Невозможные

Ночь и день и так не задались, а когда Акита подкинул идею «развеяться прогуляться», то легче не становится. Этот тон трактуется однозначно, особенно со знанием того, что парень сейчас живёт у Ки. – Возможно, ты прав, что прогулка пойдёт на пользу, – бубнит юноша в ответ. Так что с неохотой, игнорируя все вопросы в свою сторону, Акачи поднимается к родителям. Однако, их изрядно удивляет жёлтая толстовка на сыне, даже больше, чем неожиданная назначенная встреча. – Было бы неплохо сегодня прогуляться по улице с ятай. Давно мы не выбирались вместе, – в какой-то степени отстранённо говорит Акачи, уводя взгляд от изучающих. – Хорошо, звучит интересно, – соглашается Хару быстрее, чем успевает что-то понять Сора. – А что насчёт… – Никаких вопросов. Нет. Любые попытки выяснить, что произошло, пресекаются на корню, ставя глав в ещё больший ступор. Поэтому остаётся только терпеть до вечера, наблюдая, как младший кутается в жёлтое тёплое пятно. И даже по дороге до указанного места Акачи всеми способами уводит разговоры в другие темы. Ему остаётся надеяться лишь на Ки, и что его дело отвлечёт родителей. Они вовремя приходят в назначенное место, и юноша замечает за дальними столиками знакомую фигуру, к которой вся семья и подсаживается. – Добрый вечер. – Здравствуйте. В привычной манере приветствуют главы Ки. — Добрый вечер, — вежливо кланяется Ки главам. Когда же замечает Акачи, то у него возникает множество вопросов, но сейчас не время. Так что мужчина просто кидает ехидный комментарий в сторону юноши: — Милая толстовка. — Твоя лапша, дорогуша, — прервала его беседу хозяйка лотка, ставя перед мужчиной миску острой горячей пищи и чарку с сетю. — Мгм. Женщина поприветствовала прибывших и приняла их заказы. Только после того, как это было сделано, мужчина вздохнул и сказал то, ради чего он их позвал. — Я знаю кто глава «Китцуне», это хорошая новость. Плохая — проще от этого не становится. На комментарий Акачи лишь тихо фырчит, отворачивая голову в сторону. А Сора, переведя взгляд на сына, тяжело вздохнул, и вновь переключился на Ки. Сейчас лишь Хару сохраняла рабочее состояние, поэтому слушала внимательнее остальных. – Почему не становится? Вы его знаете? – слегка хмурится она. Хотя слышать новости о «Кицуне» ей нравится, ведь это хоть какой-то сдвиг. Они потратили невероятно много времени и провели не меньше за столом обсуждения с главой «Тигра». Стратегии разработаны, меры приняты, правда всё время оставалось ощущение, будто что-то упущено. И, видимо, личность главы и является этим «что-то». — К несчастью — да. Даже ближе, чем мне хотелось бы. Не хочу вдаваться в подробности. Но если вкратце, то это человек, который ответственен за гибель моего отряда. Имени не знаю, тогда его позывной был Туз. Ничем не примечательный человек, но при этом с большими амбициями. Хорош только в том, как заметать за собой следы. Настрой Ки становится понятен, поэтому глава кивает, а вот Акачи наоборот теперь переводит внимание на мужчину. Он прекрасно помнит, что тот рассказывал ему про этого предателя и про намерения найти его. Однако что-то в чужом тоне казалось ему странным. – Как ему удалось? Только и спрашивает Акачи, на что получает вопросительные взгляды старших. — А почему не должно было удастся? Мой отряд не был его первой жертвой. В этот раз ему не повезло. Причем дважды. Первый его прокол был в том, что ему попалась команда с анализатором, из-за чего он не смог получить полное доверие всей команды, второй прокол — я выжил. Остальным повезло не так. Он действительно непримечательный, но... Полагаю, у меня просто была высокая планка. Все же мой отряд считался элитой, там были только лучшие из лучших, Туз под эту категорию не подходил. Но это не значит, что он совсем бестолковый, иначе его бы нам не дали. К тому же, иметь дело с обычным сбродом не тоже самое что с опытными вояками-разведчиками. Там такой как он вполне сойдет за гения и способного лидера. К тому же с их стилем его талант к заметанию следов пришелся кстати. Плюс коррупция. Слушая всё это, парню пришлось согласиться со словами Ки и кивнуть ему. – Звучит в самом деле паршиво, – продолжает за него Сора, поднимая взгляд на мужчину. – Я так понимаю, вы желаете лично с ним расквитаться? – И вам нужен доступ к информации и ресурсы, чтобы выйти на него? Причём тон Хару, вместе с соболезнующем о случившемся взглядом, не звучал так, будто она против или как-то не одобряет намерения