Лисья нора

Сегодня слишком шумный и суетный день. Как и в другие любые дни. Все время происходит движение. Очень громкое и бесполезное движение. Мне казалось, что стены вздрагивают, пол шатается, а потолок сыпется мелкими крошками штукатурки. Под такой шум очень тяжело спать или вообще что-то делать. Даже трапезничать за столом становилось все труднее только из-за резких звуков за стенами. Мое пробуждение началось с ужасных криков в коридорах, за которыми последовал смех и возгласы. Горбатый и длинный мой нос поморщился. Я не понимала сколько сейчас времени, но точно знала, что проснулась не ранним утром. Это было время после обеда или перед ужином. Точно не помню. Вообще мало что помню. Лениво присев на край кровати, мои стопы пытались сами надеть тапочки, без помощи рук. Они очень велики мне. В одни моменты эта обувь просто съезжала назад, выставляя на показ мой серый педикюр. И я все время шаркала в этих тапках, пытаясь подойти к чайнику и заварить чай Кошки из лаванды. Честно, эта заварка мега противная, но они с Гадалкой не скоро пойдут за шишками в лес. Обнаружив, что в портфеле с идиотским изображением черепа нет еды, пришла в разочарование, потому что есть хотелось. Особенно после восемнадцатичасового сна без перерыва. Не хотелось идти в столовую и в кофейник, чтобы просто поесть и при этом попадаться кому-то на глаза, контактируя. Лучше в комнате посидеть и еще поспать. Обратив свой взор на постель в самом холодном углу, я немного разочаровалась. Ржавая кровать еле стояла на железных ножках, удерживая толстый матрас. На матрасе лежал сопливый плед, который даже не грел тело. В подушке уже промята дырка. На пледе и на подушке полно всякого мусора. Провода от разных устройств, упаковки из под устриц с маком, старая одежда, куча носков, пустые пачки таблеток, упаковки соков. Как в этом спать? Легко, главное пить антидепрессанты, а после приема таблеток спать целыми днями, не чувствуя ничего. Улитка тоже пила их, но в отличии от меня, она не могла заснуть часами, спала короткими обрывками, все время курила. Когда ей хотелось очень спать, она пол часа мучалась от головной боли, потом три часа от бессонницы. Спала мало и часто ворочалась по словам Кошки. Мне же далеко было все равно, главное чтобы мне не мешало это спать. В конце концов мне приходилось проснуться рано или поздно. Снова почувствовать на себе тяжесть стен этого дома и его нелюбовь ко мне. С самого начала, как отец оставил бедного ребенка с травмой ноги, приходилось ощущать себя чужой. Все девочки имели подруг или группы подруг, а я нет. На мне долгое время висела кличка "Сопля", ведь по ночам часто плакала от кошмаров, заливая липкой субстанцией из носа всю подушку. Ситуацию усугубляли издевательства не только со стороны других детей, но и со стороны педагогов. Сейчас все это перестало быть важным. У меня имелась другая кличка, другая внешность, у меня появился свой круг общения. Мне стало наплевать, что стены здесь ненавидят меня, так как они ненавидят еще помимо кого-то. Эта ненависть усугубилась тем, что у меня появилась связь с наружностью. Очень близкая связь, о которой знает Гадалка и Кошка. После легкого завтрака в виде не сладкой воды с заваркой, мой мозг потихоньку проснулся. И снова захотелось спать. Уж не знаю, почему пауки до сих пор мне рекомендуют пить лекарство, ведь по сути ведут себя как плесень или овощ. Таблетки не дают такого эффекта, каким его хотят видеть врачи. Я пью почти горстями, но ничего из этого не выходит путного. Кажется, что скоро это убьет мой организм, но почему бы и нет? Я уже давно давно не функционирую, как нормальный человек. Меня тяжело заставить