Невозможные

Их совместный вечер давал Акачи ощущение, будто он и в самом деле живой, настоящий, а не простое оружие в чужих руках. Тепло, от этого чувства где-то в груди тепло и непривычно, хотя ему бы хотелось ощутить подобное ещё хотя бы раз. Ки удавалось открывать в нём и оживлять то, о чём сам юноша даже не подозревал всю свою жизнь. Он заставляет себя уснуть, привычно кутаясь всеми силами в одеяло, и разрешает себе подняться без будильника, когда пожелает. И весь день он никуда не тратит свою энергию, лишь лениво что-то делает по дому до вечера. Когда подходит время собираться на задание, Акачи делает это с огромной неохотой, хотя в какой-то степени он соскучился по вылазкам и расправой над не заслуживающими жизни. Сама миссия проходит без заминок или проблем, Акума даже не получил и царапинки. Приятно вспомнить былое и размяться, приятно заниматься тем, что умеешь бесподобно. Правда теперь его ждёт скучная писанина отчёта и крепкий долгий сон. Ки повезло меньше. Всю ночь мужчина ворочался в кровати из-за кошмара. В нем Кадзуми узнавал о его предательстве и спускал курок. В его глазах были боль и разочарование, каких он прежде не видел. Видеть и чувствовать их было куда хуже, чем если бы босс сказал хоть слово. Выстрел, и вот Ки лежит на земле в луже ещё тёплой собственной крови. Кадзуми наклоняется над ним и пускает контрольную пулю мужчине в голову. Вспышка... и Ки проснулся, чуть не задохнувшись, моментально сев на кровати. Вся футболка была мокрой от пота, холодная солёная жидкость все ещё текла с него в три ручья. Шпион тяжело и сбивчиво дышал, словно только что пробежал марафон. Смахнув пот с лица, Ки оперся рукой на матрас. Его ладонь почувствовала что-то тёплое и влажное. Шпион вздрогнул и уставился на руку. Она была покрыта алой субстанцией. "Замечательно. Неудивительно, что мне такое снится", — вздохнул мужчина. Похоже, он ворочался слишком активно, что привело к открытию его раны. Делать было нечего. Переодевшись, Ки отправился к Нуне на перевязку. Естественно, женщина не упустила возможность прочитать ему нотацию, впрочем, тирада была не слишком долгой. Все же мужчина не нарочно спровоцировал расхождение швов. Когда дырка была снова заштопана, Ки поблагодарил врача и вернулся домой. Поев, он посмотрел список дел и, выписав нужные, отправился их выполнять. Сконцентрироваться на работе все же было сложно. Сон никак не шёл из головы. Может, ситуация и не была реальной, но все вполне могло так закончится. К тому же, пережитые там эмоции остались с ним. Его собственная боль, и боль Кадзуми. Душа Ки просто разрывалась на кусочки. Он действительно жалел, что не мог раздвоиться. Что не смог тогда отказать Кадзуми и просто продолжить свое жалкое существование. В итоге, из-за всего этого у шпиона разболелась голова, и он оперся ей на руль. Через какое-то время Ки все же смог взять себя в руки и продолжить работу. Очередные вечер и ночь были проведены за отчётами. Похоже, в этот раз он словил джекпот. Босс не спал. Получив его работу, Кадзуми немедленно изучил её и перезвонил. Было странно общаться с ним теперь. Да и сам друг казался более отстраненным чем обычно. Похоже, по голосу Кадзуми смог понять, что у Ки не все в порядке. Понимая, что это нехорошо, Ки вспомнил все чему научился в армии и смог сыграть так, что у босса больше не было шанса что-то заподозрить. В итоге, слово за слово и двое поболтали практически до рассвета. Сначала по работе, потом о всяких мелочах. Отстраненность Кадзуми исчезла, скорее всего он просто не смог так долго поддерживать свою игру в безразличие. — Тебе стоит отдохнуть. Уже рассвет, — стоя на балконе и смотря на светлеющее небо, сказал Ки. — Уже? Я совсем не следил за временем. — Ты всегда был опаздуном, — усмехнулся шпион. — Да, но я всегда все возмещал, разве нет? — Мгм. — А сам отдыхать не собираешься? — Кадзуми… — Понял. Постарайся все же хотя бы немного подремать. Ах да, пока тебя не было я получил благодарность от отца убитого пацана. Похоже, пусть и не сильно, но отношения немного улучшились. Он все хочет встретиться с тобой лично. — Я не хочу с ним встречаться, — честно ответил Ки. Он помнил ту беспомощность, которую испытывал при общении с семьями погибших товарищей. Он выжил, а они нет. Он вернулся, а их родные провожали в последний путь пустые гробы. После этого Ки зарекся впутываться в подобные ситуации. — Боюсь, что придётся. Не волнуйся. Я там тоже буду. Надо ковать железо пока горячо. Вдруг удастся ещё на шажок продвинуть отношения. — Ты довольно плотно за них взялся. В чем дело? Вы всегда враждовали и тебя это устраивало. "Драконы" тоже. Ты подмял их под себя вместо того чтобы разгромить, как ты делал обычно. В трубке повисло молчание. — “Хиганбана”. Сердце Ки пропустил удар. — Они все