Шлепа

Консул Империи сидел перед пустым экраном монитора и потребовал: " 'Ламбирдос', доложите обстановку, прием». Прошла минута с момента потери связи с кораблем «Ламбирдос» — название исчезнувшей планеты по неизвестной причине, и по иронии судьбы то же самое произошло с кораблём. Связавшись с главнокомандующим по частной мультилинии Диксоном Дрейком, Консул сообщил следующее: — В процессе выполнения миссии (не говорится о какой), войдя в атмосферу Воналоб, корабль был атакован металликами. Сообщалось о следах шпионов на корабле. После связь прервалась. Сообщаю координаты крушения. Даже будучи на другом конце линии Консул ощутил грузное напряжение Диксона Дрейка. Гуманоидные существа металлики появились совершенно неожиданно и стали сильной головной болью всей Империи. Всего за пару лет металликами было уничтожено 2500 крейсеров, 23 тамплиерских деревьев, 109 военных звездолётов, среди них жертвами оказались 100 тысяч мирных и 20 тысяч военнослужащих. Не найдя мотивов противника и способов договориться или уничтожить его, Империя стояла в тупике. Завершив связь с Консулом, главнокомандующий настроил передатчик на связь с сопротивлением и, менее секунды поколебавшись, монотонной речью дал приказ: «Окружить объект в данных точках. Не приближаться к объекту ближе чем на 150 километров. Эвакуировать население и подготовить энтропирическую артиллерию. Любые отклонения от приказов наказываются снятием всех званий и расстрелом.»

***

Корабль сильно тряхнуло при прикосновении с поверхностью планеты. Экранированный щит и так работал на исходе, а теперь он и вовсе вышел из строя. Только чудом корабль не разнесло в щепки. Висевшее долгое время на проводах тело вдруг дернулось, и высота тут же захватила дыхание пришедшей в себя девушки. Сузуке потребовалось ещё некоторое время, дабы определить свое местоположение. Конечности были запутаны в проводах, что и не дало свалиться вниз. Узкий спуск освещала тусклая аварийка — эта часть корабля оказалась обесточена. Сузуке удалось выпутать свои конечности и разглядеть под собой платформу. Надо было только рассчитать длину проводов. Достав из ножен меч, она одним движением разрезала висюльки, вот только с глазомером Сузуки не все было в порядке, поэтому она не долетела пяти метров и сорвалась с проводов, грохнув на платформу и чуть было не свалившись с неё. Ноги онемели из-за бездвижья, а тело ломило от удара. Еле-еле поднявшись, ей пришлось разрезать мечом перекрывающую проход дверь. Железо громко заверещало, но легко поддалось. В этой части корабля уже был свет, что открыло интересную картину: тут и там лежали тела имперских люкитов, облаченные в лёгкие черные мантии. Большинство разбили головы о железные стены и пол. Те немногие, оставшиеся в живых, протяжно стонали. Довольно лёгкие цели против меча, но Сузука же не изверг? А нет, без каких либо колебаний она хладнокровно окунула кинжал в груди столь ненавистных ею врагов. Оттирая тряпочкой лезвие, Сузука попыталась настроить связь, но лампочка на воротнике загорелась жёлтой. «Не может быть! Недоступно». Словив долю тревоги, она двинулась дальше по коридору. «Разруха. Что же случилось?» Свернув в сторону, обнаружились новые тела и сломанные дроиды, но на этот раз их разрешетили чем-то очень острым. На стенах остались тонкие и ровные отметины. Пройдя ещё дальше, картина повторилась. Девушка уже давно догадалась об авторе сего искусства, но ей не хотелось в это верить, ведь она идёт прямо по его следам. Однако, точно помня план этой части корабля, по этому пути можно попасть в медотсек, где ранее пришлось расстаться с товарищем. Позади послышался крайне неприятный скрежет металла о металл. Сузука мгновенно обернулась: что-то бесформенное вылезало из потолка. Оно казалось очень тяжёлым, но коснулось пола почти бесшумно и вытянулось во весь рост. Существо в два метра, отливающее металлическими бликами, с острыми шипами по всему телу казалось ожившим доспехом рыцарей средневековья. Вдруг, словно в конвульсиях, металлик выгнулся прямо в сторону девушки и оказался намного ближе. Та уже ринулась бежать прочь. Металлик сделал выпад и чуть было не достал жертву, но Сузука резко кинулась за поворот, не дав вонзить в себя шип. Но теперь все пропало. Они оказались в просторном помещении без намека на какие либо манёвры. Металлик вновь замахнулся и на секунду остановился в каком-то замешательстве, а Сузука ощутила теплый поток воздуха и инстинктивно отпрыгнула от неминуемой опасности. Мощный лазерный луч угодил прямо в металлика, оставив в груди дыру, «кровоточащую» какой-то жидкостью, похожей на ртуть. Шипастый даже не шелохнулся. Голова его превратилась во что-то аморфное и вдавилась в округленное отверстие, закрыв его. Вновь вытянувшись, металлик с нечеловеческий силой метнулся к месту выстрела и исчез в проёме. Скрежет прекратился, но вместо него эхом раздался крик. Девушка, тяжело дыша, невесело улыбнулась сложившейся ситуации. «Гравитационный излучатель? У Империи? Его же давно запретили по всей Лете!» Но мысли утонули в сознании. Враг явно не забыл про неё и вот-вот вернётся. Прятаться негде. Разве что забиться в угол и надеяться, что тебя не услышат — металлики слепы. Однако эти гуманоиды способны на большом расстоянии ощущать вибрации, т.е. даже стук вашего сердца. «Это будет самая глупая смерть в моей жизни.» В проёме снова заблестела броня. Собравшись, Сузука силой мыслей заставила биться сердце медленнее, а затем и вовсе его остановила. Гуманоид встал, будто прислушиваясь. «Уходи, уходи, уходи, тварь!» На глаза налезла черная пелена, а сознание понемногу уходило в небытие. Металлик поднял конечность и прочертил круг над собой. В образовавшейся дыре фигура исчезла. — Ах…- застонала Сузука, восстанавливая сердцебиение. Опасность миновала, конечно, не надолго. Данное помещение напоминало что-то вроде зала ожидания. Раньше здесь действительно было на что посмотреть, а сейчас остались лишь смутные намеки на некую композицию художника. Но Сузуку это ничуть не трогало. Она с настороженностью обошла зиявшую в потолке дыру и вышла из комнаты ожидания в очередной коридор. Посреди лежало рассеченное пополам ещё теплое тело, и, к большому сожалению Сузуки, сломанный гравитационный лазерный излучатель — металлику