что-то сделать, если это не касается особой ситуации. Мое колено совсем перестало болеть. Теперь вообще его не чувствую и не могу ходить. Приходилось даже проверять его на чувствительность, втыкая канцелярский нож в чашечку. Крови много и я задела какой-то нерв. В могильнике лежала неделю. Благо, все обошлось. Остались только шрамы на ноге. Больше мне не хочется проверять свою ногу на прочность. На столе стояли банки Улитки, с кристаллами из соли и красители для них. На банках вырос солевой налет вместо красивой кристаллической решетки. С оттенком синего и розового. Дальше стояла ваза с сухими букетами цветов. В основном цветы были полевые. Гадалка часто приносила растения и сушила их. Они часто покрывались пылью. Мне нравилось рассматривать ромашки и мать-и-мачеху. Не любила только чай из них. Чай из ромашки пах, как моча, а мать-и-мачеха просто невкусная. Мое одиночество прервали шаги сзади и звук дверной ручки. Очень бы сейчас не хотелось с кем-то говорить, но никто и не заставляет. Просто из приличия. Это оказалась Кошка со свертком в правой руке. Лицо у нее мрачное, будто принесла известие о смерти солдата. Ее короткое бархатное платье хорошо сидело на ее бедрах. Бусы из жемчужин лежали на ее шее в два ряда. На плечах пиджак синий. -Доброе утро,- сказала я, смотря на нее уставшими глазами. Кошка цыкнула, прошла на соседнюю кровать, бросила сверток на мою и присела, уперевшись подбородком в изножье постели. -Скорее добрый день,- тяжелый вздох- это письмо от Жука. В последнее время он часто тебе пишет. -Я знаю,- сухо ответила, не смотря в ее голубые, как чистый Байкал, глаза. -Попроси его быть аккуратнее. Нас могут считать предателями из-за него. А что могу сделать я? Против своих чувств не хочу идти, подставлять соседок- тоже не вариант. Иначе, не мне, не им о спокойной жизни в Доме можно забыть. Это мои заботы, что я делаю с человеком из наружности. Жители этого здания так не думают. Тем более, обо мне ничего и никому неизвестно за пределами этой комнаты. Если кто-то увидит, как Кошка или Гадалка контактируют с Жуком, то им точно конец. Расческа этим воспользуется однозначно. --Теперь я сама буду прятать эти письма и встречаться с ним. -Нет, тебе нужен сон, покой, отдых и тому подобное. Просто надо пореже писать друг другу любовные записки,- голубоглазая глянула на меня лисьим взглядом. -Я больше не хочу быть в тени. Устала от этого,- пришлось врать. Мне нравилось целыми днями спать в комнате и не контактировать с кем-то. Тут палка с двумя концами. -Ты- наш запасной план, Енот. Помнишь?- Кошка расслабилась, смотря в мою сторону. -Помню это. -И я нашла применение твоему таланту. Это идеальный... -Нет!- увидев зажигалку и баллончик, сразу же повысила голос и вскочила со стула, смотря на Кошку дикими и испуганными глазами. -Тебе запрещено кричать. А то узнают.- собеседница в пиджаке бросила на мою подушку эти вещи и указала на них средним пальцем. -Я завязала с этим. -А я прошу тебя сделать это в последний раз.- приказной тон мне не нравился. -Не смей ввязывать в этот конфликт меня! Ты уже Гадалку затянула, Улитка стала тебе копать информацию. Мы выглядим подозрительно. -Не думаю, ты же не знаешь, что там в коридорах творится,- Кошка подошла, заставила меня слезть со стула, замотала в плед, словно связывая. Поставив передо мной стул, села на него и начала трясти перед моими глазами зажигалкой. -Просто вспомни, что ситуация может повториться. Ты же не хочешь, чтобы Расческа придумала тебе противную кличку? Зажигалка была красного цвета и по виду тяжелой. Мне нельзя прикасаться к таким вещам. Даже затягивать сигареты мне помогала либо Улитка, либо Гадалка. -Поджигатель- старая, забытая легенда, которую взрослые списывали на плохую проводку. А это была ты. -Последний раз, когда что-то поджигала, был шесть лет назад. И ты еще здесь не появилась.