Under the red light

      — Какая неожиданная встреча. — говорит Се Лянь.       — Да, я готовился увидеть вас вечером.       — Так вы снова выкупили всю ночь?       Сань Лан слегка улыбается, а потом его взгляд опускается на руку Се Ляня.       — Для чего это?       — Уже не важно. Я хотел бы побыстрее встретиться с вами вновь. У меня много вопросов.       — Что ж, раз так, то мне будет в радость на них ответить.       Се Лянь замялся на месте. Весь его пыл куда-то делся, а ножка от стула мешалась. Он неловко улыбнулся и решил попрощаться. Сань Лан и Се Лянь разошлись в разные стороны.       Их недолгий разговор подслушал Цзюнь У. Настроение его было непонятным. Ему не нравилось такое странное внимание Сань Лана, однако с другой стороны так хотелось узнать на сколько хватит терпения Се Ляня. Когда же он начнет бунтовать? Цзюнь У ждал этого больше всего на свете и готов был сделать ради этого всё. Он замучает его до такой степени, что тот не выдержит и покажет свое настоящее лицо. Они ведь так похожи, просто Се Лянь не понимает этого. Цзюнь У поможет ему познать себя и они станут, как родственные души.       Се Лянь встал около своей двери. Ему не хотелось туда заходить. Хоть эти стены и стали ему самым безопасным и родным местом, сейчас они давили на него. Он выбросил в мусорное ведро несчастную ножку от стула и пошел на улицу.              Охранники с подозрением проводили его взглядом. Понятное дело: вся его одежда была помятой, полумокрой, да еще и в кровавых пятнах. Он так и не переоделся.       Он сел на скамейку рядом с воротами. Дальше его не пустят, поэтому придется насладиться этим.       Се Лянь устало садится и запрокидывает голову. Птицы летали огромными стаями. Очень красиво.       Весь день был таким сумасшедшим, что очень вымотал его. Хотелось забиться в угол, чтоб никто не тревожил больше. Он рассорился с Фэн Синем, а хозяин задумал какую-то игру на выматывание. Самое загадочное явление — ночи с Сань Ланом. Он платит огромные деньги, а в итоге хочет просто говорить. Ему наверняка что-то надо от Се Ляня, иначе он не понимает к чему всё это. Возможно это какой-то враг Цзюнь У и хочет, чтобы Се Лянь рассказал что-то? Если оно и правда так, то он с радостью будет содействовать. Если Цзюнь У уничтожат, то он освободится.       Се Лянь просидел там еще какое-то время и кажется уснул. Ему снилось далекое детство, когда родители еще были живы, а он свободен.       Они втроем сидели под огромным деревом. Мама и папа разговаривали о чем-то житейском, а Се Лянь пытался собрать венок из цветов для матери. У него никак не получалось его сделать. Все цветы вылетали и только портились. Он недовольно кинул их в общую кучку, повернулся к маме.       — У меня не получается! Не люблю эти цветы! Они какие-то неправильные.       Мать улыбнулась. Она подсела поближе к сыну и взяла пару цветов в руки.       — Если не получается — это не значит, что именно цветы неправильные.       — Хочешь сказать, что я не умею плести венки? — Се Лянь надувает щеки, — Тогда научи меня. Я сплету тебе самый лучший и красивый венок на свете!       Мама довольно погладила сына по голове и начала показывать, как надо. Отец наблюдал за ними. Они все были счастливы. Просто находясь друг с другом, они не ведали, что такое грусть. Им было достаточно и этого.       Се Лянь резко открыл глаза. Перед глазами всё еще был образ умершей матери. Взявшаяся из неоткуда паника постепенно ушла, но оставила после себя неприятное ощущение. Он оглянулся вокруг. Уже потемнело, поэтому он поспешил внутрь. Время половина восьмого.       Му Цин уже ждал его в комнате. В руке опять та же маска. Се Лянь быстро сходил в душ и оделся. Му Цин помог надеть маску. Они смотрели на Се Ляня в зеркале.       — Ты пришел в норму?       — Не уверен, что в норме, но эту ночь выдержу.       — Послушай… — Му Цин зашептал, — У меня есть снотворное.       — Если узнают, то тебя могут уволить. — хмурится Се Лянь, — Я не хочу, чтобы ты потерял работу из-за меня. Тебе же нужны деньги на дорогие лекарства…       — Да ладно, я осторожно всё сделаю. — Му Цин слабо улыбается. — И мы вроде как…друзья?       Се Лянь секунду молчит, удивившись такому очевидному.       — Конечно. Спасибо тебе.       Се Лянь чувствует тепло во всем теле. Душа радуется, что в его жизни еще не всё потеряно. Когда есть хоть один человек, который верит в тебя, то ничего не потеряно.       