Парень в клетчатых штанах

      Это сообщение прислала новенькая — Ира. Она написала только «привет» и, по всей видимости, ждала от Антона ответ как бы в знак того, что он тоже хочет продолжить общение. Но парню было все равно, он почему-то уже предвещал самую скучную переписку, каких у него было сотни с друзьями, которым внезапно становилось скучно и не хватало общения. Хотелось проигнорировать, но сейчас ему тоже было нечем заняться, поэтому Антон ответил.       Общение, как он и думал, проходило по стандартному сценарию, но потом все типичные фразы исчерпались, как и было предположено изначально. Шастун хотел отложить телефон, как тут на него пришло уведомление — писала все та же Кузнецова. Антон усмехнулся, ведь несмотря на то что они практически незнакомы, она приглашала его в бар. Видимо, не у него одного проблемы.       Слишком рано ещё для посещения таких заведений, но кому до этого есть дело? Антон согласился. Выбор заведения пал на тот самый бар, который он посещал в понедельник. Если ситуация продолжит развиваться таким темпом, то Шастуну скоро можно выдавать карту постоянного посетителя.       Ему казалось странным ходить с девушкой в бар. К тому же, с девушкой, с которой он почти не знаком. Парень граничил между абсолютным пофигизмом и тем, какая эта ситуация на самом деле непонятная. Ясное дело, сидеть с друзьями за пивом и обсуждать новости, но этого человека он не знал. Не знал увлечения, вкусы и тип её общения. Так не хотелось сейчас знакомиться с кем-то… Это было одним из самых неподходящих времен для новых людей, наверное, за всю его жизнь.       Он сидел за барной стойкой и ждал одноклассницу. Была мысль, что она пошутила и все-таки не придет, так будет даже лучше. Напиться одному, исходя из всех проблем, тоже было неплохо.       — Привет ещё раз, — поздоровалась она, садясь рядом, осматривая его с ног до головы и заглядывая в прозрачный стакан с заказанным Антоном напитком.       — Привет, — сказал парень, видя перед собой низкую, хрупкую девушку. Она заказала один из крепких напитков, чему Антон удивился, и между ними повисла тишина. Что и ожидалось. Почему-то никто не решался или же не хотел начинать разговор.       — Какой-то ты застенчивый. Выглядишь другим, — заметила Ира, но он посмотрел на неё таким же безразличным взглядом, как и в школе.       Что ей ответить, парень не знал. Он вспоминал то время, когда был королём вечеринок в клубах с друзьями. Был главой крутых компашек — да это было так, но настолько давно, что Антону кажется, будто это все-таки ему приснилось и он всегда был замкнутым в себе.       — Настроения нет, — сказал парень, а на вопросительный кивок ответил: — Личное. Расскажи лучше о себе. — Самое лучшее решение парня за сегодня — поменять тему разговора.       Настроение девушки отличалось от его. Она радостно и много говорила, на что Антон просто хлопал глазами, словно его тут нет, а в знак своего присутствия иногда кивал головой, обозначая то, что он её слушает.       За время общения, если так можно было назвать её монолог, Шастун узнал о ней многое. Наверное, Ира сболтнула даже чего-то лишнего, но Антон уж точно не использует эту информацию против неё. После ей незачем было винить себя, если она вообще, конечно, таким занималась, ведь Шастун просто думал о своём.       Смотрел на неё, а мысленно был где-то в спокойном, тихом месте. Он вспоминал моменты, проведённые в полуосвещенном кабинете Арсения Сергеевича. Там он ощущал какое-то спокойствие, отличное от его образа жизни, и умиротворение. Хотелось снова вернуться туда, уйти из бара, от этого шума, но физически он продолжал находиться здесь.       — Антон? — позвали его, и парень мог решить, что уж слишком задумался и подруга пытается вывести его из транса, что вполне логично и объснимо, но нет. Голос был мужской и, к сожалению, намного более знакомый, чем голос девушки, которую он знал меньше суток. — Ты что тут делаешь?       Антон обернулся и максимально, насколько просто хотелось, вернулся из фантазии в реальность, а когда ещё и понял, что от него требуют, ответил:       — Не твое дело.       — Понятно, — сказал он. — Вставай, мы уходим. — Мужчина попытался взять его за локоть, но парень выдернул руку.       — Никуда я не пойду с тобой, — возразил Антон, а Ира в это время, наконец, замолчала и даже побоялась спросить, кто этот человек и почему он указывает Шастуну, что делать.       — Что это у тебя? — заглянул он в стакан с напитком Антона, и тот сразу его забрал себе в руки. — Бармен, а вы знаете, что он несовершеннолетний? — Работник бара посмотрел на парня, который в это время демонстративно вылил в себя все содержимое стакана залпом. — Всё, мне надоело это, — отец снова попытался схватить Антона за руку, но вновь неудачно.       — Хватит меня трогать, мужчина, я сейчас охрану позову, — наиграно паясничал парень, отчего злился Андрей.       — Всё, мне надоело с тобой воевать, Антон! Сколько можно?! — громко ругался он на весь бар и пытался взять сына за руку или вообще утащить отсюда, но парень всё время отмахивался, а затем встал со своего места сам.       — Не пойду я с тобой никуда и вообще домой не пойду! — крикнул на него парень, не обращая внимания на потерянную координацию и лёгкое головокружение от выпитого алкоголя. — И вообще, мы уходим, — кивнул он Ире, и девушка, на удивление, последовала за ним.       — Да где ты жить будешь? — самодовольно спросил Андрей, зная, что ему ничего не светит, ведь карты Антона он заблокировал.       — Бомжевать не буду, не надейся, — сказал Антон и, взяв за руку Иру, вышел из бара, оставив счёт за напитки своему отцу.