- я просто обхватила голову ладонями и не хотела даже слышать ее. Поджала колени и так сидела. -Может быть, пора прервать это затишье? Мне нужен лишь маленький пожар. -Вот именно. Тебе он нужен. -Нам, он нужен нам. Пойми, я хочу лишь припугнуть Расческу. Об этом даже никто не узнает. Просто опять что-то перегорело. Кошка что-то говорила, а я смотрела на подушку с баллончиком, вспоминая те события, когда видела маленький огонек и становилось так легко. Я выпускала всю свою обиду и злость, смотря как что-то горит. Наслаждалась этим. Дышала этим. Мне нравилось наблюдать, как огонь переходит на другие предметы и как быстро он распространяется на все поверхности. Так горела изнутри я. Я проклинала эти моменты без возможности остановиться. Потом просто убегала, когда кожа уже вскипала от языков пламени повсюду. Так я зарабатывала себе алиби. Меня коснулся огонь- значит поджигатель не я. Так думали ящики, пауки, Акула, Крестная, Дорогуша и Овечка. Потом я обнаружила, что они догадываются о моих проделках и перешла на листы бумаги в блюдцах. Затем пришли антидепрессанты. -Мы можем тебя перевести в другую комнату, а потом ты сделаешь это дело. -Это будет еще подозрительнее. Новые соседки будут следить за мной и все такое. Кошка сразу же сделалась доброй, как только поняла, что я даю слабину в душе. -Ты давно хочешь выпустить обиды из себя. Так сделай это. Просто маленький пожар и ничего более. -Для меня это не просто маленький пожар, это наслаждение и удовольствие. Была бы моя воля, на месте этого здания уже давно лежали угли. -Я же не прошу тебя до углей. -А ты не понимаешь, что если заведусь, то не смогу остановиться!- мне пришлось ударить ее краем пледа по лицу. Ее помада слегка размазалась по левой щеке. Я вся вскипела, как чайник. Моя голова слегка дергалась. Неужели она не понимала, как мне плохо было в такие моменты? От безысходности я сжигала все что видела. Голубоглазая подошла ко мне и обхватила руками мои уши и щеки. Теперь слышать могла только ее и смотрела в ее узкие зрачки. Так мы стояли молча около двух минут. Ее ногти впивались в мою кожу, крепко держа. -Ты не сойдешь с ума из-за одного раза.- ее голос прозвучал около моего левого уха. Я громко взглотнула. Уши освободились от мертвой хватки. -Иначе, я поручу это Гадалке. Только не это. Во мне что-то треснуло, как тонкое стекло. Я не хочу брать такую большую ношу. Кусочки стекла во мне разлетелись в разные стороны. Тело не шевелилось и не могло пошевелиться. Меня закапывали в яму, а точнее мои ноги. Мне не дают сделать шаг. Шаг в сторону, где кругом лежит битое стекло. Я стою и ничего не могу сделать. Начинает шатать. Все же нога дает о себе знать и я падаю на линолеум. На холодном и старом полу лежат куски ковра. Посмотрев на Кошку, та лишь рассматривала меня, как выброшенную рыбу на берег. Она молчала. Я тоже не говорила. Убираю волосы с лица. Вижу, что на моей тумбочке больше нет нужных мне препаратов. Только зажигалка, сигареты, баллончик с жидкостью и что-то личное. -Одно...- пробормотала я. -Что?