явно не по душе пришлось такое оружие. Вдруг в ухе раздался писк, а лампочка на воротнике окрасилась фиолетовым и затем сменилась на синий — связь была установлена. Ведомая сигналом, девушка ускорила шаг, переходя на бег. «Где-то здесь!» Рядом раздались выстрелы, исходившие из проломанной двери. Буквально залетев вовнутрь, Сузука наткнулась на трёх вооруженных имперцев, опешивших неожиданным появлением очередного врага. — Огонь! Все трое навели прицелы на Сузуку, но ни один лазер не настиг цели. Точные и молниеносные взмахи мечом проделали ювелирную работу, отразив каждый выстрел. Ещё два выстрела. Один из имперцев схватился за горло и в судорогах повалился на лежащий рядом стол, второму пуля угодила прямо в голову и тот опрокинулся на землю. Последнего меч лишил головы. — Су! — раздался голос, и из-за барной стойки высунулась фигура с двумя хвостиками на голове, убирающая пистолеты в кобуру. — Даже не удивлена, что нашла тебя в баре. Моа улыбнулась этим словам и оперлась руками о стол. По ее лицу пробежала боль. — Не поможешь? — Да ты ранена! — беспокойно произнесла Сузука, подхватив подругу рукой и дав ей опору. Бедро девушки сильно истекало кровью, впитывающейся в темные чулки. Моа наспех попыталась себе сделать перевязку какой-то хлипкой тканью, но ткань сползла ниже, обнажая глубокую рану. — Это лишь на вид страшно, — Моа резко переменилась в лице и в голосе, став серьёзней, — Послушай. Я обнаружила советника Объединения Ока Гуриса. Он утверждает, что Империя взяла его в плен. Как это случилось он рассказывает уклончиво. Мне пришлось запереть его в медотсеке, в который мы, кстати, направляемся. И этот корабль… Он перевозил только инженеров — люкитов. Никаких протоионных взрывчаток здесь не было. Это вовсе не та миссия, о которой нам говорило Объединение. — И люкиты используют гравитационный излучатель. Империя решила выиграть войну любыми способами? И хочешь сказать, что Объединение от нас вновь что-то скрывает? Моа лишь неопределенно помотала головой. — Мы снова пешки в этой затянувшейся игре… Девушки двинулись по коридору вниз — уклон был верным признаком нахождения посадочной линии и ангара. — Здесь направо, — на развилке предупредила Моа. Очутившись перед запертой дверью в медотсек, Сузука вопросительно взглянула на спутницу. Чтобы открыть эту дверь, нужна была карточка доступа, которой пользуется каждый люкит на корабле. В карточке находится вся информация о владельце: имя, фамилия, резус фактор, группа крови, индекс нервного узла и прочее, что помогло бы в экстренной медицинской помощи. — Гляди-ка, — Монашка достала из маленького контейнера, висевшего на поясе, позолоченное кольцо — один из вариантов карты доступа, — Нашла у нашего советника. С помощью этого можно даже пройти в спальню капитана. — Птичка в золотой клетке… Дверь раздвинулась, предоставив вход девушкам. Медотсек представлял собой довольно чистое помещение с магнитными кушетками, кучей всяких лекарств и приспособлениями для оказания разного рода помощи, а поодаль располагалась операционная. Сейчас же здесь творился полный хаос: из потолка тянулись щупальца проводов, свет раздражал своим мерцанием, разбитая компьютерная аппаратура, а на полу были разлиты лужи непонятных жидкостей. Посреди всей этой суматохи величественно сидел советник. Из-за скудности освещения его худощавое лицо приняло устрашающий вид стервятника. Советник был лысым, зато он мог похвастаться бородкой, пестрившей серым и белым цветам. Голубая мантия, спускавшаяся до икр, в районе правого плеча имела вышитой золотыми нитями символику церкви «Первородной звезды», на которой и изображалась та самая звезда. На груди советника красовался довольно массивный золотой крест, сильно контрастирующий со всей внешностью обладателя сего аксессуара. Сложив руки крест-накрест, Ока Гурис продемонстрировал разрезанный рукав, на котором кое-где можно было увидеть красные пятна крови, но сама рука советника была при этом невредимой. — Ваше Превосходительство, — обмолвилась Сузука, усаживая раненую на кресло рядом с советником. Ока Гурис взглянул на вошедших своими презрительными глазами и кротко кивнул в ответ. — Как Ваша рука? — осведомилась Моа и протянула ладонь к нему, будто что-то выпрашивая. — Получше, чем ваша нога, — с иронией ответил тот, и, немного помедлив, вручил девушке изогнутый предмет, напоминающий паяльник времён Первой Встречи примерно 20-22 веков. После поднесения инструмента к пораженной зоне, рана начала затягиваться. — Ока Гурис, — начала Сузука, хитро улыбаясь, — Как Вы действительно оказались здесь? — Империя взяла меня в плен при выполнении миссии, — ответил Гурис на автомате. — В плен, да? Вы лжец и предатель, советник. Как только Объединению надоели выходки вашей секты… Ока Гурис резко встал, возмущённый словами. — Вы смеете называть нас сектой? Объединение само предало нашу церковь. И в отличие от вас, наемников, я не руководствуюсь деньгами. Вы, словно крысы, ищете того, кто даст кусочек повкуснее. Для вас эта война лишь способ подзаработать. Сузука хотела возразить, но, поймав пристальный взгляд Моа, отступила. — Ваше молчание только доказывает мою правоту, — с торжеством произнес советник, садясь на место. — Нам надо спешить в ангар, — промолвила Моа, перебинтовывая рану. Нога зажила не до конца, но это был максимум для такой примитивной вещицы. Советник с досадой покачал головой. — Наивные и глупые создания! Вы правда думаете, что нам так легко удастся улететь? Империя готова в любой момент дать приказ стереть с лица земли весь корабль. Из-за нападения металликов экипаж корабля признали полностью уничтоженым. — Вот как? Но Вы, советник пятого разряда, ведь сможете уговорить командование не стрелять? — Сузука внимательно посмотрела на советника. — Невозможно. — В любом случае, другого выбора нет. Или Вы предпочтете оказаться на шипах металликов? Ока Гурис, мерзко ухмыляясь, пожал плечами и поднялся с места. Логика была проста — лучше мгновенно умереть от лазеров, нежели захлебнуться в собственной крови, испытывая долгие мучения. Советник в сопровождении двух наёмников двигался по площадке, ведущей к имперским истребителям. На удивление часть из них осталась относительно целой благодаря магнитным манипуляторам, разве что слегка помялась обшивка и у некоторых были повреждены приемники. Сузука присела к одному манипулятору, рассматривая его. — Моа, иди в диспетчерскую и открой шлюз. А я пока разберусь с креплениями. — Будет сделано! — отозвалась девушка и метнулась к указанному месту. Попытки вручную открыть манипуляторы не увенчались успехом, тогда в ход пошел меч. Ока Гурису оставалось лишь наблюдать, т.