Ки, скорее наоборот. — Мне нужен только Туз. Но, скорее всего, ваша информация по «Кицуне» будет пересекаться с моей, поэтому я буду признателен за поддержку. Со своей стороны я тоже буду пересылать все что узнаю. Но в вашу организацию я больше информацию не понесу. Нет уверенности, что там нет кротов. Поэтому, если вам будет удобно, можно сделать это место пунктом обмена информацией, — сказал Ки, опустошая вторую чарку алкогольного напитка. Сейчас он был очень кстати, чтобы немного расслабить нервы и не дать ярости выплеснуться через край. — Делайте тут что хотите, только еду заказывайте, за то, что это место встречи мне не платят, — фыркнула хозяйка заведения. После озвучивания просьбы Хару сразу же кивает: – Конечно. – С местом встречи проблем нет, к тому же, мы понимаем. Конечно, мы прикладываем все усилия избавиться от утечек, но пока что лучше не рисковать. Продолжает за главой Сора, также в согласии кивая. В нелёгком вопросе надоевшей организации сотрудничество будет лучшим решением, даже если у каждого свои мотивы в достижении общей цели. – Акита-кун также продолжает в этом участвовать? – нарушает свою тишину Акачи. — Я живу с этим надоедой, ты правда думаешь, что я смогу что-то от него скрыть? — усмехнулся Ки. — Плюс его способности очень пригодятся. Выбранная формулировка вызывает короткую усмешку у юноши, впервые за день. – Мне просто было интересно продолжать ли его посвящать в это дело или нет, но я рад, что ваша личная жизнь налаживается. Мягко мстит он за комментарий о жёлтом пятне на себе. Конечно, он знает, что это лишь вынужденная мера в связи с ремонтом, и, конечно же, он в курсе отказа и упорства Акиты, но удержаться парень просто не смог. И за это слегка получает в бок локтем от матери, вызывая тихий смех окружающих её мужчин. Отсмеявшись, Ки достал из рюкзака папку от военных и протянул ее Соре. — Держите ее в надежном месте пока изучаете. Если военные узнают, что я ее вам отдал, боюсь, у меня могут возникнуть неприятности. – Конечно, не волнуйтесь. Сразу же убирает к себе папку мужчина, дабы изучить дома. В офис он её точно не понесёт. – Если что, то передам через Акачи. На что юноша лишь угукает, доедая рис. Ему непривычно, что они все собрались за одним столом, пусть изначально и по рабочему вопросу. Но постепенно, как вопросы были улажены, всё переросло в какую-то семейную болтовню за ужином. Приятно, уютно, но Акачи это кажется странным, от чего он и молчит, наблюдая за старшими. Решив, что с обязательными вежливыми расшаркиваниями пора заканчивать, Ки поднимается из-за стола и расплачивается. — Что ж, я вас оставлю. У меня еще есть дела. Ах да, Камики-чан, ты как всегда бесподобна. — Вали уже, душка, — усмехнулась женщина. — Передавай привет Кэт. — Мгм. Попрощавшись, мужчина поспешил покинуть эту семейную уютную атмосферу. Пусть родители Акачи и были его ровесниками, они вели себя как родственники со всеми, кого считали достаточно близкими. И это не то отношение, которое ему нравилось. Лишь по двум причинам он был готов вытерпеть это сегодня. Во-первых, ради Акачи, во-вторых, потому что он просил их об услуге. Семья вежливо попрощалась с Ки, и Акачи мягко помахал ему рукой на прощание. Если у мужчины ещё были какие-то планы на вечер, то юноша же хотел поскорее лечь в кровать после тяжёлого дня. Так что довольно скоро он прощается с родителями и отправляется в сторону дома. Его хотели ещё подоставать вопросами, но ответ оставался прежним – он совершенно не желал обсуждать конкретно эту проблему. Правда и возвращаться домой ему не хотелось, банально было стыдно. Ещё на работе Акачи отписался Токии, что у них допоздна рабочая встреча, поэтому, вероятнее всего, его не ждут, и это играет на руку. Уйдя подальше от всех, юноша сел выкурить несколько сигарет и заодно подумать, куда ему податься. Либо же просто успокоиться и перестать накручивать себя. По дороге домой Ки заглянув в один прилавок за сладким и некоторыми закусками для Акиты, тот попросил перед его уходом. Когда с покупками было закончено, он заметил сидящего на лавке Акачи, который курил сигареты. Настроение у юноши явно было подавленное. Бывшему военному оставалось только вздохнуть. Повезло, что он сразу не ушел домой. — Если будешь здесь сидеть в таком виде — простудишься, — подойдя сказал он. Вместо того, чтобы пойди домой к любимому, мальчуган сидел на лавке и курил, явно что-то случилось. — Пойдем, посидишь у меня, если не хочешь идти домой, — мужчина