- сухо спросила собеседница, садясь на корточки. -Одно условие у меня есть. Встать до конца не получилось. Перед Кошкой, я- беспомощная вошь, которая ползает у нее в ногах, но которая знает, что без воши, Кошка-никто. -Ты отравишь Расческу. Как хочешь это делай, но покончи с ней. На ее лице нет эмоций. Даже нерв не дернулся. В своем решении она непреклонна. Выпрямилась, поправила жемчуг у себя на горле и посмотрела в сторону, где висела акварельная работа Гадалки. Там изображена гарпия. У гарпии роскошный кокошник с самоцветами разных видом и размеров. Цветочный серебряный орнамент, блестящее обрамление, огромные серьги-луны размером с ладонь взрослого мужчины. Можно долго перечислять что там нарисовано. Лицо у гарпии имело более десяти похожих частей из жизни. Ты мог узнать в ней Кошку, Улитку, Овечку, Дорогушу и много кого еще. Веки в черных тенях, на щеках течет тушь. И глаза. Черные, бездонные глаза. Всем казалось, что если в них смотреть более двух минут, то можно легко сойти с ума. Кошка оторвалась от этого зрелища. -Хорошо, я это сделаю.- кивнула. Пришлось ей поверить. Разговор получился неприятный. Внутри все еще сидело мерзкое ощущение. Живот начал урчать от голода. Ком застрял в горле. Затошнило. Я начала глотать слюну все больше и больше. О еде думать сложно. Вокруг все закружилось, завертелось и запрыгало. Это от удара. Мой бок немного ныл, голова тоже. Собеседница решила перейти через мое тело. Она хорошо умела скрывать свои эмоции. Сделав вид, что ничего не произошло, села на свою кровать. Улыбаясь, стала смотреться в зеркало. Кошка все время думает, что на нее смотрят с завистью. Как же хочется иногда разбить ее выдумки. Моя кровать впервые показалась мне высокой. Еле забралась на нее, а потом легла на свой мусор вокруг пледа и отдышалась. Кашель подступил к горлу. Стало так плохо. Такое состояние примерно было две недели назад, когда я помогала убраться в комнате. В комнату вернулась Гадалка. Из-за колец, ее стук слишком тихий. Она вошла очень скромно, рассматривая комнату. Пыталась понять, не переодевается ли кто-то, чтобы не беспокоить. Как всегда извинилась за беспокойство, хотя входила по сути в свое же жилище. Сегодня на ее голове нет банданы или платка. Ее волосы обросли в очень пышную, темную шевелюру. С другой стороны бритый висок. Очки на ней были квадратными, губы в бордовом оттенке, стрелки на глаза толстые и острые. Сегодня на обед она ходила в длинной юбке, кедах, черной рубашке большого размера, в различных бусах темного оттенка, много браслетов на руках металлических, кольцо огромное и черное, а главным атрибутом были ее серьги. Они менялись каждый день. Если ко мне подойдет любой домовец и спросит "у кого больше всего родинок в Доме?", я отвечу- Гадалка. Одной ночью мы считали ее родинки. Получилось около семидесяти по всему телу. Самые интересные около губ. Все три маленькие. Одна повыше к носу, другая около уголка рта, третья настолько незаметная, что из-за помады невозможно разглядеть. Она находилась на верхней губе, прямо у самого края. Гадалка, что любит чай из шишек, кошек, запах старых книг, старые ложки и вилки, любит чужие зубы, кости и когти. Обожает сладкое, звук музыкальных шкатулок, запах мокрого леса, жанр в живописи ванитас, чистую бумагу, сушеные цветы, свои карты таро, что-то блестящее, запах корицы и карамели, свой набор акварели, антиквариат и многое другое. Всего я не перечислю. И устану перечислять. В одной руке у нее бумажный стаканчик. Там лежат две сосиски и два куска хлеба. В другой такой же бумажный стаканчик, но с щи и сухарями плавающими. Они уже размокли и стали как губка. В карманах лежало что-то круглое и большое. Это яблоки скорее всего. Они слегка влажные, отчего карманы намокли. -Сегодня удалось побольше взять.