Under the red light

      Се Лянь открыл глаза.       Было темно.       Он посмотрел в потолок пытаясь понять, что случилось. Воспоминания появлялись мелкими осколками. Се Лянь спустя пару минут примерно знал, как он тут оказался. Голова немного болела, а в остальном ему было в полне хорошо. Кровать мягкая, не сравнится с бетонным полом в том подвале.       Еще раз огляделся.       Рядом кто-то сидел.       Человек кажется спал уже и не мог заметить, что Се Лянь очнулся. Он склонил голову на бок. Руки были скрещены на груди.       Се Лянь знал, кто это.       Ему так хотелось разбудить его и сказать что-нибудь. Обычного «спасибо» было бы мало. Он хотел поблагодарить его, но не знал, каким образом. Он спас его жизнь и Се Лянь готов был сделать всё ради него.       Было ли это привязанностью или чем-то большим, он тоже не знал. Но его пока это особо и не волновало. Ему нравилось чувствовать тепло внутри при виде Сань Лана. Сердце приятно волновалось, когда он думал о нем, а мысли начинали крутится быстрее.       В бордель он попал в подростковом возрасте, поэтому все прелести первой влюбленности пропустил. Сейчас, когда ему было уже за двадцать, то всё это казалось таким странным и непонятным. Се Лянь был уверен, что встретит когда-нибудь хорошую девушку и отдаст ей сердце, но никак не подозревал, что это мужчина будет объектом его неспокойной любви.       Жизнь полна приятных сюрпризов.       Се Лянь был так счастлив, что сердце разрывалось от этого чувства. Хотелось кричать и прыгать. Он мог встать прямо сейчас, открыть окно и покричать. Слезы сами по себе потекли по щекам. Се Лянь тихо шмыгнул и вытер их. Улыбка никак не могла сойти с его лица.       — Гэгэ?       Се Лянь резко затих. Он не хотел его будить. Сань Лан наверняка очень устал, поэтому пусть выспится.       — Ты очнулся? — взволнованно спрашивает он и нащупывает руку Се Ляня. Он вздрагивает от холодных рук, чем выдает себя, — Ты нормально себя чувствуешь?       — Да. Прости, я не хотел тебя будить.       — Не важно. Я позову врача, чтобы он осмотрел тебя.       — Не стоит! Я правда нормально себя чувствую.       — Се Лянь, но это надо…       — Пожалуйста! Сколько сейчас времени?       Сань Лан достал свой телефон, посмотрел на экран.       — Четыре часа утра.       — Ну вот, давай часов в семь их и позовем. Я хочу просто отдохнуть.       Хуа Чэн не стал сопротивляться, в конце концов решать все равно Се Ляню, поэтому он согласился с ним. Весь сон прошел и он только спустя пару минут понял, что Се Лянь и правда очнулся. Сердце заколотилось, как будто сейчас выпрыгнет. Он сжал руку сильнее.       — Ты пролежал без сознания несколько дней… Врачи говорили, что ты проснешься, но дни все шли…       — Но теперь я в норме, — повторяет Се Лянь, — Благодаря тебе. Спасибо.       — Я… — он растерялся, уставившись на то, как Се Лянь сплетает их пальцы. Он сглотнул, чувствуя, как лицо начинает гореть, — Ничего такого. Любой бы попытался на моем месте.       — Не думаю, — усмехается Се Лянь, разглядывая руки. Это было так ново и необычно, что хотелось, чтобы никогда не кончалось. Рука Сань Лана начинала греться. Она была уже не такой холодной.       — В нашу первую встречу я был уверен, что ты плохой. — говорит Се Лянь шепотом, — А оказалось наоборот.       — Гэгэ, — Сань Лан поджимает губы, думая, как бы это сказать, — Я видел тебя еще до того, как мы провели нашу первую ночь вместе.       — Что?       Се Лянь вопросительно посмотрел в лицо Хуа Чэна. За окном светало, да и глаза к темноте уже привыкли, поэтому Се Лянь немного видел замешательство Сань Лана. Он упорно не мог вспомнить, где это они могли еще видиться. Это звучало странно. Он же никогда никуда не выходит…       Кроме…       — Ты убегал от кого-то. А потом столкнулся со мной. Ты наверное не помнишь, но я запомнил твое лицо.       — Поэтому пришел потом в бордель?       — Прости…       — Почему ты извиняешься? — не понимает Се Лянь и пытается сесть. Он тут же чувствует резкую ноющую боль по всему телу и бросает эту затею.       — Я сначала хотел… Ээ…       — Провести ночь по назначению?       — Ну да.       — Что тебя остановило?       — Ничего, просто ты был каким-то… Плохо выглядел и я подумал, что тебя избили тогда.       — Тебе стало меня жалко?       — Да. Никто не заслужил такого обращения к себе.       — Ты слишком добрая душа.       — На самом деле не очень, — усмехается Сань Лан, — Меня все считают плохим и ужасным. Мне плевать на них так-то, но факт остается фактом.       — Ты интересный человек, — говорит Се Лянь, — Ты правда нравишься мне.       