Невозможные

— Зеленого чая. Здесь он просто отвратителен, — усмехнулся Ки. Он был чертовски рад наконец-то уйти из этого ужасного места. Двое зашли в кофейню неподалеку и заказали по напитку. Только когда их заказ принесли, мужчина поинтересовался. — Судя по тому что я наблюдал, переговоры прошли успешно. Как себя чувствуешь? Отпивая кофе, без которого у парня и так руки продолжали немного дрожать, он кивает. – Вполне успешно. У меня случилась паническая атака, куда без этого, – грустно вздыхает он. – Но всё в порядке. Он научился успокаивать меня, к тому же… После того, как всё закончится, он предложил переехать к нему. Последнее он говорит более смущённо, но не без доли радости. Ки нахмурился. Ему не понравился тот факт, что у Акачи была паническая атака. Он понимал, что, скорее всего, юноша просто переволновался, а если добавить к этому его прошлый опыт, то ничего удивительного в этом не было. Но мужчина все равно был зол на эту новость. У него не было объяснения почему так. По крайней мере пока. Ревность? Но с чего бы ему ревновать друга к его партнеру? Таким мыслям почти удалось отравить неплохое настроение бывшему шпиону, но он вовремя переключился на другое. Токия нашел подход, чтобы успокоить Акачи, но сколько он будет готов так делать? Особенно если они съедутся. Это тяжело. Ки выпил чаю и немного успокоился. — Съехаться. Это довольно решительный шаг. И это куда тяжелее чем кажется. Уверен, что готов к такому? Плюс... Ты уверен, что готов переехать к НЕМУ. Он кажется хорошим парнем, но... Ты все же будешь находиться на ЕГО территории. Ки действительно был обеспокоен этой ситуацией. Место, на которое Акачи никак не сможет повлиять, место, где слова Токии будут иметь большую силу чем его. Мужчина хотел юноше счастья, но пока не мог отделаться от чувства, что его избранник не тот, кто ему нужен. Хотя и производил исключительно положительное впечатление. Подозрения и злость Ки не проходит незаметно, что заставляет Акачи слегка нахмуриться, не понимая, в чём конкретно дело. – Последнее время я и вправду случайно жил у него, и всё было в порядке… Так что да, уверен, – он чуть пожимает плечами. – Если вдруг что-то случится, то я смогу вернуться к себе. Это будет проще, чем выставить его. А то сбегать из своего дома мне не понравилось. Но не думаю, что будет что-то такое… Он продолжает немного нервничать от реакции Ки, поэтому начинает крутить кольцо. — Акачи-кун, временно жить у него по нескольку дней не тоже самое, что жить на постоянке. Именно на этом этапе большинство пар разбегается. Хей, посмотри на меня. Я не собираюсь как-то тебя ругать или отговаривать. Это твое решение, и я не в праве тебе запретить или разрешить. Все что я могу сделать это высказать свое мнение. Принимать его во внимание или нет решать только тебе, — Ки осторожно взял мальчишку за руку, чтобы тот отвлекся от кольца и перевел на него свой взгляд. Когда ему это удалось, он продолжил, не отпуская: — Тогда меня не было рядом, и мне правда жаль. Сейчас все иначе. В какой-то мере я с тобой согласен. Сбежать из чужой квартиры проще, чем выставить из своей. С другой стороны никто не запрещает ему запереть тебя в своей. Но это лишь так, к слову. Я тоже не думаю, что что-то такое произойдет, но мало ли, как говорится. Закончив и почувствовав, что Акачи немного успокоился, Ки выпускает его руку. Сделав еще глоток, мужчина спрашивает, немного грустно и осторожно: — Часто у тебя... Эти атаки? Парень то поднимает, то опускает взгляд, не в силах долго поддерживать зрительный контакт во время таких разговоров. Чужой голос, хоть и говорящий не самые успокаивающие вещи, умудряется одним тембром создавать ощущение поддержки. Так что Акачи и вправду довольно быстро расслабляется обратно. – Если вдруг что, то я просто сбегу к тебе, – мягко улыбается он. Понимание, что