Казанова женится

«Твою мать» Поднявшись с постели и прочувствовав все краски боли в пояснице, Никита попытался усесться на ту самую больную пятую точку. Но боль стала ещё сильнее и ничего не оставалось, как подняться и по стеночке уползти в ванную. Включив воду и настроив на нужную температуру, омега забрался под обжигающие струи и глубоко вздохнул. Голова гудела наравне с задницей и мышцами. А в воспоминаниях… туман. Потянувшись за мочалкой и гелем для душа парень принялся на автомате намыливать себя и смывать грязь, что накопилась за прошлый день и не была смыта вечером. И странно, ведь Никита всегда был брезглив и не сходить в душ перед сном было сродни катастрофе. Явное похмелье постепенно начинало отпускать, как и боль во всем теле. Вот это они и набрались вчера с господином начальником. Удивительно, как до дома добрались. Да и судя по боли не раз упали, пока прокладывали маршрут к квартире альфы. Выключив воду и укутавшись в большое полотенце парень прополоскал свой рот и только в этот момент заметил отражение в зеркале. С содроганием парнишка выронил полотенце из рук, оставаясь полностью обнаженным перед самим собой. И если изначально в голове и был туман, то он постепенно рассеивался. Стоны, поцелуи, прикосновения и запах. Безумное множество запаха кофе с выжигающим перцем. Не стоило быть семи пядей во лбу, чтобы просечь, что Никита буквально провонял феромонами своего мужа, хотя сейчас от него могло пахнуть разве что его гелем для душа. Но что же делать с укусами и засосами, что буквально кричали о горячей ошибке? — Попал, — нервно прикусив губу парень вновь подхватил полотенце и поспешил в спальню, где во всю храпел Макс. «Вот конь переросток! Это ж надо было такие следы оставить» Нервно носясь по комнате Никита пытался изо всех сил придумать план к отступлению. И желательно такой, чтобы остаться в плюсе. Как никак даже первые сто тысяч ему всё ещё не выплатили. И об этом стоило бы напомнить Максиму. Если конечно, он не вспомнит о том недоразумении, что произошло между ними этой ночью. Откопав коробочку с медикаментами и огромную футболку муженька, парень удовлетворенно хмыкнул и немного расслабился. Всё не так плохо, как на первый взгляд. Если он сам вспомнил только по засосам, то и Макс скорее всего ничегошеньки не помнит, пили они наравне, как два сапожника. А омега был намного аккуратнее своего партнёра и не оставили ни царапинки на нем. — Всё супер. Выкрутимся. Маленькая ошибка… — глубоко выдохнув Никита принялся заклеивать парочку засосов, что красовались на шее, милыми пластырями с зайчиками. Наконец, успокоившись окончательно и начав собирать мысли в кучку, парень с удивлением заметил, что не испытывает никакого отвращения к прошедшей ночи. Да, тело ныло после такой «тренировки», но это была приятная истома, которую он готов был повторить. Вот только, если каждый раз напиваться до потери пульса, чтобы заняться сексом со своим… с просто Максом, то никакой печени не хватит. — Ну что? Обещал приготовить? Приготовлю. Муженьку-то. Улыбнувшись и потянув большущую футболку к низу, Никита принялся за готовку. Есть и самому хотелось безумно, а горячий чай с яичницей, тостами, колбаской и сырком, кому угодно настроение поднимут. Жаль только пренеприятное ощущение предстоящего обмана и неправильности из головы не вытеснить. Не должны были они спать вместе, хоть и была это одна из самых головокружительных ночей, что когда-либо были в жизни омеги. Никто они друг другу. И если уж сам Никита смирился с тем, что чувствовал приятное удовлетворение и в глубине души надеялся на счастливый финал своей сказки, то на счёт реального муженька был совсем не уверен. Тот четко и ясно