Шёпот убийцы

~От лица Антона~       Тучи сгущались все сильнее, и уже появлялись первые капли дождя, стекающие небольшими ручейками с моих пальцев, унизанных кольцами. Но лишь одного они не касались. Ведь именно его, самого незаметного, но самого значимого для меня, я не обнаружил два часа назад на своем безымянном пальце.       Если быть честным, то раньше лишь при возможности потери этого украшения у меня перехватывало дыхание, и в груди поднималась волна облегчения, скрывая страх, который пронизывал меня насквозь уже пятый год подряд.       И казалось бы, я мог только мечтать о таком безобидном шансе избавится от вещественного напоминания моего самого худшего состояния за все время моей, пока ещё, не долгой жизни. Что ж, 28 лет, это действительно мало, так как я думаю прожитое время можно мерять по количеству счастливых дней. Но даже если считать только часы счастья, то получается ничтожно мало.       И все это при том, что те самые крупицы радости я пытаюсь выискивать в обыденных, для многих ничего особенного незначащих, вещах.

***

      Так, сидя на крыше 14-этажного дома и докуривая уже вторую пачку сигарет, он и не заметил, как над ним нависла тень.       —Все куришь, а, Шастун? — насмешливо протянул голос, толкая парня в плечо. Антону даже не нужно было поворачивать голову, ведь его уже не первый раз «ловили» на этом месте.       Так что быстро бросив взгляд на смешную прическу опера и без особых пререканий, последовал за мужчиной.        — На нас вышел один крупный бизнесмен, просит всю группу присутствовать — Серёжа зашёл в лифт и нажал на нулевой этаж, упираясь головой в стену и устало закрывая глаза. В такие моменты на лице проступали еле видные морщины и многочисленные рубцы от недавних схваток.       Антон ничего не сказал, понимая настроение мужчины, ведь они всей четверкой только недавно закрыли сложное дело и рассчитывали хоть на какой-то отдых.        Комната, в которую зашли эти двое, была намного обширнее, чем может показаться на первый взгляд, и уставлена многочисленным оборудование: от выставленного для чистки и проверки оружия до компьютерных блоков и камер слежения.       — Итак, завтра в 8:00 выезжаем на встречу с Волей, далее для уточнения деталей и передачи документов в наши руки Антоха с Димкой отправляются в участок, а мы с Серёгой опрашивать семью Павла Алексеевича, встречаемся здесь около 15:00, потому как ровно в 18:00 нужно быть в ресторане «Грация» на ужи.. — Попов ходил кругами, что-то печатая в телефоне.       — Меня не будет — Антон резко встал с дивана бархатного покрытия и двинулся к двери.       — Тох, не дури — Дима потянулся на кресле уже с сотой кружкой кофе в руках.       — Блять, Поз, зачем нам деловые ужины, встречи в дорогущих ресторанах, искусственные улыбки, мерзкие люди, сука, нелюди. Я киллер, и таких, как они мог бы за несколько секунд уложить даже с испорченной винтовкой. Но нет, вместо самобичевания и траты денег за лишения жизни тех, кто её и недостоин вовсе, я должен сидеть за одним столом с педофилам и убийцами собственных детей.       — Иди, Шаст, без тебя значит справимся, как и всегда, ты же у нас мастер только «пистолетиком помахать». — Арсений ядовито улыбнулся, разворачиваясь спиной к разъяренному парню.       Но вместо язвительного ответа или гневной тирады, Антон лишь издал какой-то внутриутробный рык и скрылся за дверью. Никто не пошел за ним, ведь все уже привыкли к подобным выпадам парня.       Он устал притворяться членом высшего общества, где по его мнению были жалкие и падкие на деньги люди. Он устал от лживых улыбок и слов, сказанных на публику. Он устал от своего взрывного характера, но ничего не мог поделать, так он чувствовал себя живым и не погрязшим во всем этом дерьме.       Сегодня в его планах было жёстко набухаться в самом простом и часто посещаемом им баре.       «Lovelia» как обычно встретила его оглушающе громкой музыкой, клубком танцующих тел, прижимающихся друг к другу парочек и алкоголем, который был, буквально, везде и во всех.       Парень прошёл к бару и, кивнув уже знакомому бармену, уставился куда-то в толпу.        Спустя второй десяток рюмок с текилой, ромом и ещё много с чем, пьяный взгляд парня стал блуждать по толпе, выискивая кого-нибудь на ночь..  