больше набирают силу, плюс пользуются поддержкой правительства. Нельзя позволить им и дальше так разрастаться. Нам нужны союзники, поэтому я очень надеюсь заполучить поддержку этого папаши. В конце концов, его организация не сильно уступает моей по размеру и силе. — “Хиганбана” значит... Не весёлые новости. Считаешь, будет война? — Не знаю. Пока они не лезут в мои дела в наглую, но я не думаю, что так будет всегда. — Нет, не будет, — согласился Ки. — Так я могу на тебя рассчитывать? Мужчина нахмурился. Он собирался уйти вместе с Акачи в "хиганбану". Стоит ли ему помогать Кадзуми в его попытке укрепить власть преступных группировок? Но прикинув, понял, что все одно. Да, “хиганбана” отличалась от типичных организаций, но они все ещё были криминальной группой. — Я буду. Но говорить с ним не собираюсь. Снова полный грим накладывать, — вздохнул Ки. — Нет необходимости. Я просто представлю тебя как одного из моих телохранителей. Никто не запоминает имена и лица телохранителей. — Наоборот. Ведь добраться до главаря через бугаев бывает куда проще. — Не в нашем случае. Всем известно, что я меняю "бугаев" каждую неделю на новых и никогда не беру дважды одних и тех же. — Довольно расточительно. — Зато практично. — Когда встреча? — Сегодня вечером. Я заеду за тобой. — Просто скажи адрес. Я сам доеду. — Телохранитель приезжает отдельно от объекта защиты, разве это не будет странным? Ки шлепнул себя по лбу: — Мгм, ты прав. Будет. — Тебе надо отдохнуть, не похоже на тебя такие мелочи упускать. — Ничего не обещаю. А теперь вали спать, пока ещё время есть. — Какие мы заботливые, — усмехнулся Кадзуми. — Я заеду за тобой в шесть. Сказав это, глава организации повесил трубку. Ки выдохнул. Приняв горизонтальное положение на диване, мужчина не заметил как уснул. В этот раз сновидений не было, чему он был несказанно рад. Возможно, причина была в их с Кадзуми разговоре? После успешно выполненного задания Акачи был более, чем доволен собой. К этому ещё добавлялось осознание, что это была его последняя миссия по приказу Кадзуми. Был вариант, конечно, что сегодня его не примут в “Хиганбану” и всё останется на прежних местах, но думать юноше об этом совершенно не хотелось, пусть и самонадеянно. Вдоволь выспавшись, он просыпается к обеду, закидывает в себя что-то из еды и начинает собираться. Причём парень очень старается выглядеть неплохо, хотя он не понимает, что выглядит просто отлично – его стиль довольно эстетичный и привлекательный. Высокий хвост, изящное хаори, завязанное лентой на тонкой талии, холодный взгляд и полное отсутствие оружия. Выдвинувшись из квартиры в нужном направлении, Акачи пишет Ёми, что скоро будет, дабы женщина успела выловить главу и предупредить её. Не думала она, что юноша и в самом деле решит воспользоваться её предложением, тем не менее, на сей раз это казалось хорошей идеей. Ёми встретила юношу в холле, чтобы того снова не припечатали лицом в пол, и проводила до кабинета на верхних этажах: – Ты намерен остаться у нас? – задаёт она вопрос, пока они едут в лифте. – Да. Было бы неплохо, – плавно переводит на неё взгляд парень. – Я ненавижу, когда обижают невинных. Повисло некоторое молчание, которое Ёми разбавляет самостоятельно: – Будет здорово, если тебя примут. Иметь такого специалиста на своей стороне выгоднее, чем во врагах. – Даже если мне поступит приказ на кого-то из вас, кто окажется чист, я не трону. Холод уверенного голоса заставляет слегка сглотнуть. Наконец-то они достигают нужного этажа и Ёми указывает на нужную дверь, после чего с дерзкой улыбкой желает удачи и отправляется обратно по своим делам. Акачи выдыхает остатки напряжения перед тем, как открыть дверь. Он признаётся себе, что всё-таки волнуется, но не позволяет волнению сказаться на его внешнем виде. Лёгкий стук в дверь, разрешение войти, уверенный шаг вперёд. Глава организации, чертовски красивая женщина с белоснежной кожей и глубоким чёрным цветом в глазах, одарила вошедшего морально тяжёлым взглядом, изучающим до костей. Однако её мягкий голос звучал так, будто она не обидит и пушинки: – Что же я вижу. Ко мне пожаловал сам Акума, причём ещё и безоружный. Сегодня какой-то праздник? Она прохладно усмехнулась и скрестила руки замком, положив на них голову. Акачи ответил ей трезвым холодом, не сводя уверенного взгляда: – Я хочу работать на вас. Мужчина, что стоял чуть позади стула главы, не смог сдержать улыбки. Он больше похож на верного близкого помощника, причём настолько, что может себе позволить дерзости и встревать в разговоры: – Что вы говорите? Хотите сбежать оттуда к нам? Такого ещё не было? – Ну же, милый, мало ли, какие у них там ужасы. Мы, всё-таки, людей спасаем, а не убиваем. Вдруг ему надоели реки крови, – спокойная улыбка с губ женщины так и не