к. космические корабли были не в его юриспруденции. Истребитель был освобождён, и Сузука жестом приказала заходить вовнутрь. — Вы умеете этим управлять? — с долькой удивления спросил советник, теряясь среди кнопок и рычагов управления. — Я впервые в имперском истребителе, — невозмутимо ответила девушка и села за штурвал. Проделав несколько манипуляций, она включила питание корабля и связалась с замешкавшейся Моа: — Ты нашла диспетчерскую? — Да, вот только… Тут так много приборов! Я не уверена… А если нажать сразу эти три кнопки? — раздался скрип открывающегося шлюза, и сквозь щели на взлётную площадку пробился свет, — Есть! С первого… Внезапно связь прервалась, а свет погас, и по всему ангару раздался грохот. — Моа? Моа! — Смотрите! — советник указал куда-то в темноту. Нечто ещё более бесформенное блестнуло под случайным лучиком светила и стремительно бросилось к выбегающей из диспетчерской девушке. Сузука тут же врубила двигатель, и из-за неубранных шасси истребитель качнулся так, что советник еле устоял на ногах. Будучи на втором ярусе металлик заблокировал единственную доступную лестницу для Моа, и ей оставалось только бежать к тупику или прыгать с большой высоты. — Откройте! Я поймаю её, — сказал советник, поднимаясь к люку. В любой другой ситуации он не стал бы рисковать своей жизнью ради какого-то наемника-убийцы, но обратного требовали обстоятельства. Только Ока Гурис высунул голову наружу, как ветер ударил в его лицо. Морщась от налетевшей стихии, советник смог разглядеть металлика, непохожего на прошлого. Существо было таким же высоким, но вместо шипов на теле располагались большие металлические бородавки, и двигалось оно не так четко и будто бы нарочно сохраняло пять метров между собой и жертвой. Бежавшей Моа даже в голову не приходило обернуться и попробовать безуспешно выстрелить, а силы начинали ее оставлять. Истребитель оказался на том же ярусе и замедлил ход так, чтобы советник мог держаться на ногах. Он принял более или менее устойчивую позицию и протянул костлявую руку: — Прыгайте! Сделав последнее усилие, Моа взметнулась над пропастью как раз в тот момент, когда металлик вскинул конечность в ее сторону, ударяя в спину. Не долетев до советника, девушка врезалась в бок корабля и была готова сорваться вниз, но рука Гуриса успела схватиться за воротник костюма. Советник обнажил зубы в страшной гримасе муки, испытывая ужаснейшую боль в суставах. Моа с помощью старика кое-как забралась наверх. Внимательно следившая за ситуацией Сузука ещё раз снизила скорость, давая возможность отпустить опору советнику, руки которого уже были готовы вывернуться. Корабль приближался к выходу. Уступая, Гурис двинулся за девушкой, но неожиданно массивное тело обрушилось на истребитель, накренив его на бок. — Отродье Вельзевула! — вскричал советник, неловко ввалившись внутрь. Сверху донёсся скрежет обшивки. Словно клещами металлик отцеплял пласты стали, подбираясь ближе к пассажирам. До шлюза оставалось всего ничего. В последний момент Сузука подняла корабль и столкнула врага со стеной, вылетая из злополучной «Ламбирдос». Судно выровнялось, а из незакрытого люка полилась свежая кровь. — Господи… — на выдохе произнес Гурис. — Вы как? Никто не ранен? — осведомилась Сузука, не отрываясь от штурвала. — Все в порядке, — соврала Моа, терпящая резь после мощного удара. Гурис отмахнулся, т.к. старость сама по себе рана, и кинул взгляд на тяжело дышавшую Моа. Ее глаза слезились. Она ощутила взор советника и улыбнулась в ответ. Улыбка была благодарностью без слов. Истребитель быстро достиг стратосферы, но внезапно на панели управления что-то замигало. Пилот мгновенно реагирует на появившееся предупреждение и вовремя включает защитное поле. Ракеты взрываются, выводя из строя защиту. Сузука судорожно заклацала по панели. — Следующий залп мы не выдержим! — Включите связь! — сказал оказавшийся рядом со штурвалом советник. — Могу только выйти на общую, — уточнила девушка, предоставляя слово Ока Гурису. На удивление тот очень быстро нашел, что сказать: — Не стреляйте! Мы с корабля «Ламбирдос»! Я, советник пятого разряда, кардинал «Первородной звезды», Деакодор Ока сиус Гурис, выполнял дипломатическую миссию. Через три секунды незнакомый голос спросил: — Кто на истребителе? — Я и пилот. — Наши датчики фиксируют три биоматерии. — Именно. — Пилот, назовите свой номер. Не зная, что делать, Сузука попыталась что-то произнести, но советник перебил: — Повторите. Наш приемник серьёзно повреждён. Повторяю, мы с дипломатической миссии. Не стреляйте! Советник отключил связь. Настала минута ожидания. Ответа не последовало, но и ракет тоже. Угрюмо покосившись куда-то в сторону, советник ожидал хоть какого-то развития ситуации. Тем временем корабль миновал термосферу. — Моа, полезай в турель. — Есть, капитан! — Моа вошла в открывшуюся цилиндрическую каморку с каким-то сложным устройством. — Если бы Империя хотела нас уничтожить, она бы давно это сделала. — Ох, советник, Вы плохо знаете Империю, — Сузука поочередно включила датчики, — Нет смысла тратить ракеты на такую маленькую цель. Куда проще прислать группу перехвата. И прошу заметить, я не зря выбрала этот истребитель. Ока Гурис не совсем понял последние слова девушки. Ничего особенного он не заметил в этом судне, стоявшем среди таких же в ангаре. Воцарилась давящая тишина ожидания, лишь пульсирующие датчики выдавали еле слышный писк. В одно мгновение на радаре появились пять точек. Они дали залп эми-лазерами, которые способны вывести из строя управление, но не навредить кораблю. Попытка не удалась: корабль успел покинуть зону обстрела. Противники перевели орудия в режим огня на поражение и перераспредилились. — Моа, хвост! — Вижу! Турель затрещала, извергая частые выстрелы лазерами. От многочисленных попаданий поле корабля противника замерцало и исчезло, и хвост взял маневр вправо, прекращая