История Поющего мира: Песнь Заката

      Элия вернулась в комнату с задумчивым видом. Она не заметила пересадки мест и села в кресло, бывшее место Татьяны.       - Что-то случилось? – мягко поинтересовалась Ольвия.       - Вот вы называете меня внимательной, - обратилась она к знахарю. - А я, кажется, не оправдываю это звание…       - Почему? – с любопытством спросила Татьяна.       - Откуда вы знаете, сколько прибыло новоприбывших? Даже не так: откуда вы узнали, что они вообще будут? – спросила Эля, поочередно заглянув в глаза каждого.       - Хм, - улыбнулась Татьяна. – Даже несмотря на твои трясущиеся руки, побледневшее лицо и явную путаницу в голове, ты все же не упустила такой важной детали. У тебя явно мышление работает отдельно от эмоциональной части мозга, - выказала восхищение довольная девушка. – Я знаю о новоприбывших, потому что являюсь лучшей летчицей данного материка.       - А не много ли вы о себе мните? – подняв вопросительно бровь, спросила Эля.       Она сомневалась в том, что стоящая перед ней громкоговорящая странная желтоглазая девушка могла быть хоть в чем-то лучшей.       - Было бы только полбеды, если бы она только мнила, - ухмыльнулся Дэр Аитуно. – Ведь Татьяна и в самом деле лучшая летчица среди женщин на этом материке.       - Правда?! – все еще не веря, переспросила Эля.       - Да, - подтвердила Ольвия, пряча улыбку.       - Ты за кого меня держишь!? – обиженно вскричала Татьяна, вскакивая с насиженного места. – Я тебе не громкоговорящая странная желтоглазая девушка с большим самомнением!       Эля захихикала: «Она еще и мысли умеет читать».       - Я не думала про большое самомнение…       - Значит остальное подразумевала!!! – разозлилась Татьяна.       - Всё, хватит! – не вытерпев балагана, закричал на обеих Дэр.       - Прости, прости, - успокоившись, извинилась мисс Икарова перед ним. Она вернулась к теме разговора, обращаясь к Эле. - В любом случае я знала о новоприбывших. Правда, мы нашли тебя случайно, вовсе не намереваясь разыскивать их…но всё случилось, как случилось.       - И теперь мы, наконец, узнаем о твоем гениальном плане! – закатывая глаза, бросил Дэр.       - Он и в самом деле гениален, - нескромно ответила Татьяна.       - И в чем он заключается? – вмешалась в разговор Ольвия.       - Мы…то есть я, решила сделать её твоим родственником, Ольвия.       - Что? – переспросила знахарь.       «Она обратилась к себе на «мы». У нее раздвоение личности? И как меня можно сделать родственницей миссис Иринас, если она фортеец. Что происходит?» - недоумевала Эля, боковым зрением наблюдая за действиями Дэра Аитуно. Он не выражал никаких эмоций кроме недовольства. Даже на слова Татьяны парень отреагировал никак: спокойно поправлял рукава черного пиджака.       - Конечно, я имею в виду «официальным родственником», не кровным. Ты же жила в семье землян, да? – спросила летчица у знахаря.       - Верно, - подтвердила Ольвия.       - Выдадим её за племянника. Мы уже всё подготовили: подделали не только официальные документы, но и другие, чтобы появление твоего родственник не было таким уж неожиданным. У твоих опекунов же есть сын, Эля будет новоприбывшим мальчиком, которого твой брат усыновил.       - Подожди, подожди… почему Эля должна быть парнем? – спросила Ольвия.       - Скажи мне, сколько девушек занимается в военном отделении Академии Серебряных листьев? – ответила вопросом на вопрос Татьяна.       - Возможно, около 30-40…- призадумавшись, ответила Ольвия.       - Вот видишь! Любая девушка, поступившая на военное отделение в Академии, будет привлекать к себе внимание, а парень - нет. Даже, если он поступит на несколько месяцев позже…       - Мисс Икарова, я не понимаю! Почему Эля вынуждена идти именно на военное отделение? – воскликнула знахарь, вставая с места.       