, резко поднял вверх. Он вошел резко, сразу... Разрывая внутренности, как будто пронзая всего меня насквозь... Я не мог ни о чём думать, я кричал, срывая голос, просил помощи хоть у кого-нибудь... Этот ад, казалось, длился вечно и не собирался прекращаться... Когда я уже не мог кричать и только тихонько постанывал, когда он проникал особенно резко, ему вдруг показалось мало и он, убрав левую руку с моего бедра, схватил меня за горло и начал душить... Я не мог уже даже пытаться сопротивляться и лишь с хрипом пытался вдохнуть немного горького воздуха. Через какое-то время у меня перед глазами начали летать чёрные мушки, постепенно их становилось всё больше и больше... и я уплыл в спасительную тьму, где не было боли и унижения... В этот момент я хотел смерти больше всего... Моё сознание бродило в темноте, я не чувствовал боли, не слышал ни звука, видел лишь вечное и незыблемое ничто. В пустоте и безразличии я бродил, идя в никуда или не двигаясь вообще. Я не знал, пока не услышал звук. Я, боясь стать ничем и раствориться в вечной пустоте, побежал на него, отчего-то боясь не успеть. Я почувствовал, что лежу на чём-то твёрдом, и руки мои оплетала какая-то паутина. Я тут же вспомнил, что произошло, и от страха зажмурился ещё сильнее, но слёз я сдержать не смог, и они тонкими ручейками устремились по моим вискам вниз. - Эй, ты чего? - спросил чей-то удивлённый голос. Он не был похож на громкий и хриплый ор отчима, поэтому кое-как пересиливая свой страх, я всё же открыл глаза и увидел перед собой молодого мужчину довольно приятной наружности. - Здравствуй, я Алан, добро пожаловать на небеса...