преследование. Сузука отключила защиту истребителя, дабы перевести энергию для гиперпрыжка, и теперь целостность экипажа полностью зависела от умений пилота. В этот момент шальной выстрел пробил обшивку крыла. — Тридцать семь секунд! Не осознавая всю ситуацию, советник чувствовал, что ещё пару попаданий по корпусу обрекут их на смерть. Сам того не заметив, Гурис про себя начал читать молитву. — Двадцать восемь! Истребитель как бешеный маневрировал среди разноцветных огней, минуя одни лазеры, но подставляясь под другие. Правое крыло покрылось дырами, обшивка сильно расплавилась. На хвост сели три корабля. Точный выстрел по турели вывел ее из строя. Моа перешла на бесполезные в данном сражении световые шары. — Пятнадцать! Обливаясь потом, Сузука решилась на рискованный шаг. Она резко развернулась лицом к противнику, что сулило столкновение, но враг успел уклониться и даже зацепить брюхо лазером. Однако несколько секунд были выиграны. — Беру плоскость зета! Истребитель закачался и перестал маневрировать, запустив гиперускоритель. Вражеские оружия тут же взяли на прицел лёгкую цель. Сильное давление сокрушилось на все тело советника, и его мозг перестал ощущать реальность. Свет поблек, впуская непросветную тьму. Последнее, что запомнил Ока Гурис, были грохот и крик кого-то из девушек. Очухавшийся советник обнаружил себя лежащим на полу с разбитой скулой. Он приподнялся, ощупывая пол под собой, и закрыл рукой глаза от слепившего света, что пробился через стекло кабины. На корабле отсутствовало собственное освещение, но, судя по исправной работе искусственной гравитации, питание ещё было. Осмотревшись, советник заметил бездвижное тело пилота, странно канувшего лицом в панель управления. Осторожно коснувшись рукой плеча Сузуки, он приподнял тело и прощупал пульс на шее. Пилот жив. Окровавленное лицо девушки вдруг исказилось, слегка напугав старика, и та сбивчивым голосом произнесла: — В-вы… Советник… Где… она? Ока Гурис обернулся в сторону, где последний раз из турели стреляла Моа, и увидел силуэт, свисающей из камеры в причудливой позе. Даже не имея медицинского образования, можно сделать вывод, что той досталось больше всех. Скрипя от боли зубами, Сузука попыталась встать с места. Советник остановил девушку. — Вы серьёзно ранены. Сузука улыбнулась так, будто была не в себе, и против воли Гуриса всё-таки поднялась с места, отмахиваясь от его помощи. «Сумасшедшие», — про себя подумал советник. На удивление девушка прошла без поддержки до середины кабины, но резко остановилась, борясь с раздавшейся болью в висках. Из её уст раздалось нечто нечленораздельное, по интонации похожее на проклятие из неведомого языка. Ока Гурис поспешил на помощь и довел бедолагу до турели с телом. — Во имя Звезды… — бросилось с языка Гуриса при виде покалеченной Моа. От лба до подбородка стекала алая кровь, а правая рука была крепко сжата между механизмами установки. Сузука взялась за сжимающие плоть тески и с силой потянула на себя. — Помогите достать! Советник повиновался указанию девушки, и совместными усилиями им удалось извлечь посиневшую руку и оттащить тело, уложив его на сиденье. Только сейчас Гурис ощутил давление маленькой кабинки истребителя. Привыкнув к просторным каютам и бесконечным лабиринтам «Ламбирдос», на крохотном военном корабле он чувствовал себя запертым в адском котле с мучениками. — Можете подать свой дуговой тритер? Советник обшарил укороченную до голени альбу и с сожалением посмотрел на девушку, не найдя прибор. Тритер, вероятно, выпал во время столкновения с металликом. Слегка покачивая головой, Сузука задумчиво глянула на штурвал. — Я попробую разобраться с кораблём. Если повезёт… Девушка остановилась на полуслове, когда лежащее тело внезапно зашевелилось, содрогнувшись от накатившей боли. — Она приходит в себя! — воскликнул советник. — Тише, милая, — Сузука расположила на шее Моа обе ладони, сложив пальцы в симметричный узор, и мягко надавила, — Ещё не время. Тело прекратило двигаться, и разум Моа ушел в бессознательное состояние. — Что Вы сделали? — спросил Гурис. — Так скажем, перевела ее в режим сна, — двигаясь к штурвалу, на ходу ответила девушка. — Она андроид? — не понял советник. — Конечно нет! — из-за прикосновения панель управления тускло засветилась голубым, — У каждого человека есть точки, нажимая на которые можно, например, успокоить. В нашем случае надо расположить указательный палец в районе сосцевидной мышцы, а мизинец должен касаться ключицы. Главное не давить слишком сильно. О нет! Не пытайтесь попробовать на себе. — Таким образом, Вы можете усыпить любого? — Далеко не любого. Здесь есть множество нюансов. — Долго это действует? — Данный способ непродолжительный. Но есть другой более действенный, только он требует и навыков побольше. Это целая наука, советник. К сожалению, развитие её закончилось ещё пятьдесят лет назад по токрану, — Сузука на пару секунд прервалась, чтобы подсчитать стандартный период времени, — Это примерно четверть леты, когда труды учёного Лурка Педьямона, внесшего большой вклад в данное знание, признали псевдонаучными. — Почему? — советник попытался вспомнить, где он мог слышать это имя. — Наверное, потому что никто не верит в наше существование. Это попытка уверить всех, что человек способен ходить по воде. — О чем Вы? — диалог для Гуриса становился бредом. Благодаря упорным манипуляциям девушки на корабле зажёгся свет, и привыкший к мраку советник зажмурился. — Где-то здесь должны быть медпакеты, — сказала Сузука, игнорируя вопрос, — Поищите, а я пока попробую связаться с маяками, чтобы выяснить наше местоположение. Пусть команды девушки, содержащие некую наглость в обращении к высокопоставленному лицу, и раздражали советника, но он смирился с тем, что их выполнение необходимо на данном этапе. На своем пути ему пришлось многое пережить, порой самые мерзкие унижения со стороны своих врагов, непредвиденные обстоятельства, расшатывавшие тонкое лезвие, по которому шел советник. И он устоял, скинув противников с этого лезвия. Но сможет ли советник пережить предательство, что привело его сюда? Ока Гурис не сразу заметил небольшой отсек с синим крестом на дверце из-за неудачно расположенного выступа. Дёрнув за рычаг, он открыл дверцу, за которой