Эля не участвовала в беседе и искренне радовалась этому. Ей не хотелось притворяться парнем и к тому же идти на военное отделение! Поэтому она согласилась с вопросом миссис Иринас.       - Потому что рано или поздно правда о происхождении Эли всплывет наружу. И, если ей придется отвоевывать себе жизнь, то навыки рукопашного боя и фехтования ей очень пригодятся, разве нет?       - Мисс Икарова… - неуверенно произнесла знахарь, однако затем решительно покачала головой. – Этот план неприемлем.       - Ольвия, пожалуйста, рассуждай объективно! - попросила девушка. - Если мы выдадим её за твоего племянника, Эля сможет дальше жить у тебя, не привлекая внимания. Здесь мало кому известно о твоей семье, поэтому жителей не удивит, если вдруг объявится кто-то из твоей семьи. В академии она научится самообороне, возможно, сможет завести хороших друзей, которые потом в случае необходимости помогут.       - Дай мне, пожалуйста, минуту, - попросила знахарь.       - Можно задать вопрос? Меня вы не спрашиваете, потому что у меня нет выбора, да? – спросила Элия.       - Да, к сожалению, у тебя его пока нет, - как ни странно отозвался на это никто иной, как Дэр. – Но после приобретения боевых навыков ты сможешь распоряжаться своей жизнью, как захочешь. Конечно, если план пройдет гладко, - косо посмотрев на Мастера полета, мистер Аитуно тяжело выдохнул.       - Я обдумала, - объявила Ольвия. - В целом твой план, действительно, хорошо продуман. Но… какая отговорка у племянника? Почему он не поступил в академию своей деревни, почему приехал ко мне и здесь не поступил в срок?       - Наверное, причиной можно назвать близость Академии Серебряных листьев к столице Паверис – Минодоре. Это довольно веская причина для молодого человека. В столице всегда больше возможностей, верно?       - Да, думаю, это веская причина. Тогда расскажите мне по поводу поступления и учебы в школе?       - Твой племянник учился на дому из-за слабого здоровья. По пути к тебе он получил простудное заболевание с осложнением. Поэтому его поступление отложилось. Слабое здоровье – хорошее прикрытие: Эля ведь не парень, полные нагрузки для мужчин ей не выдержать.       - Татьяна… - Ольвия первый раз за весь день назвала летчицу по имени. – Ты проделала такую огромную работу и составила отличный план. Это просто поразительно, - улыбнулась, признавая свое поражение, знахарь. – И как же зовут моего племянника?       - Эллан Эванс.       - И все документы подтверждают это? – удивилась Ольвия.       - Да.       - Но как?       - Ледоцвета… - просто ответила Татьяна.       - Мастер Ледоцвета, - повторила женщина. – Тогда всё становится ясно.       - Да, признай, я гений, - произнесла девушка. Она скрестила ноги и подперла рукой голову, немного наклонив. Её самодовольную улыбку можно было называть самой самоуверенной за последнюю тысячу лет.       Дэр закатил глаза с усмешкой.       - Давайте вернемся к разговору об академии, - попросил парень. – Нам нужно рассказать мисс Эванс о наимэтэ и обо всем остальном.       - Вы решили использовать наимэтэ? – спросила Ольвия, прохаживаясь по комнате. – Мне принести его вам?       - Да, будь любезна, - попросила Татьяна, поднимаясь с кресла врача. Она обогнула стол, подошла к Эле и протянула руку.       - Что такое наим…наимэтэ? – проследив взглядом за тем, как миссис Иринас вышла из комнаты, Эля переключила взгляд на Татьяну.       - Ну, давай… - обратилась летчица к Дэру, - Ты сказал «нам», поэтому я надеюсь, что ты, наконец, примешь участие в беседе, а не будешь вставлять по фразе каждые пять минут.       