Казанова женится

Лёгкий перезвон тончайших фужеров, что были наполнены темным вином. Упади этот фужер на стол, то белоснежная скатерть станет безнадёжна испорчена, но в тоже время эстетично разнообразит вычурность этого ресторана. — Ой. Я это. Завтра что-нибудь приготовлю. Я умею, — поспешно отхлебнув багряную жидкость, Никита с удовольствием зажмурился. Он не часто употреблял алкоголь, а уж в подобных ресторанах и подавно не бывал. — Папа без боя тебя не пустит на кухню, — лёгкая улыбка впервые появилась на лице Макса. Что было в принципе, не в характере альфы. Он всегда являлся самым позитивным человечком в их семье, но за последние дни всё перевернулось с ног на голову. И даже хорошо, что сейчас они оказались вдвоём хоть на один вечер. Можно было не следить за своим поведением перед бетой, на которого нет смысла производить впечатление. — Господа. Готовы сделать заказ? — учтивый официант, что пару минут назад разлил по их фужерам вино, вновь, был готов к работе. — А… можно вот то, что у того человека в тарелке, — парень по-глупому скосил взгляд в сторону другого официанта, что нёс произведение искусства на серебряном подносе к соседнему столику. — Без проблем. Я его отвлеку, а вы времени не теряйте и быстренько приступайте к делу, — подмигнув и хитро ухмыльнувшись парень, явный бета судя по отсутствию запаха, хотя черт его знает, может и как Никита пьёт подавители, что-то записал в блокноте. После чего повернулся в сторону Макса. Тот и не думал надевать какую-то маску, он буквально давился смехом и сдерживался, лишь для того, чтобы сделать свой заказ. Но после того, как официант молча удалился, альфа совсем уж без каких либо правил приличия начал задыхаться от смеха. — Вот че ты… лучше скажи нафиг тебе все это шоу? У тебя похоже есть своя квартира. А мы живем у твоих родителей. И я тебе… в общем, план дурацкий, — Никита немного стушевался, теряя всю свою язвительность. Он и правда не понимал смысла сей истории. Компания уже в руках Макса, родители с первого вечера готовы сделать всё лишь бы омега ушёл из их жизни. И пока темным пятном оставалась лишь реакция альфы на мужа старшего брата. Ну и ну. Голову можно сломать. Задумчиво покачав головой Никита вновь схватился за бокал, опрокидывая в себя остатки вина. — Нет. Они слишком долго капали мне на мозг с женитьбой. И вроде, смирились, а тут… — Макс последовал примеру своего собеседника и вот уже бутылка была опустошена практически на половину. — Костя истинного нашёл. Ребёнок у них. Свадьба. И все по новой началось. Никита задумчиво пожевал губу, разглядывая заметно погрустневшего мужчину. Тот был красив, силён, богат и феромоны… ох уж эти феромоны, что не давали ему покоя даже во сне. Как же у такого идеального мужчины и нет нормального претендента? Или дело совсем в другом? — А истинный? Стас кажется. Вы с ним не ладите? — ступив на горячую зону, омега поблагодарил официанта, что так вовремя принес их заказ, и на какое-то время оба замолчали. — Ого. А ты оказывается и правилам этикета за столом обучен? — А что? Ты думал, что мы в деревне едим руками из общего чугунка? — омега обиженно повёл носом, аккуратно разрезая приличный стейк. Его совсем не обидело пренебрежение со стороны Макса. Хотя нет, не считая проигнорированного вопроса, это обидело не меньше. Он всё же считал себя симпатичным, хоть и не роковым красавцем. И такое пренебрежение немного раздражало и задевало чувство собственного достоинства. — Ну извини. Я просто так выразился, а что насчёт Стаса… Мы просто учились вместе. Не отрицаю, я имел на него планы. Но против природы не попрешь, — слишком легко для такого откровения альфа пожал плечами. Это был далеко не самое простая правда, на которую решился Макс. Хоть и старался сделать вид, что всё не так. — Глупость, как по мне. Все эти истинные. Бред. — Ты бета. Вам не понять. На этом разговор был окончен, хотя у Никиты было много возражений. Увы, все зиждилось на раскрытии его личности, как омеги. А этого он пока не хотел. Пусть станет вишенкой на торте, когда их договор окончится. Тем более, что изменится от того, что он сейчас признается в своей принадлежности? Возникнут лишь бессмысленные вопросы, а пользы никакой. Поэтому все последующее время они методично истребляли весь алкоголь, что появлялся по их велению, на столе, а диалог перешел в более мирное русло.

