Невозможные

Не сопротивляясь, ведь сил практически уже не было, Акачи уходит спать. И в нём нет даже минимального понимания, что между ними произошло и на чём он настаивал. Алкоголь и обострённая им тактильность были громче голоса разума. Вырубает его практически сразу, как голова касается подушки, и до обеда он даже не думает возвращаться в мир реальный. Привычно кутаясь в тугой клубок, юноша крепко спит, не издавая и звука, будто под одеялом никого нет. Но когда он всё же просыпается, то первым делом сталкивается с дикой головной болью и сухостью в горле. Отметив, что Ки рядом нет, Акачи заставляет себя подняться и тихонько выглянуть из комнаты, оценивая обстановку. И при этом в голове пустота с отсутствием воспоминаний о ночи, по крайней мере пока что. Когда Акачи просыпается, мужчина ещё спит. Впрочем, звук открывающейся двери это быстро исправляет. — Проснулся? — сонно спрашивает Ки. У него во рту тоже было сухо, но голова не болела. В итоге жажда на корню убила желание ещё немного поваляться. Поднявшись, он наливает два стакана воды. В один он выжимает пол лимона и тщательно перемешивает получившийся коктейль. Отрезав от мякоти кружок, он отправляет его туда же. Именно лимонную воду бывший военный отдаёт Акачи. — Выпей, полегчает. Я пока сделаю завтрак. Усадив страдающего от головной боли за стол, мужчина опустошил еще один стакан воды, прежде чем приступить к жарке яичницы. Покорно выпив воду, Акачи с трудом и через силу пытается проснуться и как-то прийти в себя. И если раньше он пытался как-то тоже что-нибудь делать и помочь, то сейчас и промычать благодарность за лимонную воду было проблематично. Тяжело наблюдая за Ки и окидывая взглядом помещение вчерашней пьянки, юноша чуть выдыхает. – И до скольки же мы вчера пили?.. Судя по тону вопроса, кроме процесса поглощения алкоголя он ничего не помнил. Слушая юношу, Ки не знал, радоваться ему или огорчаться, что тот не помнит о произошедшем. Какая-то маленькая часть его все же хотела, чтобы Акачи вспомнил, в то время как все остальное кричало, что будет лучше если он никогда об этом не узнает. Вздохнув, мужчина с невозмутимым лицом ставит перед молодым человеком тарелку с жареным яйцом и отвечает на вопрос: — Не знаю, я как-то не следил за временем. Ещё воды? На предложение о воде он чуть мотает головой и благодарит за завтрак. После всепоглощающего алкоголя в нём наконец-то проснулся тот самый человеческий голод, который спал со дня инцидента. – Со мной не было проблем? Заранее извини. Виновато произносит он, опуская глаза и пытаясь что-нибудь вспомнить, пока тыкает завтрак. Приземлившись рядом, мужчина начинает поглощать свою порцию. — Никаких проблем. Я бы спросил как ощущения, но что-то мне подсказывает, что ты не особо помнишь сам процесс поглощения, — усмехнулся Ки. Совсем не поднимать тему попойки было бы очень подозрительно. – Не-а, ничерта не помню. Помню только, что пиво было вкусным. А ещё, вроде, на мне была другая футболка, но это не точно. Спокойно отвечает Акачи и чуть пожимает плечами. – А твои ощущения? Каков из меня собутыльник? Уже больше с забавной улыбкой спрашивает юноша. Вопрос с футболкой Ки решил не уточнять. Благо, вчерашняя прибрана надежно. Что до второго вопроса. И вот как тут отвечать? Снова придется говорить полуправду. — Хороший, только напиваешься довольно быстро, — мужчина немного наигранно усмехнулся. Впрочем, ничего из сказанного им ложью не было. До внезапных приставаний выпивать с ним действительно было приятно. Юноша тихо смеётся, с завтраком чувствуя себя уже явно получше. Хоть он и успел протрезветь и даже голову начало отпускать, тем не менее, он ещё не был в состоянии, когда можно увидеть чужую наигранность. Так что правда останется навсегда с Ки, либо же если Акачи вдруг не вспомнит сам. – Ладно, после