Невозможные

После окончания рабочего дня главы крадут младшего сотрудника на ужин, чтобы всё же провести время вместе и отдохнуть. И наконец-то вечер проходит мирно, Акачи очень долго пытают с расспросами про его парня, но в позитивном ключе. В итоге вечер проходит гладко, юноша понимает, насколько сильно он любит родителей, которые так добры к нему. Но на ночь он всё равно уходит к Токии, удивив его неожиданным появлением. Хоть это и оказалось внезапно, тем не менее, Акачи оказывается заключён в тёплых объятиях вплоть до утра. Художник был рад слышать, что всё затихло и робко повторяет своё предложение съехаться, чем оперативник и займётся на следующий день. Парень сильно соскучился по младшему, тем более он видит, насколько измотанно и уставше тот выглядит, поэтому окружил заботой. Хотелось бы Токии помучать его вопросами, но видел немереную усталость, поэтому без конца болтал сам. Просто слушать эмоциональное щебетание, шутки и рассказы ходячего солнца кажется дико приятным, позволяя скинуть с себя всю усталость. Достаточно присутствия Токии, чтобы стало легче. На утро с огромными трудом и неохотой Акачи заставляет себя выползти из родных рук на работу. У него даже настроение хорошее, убивать не так сильно хочется, пока он не слышит вопрос Акиты. От неожиданности он даже давится кофе. – Что прости? – спрашивает он в ответ, стараясь прокашляться. Акита немного тушуется, все же он не собирался это спрашивать вслух. Но он уже сказал это, отступать не было смысла. — Как вы думаете, Кью-сан с кем-нибудь встречается? Восстановив дыхание после любопытного вопроса, Акачи ставит стакан в сторону и поворачивается к Аките. – Нет, ни с кем. У него довольно сложные отношения с… Отношениями, – серьёзно начинает он, смотря куда-то в сторону. – Иногда мне кажется, что он самый настоящий однолюб. Выкладывать всё юноша, конечно же, не станет, ведь и сам знает далеко не всё. Не зная, что ещё добавить, Акачи всё же смотрит на парня. – А что? Акита стыкует полученную информацию с тем, что у него уже было после того как он побывал в местах, связанных с ним и решил, что так и есть. При вопросе Акачи парень задумывается и смотрит в потолок. — Пока не уверен. До этого мы часто дрались и для меня этого было достаточно. Я им восхищался, потому что так и не смог прочитать его стиль боя. А потом мы несколько раз общались после клетки. Он не скрывался, позволял мне себя анализировать столько, сколько мне захочется. Но даже так я обнаружил что это не просто. И мне это нравится. Мне редко удаётся находить людей которые меня полностью понимают. Кью-сан... Именно такой. Мне с ним комфортно... Я чувствую себя в безопасности. Это... Расслабляет? Вчера мы вместе смотрели телик, это было здорово. Мне кажется... что Кью-сан начинает мне нравиться больше чем просто как кумир или друг. Интересно, как он отреагирует, если я попробую с ним пофлиртовать. Всю речь Акиты юноша не перебивает, молча слушая, но с каждым его словом приходил в шок всё больше, больше и больше. Повезло ему, что выработанные годами навыки держать лицо невозмутимым не оставили его. Поэтому внешне может показаться, что он спокоен и даже безразличен. Правда на самом деле почему-то всё в нём начинает гореть – то ли от беспокойства за друга, то ли от эгоистичной неохоты делить его ещё с кем-то, когда они только возобновили общение, то ли ещё что-то. Акачи пытается вести внутренний диалог, убеждая себя, что он и сам ставит Ки в положение, когда тому нужно «делить» его с Токией, поэтому после такого аргумента юноша сразу же тушит внутренний огонь. К тому же, Ки заслуживает счастья побольше их всех вместе взятых. Тяжело выдохнув, он начинает: – Честно? Понятия не имею, как он отреагирует. Ты