***

      Они стояли на улице. Было уже темно, но, к удивлению Антона, Ира не уходила, чего Шастун не понимал. Она стояла рядом с ним, пока тот думал, где ему теперь жить. Не напрашиваться же к ней, верно?       — Ну, чего ты ждешь? — спросила Ира, а парень поднял брови вверх от удивления, ведь такой вопрос должен был принадлежать скорее ему. — Может, мы в гостиницу поедем? — Антон ничего не понимал. Какая гостиница? Какие «мы»? Она намекает на продолжение? Конечно, единственный вариант, где мог переночевать Антон, был гостиницей, но денег на неё у него не было.       — Не вариант, денег нет, — сказал парень, смотря на тёмное небо, на котором совершенно не было туч и сияли одни звезды. Антон редко обращал на такое внимание.       — У меня есть, пойдем. — Теперь она взяла его за локоть и пыталась тащить за собой в сторону, известную только ей. Делать было нечего, надо соглашаться.

***

      Антон не понял, каким образом, в какой момент, но он оказался в одном номере какого-то отеля с Ирой. На улице была ночь, идти некуда, и он наедине с девушкой, которую знает один день. Все так неправильно и не похоже на него. Да, обычно для таких мажоров, как он, это привычная ситуация, но сейчас парень ощущал себя не в том месте, не в то время.       Он сидел на кровати в номере, склонив голову и разглядывая свои кольца и браслеты на руках. Парень не знал, что сказать девушке. Она явно ожидала от него чего-то большего, но настроения не было совсем, и Ира это заметила.       — Ну чего ты такой убитый? — она стояла, облокотившись о стенку, в одном полотенце, так как только приняла душ. Парень пожал плечами и наконец-то поднял на неё глаза.       — Ир, спасибо тебе, — впервые за все время, проведённое тут, заговорил Антон, но девушка лишь ухмыльнулась и, оторвавшись от стены, стала подходить ближе. Шастун надеялся, что Ира хочет не то, о чем он думает, но так парень считал напрасно.       — Одним «спасибо» ты не отделаешься. — И Антон подумал, что смог бы еще раз пятьдесят сказать «спасибо», но только не спать с ней.       Девушка же была более требовательна и решительна. Она подошла к нему, остановившись напротив, и одним движением стянула с себя белое полотенце, бросив его под ноги. Антона не удивляло то, что она его одноклассница, что она ведёт себя так просто и после этого им надо будет как-то смотреть друг другу в глаза целый год. Шастун не хотел с ней отношений и не знал, захочет ли она. Антон не думал ни о каких последствиях и даже о том, что у неё очень хорошая фигура и упругая грудь.       Девушка и вправду выглядела по лучшим стандартам красоты, а видя её пошлый взгляд, он точно знал — просто так заснуть ему не удастся. Уж новенькая не даст это сделать. Антон же смотрел на неё разочарованным, уставшим взглядом, будто и вовсе глядел куда-то сквозь нее, словно перед ним была не привлекательная девушка, а старая домогающаяся бабушка.       — Расслабься, — говорит Ира и подходит все ближе, уже вставая между раздвинутых ног парня. — Я все сделаю сама, — многообещающе сказала девушка и толкнула его на кровать.       Дальше все происходило, как в тумане. Антон не помнил, как вообще смог с ней переспать, видимо, физически и психически в этот момент он был отдельно от своего тела. После Антон не чувствовал совершенно ничего, ведь, как и обещала Кузнецова, она все сделала для себя сама. Парень надеялся, что хоть ей это подняло настроение. На Антона это не подействовало никак, его не расслабил этот секс.       На самом деле Шастун не так представлял себе свой первый раз. Он, как и любой другой человек, хотел, чтобы это случилось с дорогим ему человеком, а произошедшее он мог считать принуждением, если не изнасилованием. Да, его мог изнасиловать учитель физкультуры, но сделала это одноклассница, пока он летал в облаках и думал о жизни.