Он сказал это так просто и легко, что сам не понял, какой смысл вложил в это признание. Хуа Чэн затих, будто мертвец, а Се Лянь почувствовать неловкость между ними.       — Ты тоже мне нравишься.       Хоть они уже и признались друг другу тогда под странным фонарем, сейчас они будто говорили это заново. Се Ляню хотелось услышать эти слова. Они будто давали воздух и новую надежду.       Они помолчали, а потом снова начали говорить. Обсудили состояние Се Ляня. Он был нисколько не удивлен, что у него теперь целый список травм. Он бы еще прибавил туда пару психологических, потому что уверен, что спать спокойно после такого точно не сможет. У него до сих пор ощущение, будто его режут. Было не по себе, но он ничего не говорил. Это пройдет, как и любая рана. Просто нужно время.       Хуа Чэн рассказал, как Се Ляня нашли и забрали. Он рассказывал это с сожалением и гневом, он винил себя, что не уберег Се Ляня. Машина, которая к ним подъехала тем вечером была обычной и он ничего не заподозрил. А от туда выскочили люди и Сань Лан опомнится не успел, как уже лежал без сознания на дороге. Он был так шокирован поцелуем, что это сыграло с ним злую шутку. Он пообещал себе, что теперь всегда будет контролировать ситуацию, даже если всё выглядит нормальным.       Се Лянь спросил у него о Ши Цинсюане. Сань Лан сказал, что этот парень забавный и простодушный.       Он скорее всего придет к нему, навестить. Хуа Чэн писал ему, когда искал Се Ляня. Он благодаря нему только и понял, как найти Се Ляня. Иначе бы он туда даже попасть так быстро не смог. Как бы то не было Цинсюань заслужил доверия и уважения.       Они просидели так до самого утра и тогда, как они и договаривались, Хуа Чэн позвал врача. Он осмотрел Се Ляня и дал успокаивающие результаты. Через месяц или чуть больше его выпишут, а там останется походить в гипсе, чтобы кости срослись, как надо.       Сань Лан оставил его, чтобы тот смог заснуть. Через какое-то время вернулся. Се Лянь быстро заснул и мило посапывал. Хуа Чэн сел на стул около окна и тоже прикрыл глаза. Он не хотел уходить отсюда, хоть дел было по горло.       Цзюнь У арестовали. Инь Юй постарался на славу. Теперь этого сумасшедшего будут судить по всем статьям. Скорее всего дадут пожизненное заключение. Хуа Чэну этого было недостаточно, но он пока не собирался ничего предпринимать. Сначала разберется со здоровьем Се Ляня, а потом уже будет думать, как убить этого урода.       Дни проходили с огромной скоростью, а особенно за разговорами с Се Лянем. Они узнавали друг о друге всё больше и понимали, что не ошиблись в своем выборе. Им было приятно это.       Как-то пришел Ши Цинсюань. Он был так рад видеть Се Ляня живым, что от радости запрыгнул к нему в койку. Се Лянь уже не особо чувствовал боль, да и ему было тоже весело. Цинсюань чуть ли не плача, обнимал Се Ляня. Хуа Чэн наблюдал со стороны и думал, что у Се Ляня все-таки были хорошие друзья.       Через пару дней на входе в палату послышалось дикая ругань.       Се Лянь с замиранием сердца ждал, когда дверь откроется.       И да, как он и думал. Пришли Му Цин и Фэн Синь. Они толкали друг друга, но все-таки зашли внутрь.       Фэн Синь встретился взглядом с Се Лянем. Между ними шел немой разговор.       — Привет.       — Привет.       Му Цин единственный знал, как отреагировал Фэн Синь, когда узнал, что Се Лянь попал в больницу. Это лицо надо видеть, чтобы поверить, насколько сильно он испугался за него. Хоть они и поссорились, это вовсе не значило конец дружбе. Она была построена на доверии и просто так ее было не сломать.       Друзья ведь познаются в беде?       Му Цин чувствовал себя неловко. Его уволили сразу после того, как пропал Се Лянь. Он не особо жалел, что потерял свою единственную работу, однако сейчас было очень трудно. Он еле смог найти временный заработок. Он надеялся, что кто-нибудь предложит ему помощь, но… У других тоже были проблемы, и им было не до него.       Они оба были рады, что Се Лянь в порядке.       — Прости. — говорит Фэн Синь и они понимают друг друга. Се Лянь кивает, легло улыбнувшись. Он был счастлив, что они пришли.       — Звучит, будто покойнику говоришь. — закатывает глаза Му Цин, — Веселее нельзя быть?       — Захлопнись.       — Сам заткнись.       Они обменялись еще парочкой неприятных фраз. Хуа Чэн недовольно кашлянул, намекая им двоим замолчать. Они только сейчас заметили еще одного человека. Посмотрели на него, как на врага народа, но ничего не сказали. Се Лянь понял, что они не станут лучшими друзьями, но это и не нужно было. Он посмотрел на них всех и готов был взлететь на небеса.       Он был так счастлив, что не передать никакими словами. Слезы стояли в глазах, а на лице застыла улыбка.