за него волнуются, делает ему лучше, выражаясь даже по глазам. Однако вопрос про панические атаки заставляет его вновь увести взгляд в сосредоточение на кофе. – Нет, не особо. Иногда случается, но не критично. Акачи отпивает ещё немного кофе и поднимает глаза на Ки. – У тебя как самочувствие? Дышать нормально? На реплику про бегство к нему Ки утвердительно кивает. — Я на обезболивающих, так что в порядке. Но козочкой скакать мне увы запретили. Он не стал дальше развивать тему про панические атаки, так как понял, что Акачи не сильно хочет об этом говорить. «Лучше бы их вообще не было», — подумал мужчина про себя. Но ничего не поделаешь. С учетом прошлого юноши было бы странно, если бы подобного совсем не случалось. Как только этот факт всплыл в его голове, Ки кое-что вспомнил. Он и Кэт пережили потерю Кадзуми довольно болезненно. Но в то время Акачи, даже несмотря на свою ненависть к нему, очень помог Кэт. А сейчас даже живет в его квартире. — Я хотел бы поговорить еще кое о чем. Точнее, выслушать тебя, как ты когда-то выслушал Кэт. За что я тебе благодарен. Но сейчас не место и не время. У тебя есть планы на выходных? Ки еще не был готов говорить о произошедшем, но был готов выслушать юношу. Его чувства по этому вопросу были ничуть не менее важны чем их. Но держал их в себе целый год. Пришло время нагонять упущенное. Акачи кажется странным посыл, которым говорит Ки, поэтому слегка вопросительно наклоняет голову вбок, не особо понимая. – Планов нет, мы все прикованы к «Кицуне». Сначала отвечает он, всё ещё пытаясь понять, что мужчина имел в виду. – Но всё в порядке. Конечно, я выслушивал Кэт, ведь она моя близкая подруга и, если от того, что её послушают, ей станет легче или лучше, то я это сделаю. Ровно, как и тебя. Мне не нужно ничего в ответ. Тихо вздохнув, парень допивает кофе и смотрит на время, а так же проверяет телефон на наличие чего-либо, но по работе пустота. — Тогда я утащу тебя на вечер субботы, — сказал Ки. — Все еще пусто? — спрашивает он когда видит, что Акачи полез в телефон. В ответ юноша кивает, что вызывает у мужчины вздох. Вместе с последним глотком чая Ки впихивает в себя белую пилюлю и поднимается. — Идем, если что потом еще поговорим. Теперь времени на это у нас будет навалом. Где вы держите того снайпера? – На самом деле недалеко отсюда. У нас есть несколько штабов для подобного. Поднимается Акачи вслед и расплачивается за напитки, после чего кивает в сторону нужного направления, ведя Ки за собой. По дороге парень описал ещё часть рабочих деталей, которые, возможно, шпион мог упустить из-за присутствия в больничных стенах. Дойдя до места, охрана без вопросов пропускает Акачи и его спутника. – Добрый день, Сакураи-сан, – здороваются они одновременно. – Здравствуйте, благодарю. Слегка подозрительные взгляды всё же были прикованы к Ки совсем недолго, но спросить никто не решался – если он с Акачи, то можно. По коридорам парень проводит мужчину до нужной комнаты, сверяется с номером на двери с информацией в телефоне, после чего кивает. – Пришли. Когда дверь открывается, Ки сильно хмурится. — Все же надо было мне сбежать из больницы. Идем. У нас будет много дел. Надо встретиться с «Тигром». Так же позвони Кэт и Аките, пусть возвращаются. Опасность им больше не грозит. А еще было бы неплохо узнать что с кротом «Кицуне». Какая жалость. В камере было пусто. И следа пойманного снайпера не было. На выходе Ки остановился у охранника и спросил: — Того снайпера... Кто его выпустил? Охранник удивленно посмотрел на человека перед собой, но его взгляд заставил его содрогнуться и ответить: — Р-ритсу-сан. Он приходил сюда и сказал, что Сора-сама приказал его перевезти в другое место. — Ясно, — больше Ки ничего спрашивать не стал, лишь поманил Акачи за собой. — Идем в офис, надо обсудить все с Хару-сан и Сорой-сан.