***

      Настал последний день этой странной недели. Недели, которая изменила его жизнь. За эти семь дней произошло больше событий, чем за несколько лет. И все закончилось тем, что Антону негде жить. Проснулся он в номере с Ирой, но оставаться там больше не мог.       Шастун не мог позволить себе и ей еще одну такую ночь. Он изначально понял, что девушка ему не нравится. А это было если и не ошибкой, то неудачным опытом точно. Поэтому не дожидаясь того, как проснется Ира, Антон стал собираться. Парень надеялся уйти, пока она ещё будет спать, но как только тот полностью оделся, то услышал женский голос:       — Ты можешь остаться. — Шастун ничего не ответил.       Только сейчас Антон подумал, какой же легкомысленной, оказывается, она была, если за все время ей ни разу не позвонили родители, дабы поинтересоваться, где она находится. Следовательно, такой образ жизни для неё привычен? Шастун думал об этом всего пару минут, смотрел на то, как Ира продолжает лежать в постели и дремать, а затем вышел из номера.       Да, если бы вчера он внимательно слушал её рассказ, то знал бы, что у Иры нет родителей и живёт она только со старшей сестрой, которая вечно занята и доверяет ей, поэтому совершенно не контролирует её ещё с тринадцати лет.       Антон вышел из гостиницы, огляделся по сторонам и обнаружил, что находится в знакомом ему месте. Почему-то все нужные заведения всегда рядом друг с другом. Это было так удобно, но так обычно для любого города, к чему Антон не привык, живя в коттеджном посёлке.       Чем заняться теперь? Конечно же, искать место, где можно пожить. Как? В этом веке современности все необходимое можно найти в телефоне. Антон уже по инерции направился в парк, дабы не ходить бездумно по тротуару, и стал думать насчет возможных вариантов. Он почему-то был уверен, что его впустит Сергей, Дима или — на худой конец — Оксана. Парень возлагал на них чуть ли не всю свою надежду.       Но не успел он набрать один из номеров, как увидел пропущенные звонки от учителей — видимо, отец все-таки поднял людей, чтобы найти сына — и несколько сообщений. Все были от Арсения Сергеевича. Каждое сообщение оказалось большим и содержательным:       «Антон, я понимаю, почему ты не стал меня слушать, но надеюсь, что сообщения прочитаешь. Прости, что наврал, пожалуйста, я боялся, что тебе не понравится вся история и ты бросишь общаться со мной вообще. А должен признаться, общение с тобой в последнее время вело к нашей дружбе. А я, кажется, все испортил. Или нет? Ответь, пожалуйста».       «Наверное, стоит объяснить такое поведение. Я боюсь доверять людям. Кому бы то ни было, просто боюсь, потому что уже обжигался. И после для меня всегда было легче соврать, чем сказать правду. Я больше не поступлю так с тобой».       «На самом деле Леся, мама Арины, умерла во время родов. Мы не были женаты, и отношения были у нас не очень, но так вышло, что она носила и хотела этого ребенка, а я нет… Вышло, как вышло. А насчет остального, оно как-то само по себе получилось, что одно вранье за другим. Надеюсь, ты сможешь меня понять».       Антону было сложно прочитать и еще более сложно понять всю эту историю. Он еще больше запутался и ругал Арсения Сергеевича, что тот написал это все сообщениями, а не сказал лично. Конечно, Шастун не дал ему такой возможности, а теперь пытался самостоятельно уложить все в своей голове. Нет, все-таки стоит позвонить ему и выяснить все по порядку. Как только парень набрал его номер, Арсений сразу ответил, сложно ждал этого звонка.       — Антон, где ты? Что с тобой? — сразу спросил Арсений Сергеевич, пренебрегая своими правилами вежливости.       — Я… — он застопорился от столь неожиданного вопроса, оглядел место и ответил: — В парке.       — А ты в курсе, что тебя отец ищет?       — В курсе, я от него тут и прячусь, — закатил глаза Антон. — Мне кажется, нам надо поговорить и о вас, и обо мне, если хотите.       — Да, согласен, — сказал Арсений. — В каком ты парке?       — Ближайший к школе. — Антон не знал, в честь кого этот парк называется, но был уверен, что преподаватель его понял.       — Может, тогда зайдешь ко мне? — Это звучало так двусмысленно, Антон на мгновение забыл о том, что у Арсения дома дочь и вообще он учитель в его школе. — Арина просто спит еще, будет неудобно будить её и тащить куда-то. — Надо заметить, что Арсений был хорошим отцом, но парень до сих пор был в ступоре от такого приглашения. — Тут рядом. Я тебе адрес скину. Или могу говорить, куда тебе идти.       — Давайте лучше адрес. — Антон понимал, что из-за другого варианта они могут поссориться, ибо такое было с домом Серёжи, поэтому теперь он предпочитал альтернативный способ.       На этом их разговор закончился. Арсений прислал ему сообщение, и Антон отправился искать нужный дом и квартиру. На удивление, учитывая, что парень плохо ориентируется, он пришел по адресу и к тому же довольно быстро.       Таким образом, Антон оказался перед дверьми квартиры человека, к которому неделю назад не пошел бы ни под каким предлогом. А сейчас он ждал, когда же ему наконец-то откроют.