Лес и Океан

Снова чувствую тепло Серёжи. На этот раз мне не так плохо, как было часа два назад. В его объятьях невероятно тепло, и я чувствую себя как дома... Конечно, небольшой дискомфорт всё-таки присутствует. Я вообще-то только что покончила с прошлым. Однако это скорее неприятные воспоминания, чем свежие раны. - Очень важно отпустить прошлое, чтобы жить настоящим, слышишь? Опыт, конечно, останется с тобой, это же жизнь, но твои поступки сейчас зависят только от тебя. Ты не обязана прощать его, если не хочешь. Да, все люди совершают ошибки, но и ты имеешь на это право, как и любой другой человек. Прощение, конечно, очень важная штука, но… Если ты его не простила, это не значит, что ты обязана. Не заставляй себя говорить, что всё хорошо, если это не так. Кудрявый плавно гладит меня по голове и растягивает свою речь дольше, чем я думала. Видимо, он считает, что мне очень плохо и тяжело, поэтому решил как-то подбодрить, читая наставления. Он прерывается, когда я поднимаю голову и с искренней улыбкой гляжу на него снизу-вверх. Выражение его лица мгновенно меняется, и на нём появляются уже родные ямочки. - Чего ты? - спрашивает он. - Ничего, - отвечаю, словно пятилетний ребёнок. - А чего тогда? - Просто, - не знаю, почему, но сейчас я чувствую странное... счастье? - Смешная ты, конечно, - дурачится он и быстро дотрагивается указательным пальцем до моего носа. Я морщусь и тихо смеюсь. - Эй, а как же личные права моего носа? - Почему-то ты не думала об этом, когда трогала мои ямочки без их разрешения, - забавно хмурится он и закрывает щёки руками. - Мы вообще-то должны быть в равных условиях, - толкаю я его в плечо. - Мы изначально не можем быть в равных условиях, - парирует он и, улыбаясь, сгибает колени, намекая на мой низкий рост. Его улыбка, шутки, до ужаса забавное поведение… всё это словно вдыхает в меня вторую жизнь, и я чувствую невероятную внутреннюю энергию, которой хочется делиться. - Я свободна! – кричу я и начинаю бегать по комнате. Первые пару секунд Серёжа стоит на месте и улыбается. - Я рассталась с прошлым! – снова кричу я, вызывая у него приступ смеха. Я не чувствую от него ни капли осуждения или хотя бы лёгкого непонимания в сторону моего поведения. Напротив, его улыбка только одобряет всё происходящее, а смех такой искренний, что я вижу: он смеётся не надо мной, а вместе со мной, поддерживая любые мои странности, и следующее его действие заставляет меня убедиться в этом. - Поздравляю! – вскрикивает он и начинает бежать за мной. Я пугаюсь, как маленький ребёнок, с которым согласились поиграть в догонялки взрослые, и вскрикиваю, прибавляя хода. Видя это, Серёжа останавливается, показывая, что мне не стоит видеть угрозу с его стороны, даже в детской игре. Чувствуя дикий азарт, я выбегаю из-за угла, за которым успела спрятаться, и прыгаю на него, хватаясь руками за шею. Серёжа, тоже не ожидавший этого, как-то неловко ловит меня за талию и начинает кружить. Смех становится уж слишком гиперболизированным и безудержным, превращаясь почти в истерику. Лицо наливается кровью, голова начинает кружиться, словом, пора заканчивать это счастливое безобразие. С тяжёлым дыханием и остатками весёлого смеха мы падаем на диван. - Может, отметим твой «отказ от прошлого»? – предлагает он. - И как же? - Ну... Сходим куда-нибудь. За окном не погода, а сказка. К тому же, ты говорила, что давно не выходила из дома. Пора это исправлять, не думаешь? - А куда пойдём? Я прислушиваюсь к себе, пытаясь понять, насколько мне нравится эта идея. Как сказал Серёжа, на улице я не была давно: из-за моих вечных слёз и страданий тело совсем ослабло, и я уже вросла своими корнями глубоко в диван, привыкнув к темноте наглухо задёрнутых штор. Может, пришло время выйти из этой квартиры? Если подумать, прогулка с Серёжей – неплохая перспектива. - Можем пойти в кафе, парк аттракционов или просто прогуляться, - рассуждает он. - Значит, так. Сначала мы идём в кафе, а потом в парк аттракционов. Заодно и прогуляемся, идёт?