Дэр раздраженно вздохнул:       - Наимэтэ – магический определитель. Раньше новоприбывших было огромное количество. О мире они естественно ничего не знали, и поэтому куда девать себя тоже. Для этого гвайцами был создан наимэтэ. Там находится высокочувствительный металл, который учитывает все: возраст, пол, способности, потенциал. Он вырисовывает на твоей коже рисунок. По нему определяют, к чему у тебя есть склонности. Так мы узнаем, в какую из военных специальностей тебя отправить, - Дэр говорил спокойно и не так, как девушка или знахарь. Более кратко и не обращая особого внимания на реакцию Эли.       - Что значит «вырисовывает»? – насторожилась она.       - Металл раскаляется и оставляет ожог на коже, - увидев, как испугалась Элия, Дэр тут же произнес. – Не волнуйся, ты ничего не почувствуешь.       - Точно?       - Точно. Иначе Ольвия выступила бы против применения, - попыталась ободрить её летчица.       Ольвия вернулась через несколько минут, неся в руках что-то похожее на тканевой браслет. Она села с непроницаемым выражением лица за стол. Туда же подошли и все остальные.       - Что-то не так? – спросила Эля, рассматривая выражение лица Ольвии.       - Простите, я всё-таки не могу легко принять это. Не хочу…не хочу, чтобы вы рисковали своим здоровьем и жизнью, учась в академии. Не хочу, чтобы вы приходили в синяках и ссадинах, а может и еще чего похуже… - женщина держалась за нарукавник, крепко в него вцепившись. Её руки дрожали. Она снова вернулась к формальному обращению.       - Оль… - Эля заставила жестом замолчать Татьяну.       - Всё будет хорошо, я справлюсь, - вместо неё сказала Эванс.       - Но вы действительно такая хрупкая и слабая, совсем маленькая девочка, - эти слова не были обидными для Эли, в них проступал искренние страх и отчаяние, и ещё уверенность в своей правоте, что было бы глупо спорить с ними.       - Вы очень добрая, - улыбнулась девушка. – Но я сильнее, чем кажусь. По крайней мере, сейчас, - рассмеялась Эля.       Ольвия выдала что-то наподобие улыбки.       - Хорошо, давайте проверим вас по наимэтэ, пока моя решимость не пропала, - крупные капли слез скатились с лица знахаря, но она тут же вытерла их тыльной стороной руки. Эля села на табурет напротив Ольвии и положила правую руку на стол.       - Подождите, - Дэр накрыл руку Элии своей. Ладони у него оказались теплыми и сухими, а ещё очень твердыми, чувствовались мозоли. – Какая у тебя рука доминирующая?       - Не знаю, - пожала плечами Эля, удивляясь тому, какая у него большая ладонь.       - Ольвия, ты не помнишь? – спросила Татьяна.       - Левая, - улыбнулась женщина. Дэр убрал свою руку. Эля молча поменяла их, и теперь на столе покоилась другая. Ольвия аккуратно продела нарукавник через пальцы и остановилась на запястье. Нарукавник вдруг резко ужался до размера тонкого запястья Эли.       - Может, можно как-нибудь обойтись без него? – испуганно спросила девушка, разглядывая темно-синий нарукавник в 10 см длиной. Он был сделан из обычной ткани, по краям которой в виде двух браслетов обвивались, как змеи, серебряный и золотой толстые обручи, они ползли вдоль запястья и соединялись по середине, в виде круговорота.       Может, Эле показалось, а может и нет, но в центре круговорота возникла маленькая красная точка. Вдруг она расползлась красно-розовой лилией по металлическому водовороту.       - Что происходит? – испуганно произнесла Эля и непроизвольно дернула рукой, но Ольвия с Таней, крепко держали её. Девушка представить себе не могла, что Татьяна такая сильная. А вот Ольвия и раньше поднимала Элю, словно пушинку.       Тем временем металл нагревался и становился огненно-розовым, распространяясь по всему нарукавнику. Через некоторое время водоворот начал полыхать. Эля же думала о том, как этот металл не прожег дерево стола и не устроил пожар. И как она сама могла вытерпеть его жар? Но все это заботило её ровно до того момента, пока раскаленный металл не стал жидким и не потек ей на руки, образуя жуткие ожоги по краям железных капель.       