находились замурованная в пакет регенерационная жидкость и пара шприцов. На военных истребителях никогда не было достатка в медицинских приспособлениях, но их наличие хотя бы в незначительных количествах было обязательным. Зато высокая эффективность ренжидкости против, казалось бы, смертельных ранений была не раз доказана. Если в бою вам оторвало руку, но корабль не разнесло в пыль, вы ещё держитесь на ногах и чудом добрались до аптечки, то регенерационные жидкости вернут вас в строй, хоть и без руки. Но управлять кораблем можно и с одной, верно? Будучи уже возле тела Ока Гурис проверил шприц и принялся набирать из пакета нужную дозу, и в эту секунду в голове советника возникла темная мысль: препарат не был лишён побочек, поэтому была выработана безопасная доза, и если ею пренебречь, то передозировка способна стать причиной смерти мозга. Советник может незаметно убить девушку и, воспользовавшись козырем в рукаве, прикончить даже вооруженного пилота, а затем послать сигнал помощи. Рано или поздно какое-нибудь судно заметит его. Внезапно Гурис ощутил давно забытый первобытный страх и сильное напряжение. Это был не страх параноика, это было нечто похуже — страх здорового человека перед чем-то неведомым. В мозг проникали черные змеи, прогрызающие рассудок. Гурис ясно осознавал нахождение за его спиной пилота, схватившегося за рукоятку меча и готового при любом неверном движении советника одним махом снести его голову. Но Сузука сидела все на том же месте, не оглядываясь назад, что напугало старика ещё сильнее. Она следит за ним. Она знает его мысли. Она готова убить его. Шприц чуть не выскользнул из дрожащих рук, набирающих недопустимую дозу. Только один укол и советник будет спасён, а все неверные падут под ликом истинной Церкви, вера которой из раза в раз помогала ему. Всего один укол… Ока Гурис ещё раз оглянулся в сторону пилота и чуть не закричал. В отражении стекла грозные и безмолвные глаза смотрели прямо на него. Они резали душу, кололи сердце и жаждали смерти. Она все видит Гурис запустил иглу в плечо девушки, и все его существо поглотили эти жестокие, но ещё детские глаза. Советник обнаружил себя стоящим подле Моа. Помня только эмоции, он позабыл, что его привело в ужас. Яркие нити образов возникали и тут же ускользали от сознания, словно поддразнивая невежу. Старик поднял руку, сильно сжимающую шприц, где бултыхалась лишняя доза ренжидкости. Ампула треснула от давления. Голос Сузуки нарушил тишину, не давая уйти в свои мысли советнику: — У меня есть новости. Начну с плохой. Во время гиперпрыжка в нас попали и сбили с плоскости, поэтому мы отклонились от курса. Вторая новость: мы отклонились не сильно и нам повезло не врезаться в метеоры. Я настроила автопилот и теперь мы движемся к орбите Далораса. Сомнительное местечко, но получше, чем войд. А затем мы отправимся в наше любимое Объединение, избавившись от имперского истребителя перед этим. Гурис не сразу уловил суть сказанного, пребывая в каком-то забытье. — Долго нам лететь? — По подсчётам примерно три часа, как минимум. Девушка развернулась к советнику, демонстрируя высохшую и слипшуюся кровь на волосах и губах. Она еле заметно улыбалась, и как показалось Гурису, эта улыбка источала жестокую усмешку. — Может, Вы присядете? — предложила та. Советник тут же заметил, насколько были сильно напряжены его ноги, и сел, облокотившись спиной к стене. Вновь возникшая тишина снова увела его мысли в неприятную сторону, и борясь с ней, советник начал диалог: — У Вас… Но у Вашей напарницы в большей степени, я заметил акцент. Звук «л» вы произносите ближе к «р». И в отличие от летовского произношения ваше звучит мягче. Несмотря на мой большой опыт, боюсь, с этим диалектом я ни разу не сталкивался. — У Вас тонкий слух, советник! Да, мы были изолированы от Леты и впоследствии нам пришлось изучать межволновой язык. — Откуда вы? Сузука положила ногу на ногу и прислонила указательный палец к подбородку, устремив пристальный взгляд на Гуриса. Так она выразила свою заинтересованность. — А как Вы думаете? — Вы упоминали систему времени токрана. Насколько мне известно, она используется в Млечном пути. Но эта галактика одна из первых вошла в Лету, — советник сделал паузу, вспоминая названия, — Ошряк? Или Нолобгут? Нет, не могу сказать точно. — Слишком большой разброс по системам, советник. Но мне нравятся Ваши догадки. Гурис не сдался и, направляя свои внимательные глаза на униформу, попытался найти ключ к разгадке во внешнем виде наемников. Девушка отвела взгляд и обхватила ладонью кисть левой руки, будто ища в ней опору. Даже сохраняя невозмутимость, Сузука не смогла скрыть свои колебания от чуткого советника. Костюм наемника отливал серебристым цветом. От груди до пояса шел пласт удароугашающего материала. Из-за наплечников и рукавов, не доходивших до кистей, руки девушки казались шире, чем то было на самом деле. На талии в три обхвата находился темный пояс, к которому крепились ножны и четыре небольшие капсулы. Черные чулки на ногах были чуть выше колен и сдерживались кожаными ремнями. Под ними вырисовывался рельеф хорошо развитых мускулов, однако нижняя часть ног скрывалась высокими ботинками на каблуке, на которых вместо шнуровки присутствовали зигзагообразные шпингалеты с защёлками посередине. Маленький рост пилота мог говорить о сильной гравитации на родной планете, что помогло бы доказать атлетическое телосложение, но длинная и тонкая шея утверждали обратное. На платье отсутствовали какие-либо узоры, и пусть костюм был необычен, зато способ изготовления оказался стандартным для Леты. Последнее за что можно было уцепиться, остался меч. Меч находился в сложенном виде и из-за этого имел спиральную форму. Еле заметное синее свечение лезвия намекало на процессы ионизации, проходящие в нем. На самом деле не так много было мест, где бы был популярен данный способ изготовления лезвия. Холодное оружие давно потеряло актуальность, но порой находятся смельчаки использующие его, не отказываясь, правда, от бластеров, т.