Му Цин провожает его до двери, желает удачи.       Се Лянь заходит внутрь. Как и в прошлый раз, Сань Лан сидит на кровати. Но как только слышит, что Се Лянь пришел, он выходит. Сегодня на нем красная рубашка с галстуком и черные брюки. Се Лянь почему-то замечает все мелочи в этом образе. Ему нравится опрятная одежда. Иногда к нему приходили в стельку пьяные женщины. Казалось бы, что они очень заботятся о своем образе, но иногда всё идет не по плану. Он не винил их, но было неприятно.       Сань Лан протянул руку для рукопожатия. Се Лянь приподнял бровь, удивляясь такому жесту. Сань Лан понял, почему тот замешкался.       — Со мной так не здоровались наверно лет пять. — неловко смеется Се Лянь и всё-таки жмет руку, — Я немного не понимаю, почему ты так ко мне относишься.       — Это будет сложно объяснить. — говорит он — Но я постараюсь.       — Спасибо.       Они сели на кровать друг напротив друга. Се Лянь сел по-турецки и снял маску.       — Зачем она?       — Мне нравится. Она тебе очень идёт и подчеркивает глаза.       — Это комплимент?       — Просто факт.       — Что ж тогда, позволь еще спросить.       — Спрашивай, но тогда и я задам тебе вопрос.       Се Лянь кивает. Это было честно. Будут по очереди спрашивать и узнают друг о друге больше. Раз Сань Лан хочет проводить свое время таким образом, Се Лянь не будет против. Ему с одной стороны даже приятно говорить с кем-то подобным.       — Тогда, что было прошлой ночью?       Сань Лан улыбается, пытается не засмеяться.       — Это единственное, что тебя волнует?       — Не дразнись.       — Звучит, будто старший брат поучает меня.       — Сань Лан!       — Ладно-ладно, буду серьезным. — он выставляет руки в знак своего поражения, — Я подумал, что тебя могут проверить, поэтому решил эту проблему.       — А что было в использованных презервативах?       Сань Лан пожимает плечами.       — Обычная вода. Я бы не сделал ничего без твоего разрешения.       Се Лянь вдруг почувствовал себя странно. Ему стало стыдно, что он думал, будто Сань Лан и правда задумал что-то неладное. Он не похож на обманщика… Однако верить человеку, зная его буквально несколько часов, тоже ненормально. Лучше он пока будет держать нейтральную сторону.       Сань Лан в свою очередь спросил сколько Се Ляню лет. Вопрос был слишком простым, поэтому Се Лянь сказал, чтоб спросил еще что-нибудь.       — Тогда, можно ли мне называть тебя гэгэ?       — Что?       — Ты старше меня, поэтому хочу называть тебя так.       — Не подумал бы, что я старше… — задумчиво говорит Се Лянь, — Ну раз так, то называй, как тебе угодно. Мне не принципиально.       Они улыбнулись друг другу. В это время принесли еду. С Се Ляня тут же спала улыбка. Если Му Цин следовал своему плану и у него всё вышло, то должно быть в еде снотворное. Если Сань Лан съест тут что-нибудь, то уснет. Его доверие к нему пропадет и Се Лянь потеряет своего потенциального друга. О чем он думал, когда соглашался на это? Разве не его принцип: сначала разобраться, а потом действовать?       — Что-то не так? — спрашивает Сань Лан. Он благодарит девушку, которая принесла поднос. Тут же откусывает кусочек мяса. — Это очень вкусно. Я попросил принести то, что ты очень любишь. У тебя отменный вкус, гэгэ.       Се Лянь был готов провалиться сквозь землю от стыда. Его лицо горело, а в горле встал ком.       Ему пришла мысль. До этого он не хотел ничего есть, думая, что пусть уснет только Сань Лан, но сейчас Се Лянь решил, что поест. Раз на то пошло, то уснут вместе, так будет более честно.       Они поели относительно мало, когда Се Ляню стало настолько жарко, что пришлось открыть окно. Он долго ждал, когда снотворное подействует, однако ни капли намека не было на сон. Тоже самое было и с Сань Ланом. Ему тоже было душно, однако происходило что-то еще. Он стал менее разговорчив и уже не задавал каких-то вопросов. Се Лянь потрогал его лоб.       — Ты не заболел?       — Нет, просто как-то жарковато стало…       Не мог же Му Цин перепутать снотворное с чем-то другим?.. Почему им обоим плохо?       — Гэгэ…       — Ась?       Се Лянь охнул, когда Сань Лан резко перевернул стол. Вся еда повалилась на пол, а Сань Лан подсел к Се Ляню. Он запустил руку в волосы и так долго смотрел в глаза Се Ляня, что ему стало понятно, что случилось. Ему давали пару раз такие препараты и они ему больше всех не нравились, потому что он совершенно не контролировал свое тело. Умом он не хотел ничего, а вот его тело… Это служило клиентам зеленым светом и они думали, что он тоже наслаждается.       