похлопал Акачи по плечу, призывая последовать за ним. Не особо то Акачи смотрел и слушал, что происходит по сторонам, поэтому от голоса Ки сначала немного дрогнул. А на предостережение о простуде фыркнул, тем не менее, потушил остатки сигареты и поднялся за ним. – Я не помешаю? Только и спрашивает он, в самом деле беспокоясь, что может помешать отдыху как Ки, так и вечно измотанному Аките, который и на работе явно устал от наставника. — Нет. К тому же, мои двери для тебя всегда открыты. Даже если ты решишь прийти посреди ночи, — усмехнулся Ки. Мужчина ни о чем не спрашивал, вот так в тишине они шли домой к бывшему военному. На ресепшене Ки попросил молодого служащего принести им ужин, после чего они поднялись наверх. Даже присутствие Акиты не сказалось на вечном порядке в этом месте, а сам номер был пуст. На столе мужчина нашел записку: «Я ушел в «клетку» развеяться. Не жди». — Да будто я собирался, — цыкнул хозяин убежища. Отложив клочок бумаги, Ки пошел поставить чайник, чтобы сделать чай. Одна из чашек с теплой жидкостью была как обычно протянута юноше, который успел устроиться на диване. Бывший военный сел рядом. Мужчина ничего не говорил и не спрашивал, просто подставил дружеское плечо, чтобы поддержать Акачи. Приятно слышать, что ему всегда будут рады, вызывая этим лёгкое облегчение. Да и отсутствие надоевших за день вопросов позволяет ощутить необходимые поддержку и тепло. Придя в знакомые апартаменты, отсутствие Акиты немного радовало – хотя бы не будет ему мешаться. Юноша тихо благодарит за чай, делая пару глотков успокоения. Какое-то время Акачи молчит, он лишь положил голову на плечо Ки, выдохнув остатки волнения. Правда спустя некоторое молчание он начинает: – Если ты планируешь убийство Токии, то не стоит. Он не виноват. — Не планирую. Я вижу, что ты расстроен, но причина по которой ты не пошел домой явно не в том юнце. Больше похоже, что ты снова себя чем-то загрузил и теперь тебе перед ним неловко. В противном случае, ты бы не носил его толстовку и не сбежал бы от родителей так скоро, — покачал головой Ки. — Я не собираюсь ничего у тебя спрашивать. Только если ты сам не захочешь рассказать. Аналитические навыки, позволившие Ки уловить его состояние, заставляет юношу чуть фыркнуть и сесть ровно. Он продолжал прятать ладони в огромных рукавах толстовки, как и в принципе прятаться в ней. – Мне дико неловко и стыдно перед ним. Начал Акачи говорить, поджав ноги и обнимая себя за колени. Он бы предпочёл сжаться до микроскопических размеров, чтобы уменьшился и уровень его тревоги с последствиями прошлой жизни. – У нас ещё ничего не было, но я решил рискнуть. В итоге словил сильную панику, хотя Токия был предельно бережный. Даже не разделся толком. Выпалил он, не думая о стыде такой темы перед другом, и уткнулся носом в колени. Ки лишь вздохнул: — Кажется, только недавно говорили о том, чтобы не заставлять себя спешить куда-то. Акачи-кун, всего один вопрос: это было то, чего хотел ты? Или ты это сделал, потому что посчитал, что он этого хочет и потому надо ему это дать? Немного промычав, пока он думает, парень всё же обратно поднимает голову. – И то, и другое. Я доверяю ему и хотел попробовать. Говорят ведь, что оно может быть хорошим? – чуть усмехнулся он предыдущему горькому опыту. – Сам он никогда не давил и даже тему не поднимал, но вряд ли из-за нежелания вообще. — Что ж, хоть на том спасибо, — еще раз вздохнул Ки. — и я так понимаю, вы решили попробовать сразу пойти до конца? Не хочу занудствовать, но твоя психологическая травма не то, что может решиться быстро и всего за один раз. Особенно если ты не прорабатываешь эту тему со специалистом. И прежде, чем ты начнешь возмущаться, я не говорю, что ты должен к нему пойти. Просто… Все же мужчине было немного неловко говорить на эту тему: — Почему бы вам не попробовать сбавить обороты? Черт, никогда бы не подумал, что говорить о подобном может быть настолько неловко. Бывший военный спрятал лицо в ладонь. – Ой да подумаешь, несколько раз насиловали, тоже мне травма. Недовольно пробурчал юноша, стараясь сгладить неловкость. Он бесцельно опускал взгляд куда-то перед собой, продолжая обнимать себя за колени и пряча руки, будто это как-то поможет. – Какое-то время я ходил к специалисту, но… Когда речь зашла про препараты, то я отказался. Возможно, рано или поздно мне придётся, но пока не могу. У него слишком много всего в голове, что не даёт ему концентрировать речь на