хороший парень, но он… Не столь прост. Возможно, тебе будет тяжело и больно. Поэтому ты должен быть уверен, что пойдёшь до конца. Парень в самом деле старается смягчать тон, дабы всё не звучало столь страшно и безнадёжно. Да и не хочется расстраивать этого парня, который решил поговорить именно с ним настолько откровенно. — Мгм, — соглашается Акита. Он пока еще не полностью уверен в своих чувствах, поэтому решил повременить с тем, чтобы выплеснуть их на объект обожания. После слов Акачи драчуну стало интересно что же так сильно травмировало Ки, что он не вступает в отношения. По его мнению тот был очень красивым, интересным и добрым человеком. Особенно это становилось понятно если провести с ним побольше времени, пробиться через его колючки. Но как бы там ни было, на такое поведение должны быть свои причины и если он спросит об этом в лоб своего наставника или Ки, то они просто откажутся говорить. Акита вздохнул, похоже, его ждет много трудностей, если он действительно влюбился. Пусть Акачи и пытался держаться невозмутимо, парень все таки уловил пару моментов недовольства. Хихикнув, он решил его немного успокоить: — Не переживайте, Сакураи-сан, я не собираюсь присваивать только себе вашего друга. К тому же, кто знает, вдруг он меня отвергнет, если я действительно решусь на эту авантюру. Спасибо, что выслушали. Хотелось было Акачи уже успокоиться, но начинает задыхаться от возмущений после комментария Акиты. – Ничего подобного я не думал! Наоборот буду рад, если он будет счастлив. Даже если с тобой. В шутку фырчит он, складывая руки на груди, но всё же улыбаясь. – Если что, то можешь плакаться мне. До него либо не дойдёт, либо ему попадёт. Ладно? Возвращается он к своему кофе и начинает перебирать документы на столе. Однако он всё равно продолжал беспокоиться за Ки и его состояние – насколько он готов к чему-то подобному, если и обсуждение смерти Кадзуми он избегает? Да, Акита очень хороший малый и явно будет готов справиться со всеми сложностями жизни, чтобы сделать этого мужчину счастливым, в нём Акачи уверен. Но что будет с самим Ки? — Хорошо, — усмехнулся Акита и уткнулся обратно в работу. После разговора с наставником ему стало немного легче. Особенно парня позабавила реакция Акачи на его слова. Кажется, всё приходит в привычную и спокойную норму – на работе всё мирно и без особых приключений, с родителями отношения стали будто ближе. После рабочего дня оперативника встречает Токия, чтобы помочь с переносом некоторых вещей до него. Правда Акачи всё равно немного переживает после слов Ки – не начнёт ли парень контролировать его и перекрывать кислород, как это делал Юи? Не начнутся ли у него изменения в поведении, как было в предыдущих отношениях? Это всё заставляет юношу тревожиться, но он решает сразу же проверить: – В субботу мы тут с Ки договорились поболтать… – начал он осторожно, складывая вещи в сумку. – О, здорово же! Вы ведь вне больницы не общались ещё, да? – Разве что кулаками в клетке… – нервно усмехается Акачи. – Ой, ну вот это не дело. Хорошо, что вы работаете над этим. Он явно дорожит тобой. Ласковая улыбка с одобрением должна успокаивать, что немного удаётся, тем не менее Токия замечает беспокойство и поэтому добавляет: – Тебе не нужно просить моё разрешение, милый. Просто предупреждай, чтобы я тебя не терял, хорошо? В ответ Акачи активно кивает и улыбается в ответ, не понимая, чем он заслужил такого парня. Недолго провозившись с вещами, они отправились к Токии домой и тот без конца щебечет и активно что-то рассказывает. Они слишком быстро нашли общий язык и привыкли друг к другу в быту, так что проблем у них не возникало. Единственное затруднение было в стеснении Акачи, ведь ему просто нужно время.