- радостно сообщила мне она, но не слепая же, все и так вижу. -Спасибо. -Всегда пожалуйста! Поставила мою еду на стол для трапезы. Что ж, сегодня праздник живота. Обычно, в комнаты с едой не пускают. Неизвестно только одно, как я объясню пропажу моих таблеток паукам? Они мне голову свернут, узная, что я забросила их пить. А может это даже к лучшему? Все равно эффекта нет. Я махнула рукой на это дело. До меня еще не дошло, что в ближайшие дни должна устроить небольшой пожар. Пока еще действовал эффект таблеток со вчерашнего дня. Мое внутреннее спокойствие продлиться не долго, но внешнее будет со мной вечно. Мешки под глазами тому свидетели. Они у меня особенно большие. Иногда их невозможно скрыть. Как только Гадалка вошла в комнату с моим обедом, Кошка, которая две минуты назад трясла меня, безмятежно сидела на своем месте, заполняя блокнот своими странными записями. Туда гелевой ручкой писала всё, чтобы ничего не забыть. От мелких событий до чьих-то долгов, просьб. Я поняла, что она вписывает меня в клетчатый листок, не забывая написать рядом "поджег комнаты". Глазами пыталась намекнуть, что та забыла и про мое условие. Пришлось смотреть на нее долго. Нехотя, голубоглазая занесла мое условие в свой блокнот на спирали. Наша пауза длилась дольше, чем обычно. Гадалка делала молча чай из остатков шишек и меда. Молчание ее не напрягало, наоборот даже успокаивало. Знала бы она, почему мы молчим, явно бы не заваривала чай. Нежными пальцами в кружевных перчатках, пыталась сделать все по пропорциям, что записаны на листке, прикрепленный к стенке прямо перед носом. Уж я то знаю, что прячут эти перчатки. -А где Улитка?- раздался голос со стороны кровати Кошки. Не хотелось отвечать на ее вопрос, но тогда присутствующая почувствует что-то неладное. Хочу раствориться и больше не отвечать на любые вопросы. -Наверное, поехала в кофейник,- ответила та, что заваривает чай- ты ведь просила ее найти еще информацию. -Идиотка. Она там почти каждый день. Это подозрительно!- подняла шум Кошка. Волосы на ее голове распушились и мне стало смешно. Я все еще лежала и пыталась придти в себя. В том, что наша розоволосая Улитка посещает кофейник каждый день нет ничего такого. Просто частое общение с логами делает тебя подозрительным человеком. Навряд ли она обсуждает там музыку или то, как группа Bring me the horizon стала уже не та и потерялось общее настроение, а вокалист слишком вырос. И тут мне пришлось задуматься, как Улитка появилась у нас? Она явно пробыла тут дольше Кошки, но не дольше меня. Жила с другими соседками и внезапно решила переехать? Помню лишь, как Гадалка знакомила нас. Тогда наша четвертая соседка вот-вот покинула Дом и не вернулась больше. Идея о переезде Улитки в основном принадлежала Кошке. Наверное, в ее блокноте точно есть дата встречи и переезда нашей знакомой. И дата ее рождения. Точно знаю, она старше голубоглазой, младше меня и чуть младше Гадалки. Можно порыться в записках и поискать дату получения ее клички. Записная книжка Кошки толстая и пожелтевшая. Там есть записи датируемые еще до ее появления тут. -Чаю?- скромно спросили меня и дали чашку, наполненную коричнево-прозрачной жидкостью без сахара. Согласившись, взяла двумя руками фарфоровую посуду, начиная пить, прихлебывая громко. -Сегодня полнолуние?- заговорила Кошка, не отрываясь от блокнота. -Да...- тихо и нежно ответила ей наша ведунья, пытаясь не краснеть. -Сегодня не получится собраться, много дел,- холодно ответили ей. Гадалка была немного потрясена, но сдерживала в себе все и лишь улыбалась. -Понимаю, дела. Отчасти жаль, что все так вышло, но я не собиралась именно сегодня исполнять обещание. Такие вечера, как "гадальные сумраки" мне нравились атмосферой и возможностью посидеть при свечах. Гадальными сумраками называла вечера только я. "Гадальный вечер" слишком занудно. -Разбуди меня, как только соберешься.- дернула за рубашку я собеседницу в черном. -По видимому, сегодня только мы.