По-видимому им дали очень большую дозу, раз она так сильно накрыла.       — Сань Лан… — прошептал Се Лянь. Его щеки раскраснелись. Тело горело от наступающего желания, но он упорно сопротивлялся.       Сань Лан осторожно прикоснулся губами к мочке уха. Се Ляня передернуло от щекотки и он подался назад. Сань Лан же воспользовался этим и опрокинул Се Ляня на пол. Колено Сань Лан прижалось к паху Се Ляня. Ему стало очень неловко, ведь и сам был уже возбужден.       — Гэгэ, ты хочешь этого? — тяжело выдыхает Сань Лан, — Со мной что-то не то…       Он целует Се Ляня в шею и оставляет засос. Се Лянь сам не знал настоящего ответа на этот вопрос. Он весь горел и не мог не сказать, что не хочет. Он блаженно запрокинул голову назад, давая больше места для поцелуев, от которых сносило голову еще хуже.       Сань Лан принял это за согласие и продолжил. Его руки заползли под одежду Се Ляня. Они блуждали по спине, перебрались на грудь, а дальше Сань Лан решил избавится от одежды вовсе.       — Неудобно будет на полу, — пробормотал Сань Лан. Он поднял Се Ляня, дав ему руку и повел на кровать. Се Лянь успел снять с себя верх и упал на подушки. Сань Лан растянул галстук и снял его. Следующим полетела рубашка.       Се Лянь совсем перестал думать разумно, как и Сань Лан. Они оба были будто в эйфории. Се Лянь изнемогал только из-за одних нежных касаний губами. В их первую встречу Се Лянь думал, что всё будет иначе. Однако даже сейчас Сань Лан был аккуратен. Не клиент, а мечта…       Сань Лан потянулся к губам Се Ляня. Он поцеловал его так боязно, будто думал, что сейчас Се Лянь испугается и оттолкнет его. Однако Се Лянь ответил на поцелуй и даже взял инициативу на себя, направляя Сань Лана.       Когда рука Сань Лана начала расстегивать брюки, то позади его кто-то ударил по голове.       Се Лянь удивленно уставился на Му Цина. У того лицо было такое испуганное, будто он убил человека.       — Се Лянь… Ты как?       Голова у Се Ляня не особо хорошо соображала, поэтому он долго думал, что произошло. Посмотрел на лежавшего на нем Сань Лана и на Му Цина. Единственное, что пришло ему на ум это:       — Тебя же уволят за это…       Му Цин прекрасно понимал это, но так же он знал, что раз Се Лянь был его другом, то нужно выручить в сложной ситуации. Он подвел его, хотя обещал, что даст, то что нужно. Он чувствовал огромную вину, за то что так легко поверил хозяину. Тот подозвал его и сказал, что ему очень жалко Се Ляня, поэтому собственноручно дал снотворное в руки Му Цина. Сказал подсыпать в еду. Только стоя около двери и слушая, что там внутри, Му Цин понял, что что-то не так. Хорошо, что он подоспел во время.       Се Лянь отодвинул Сань Лана в сторону и сел.       — Ты немного не вовремя… — шепчет Се Лянь, пытаясь побороть злость. Он хотел продолжить, очень хотел.       — Прости… Я… Правда не знал…       Се Лянь посмотрел на Му Цина и тут же остыл. Его друг выглядел жалко. Он и правда очень напуган.       — Уходи скорее. Чтобы никто не заметил. — говорит Се Лянь, — Я тут сам разберусь, не волнуйся.       — Ты уверен?       — Да.       Му Цин стоит несколько секунд, оценивая ситуацию и решает доверится Се Ляню. Он дает ему снотворное, на этот раз лично найдя его.       — Очнется, дай ему как-нибудь.       Му Цин быстро уходит. А Се Лянь остается сидеть рядом с потерявшим сознание Сань Ланом. Его чувства смешаны и он не особо понимает, что сейчас у него на сердце, однако одно он знает: Сань Лан стоит большего внимания, чем кажется.       Се Лянь посмотрел вниз.       — Ну почему… — проныл он и посмотрел снова на Сань Лана. Кинул в него подушку, но тот никак не среагировал.       Он сидел так некоторое время, сжимая одеяло. Тело так сладостно болело, желая большего. Се Лянь мучительно потянулся, но это не помогло. Он лег клубочком, чуть ли не плача от желания. Попытался восстановить дыхание и чтобы сердце так сильно не колотилось.       Он не хотел этого делать чисто из принципа.       Однако эта тянущаяся боль внизу, от которой хотелось на потолок лезть, никак не прекращалась.       — Сань Лан… — простонал Се Лянь, разворачиваясь к нему.       Тот снова не откликнулся.       Так он и просидел, мучаясь, пока не уснул. И даже во сне ему снились любовные утехи.