***

      —Лин, ну ты чего? Расслабляйся и получай удовольствие! — подруга взяла брюнетку под руку и вывела в самый центр зала, кружась в каком-то безумном танце.        —Сонь, ну вот зачем ты меня вытащила сюда, только испорчу тебе встречу с Игорем своей кислой миной, — Алина попыталась улыбнуться, отдёргивая слишком короткое платье, которое мало что прикрывало от «симпатичных глазенок красавчика у бара», как выразилась Никитина.       — Ничего ты не испортишь, лучше выпей чего-нибудь и наконец подойди к тому зеленоглазому, он же почти раздевает тебя взглядом — вечное сватовство подруги нельзя было остановить, но девушка и сама была не против хорошего секса на одну ночь.       И хоть её принципы кричали остановиться, прошествовала к барной стойке, заказывая виски, как бы невзначай дотрагиваясь до плеча парня.        Тот среагировал мгновенно, стремительно приближаясь к шее Алины. "НЕТ! СТОП!» — воспротивилось вдруг все её нутро, но зеленоглазый и сам остановился, слегка зажмуриваясь.       — Ты чего? — облегчённо выдыхает девушка.       — Блять, нога снова..извини — как-то неловко бросает блондин, пытаясь подняться со стула, из-за чего чуть-чуть заваливается на Самойлову.        — Я помогу, диктуй свой адрес — сказала та, набирая номер такси, «что ты несёшь, идиотка!».       Парень продиктовал адрес, видимо так повлияло количество алкоголя в желудке или невыносимая боль, которую он пытался скрыть от Алины.       Наутро девушка проснулась на диване в чужой огромной футболке, лихорадочно пытаясь вспомнить прошлую ночь.       Воспоминания приходили одни за другими.       Вот, она тащит Шастуна к такси и пишет Соне, чтобы те веселились без неё и не о чем не переживали.       Вот, придерживает Антона, чтобы тот смог открыть квартиру.       Вот, сидит у него на кровати, втирая обезболивающие и перевязывая ногу, а парень развлекает своими историями, пьяно улыбаясь.       Вот, они уже валяются чуть ли не в обнимку, обсуждая только что просмотренный фильм.        И пока мысли витают в голове, Алина идёт в кухню, чтобы сделать кофе.       «Антон добрый и милый парень, даже хорошо, что так получилось»       "Конечно, это все заслуга виски, что мы так разболтались, но всё-таки я была рада провести с ним время»        «Может при других обстоятельствах мы могли бы подружиться, пусть наивно, но мне бы хотелось»       «С такими не спят, шутят, кричат, дурачатся, а вот спят с..»       — Блять,- мелодия звонока уже играл во второй раз, а Самойлова не знала, стоит ли открывать. Кто она Антону, что здесь решает?        Понимая, что страшного ничего в этом не будет, а сон парня тревожить не хочется, Самойлова пошла к двери.        На пороге стоял мужчина, скептически разглядывая девушку своими глазами цвета замёрзшего океана.       — Ээ..вы к Антону? — Алине стало как-то не по себе под этим изучающим взглядом.       — Хм..вот именно, что к Антону — он быстро пересёк порог и прошел в комнату.       — Стойте, вас не учили хоть каким-то правилам приличия? — брюнетка успела перегородить проход в спальню, где мирно спали Шастун и его больная нога.       — А вам не говорили, что гостей не встречают в таком виде? — его глаза опустились к тому месту, где заканчивалась футболка, скользя ниже по голени.        — Перестаньте меня рассматривать как очередной экспонат и подождите его на кухне.       — Не много ли берёт на себя какая-то маленькая девочка.       — Брейк, ребята, — из приоткрытой двери высунулась физиономия Шастуна.        — Тебе сделать кофе? — полностью игнорируя «мужчину с ледяным взглядом», спросила девушка.       — Да, моя спасительница        Спустя некоторое время парни о чем-то оживлённо беседовали, а Алина сидела в кресле, попивая напиток и листая переписку с подругой.       А также просматривая почту на наличие ответных писем на резюме, которое постоянно чем-то не подходило.       —..это не обсуждается, мы с Серёжей поедем к Павлу, нужно вызволять эту Суркову, что-то там мутная очень история.       — Я должна поехать с вами! — Алина стала между ними, перебегая взглядом от одного к другому.        — Солнышко, за это денежку не начислят, тем более ты свою уже заработала — Арсений подмигнул зеленоглазому.        Как же он раздражал: с первых секунд, с первых слов, с первых шагов. Девушка взяла себя в руки, и смотря прямо в ледяной океан, четко произнесла:       — Во-первых, я не одна из шлюх, за которую ты меня принял. Во-вторых, ваш разговор записан и уже отправлен тем, кто может посчитать вашу деятельность не совсем законной. В-третьих, у меня есть медицинское образование, а оно вам пригодится в любом случае. И наконец, в-четвёртых, Оксана Суркова — моя близкая подруга, поисками которой вы занимаетесь, а значит сможете допросить и меня по дороге к её родителям. То есть экономия времени взамен на мое участие в расследовании.       Самойлова била наугад, пытаясь предугадать реакцию парней. Она даже не задумывалась о последствиях такого решения, только услышав фамилию подруги.       — Не впечатлён — произнес спокойно Попов, но доля заинтересованности все же не смогла скрыться от девушки.        — Тогда так, Суркова — родная дочь Воли, хотя я уверена, что он вам сказал абсолютно противоположное. Остальное узнаете позже.       Алина махнула в сторону двери и пошла собираться в поездку, в которую её точно возьмут.       Это она поняла по гордому взгляду Шастуна, и мрачному Арсения.