выполненного, думаю, напиться до беспамятства вполне простительно. Спасибо, что показал мне эту сторону. С Ки ему не было страшно, не было тревожно или неуютно, что дорогого стоит с учётом его травм. И сейчас он сидит рядом с ним совершенно спокойно и расслабленно. — Всегда рад помочь, — улыбнулся он уголками губ. Принеся им по чашке чая, на этот раз обоим добавив по дольке лимона, Ки интересуется: — Что будешь делать дальше? Отпивая спасительный чай, Акачи чуть пожимает плечами. – Продолжу возглавлять «Хиганбану», пока родители не выздоровеют. А там, пожалуй, возьму отпуск и займусь лечением. Довольно честно отвечает юноша. Он уже давно подумывает о возобновлении терапии, особенно после сильного срыва, из которого его вытаскивал Ки. И дураку понятно, что самостоятельно юноша ни с чем не справляется и не справится, а допускать повторения подобных эпизодов не хочется. – А ты? Есть планы? Ки поставил чашку на стол и уставился на ее содержимое, чуть нахмурившись. Изначально он хотел обсудить все сначала с Кэт, но... Пусть будет как будет. — Мне поступило предложение от человека, который тогда передал мне папку с данными по Тузу. Позиция командира отряда спецназа. Конкретно к такому варианту Акачи готов не был, ведь прошлое Ки довольно криминальное и нужно очень сильно постараться, чтобы его приняли на такую должность. – В армию? Хм… На какое-то время он замолкает, задумчиво смотря куда-то в сторону и обдумывая полученную информацию. В итоге он чуть улыбается ему. – Это здорово, Ки. Тебе в самом деле стоит попробовать. — Это пока что еще только вариант. Я не уверен, что вообще пройду. Потому что сначала мне нужно стереть из досье пометку «непригоден». Момент с криминалом мужчину не сильно беспокоил. Он работал скрытно и его настоящее имя нигде не светилось. И мало ли кто использует псевдоним «Ки». Особенно учитывая, что это произвольное сокращение от полного позывного, которое смущало его владельца. А вот момент с психологом его напрягал куда больше. – Почему не уверен, что получится? С неприкрытым любопытством интересуется Акачи. Он не особо когда-то вникал в процесс поступления в армию на какую-либо должность, поэтому не имел чёткого представления, что вообще Ки нужно сделать. — Потому что мне нужно пройти освидетельствование у психолога. Если он решит, что мое состояние все еще «непригодно», то я ничего не смогу с этим поделать. Коротко объяснил мужчина, делая маленький глоток. — Конечно есть и другие тесты, но проверка физической формы и грамотности меня не сильно волнуют. Если честно, я удивлен. Я думал ты расстроишься, что я даже думаю об этом, — честно сказал Ки. – Психолог… Звучит тяжело, – слегка вздохнул он, но потом чуть улыбнулся. – Уверен, ты справишься. Правда от следующей фразы мужчины он чуть недовольно нахмурился. – Почему я должен быть расстроен? — Потому что буквально за день до этого предложения ты звал меня в «Хиганбану». При этом я даже еще не сказал своего решения по этому вопросу, но зато озвучил новое предложение, которое получил. Собственно, по этой причине я и не сказал об этом тогда, когда вернулся с досье. – Хм-м… Возможно, ты и прав. В тот день я бы расстроился, – спустя короткую паузу отвечает он. Правда потом слегка подбадривающие улыбается ему. – Я ведь знаю твоё отношение к армии. Поэтому буду только рад, если у тебя всё получится. В какой-то степени и можно расстроиться, что на его предложение ответили даже не отказом, а информацией о другой вакансии, но он не станет. Они не поругались, не разошлись, между ними нет конфликтной ямы, как в прошлый раз, да и телефон никто не отменял, так что вряд ли они потеряют связь. Всё должно быть в порядке, отчего юноша реагирует спокойно. Ни истерики, ни обид, ни ссор. Спокойное обсуждение. Акачи действительно вырос в глазах Ки. Было приятно