к. ими способен научиться пользоваться даже младенец. Эти наблюдения сузили круг поиска и дали прямую наводку к ответу. Как только старик мог согласиться сыграть в столь глупую игру? Взгляды Гуриса и девушки пересеклись. Сузука даже затаила дыхание, готовясь услышать ответ. — Смею предположить, что вы с недавно исчезнувшей планеты… — советник заметил, как глаза девушки загорелись, — Ламбирдос. Пилот сдержанно улыбнулся. — Что же, Вы были близки, советник, но кое-что упустили. Впрочем здесь нет вины в Вашем кругозоре. Ламбирдос — искусственная планета и являлась оружием, и причина ее гибели была рядом находившаяся система, — советник нахмурился, не веря словам. — Да, именно эта система была нашим домом, пока ее не уничтожили. Это крайне секретная информация, за которую Вас могут убить. Скажите спасибо. — Су! Как тебе не стыдно пугать людей! — отозвался сонный голосок напарницы. Моа приняла сидячее положение и с наигранной злобой оглядела окружающих. — Между прочим, подслушивать неприлично, — парировала Сузука, раскрываясь для объятий подскочившей к ней девушки, но вместо этого она получила ещё более насупившееся лицо и головокружение из-за разворота сиденья на 360 градусов. Вдруг выражение лица Моа смягчилось, выразив беспокойство, и девушка провела ладонью по окровавленной щеке Сузуки. — Ты вся в крови… — Обыкновенное дело. Ты как? — Все было куда хуже, раз вы осмелились воспользоваться лаченгвисом. Пальцы только онемели, кажется, из-за ошибки в введении дозы (пилот отправил искру негодования Гурису). А может, это из-за особенностей реакции организма на вещество, — Моа развернулась к советнику, — Прошу извинить Су, если она успела напугать Вас. Эта дама очень любит доводить людей до комы. — И могилы, — добавила Сузука. Почесывая бородку, советник что-то пробубнил себе под нос. Ему очень не нравился резко возникший шум после пробуждения тараторки. — Итак, Су, — Моа встала в важную позу, придавая большое значение своим словам, но ее внимание мгновенно захватил иллюминатор, отделяющий их от космоса, — Это же… Мы летим туда? Скажи, что летим! Все в кабине потянулись к открывшемуся виду на планету, озаряющейся розоватым оттенком. Вокруг нее кружились шестнадцать спутников, хаотично расположенные на орбите Далораса. Первые колонизаторы наткнулись на бедную планету, где не было ничего, кроме деревьев с розовыми листками, которые вскоре назвали вишневками. Как оказалось их сок по вкусу напоминал земную вишню. Малозаселенная планета так бы и не стала известна, если в это же время неподалеку не начали строить ветку межгалактического канала. Сюда мигом кинулись торговцы, которые в поисках своего лежбища были вынуждены остановиться на Далорасе. — Вы бы знали, как там вкусно готовят цыпленка. Ммм! — мечтательно отозвалась Моа. — Это не цыпленок и такое блюдо готовят практически везде. — Су! Не мешай мне вербовать людей в компанию «вкусные ножки». И ты не права! На Далорасе нецыпленка готовят по-особенному. Сузука пожала плечами. — Все равно ты не сможешь поесть раньше, чем через три часа. — Почему так долго?! Ты снова накосячила в узлах? — Нет, просто наш корабль держится на честном слове и большое счастье, что мы ещё можем лететь. — Это веская причина, — согласилась Моа, многозначительно кивая. К счастью, Гурис был довольно терпелив к голоду, так что разговоры о еде его не трогали. Однако было одно очень неприятное обстоятельство, что сильно задевало советника. Он скучал. На судне нечем заняться, кроме того, чтобы лицезреть далёкое и неохватываемое пространство звёзд. Находясь в космосе, Ока Гурис обязательно с собой берёт книги устаревшей формы, т.к. ему необходимо тактильное ощущение во время чтения. Советник задумался насчёт Ламбирдос. Это была неудачная шутка? Или эти загадочные наемники не так просты, как ранее казалось ему? Гурис прислушался к возникшему разговору между девушками: — Ты ведь помнишь законы Лурка? — спросила Моа. — Риторический вопрос? — Я пыталась сделать плавную подводку… Наш мозг ведь имеет ограничения в эмоциях, так? — Так, — утвердительно кивнув, Сузука пододвинулась ближе. — Но законы Лурка не запрещают испытывать все одновременно. — И все же это невозможно. Доминант всегда один. Остальные лишь дополняют. — Да, но… Я видела у металлика белое свечение. Пилот сдвинул брови. — Хочешь сказать, у этих существ есть душа? Тебе не показалось? — Я тебе точно говорю! Это не имитация. Мне даже почти удалось найти его частоту, пока он не… — девушка запнулась, сказав лишнего. — Моа! — Сузука резко вскочила, возложив ладони на плечи подруги, — Ты снова взялась за это дело? — Но он же не… Все же в порядке, правда? — чувствуя тревогу Сузуки, девушка прикусила губу. Пилот вздохнул и уселся обратно за штурвал. — Не делай так больше, пожалуйста. Это очень опасно. Не найдя больше слов, Моа отвела глаза в сторону и поймала любопытство советника, что все это время слушал их разговор. Не спуская с глаз старика, девушка полушепотом произнесла что-то странное на ухо Сузуке. Та без промедления ответила на том же непонятном языке, как будто не заметив подмену. Поначалу Гурис с интересом слушал диковинную речь, но любопытность через пару минут угасла. Безусловно, девушки обсуждали его судьбу, и поэтому специально избегали имена и названия фракций. По примеру двоих, советник начал диалог с собой. Объединение знает о его предательстве, и если он позволит доставить себя, то трибунала ему не избежать. Наемники вооружены, но и он тоже. Одна из девушек ещё на том корабле прошелестила все карманы его одеяния, но не заметила самого важного, что все это время висело на шее Гуриса. Наемники резко замолкли, уставившись на советника. Тот ответил недоуменным взглядом. — Чего вы от меня хотите? Девушки переглянулись, и по приказу командира Моа расположилась напротив Гуриса, держа руки на кобуре. Сузука вновь зловеще улыбнулась. — Нам просто хочется остаться Вашими друзьями, советник. Ока Гурис наконец-то начал понимать, что здесь происходит. «Эти девушки владеют чтением мыслей. Нет, не мыслей. Иначе бы они давно бы узнали о кресте и о многом другом, о чем мне приходится молчать. Эмоции. А Лурк Педьямон был не так прост.» Потрёпанный имперский истребитель сел на площадку, выбивая из-под шасси осевшую пыль. Находящиеся рядом зеваки с опаской поглядели на военный корабль, зашедший на нейтральную территорию. Далорас подписал соглашение с обеими сторонами конфликта о сохранении нейтралитета при условии полного запрета продажи товаров класса W, используемых