дал понять: не сметь в него влюбляться. Нет ну, а что? Секс не любовь, как говорится один раз не… в общем, понятно всё. Но не хотелось уже из чистого принципа показывать слабость и укреплять и так завышенное самомнение господина начальника. — Ух ты. Завтрак? А че ж не в постель? Хрипловатый голос вывел Никиту из размышлений, заставив подскочить на месте и поколебать жизнь уже готовой яичницы. Развернувшись и увидев практически голого альфу, сидящего перед ним за столом, парень невольно залился краской, а перед глазами всплыли отдельные кусочки прошедшей ночи. — Ишь чего захотел. Настоящий муж будет в постель приносить. И вообще. Иди искупайся, воняешь перегаром, — прикусив губу от откровенной лжи, Никита отвернулся, втягивая через нос невероятный запах обжигающего кофе. — И оденься. Хоть каплю уважения. — Да-да, мамочка. Сейчас всё будет, — лёгкий смешок, а следом искренний стон похмелья. Дааа, головка то бо-бо не только у Никиты. Хоть какая-то отрада в это пасмурное утро. — Э… слушай. Между нами же… ну ничего не было ночью? На мгновение омега был готов поклясться, что сердце его остановилось. Но он актёр, а значит и тут ему стоит играть до конца. Нацепив сколь фальшивую, столь же реалистичную ухмылку, парень развернулся к Максу. — Конечно, было. Ты спьяну свалился с лестницы. Вон губа как опухла. И меня за собой потащил. За шею уцепился и всю расцарапал. — топнув ножкой и указав на весёленький пластырь, Никита нахмурился и шмыгнул носом. — Вали давай мыться. Алкашня. — Кто бы говорил. А за шею прости, но ты меня сейчас успокоил, — очередная ухмылка и альфа ушёл в ванную, что ещё не до конца остыла от предыдущего душа. И все бы ничего, но Макс так и не развернулся, и не заметил, насколько сильно резануло это облегчение по его мужу. Да. Между ними ничего не было и не будет. Никита уж позаботится о том, чтобы это ночное недоразумение осталось лишь в его голове.

***

— Ну вы конечно… я… я просто поражён! — Александр Аркадьевич в очередной раз топнул ногой, носясь по всей гостиной и не зная куда деть собственное возмущение. Уже практически две недели прошло с момента ночного недоразумения и именно с того утра начались нервные похождения старшего омеги в семье. Очень уж возмущены оказались отец с папой тем, что ребёнок их с муженьком не вернулись ночевать. И совсем не волновал тот факт, что дитятку уже под третий десяток лет, женат и во главе компании стоит. Но Никита не собирался спуску им давать, хоть и стал в разы мягче. Началось всё с любимой домбры, что являлась основным инструментом омеги. В их цирковом училище практически все на чём-то, да играли. Омега всегда был худощавым, да вертким и изначально взялся за укулеле, но со временем решил вернуться к русским истокам и перешел на домбру, что была в разы меньше стандартной балалайки. Ох и задал он жару своим новым родителям, пока господин начальник сидел на работе. Мотивов он знал много, так что играл каждый день на любой вкус. Жаль только, что через пять дней после ознакомления с данным инструментом Александр Аркадьевич не выдержал и выкинул домбру в окно. За что очень красноречиво получил сам Максим от Никиты и на следующий же день купил новый инструмент. Но его парнишка решил поберечь и перешёл к ремонту. Как-то перестали устраивать обои в их с альфой комнате и в один из дней привёз из города по меньшей мере десять рулонов прелестных обоев с цветочками. За что на этот раз получил уже сам омега от хозяина комнаты. Правда при семье со скрежетом на зубах и фальшивой улыбкой согласился на ремонт. И уж оставшись наедине альфа полушёпотом высказал всё, что думает касательно этого ремонта. — Задалбали меня твои обои. Доклеивай их