уходила. Обращение явно намекало на нечто большее между ними. Ах точно, у них одинаковые кольца, муж и жена. Интересно. – Госпожа Хару, нанять меня будет в ваших же интересах. Я обладаю огромным количеством полезной для вас информацией, как касаемо нашей мафии, так и других организаций. В том числе и о ваших слабых местах, которые вы сможете подправить с моей помощью. Обжигающий холод рассудительности начинает разжигать любопытство в чужом взгляде. – К тому же, вы наслышаны о моём мастерстве, и оно явно сыграет вам лишь на руку. Когда Госпожа Хару подошла к Акачи, она слегка прищурилась, смотря на него. Женщина оказалась немного выше юнца, что позволяло ей смотреть сверху вниз, но интересней было наблюдать за их взглядами – их холод, отстранённость и бездушие были идентичными. И Сора это заметил, находя подозрительным, что заставило его высказать своё мнение раньше, чем Хару: – Я согласен. Если его намерения чисты, то нам стоит сотрудничать. Глава же, всё так же не сводя глаз с Акумы, нашла в нём что-то непонятное, что-то странное, отчего она заставляет себя кивнуть: – Соглашусь. Ты принят. Она разворачивается и возвращается к своему столу, как слышит юный голос: – Это ещё не всё. Женщина останавливается на месте и медленно поворачивается к наглому парнишке, удивлённо смотря на него. – И что же? – Просьба разрешить моему другу вместе со мной присоединиться. Он отличный сотрудник, за которого я готов ручаться жизнью. Ледяной тон с полным безразличием в глазах слегка пугает Сора, заставляя поёжиться, будто продрог, но молчит. Неслыханная дерзость – ему нравится. Хару же наоборот расслабилась и даже слегка засмеялась от слов Акачи. – Какой ты забавный~ Мне интересно увидеть того, за кого ты ручаешься жизнью. Узнаем, насколько она ценна. Женщина всё же села за свой стол, поправляя рукава рубашки, и продолжила наблюдать за тем, кого все боятся, от кого никто не может спастись, не считая последнего инцидента. Конечно, все в курсе того, что произошло в стенах организации Кадзуми, но никто не задумывался о состоянии пострадавшего. И сейчас Госпожа Хару наблюдала полную сломленность юнца, который всеми силами пытался казаться простым оружием. – Присаживайся, обсудим скучные детали приёма. Слегка кивнув, Акачи спокойно занимает своё место на стуле перед главой, и они начинают обсуждать основные вопросы – где жить, какова зарплата, его обязанности. Конечно, Госпожа Хару и Сора давно были готовы к приходу Акачи, поэтому сейчас лишь предлагали свои варианты, на которые юноша не мог не согласиться. Сотрудник оперативной группы; зарплата ежемесячная фиксированная, но за миссии отдельная оплата, так что суммарно не глобально хуже его предыдущего заработка; отдельную квартиру от организации ему предоставят; защиту от Кадзуми обеспечат; наставник на первое время поможет пережить период адаптации. Они довольно долго сидели на переговорах, обсуждая каждую деталь, но обе стороны были уверены в правильности действий – Акачи не сомневался в честности самой порядочной организации, а Госпожа Хару не видела поводов недоверия мальчишке. – Отлично, основные вопросы уладили. Что касается твоего друга – пусть он свяжется со мной, и мы также всё обсудим, – сменив рассудительность на милость, женщина слегка мягко улыбнулась новому сотруднику. – Благодарю, – коротко кивает Акачи, уже собираясь вставать, как его остановил мужской голос. – И помни, что ты стал частью не просто организации, а семьи. Мы уважаем и любим своих сотрудников, так что не стесняйся обращаться за помощью. Не переживай всё в одиночку. Сора внимательно наблюдал за реакцией юноши на свои слова и, к своему счастью, заметил на чужом лице лёгкое непонимание, будучи непривычным к подобной открытости. Мужчина видел, что парень явно не в порядке, и надеялся поддержать его. – Спасибо, – более мягко ответил Акачи, задумчиво опуская взгляд в пол. После они распрощались – к вечеру парень получит ключи от новой квартиры и сможет начать переезжать, ему дали неделю на это и на завершение всех старых дел, прежде чем он приступит к новым обязанностям. – Думаю, мы ещё успеем вкусить характер этого мальчишки, – произносит Сора, вызывая смешок любимой жены. – Придётся его перевоспитывать. Не сладко придётся, но его мастерство заслуживает уважения. – Если он узнает, что такое человеческое отношение, то всё сразу станет легче. Мужчина садится напротив главы, смотря на неё вполне настойчивым взглядом. – Считаешь, с ним нужно мягко и заботливо? – Ты сама видела его реакцию на мои слова. Он просто не знает, что так может быть. Это вызывает у Госпожи Хару глубокий вздох безысходности. Она сама подписалась взять ребёнка, который всю жизнь воспитывался с установкой, что он оружие, но умудрился сохранить в себе что-то доброе. – Будет сложно.