видеть, что юноша продолжает работать над собой и развиваться, так что он невольно потянулся и потрепал молодого человека по голове. — Касательно твоего предложения... Я уже говорил тебе ряд причин, почему не сильно горю попасть в организацию, но... есть еще одна. Когда я спросил тебя почему ты так хочешь, чтобы я присоединился, ты ответил, что боишься меня потерять. Это очень важный момент в работе. Если я буду в «Хиганбане», то только как оперативник. Потому что мои боевые способности это единственное чему я обучался сам. Следовательно, ты будешь моим начальником. Можешь ли ты поклясться, что у тебя не возникнет ко мне особого отношения в сложной ситуации? Что ты как подобает отправишь меня в опасное место, а не наоборот, подальше от угрозы из-за боязни потери? Слегка подумав над вопросом, о котором он раньше не задумывался, ведь и так знает ответ, парень всё же пожимает плечами. – Вряд ли. Скорее, сам бы туда пошёл. Так что ты меня подловил. Акачи чуть виновато улыбнулся, хотя вряд ли ощущал себя именно виноватым. – Если что, то наши двери всё равно открыты. Если не для работы, то для помощи точно. — Вы уже сделали более чем достаточно. Без вас я бы Туза не нашел, — улыбнулся в ответ Ки. — Следующий вопрос. Я забрал тебя к себе из-за того, что ты с собой творил после... перестрелки в том здании и смерти Токии. Плюс наложилась моя ошибка. Сейчас, как минимум, больше тебе не угрожает попытка похищения или убийства. Поэтому интересуюсь, что ты будешь делать в ближайшее время. Я не собираюсь заставлять тебя торчать с собой. Если ты чувствуешь, что пока что не готов быть один, по крайней мере до выписки родителей точно, я не против жить вместе, но, если у тебя есть другие планы, я готов их выслушать. Мужчина не собирался как-то скрашивать эти углы, как и раньше. Это ничего не изменит. Пока что Акачи не был говорить на эту тему, даже будучи пьяным, и Ки не собирался давить, но и давать юноше снова доводить себя он не горел желанием. Но тут заканчиваются границы его возможностей и начинается свобода выбора самого молодого человека. – Думаю, могу переместиться на работу, чтобы тебя не доставать. Просто… Он слегка замялся, опуская взгляд вниз. – Вряд ли я смогу куда-то вернуться сейчас. Без родителей в их доме пугающе пусто. У меня тоже безжизненно, да и половины вещей нет. В квартиру Токии… Я не смогу. Акачи тяжело вздохнул, не поднимая взгляда. Однако, немного помолчав, он нервно смотрит немного выше. – О нет, только не подумай, пожалуйста, что, будучи с тобой, я просто убиваю время или заполняю пустоту. Нет, это не так. Прости. Понимая, что его формулировки звучат странно и могут трактоваться двояко, юноша смущённо закрывает лицо ладонями и выдыхает неловкость. — Все в порядке, просто уточнил. Как я уже сказал, я совсем не против. И, думаю, может и не в полной мере, но я понимаю твои чувства. Так что не переживай. Но здесь и в том номере нам будет тесновато, — вздохнул Ки. Все же, каждому человеку нужно личное пространство. А что здесь, что в его убежище была всего одна комната. И Акачи отказывался давать ему спать на чем-то кроме кровати. Мужчина достал из рюкзака связку ключей и прошелестел ее, остановившись на одном ключе, который выглядел достаточно новым, словно им никогда не пользовались. Подумав немного, Ки все же решает им воспользоваться. Это был еще один раздражающий его факт. После того, как он вернулся из плена, мужчина получил компенсацию в виде трехкомнатной квартиры. Впрочем, его тогда этот факт не радовал, так как предпочел бы чтобы ему оплатили дорогостоящего специалиста. В итоге, он пользовался тем местом только до своей выписки, чтобы у Кэт была возможность оставаться рядом с ним в комфортных условиях. После этого он не пользовался тем местом. — Ты как, воскрес немного для очередного переезда?