уже. Провоняла вся спальня. Скоро аллергия начнётся, — отодвинув очередной рулон Максим споткнулся о бочонок клея и показательно чихнул. Смотри мол, помру тут из-за тебя. — Хватит брехать! Он без запаха и гипоаллергенный! — отодвинув всё тот же рулон обоев, который по сути был лишним, и небольшой ремонт в комнате был уже окончен, Никита уселся на постель рядом с альфой. Оставалось лишь мусор собрать, да мебель расставить в привычном порядке. — И вообще. Смотри какой фурор мой ремонт на твоих родичей сыграл. Готов спорить, я не то что сто, все двести уже отработал. — Тише ты! А если папа подслушивает? — прикрыв рот мальчишки ладонью, Макс невзначай коснулся его губ и омега замер, словно пришибленный. За последние две недели они ещё не раз касались друг друга. Но каждый раз для Никиты был сродни шоковой терапии и привыкнуть никак не получалось. — Подслушивает говоришь? Ну пусть слушает, — улыбнувшись и оттолкнув тёплую ладонь мужа, парень развернулся к двери и втянул в лёгкие воздуху побольше. — Муж мой любимый! Сколько можно! Когда в свадебное путешествие поедем?! Когда ты долг свой супружеский исполнять начнёшь?! Да я тебя вибратором заменю! И не успел он это выкрикнуть, как вновь оказался с зажатым ртом и прижат к тяжело вздымающейся груди Максима. О да, подобного эффекта он и не ожидал получить от этой маленькой шалости. Но решив пользоваться моментом, Никита поудобнее заелозил, прижимаясь к телу мужчины покрепче. — Ты чего творишь? — А что? Думаешь не видят твои предки, что ты дома почти не появляешься? Ещё немного и задумаются о верности мужу своему! — зашипев сквозь ладонь, что все ещё прижималась к его рту, Никита попытался её укусить, но ничего не выходило. Максим и правда слишком мало проводил времени с ним дома, оставляя того на попечение родителей. Как бы больно и обидно не было, но Никита терпел. Его работа заключалась не в ревности ко всяким там секретаршам. Но отсутствие запаха других омег на теле мужчины хоть немного, да успокаивала ревнивое сердечко. — Серьёзно? Говорят чего родители? — А ты как думаешь? Между прочим вибратор получше тебя отрабатывать будет! — выкрикнув очередное оскорбление и оказавшись заткнутым мягкой ладонью, Никита улыбнулся. — Заменишь меня вибратором? — тихо хмыкнув Макс прижал строптивого парнишку к себе посильнее. Таким ему ещё никто не угрожал и сейчас, несмотря на смех, что рвался из него, хотелось показать этому бете, что подобным шутить не стоит. — Я импровизировал. Никита вовсе не сопротивлялся и лишь невозмутимо пожал плечами. Сейчас он сидел в объятиях Максима, окутанный умопомрачительными феромонами и выбираться вовсе не хотелось. — Ха. Тебе на заметку, малыш. Я лучше любого вибратора, что окажется в твоей милой заднице, — опустив руку со спины на ту самую милую задницу, мужчина легко ее сжал, с удовольствием отмечая красноречивую реакцию на лице омеги. Что происходит? Неужели, мужчина понял его чувства и пытался на них играть? Никита порывисто вдохнул воздух через нос и попытался выкрутиться. Затевая эту маленькую шалость он и не задумывался о том, что сам альфа может причинить ему больший вред. Все-таки из них двоих похоже он один нарушил правила и влюбился. — Руки, — тихий, спокойный голос оказался самым пробирающим. Максим и не ожидал после такой милой реакции, что бета будет настолько холоден. И хоть ему хотелось продолжить и ещё немного потискать своего пока ещё законного мужа, альфа подчинился и отстранился от него. — Не шути так со мной. Прикусив губу Никита поднялся с постели и молча стал собирать мусор, что остался после ремонта. Он доиграет свою роль, получит деньги и уйдёт из этой семьи. И никакие чувства не остановят его.