***

— П-проходи, моя хата! — Тю, какие слова, — рассмеявшись и совсем не заботясь о том, что они могут разбудить соседей, Никита прополз в прихожую квартиры и не поднимаясь с пола стал раздеваться. — Вообще-то, это мой лексика… лексико…лексикон! А ты у нас млчик с золотой ложкой в… — Пазухе? — ухмыльнувшись и побросав вещи у двери, альфа подтянул Никиту к себе на руки и потащил в постель. Квартирка была небольшая. Двухкомнатная, с гостиной, которую сейчас так бесцеремонно проигнорировали. — Во рту! А душ? Нееее, надо в душ, — выкрутившись и упав на постель Никита совсем не обращая внимание на то, что ещё пара сантиметров и он оказался бы на полу, пополз. — Кудааа? Спать. Завтра душ. Плюхнувшись прямиком на елозившего омегу, Максим удовлетворенно перевернулся на бок, прижимая мужа к себе. А что? Имеет право. Всё-таки муж как-никак. — Ну отстааань. Надо раздеться же, — улавливая ещё хоть капельки разума, а возможно и тупо на автомате, омега поднялся с постели и поудобнее уселся на распластавшемся теле, перекидывая ноги по обе стороны от него. Наклонившись словно, для поцелуя парень без задней мысли принялся расстёгивать рубашку на теле альфы. Альфы, что так безумно и сильно пах, обжигая всё внутри. В один момент заплетающиеся пальцы были остановлены горячей и сильной рукой, что потянула омегу на себя. И с явным нарушением вестибулярного аппарата Никита послушно уткнулся в губы своего мужа. И если с первых секунд это было лишь место для опоры, то вот уже они страстно целовались, забыв о всех правилах и спорах. Забыв о работе, что их связывала, о предосторожностях, ведь по мнению Макса тот был бетой, что никогда не сможет иметь от него детей, а Никита был слишком пьян, чтобы думать о чём-то подобном. В трезвом состоянии он никогда бы не позволил подобного этому альфе, но сейчас они были нетрезвы. Поэтому Никита с готовностью отвечал на ласки мужчины, помогая стягивать с себя ненужные вещи. Поцелуй получался страстным, но с легким налетом пьяной бесшабашности. Язык заплетался, руки отказывались действовать самостоятельно, а мозг верещал о том, что в нынешнем состоянии не способен контролировать всё и сразу. Поелозив и уткнувшись в эрегированный орган своего партнёра, омега довольно улыбнулся и отстранившись от припухших губ стал спускаться ниже. К шее, где феромоны чувствовались настолько отчётливо, что хотелось просто уткнуться носом в участок кожи и вдыхать. — От тебя очень вкусно пахнет, — фраза, что была обронена совсем не Никитой, который с готовностью и тягучестью посасывал шею мужчины, совсем не обратил на это внимание. Он не мог чувствовать свои феромоны и на грани осознанности лишь порадовался, что Максиму пришёлся по вкусу его запах жженой древесины. Ещё один фактор скрывать собственные феромоны. Подобный аромат зачастую мог принадлежать альфе, но никак не омеге. Хоть и с тяжелым характером, но омеге. Очередной поцелуй. Они оба полностью обнажены, а комната наполнена разноголосыми стонами, что раздавались то громче, то тише. В один из моментов ночи Никита оказался под своим мужем, отдавая бразды правления в этом клубке из конечностей ему. Сейчас он был совершенно не против доминантности над собой. Более того, он желал этого, особенно, если в роли ведущего будет Максим. Тот же был только этому рад, усаживаясь поудобнее между ног мальчишки и с явным удовольствием собирая растекающиеся капельки смазки с члена омеги. Картина маслом. Раскрасневшийся, худощавый и весь его. Никто не претендует, а тот и не пытается сбежать. Да даже, если бы и попытался, то далеко бы не убежал. Альфа хоть и был пьян на все сто процентов, но отчетливо понимал: этот омега его. И никто не посмеет притронуться к нему, кроме самого альфы. Показывает зубки, но при этом так податливо раздвинул сейчас перед ним ноги и практически со слезами на глазах вымаливает, чтобы Макс больше его не мучал пальцами, а наконец вошёл. И тот с готовностью это сделал, подтягивая за бёдра тушку к себе и входя одним резким толчком в него. Очередной вскрик и Никита, прикрывая лицо руками размазывает подступившие слёзы по лицу. — Нет. Открой свою моську, — наклоняясь вперед, тем самым надавливая до упора и вырывая очередной вскрик из уст Никиты, мужчина непреклонно отдернул руку омеги от лица. Отчего-то эта картина возбуждала альфу лишь сильнее и в следующий миг, словно сорвавшись с цепи, он стал двигаться всё быстрее, резче и неистовее. Стоны перемешались с рыком, шлепками и тяжелым дыханием. Ни одному не хотелось сдаваться. Они оба получали удовольствие, но в тоже время вели негласную войну друг перед другом. В какой-то момент, словно чувствуя уставшие конечности партнера, Макс аккуратно вышел из него и перевернувшись усадил омегу сверху. Теперь все ощущалось под новым углом и не примянув это показать Никита с удовольствием застонал, начиная скакать на члене своего партнера, опускаясь до самого упора. Ещё одной отрадой стали тихие рыки и полустоны со стороны альфы. Для него это было лучше любого звука из порнушки. Никита еще никогда не испытывал подобного и несмотря на подступающую развязку хотелось хоть на мгновение продлить удовольствие. Потянув мужчину за руку, Никита дождался, когда тот приподнимется и с удовольствием поцеловал, прокусывая губу и слизывая набухшую бусинку крови. Его лицо озарила победная ухмылка, но в следующий миг он вскрикнул, кончая от последнего и самого сильного толчка. Последующий узел и практически ласковые ухаживания со стороны собственного мужа, парень не застал, засыпая удовлетворённым сном.