в качестве оружия или его компонентов. Лицензию о возможности продажи товаров данного класса получить не так просто, и довольно часто торговцам приходилось специализироваться на каком-то одном виде оружия. Теперь же в данных условиях это стало невыгодно, и некоторым предпринимателям пришлось покинуть прилавки. Из открывающегося люка вырисовывалась фигура Сузуки. Лицо обдал свежий ветер, принеся с собой аромат спелых вишневок. Не успела Сузука выйти, как к ней бросился крохотный красноватый человечек, обвешанный карманами с разными причиндалами. Он поглядел на девушку сквозь стеклянные линзы, что были явно ему не по размеру, и протянул громогласным голосом: — Та-ак, ремонт этой пасудины выйдет вам в кругленькую сумму… — Нам нужен корабль, — перебила девушка. — Тогда это меняет дело, — человечек плюнул за правое плечо, — Могу предложить вам модели NaS, TYUI, Necron, Орбекон… — Что насчёт YoRHa? У человечка заблестели глазенки. — Черта с два! Да вы, мисс, знаете толк в кораблях, — торговец почесал затылок, — 167 люнгеров приемлемая стоимость для этих красавцев. — Я хочу обменять этот истребитель. — Что-о? Это болото не стоит ничего! — фыркнул человечек. — Обмен неприемлем, мисс. — Посмотрите на его хвост. Торговец с подозрением вгляделся в хвост истребителя и заметил жёлтую полосу. — Что мне даст очередное наличие военного корабля с гиперпрыжком, который, чтоб вас мухи закусали, запрещен? — тот снова сплюнул через плечо. — Это взводный гиперпрыжок. Недавняя разработка Империи. Она способна перебросить сразу несколько кораблей и значительно скомпенсировать энергетические ресурсы. Это намного дешевле, чем переброска по-отдельности. Равнодушное лицо коротышки могло говорить о непоколебимости решения, но пилот чувствовал, что тот мучается перед выбором. Сузука надавила на больное место любого торговца: — У меня нет времени. Мне придется обратиться к Вашим коллегам. — Подождите! Вот что. Я могу предложить похожую модель KNOX-35. В свое время сильно недооценённый корабль. В него входит вся базовая комплектация: гиперускоритель GX — 220, заряд на два миллиона световых лет… Девушка скрестила руки и коснулась указательным пальцем подбородка. Она могла бы продать судно куда дороже и получить более полную комплектацию, если бы корабль был цел, и если бы время находилось на ее стороне. Сузука выразила согласие. — Значит, по рукам? — человечек протянул свою лягушачью лапку. — Да, — кинула девушка, игнорируя жест торговца. Обоженный холодом молодой особы лягушонок потеребил лапками карманы, доставая какую-то темную пластину. Он юркнул под истребитель и подпрыгнул на два метра, прилипнув к брюху судна. Пластина примагнитилась и окрасилась под цвет обшивки. Ранее имперский военный корабль начал сжиматься и пульсировать, меняя свой облик, и теперь Сузука не узнавала транспорт. Торговец, видимо, сделал это из осторожности, т.к. был совершен обмен военным судном, и плюс ко всему пластина выполняла функцию маячка. — Вам доставить товар сюда же? — отозвался сверху голос лягушонка. — Желательно. — Скоро будет, — голос теперь звучал под ногами девушки, — Я так и не представился! Простите за мои манеры. Меня зовут Жаб Вальжаб. А вас? — Эпонина, — Сузука сама удивилась, что ей пришло в голову такое имя. Толстые жабьи губы сложились в самодовольную улыбку, повторяя «Эпонина». Ровно через минуту над площадкой показался розовенький корабль, на боку которого Сузука разглядела рисунок женщины в откровенном наряде. — А почему… — Расцветка? — догадался Жаб Вальжаб. — Он раньше принадлежал одному сутенёру. Проигрался… До-олгая история. С некоторым смущением глядя на садящийся корабль, Сузука связалась с Моа, находившейся все ещё в истребителе с советником. Шедший впереди Гурис наконец очутился на твердой земле, ощущая на своей спине дуло пистолета, контроливавшего все его движения. — Это наш корабль что ли? — осведомился голосок за советником, — Знаете, я нисколько не сомневалась в её экзотических вкусах. Ока Гурис резко остановился, не отойдя от истребителя и на десять шагов. Тогда Моа покрепче ткнула пистолетом. — Вы идти устали? — Я хотел бы помолиться, — спокойно ответил советник. Девушка озадаченно вскинула бровь. — А раньше это сделать нельзя было? — Ступив на девственную землю от пыли чада истинной Церкви, мы должны благословить сие… — Ладно-ладно. Я поняла. Давайте быстрее, — поторопила Моа советника. Ока Гурис понимающе кивнул и сел на колени, сжав золотой крест в обеих руках. Он томно начал читать молитву. «Пришло время проверить свою веру на прочность, Ока,» — про себя подумал советник. Ни один учёный до сих не смог объяснить феномен действия молитвы на человеческий мозг, что уводила его в некое новое и недоступное измерение. Даже когда план советника дошел до девушки, было уже поздно. Электрический разряд хлыстнул по Моа, и Гурис, подхватывая одной рукой парализованное тело, вскинул крест, превратившийся в золотистый лазерный меч. В ту же секунду на советника с оружием бросилась Сузука, но трепещущий меч у горла подруги остановил её порыв. — Подонок! — вскричала девушка, крепко сжимая рукоять. Жаб Вальжаб попятился назад. Он уже успел послать сигнал о помощи, и полиция вот-вот прибудет. Тем временем к шуму подтянулась толпа. — Бросьте оружие и дайте мне уйти. Тогда она не пострадает, — сказанные с уверенностью слова советника заставили Сузуку повиноваться. Лезвие звякнуло о землю. Пожирая взглядом недруга, девушка с гневом наблюдала, как Гурис увеличивает дистанцию и пробирается к кораблю. Громкий звуковой сигнал оглушил всех находящихся в пределах десяти метров — на левитационных мотоциклах подоспела мобильная группа местной полиции: — Разойтись и не мешать задержанию! Советник кинулся в толпу, бросая еле стоявшую на ногах Моа. Костюм Сузуки затрещал, впитывая в себя болванчики, используемые для обездвиживания цели. К ней на мотоцикле стремительно приближался полицейский с наэлектризованной дубиной. Девушка подхватила меч, направив острие на врага, и рассекла дубину, как ветхую палку. На землю упала искрящаяся голова андроида, а транспорт по инерции влетел в стоявших рядом наблюдателей. Толпа взорвалась и побежала прочь. — Су, сюда! На корабль! — крикнула укрывшаяся за шасси Моа. Из-за ее выстрела был нейтрализован ещё один полицейский. В мобильной группе оставалось лишь двое, но те теперь перешли на лазеры и воспользовались щитами. На счастье девушек дверь судна оказалась открытой, т.