чём-то одном. И рядом с Ки не было чувства вины за это, даже наоборот, становилось легче. На недовольные слова юноши Ки хмурится и легонько щёлкает его по носу. — Не говори так просто такие вещи. По голосу было слышно, что мужчина был немного недоволен. — Не самое удачное сравнение, скорее всего, но все же. После пыток я вообще никого к себе не подпускал. Врачам приходилось меня скручивать и накачивать успокоительными, просто чтобы осмотреть и вылечить. Я чуть не задохнулся от страха просто от того, что Кэт меня обняла, когда приехала забирать из больницы. Не бывает после подобного лёгких травм. Услышав, что юноша все же ходил какое-то время к специалисту, бывший шпион немного смягчился и приобнял Акачи за плечи. — Время работает не хуже препаратов, если не хочешь их принимать. Но в таком случае главное просто не спешить. Дай себе время привыкнуть к чужим прикосновениям, затем идите дальше. Получив по носу, юноша делает наигранно недовольную мордашку и тихо фырчит. Отшучивание и обесценивание себя позволяет ране не столь сильно болеть, так что на сей раз совет Ки окажется пропущен мимо. Только от новых откровений его взгляд становится серьёзнее и Акачи слегка кивает: – Могу представить… Последний инцидент повлиял на юношу сильнее всего, но даже после него он позволил себе удариться в истерику лишь два раза – когда его забирал Ки и когда его пытался обследовать Кайто. Поэтому услышать от друга, как тому было хреново, оказавшись в госпитале после плена, будто даёт разрешение выражать свою боль. Акачи просто был по-другому воспитан, поэтому, столкнувшись с проблемой, спрятал её поглубже. Оказавшись вновь приобнятым, парень кладёт голову на плечо Ки. – Спасибо, Ки. — Мгм, — мужчина больше ничего не говорит. Он просто будет обнимать этого мальчишку пока он не успокоится и сам не захочет вылезать из его немного неуклюжих объятий. А на душе при этом невообразимо больно, что юноша все еще страдает от того, что тогда с ним произошло. Как бы Ки хотел, чтобы можно было стереть весь тот ужас, через который прошел Акачи, просто чтобы этот мальчишка смог жить и ничего не бояться, просто любить и быть любимым. Какое-то время Акачи молча греется под боком у Ки, пока окончательно не успокаивается вместе с осознанием, что он вот-вот заснёт. Поэтому он заставляет себя выровняться и сонно потереть глаза. – Снова я утомил тебя, прости. Уже довольно поздно, я домой пойду. Парень повернулся к Ки и мягко улыбнулся ему в благодарности. Разговор с ним и в самом деле помог, что даже тревога в глазах утихла. Ки в ответ просто потрепал юношу по голове. — Тебя проводить? После потрёпываний юноша фырчит и болтает головой, позволяя непослушным прядям упасть по своим местам. Не без улыбки. – Не волнуйся, я всё же оперативник. А ты отдыхай. Они попрощались и Акачи ушёл в сторону дома. Уже ночь, тем не менее, ему не страшно прогуливаться по городу – боевые навыки не забыты, оружие всегда под рукой. Какая-то нетрезвая компания пыталась докопаться до появившегося в поле зрения юноши, но им хватило и немого взгляда, дабы отступить. Всё же Акачи возвращается домой, тихо закрывая за собой дверь. Он быстро переодевается и заползает под одеяло к Токии, который от его шубуршаний проснулся. – Ох, ты так поздно… Всё хорошо? Очень сонно бормочет парень, забирая младшего в свои объятия и кутая в одеяло. – Угу, в порядке. Прости, что долго. Акачи устраивается поудобнее, утыкаясь в родную грудь, и начинает сонно успокаиваться. – Мм, чую сигареты… Ты уверен, что в порядке? – До утра подождёт. Спи. На недовольные мычания Токии юноша мягко целует его в щёку, тем самым усмиряя волнение, и они засыпают. Неделька действительно выдалась утомительная, так что Ки развалился на диване, желая для разнообразия посмотреть что-нибудь по телевизору, но в итоге просто заснул, скрестив руки на груди. Когда Акита вернулся, то усмехнулся увиденному, это выглядело довольно мило. Мужчина редко позволял себе спать на диване. Парень хотел бы накрыть старшего пледом, но не стал. Знал, что тот проснется, как только его что-то коснется. Поэтому вместо этого положил одеяло на столик возле него. После чего оставил Ки отдыхать дальше. Приняв душ, Акита взял купленные ему закуски и утащил их в комнату. Там, устроившись поудобнее, он открыл книжку и стал ее читать, параллельно поедая купленное. Когда лакомства кончились, парнишка тоже завалился спать, надеясь, что следующая неделя будет не такая суматошная.