***

- Серёж, ну купи мне шарик, - скулю я, дергая парня за рукав. - Тебе мало светящихся ушек? – он дотрагивается пальцем до моего ободка, от чего ушки на нём начинают раскачиваться. - Ты просто ещё не знаешь, как сильно я люблю воздушные шарики, - продолжаю я стоять на своём. - Уф... Выбирай, - закатывает он глаза и улыбается, доставая телефон. - Ура! Спасибо-спасибо-спасибо! – кричу я, хватая нежно-голубую верёвочку с шариком в виде барашка. Парень оплачивает очередной мой каприз, а я всё стою и не могу на него налюбоваться. - Почему именно баран? – усмехается Серёжа, показывая пальцем на шар, когда мы уже отходим от киоска. - Во-первых, не баран, а барашек. А во-вторых, он вообще-то похож на тебя. - Ну спасибо, - смеётся он. - Нет, я серьёзно. Он ведь такой же кудрявый, - я тянусь к голове Серёжи и тормошу его волосы. - Эй! Вообще-то у моих волос тоже есть личная неприкосновенность, как и у ямочек, - хмурится он. Его детское дурачество заразно. Точно. Стопроцентно. Мы идём по парку аттракционов, и я ловлю себя на мысли, что весь сегодняшний день вела себя как ребёнок. - Я назову его… - я задумываюсь на секунду. - Миэль! - Миэль? Детка, это очень странное имя… - говорит он и кладёт в рот комочек сладкой ваты. - Это "барашек" по-румынски. - Ты знаешь румынский? - Ага. А ещё польский и чешский. - А я думал, чехословацкий… - Нет такого языка, Серёж, - смеюсь я. - Ну и знаний у тебя, конечно… Ты меня удивляешь. - Ты ещё многого обо мне не знаешь, - щурюсь я и хватаю сладкую вату у него из рук. - Думаю, скоро узнаю, - говорит он и расплывается в улыбке.

***

Весь вечер мы гуляем и наблюдаем, как на город плавно опускается кромешная тьма, и нагретый за весь день горячим солнцем воздух превращается в холодный ветер, запуская волну мурашек по всему телу при каждом дуновении. Серёжа уговорил меня посетить одно место, потом второе, потом третье… Домой мы возвращаемся, когда я уже валюсь с ног от усталости. Волосы растрёпаны, помада съедена, а Миэль, привязанный к моему запястью парочкой крепких узлов, трепыхается на верёвочке, как отрезок ветхой тряпочки. - Совсем уже устала? – заботливо спрашивает Серёжа, когда я сажусь на бордюр. Ветер задорно приподнимает край платья, но я настолько устала, что не обращаю на это никакого внимания. - Могу тебя на руках понести, - улыбается он, а я не до конца понимаю, шутит он или говорит всерьёз.

***

К сожалению, всё когда-то заканчивается, и этот чудесный вечер не становится исключением. Казалось бы, всего несколько часов, и вот, мы уже стоим на первом этаже подъезда, в котором познакомились. - Детка, сегодня был просто незабываемый день! Ну, я имею в виду... Вечер… - добавляет он, понимая, что день был вообще-то не особо приятным. - Да, мне тоже безумно понравилось. Сегодня столько всего произошло! Мне нужно теперь как-то переварить всё это... - Ты права. Сначала незнакомая девушка кидается на меня вся в слезах, потом мне приходится разбираться с её сумасшедшим бывшим, а в конце дня мы уже лучшие подружки. Во что ты меня вообще впутала? Он смеётся, а я толкаю его локтём, тихо хихикая. - Наверное, мне пора, - замечаю я, бросив взгляд на часы. - Да, наверное… да... – расстроенно говорит он, переминаясь с ноги на ногу. - А что ты делаешь завтра? Мы могли бы тоже куда-нибудь сходить… - Серёж, мы живём в одном подъезде, - улыбаюсь я. – Ты можешь заглядывать ко мне в любое время. - Да, точно, – как-то неловко усмехается он. Подъезд наполняет идеальная тишина, и мы оба замираем. От отсутствия звука и движения свет погасает, и мы остаёмся в полной темноте. Я вздыхаю, не зная, как стоит закончить наш диалог, и замечаю, что Серёжа медленно наклоняется ко мне. Отсутствие поцелуев долгое время, но чертовская необходимость в них одурманивают мысли, и я немного покачиваюсь, не в силах соображать здраво. Он правда хочет поцеловать меня?.. Прежде, чем я успеваю вообще что-то проанализировать, он кладёт руку на мой затылок, придвигая к себе, и аккуратно целует в лоб. - Спокойной ночи, детка, - шепчет он, не отрывая губ. Его невероятная нежность и трепетное отношение ко мне заставляют затаить дыхание и запускают табун мурашек по всему телу. - Спокойной ночи, барашек. Притягивая его за рукав, я быстро целую его в щёку и убегаю вверх по лестнице.