к. из-за поднявшейся суматохи пилот благополучно сбежал, и наемники мигом помчались на корабль. Моа споткнулась на ровном месте из-за попадания ей в спину горячего лазера. — Да что же мне сегодня попадается! Худо бедно броня выдержала, и девушка отделалась незначительным ожогом. Дверь захлопнулась. Лихорадочно перебирая кнопки, пилот дал газ. — Тут есть второе место. Пристёгивайся! — приказала Сузука. Высота резво набиралась. За пару минут корабль почти настиг облаков, но страшный толчок не дал птице коснуться неба. — Мы теряем высоту! — Моа указала на приборы. — Магнитный захват. Они не хотят нас отпускать так просто. Штурвал задрожал в руках пилота из-за роста сопротивления. — Отключи двигатели! — костяшки Сузуки побелели. Если пилот отпустил бы штурвал, то судно бы завертелось в неконтролируемом танце смерти. Двигатели были отключены, и теперь корабль падал ещё стремительнее. — Су! Мы так разобьемся! — Не смеши. — Что тут может быть смешного? Тяга на нуле. — Ты всегда мечтала умереть на Далорасе? — Что? Нет! — Вот и я о том же. Теперь врубай! Сопротивление упало, а штурвал перестал вертеться по сторонам, — магнитный захват отпустил свою добычу, дав волю улететь птице. Девушки сидели в напряжении, ожидая очередного подвоха судьбы, и казалось, что те потеряли умение дышать. Облегчение не снисходило до тех пор, пока корабль не оказался далеко за пределами орбиты планеты. Наконец победу над тревогой ознаменовала улыбка Моа. — Как ты это сделала? Ты же все рассчитала? — Ну… Не сказать, что прям всё, — Сузука откинулась назад на довольно удобном кресле, — Если говорить проще, сила нашего сопротивления пропорциональна силе магнита. Но тут ещё одна величина, которая… — Ой, Су, давай без физики. — Но я только дошла до самого интересного! — Давай в другой раз. Нужно поскорее вернуться в Объединение. После всего, что мы пережили, нам просто обязаны вернуть наш Октаэдр. Сузука скрестила руки на животе в замок и мечтательно прикрыла глаза. Очень скоро она протрет пыль со своего шара и коснется панели управления, такой понятной и гладкой. — Знаешь, а мне ведь теперь вряд ли удастся отведать цыпленка… — накручивая локон на палец, с грустью сказала Моа. — Это ящерицы. — Но вкус абсолютно одинаковый!

***

Посреди душного кабинета за столом стоял министр Объединения в парадной и изящной форме, а напротив него находилась уставшая фигурка девушки, не верившая своим ушам. Сузука не спала более суток, и все это время она сохраняла рассудок, но теперь в ее сознании что-то пошатнулось. — То есть как? — переспросила девушка в третий раз. Протирая белоснежными перчатками очки, министр с той же интонацией произнес то, что говорил ранее: — Мы продали его. Он был не интересен ни учёным, ни военным. Это здравый шаг в нашем положении. — Поэтому Вы продали его Свалке? — Напомню о нашем договоре. Неуспешность миссии предоставляет нам право на безвозмездное пользование Октаэдром. — Вы отправили нас на суицидальную миссию, предоставив неверную информацию, и теперь говорите, что мы провалили её. — Мы могли бы возместить… — Вы понимаете, что это последнее оставшееся свидетельство о существовании нашей цивилизации? Сузука тяжело посмотрела в глаза министру. Тот выдержал взгляд. На его лице не было ничего, кроме равнодушия. Этот толстый слой отчуждённости девушка ещё ни разу не смогла пробить. — Господин… — Сузуку прервал звон за спиной, означавший истечение времени. — Сожалею, но и эта встреча подошла к концу. Все ваши данные будут засекречены. Хорошего дня. Девушка сокрушенно двинулась к выходу из кабинета и чуть не врезалась в смотрителя, потеряв координацию в пространстве. Покидая здание, она подобрала меч, что оставила под наблюдением стражника, и направилась к кораблю. Возле фонтана, струи которого переливались под мягкими лучами солнца, находилась Моа. У Сузуки появилось странное желание тихомолком пройти мимо девушки, но было очень опрометчиво надеяться, что внимательная Моа её не заметит. Улыбка окутала пилота, и тот встал в ступор, пребывая в волнении. — Ох, на тебе лица не видно. Что с тобой? — заметила подошедшая Моа. Сузука ничего не ответила и с горечью опустила глаза. Подруга поняла все без слов и безмолвно обняла не сдержавшую слез девушку. С каждым всхлипом Моа прижимала к себе все сильнее Сузуку. Много времени прошло с того момента, когда на ее плечи в последний раз падали слезы, но в глубине души она чувствовала радость того, что подруга дала волю таким тонким эмоциям. — Почему все вышло из-под контроля? — еле слышно произнесла Сузука. — Почему мы лишились всего? — Ты очень устала и тебе нужно отдохнуть. Сузука покачала головой. — Ты чувствуешь вину за то, на что не можешь повлиять? — Моа запустила руку в густые волосы девушки. — Мы что-нибудь обязательно придумаем, Су. От поцелуя в щеку лицо Сузуки озарилось кроткой улыбкой. — Совсем другое дело! Не надо отчаиваться. Отчаяние — самое ужасное, что мы можем испытать в этой жизни. — Любишь ты философствовать, — девушка смахнула слезы и оглянулась в сторону корабля, — Что мы имеем? Старое безоружное корыто, четыре руки, две головы. Силой отобрать наш корабль не получится. Свалка очень хорошо защищена. Главное попасть внутрь, а там будь все проклято! — Одним лишь настроем здесь не обойдёшься. — Хочешь сказать, что нам нужен кто-то, кто знает карту Свалки, все потайные места и каждого стражника в лицо? — Мм, таких знакомых у нас точно нет. — Нам придется слетать на разведку, но с таким кораблём… — Подожди, Су, неужто ты забыла? — вопросила Моа. — У нас кое-кто остался в долгу. — Кто? — удивилась Сузука. — Пи… Па… Пафут, нет… Пафир? Как сложно выговорить! — Ты про кого? Моа прислонила ладонь к виску в попытках вспомнить очень сложное имя. — У него ещё Ариса. — Панфилов? Костя? — Да! Я уверена, что он нам поможет. — Серьёзно? Тебе было сложно выговорить его имя? А значит полное имя твоего чешуйчатого поэта ты можешь выговорить! — Ты о Вальгх’шамвтор Ньяхшропт Зульфике? — без запинки проговорила девушка. Сузука звонко рассмеялась: — Как ты это делаешь?

Конец первой части