Эванс думала о том, какая боль должна её пронзить, и ничего не чувствовала. В том месте, где капли падали на руку, Эля ощущала всего лишь приятную прохладу, будто вода стекает с руки, образуя мокрые дорожки. Но на самом деле разгоряченный металл разделился на две стороны: часть мчалась наверх, образуя причудливые узоры, часть вниз, она рисовала узоры на тыльной стороне ладони. Под жидким горячим металлом кожа вскрывалась и чернела, обгорая дотла, образуя по краям металлических узоров ожоги, из которых капала кровь. При этом горячий металл прожигал ткань рубашки и полностью распорол его рукав, поднимаясь все выше к плечу. Из-за этого Тани пришлось опустить руку, она не хотела рискнуть обжечься раскаленным металлом. Он полз все выше и, наконец, достигнув двух третей шеи, металл застыл и остыл.       Эля даже вздохнуть не могла от страха. Боль не чувствовалась, но её замутило от вида ожогов и струек крови, стекающих с руки. Ольвии с Таней, тоже, кажется, было нехорошо. Дэр же просто отвернулся, поэтому понять его выражение Эля не могла.       Прошло чуть больше пяти секунд, и металл превратился в воду, он стекал точно так же, как мчался вверх, только теперь стремился обратно к нарукавнику, оставляя за собой на глазах заживающие ожоги. Они затягивались, образуя белесые линии шрамов, словно этим ожогам уже несколько лет. Вырисовывая на бледной коже Эли белые узоры, струи металла мчались назад. Они возвращались и снова превращались в серебряно-золотой браслет с водоворотом посередине. Скоро и он застыл без движения. Через несколько секунд нарукавник освободил руку Эли. Девушка не знала, что делать и просто любовалась белыми узорами, покрывшими всю её левую руку, плечо и шею.       Первой в себя пришла Ольвия, она сняла нарукавник, вытерла остатки крови на рубашке и, сказав, что принесет сменную пижаму и чай, вышла с наимэтэ за дверь. Татьяна облегченно вздохнула, словно увидела что-то в этих узорах и отошла к Дэру. Эля расстегнула пуговицы на рубашке. Под ней была майка, потом сняла штаны и кинула их на небольшую лужицу с кровью на полу.       - О, великий Страж… - пробормотал Дэр. Заметив, в чем стоит девушка, он поспешил отвернуться. Татьяна обернулась, чтобы посмотреть, в чем дело и застыла на месте с удивлением на лице.       - Эля…       - Да? – спросила она. – Что-то случилось? – недоуменно поинтересовалась она.       - Нет, ничего…просто в следующий раз не снимай с себя так легко одежду. Я, конечно, слышала, что земляне - раскрепощенные люди, но так просто раздеться, когда в комнате посторонние люди…       - Аа, - протянула Элия. – Прошу прощения, - смущенно пробормотала девушка. Татьяна рассмеялась.       - Я вернулась, - счастливая Ольвия распахнула дверь, но увидев Элю в одной майке и шортах, она неожиданно произнесла. – Извините, я, кажется, дверью ошиблась, - и закрыла дверь. Затем через несколько мгновений знахарь снова отворила её и подбежала к Элии.       - Что случилось с вами?       - Я просто жду свою пижаму, - невозмутимо ответила Эля, глядя, как краснеет от смущения Ольвия. Татьяна заливалась смехом уже не одна, Дэр присоединился к ней. Затем они все вместе начали смеяться, когда Эванс спокойно при всех натянула подогнанную по размеру пижаму.       - Остановитесь, - недовольно попросила Эля уже в который раз. Щеки еще горели от последней сцены. – Может, вы мне лучше расскажете о военном отделении? – попыталась она переключить их на другую тему.       - Конечно, - кивнула Таня, улыбаясь. - Итак… - она снова начала хохотать, и Дэр засмеялся вместе с ней.       - В военном отделении есть несколько направлений: Лучники Солнечного и Лунного отделения, летчики, маги Света и Тьмы, мечники, копейщики, Бесшумные тени и повелители Четвертого измерения, - рассказывала Ольвия. – Все они делятся на тех, кто входит в Объединенные силы Паверис и, кто не входит.       - Маги? – переспросила Эля. Она и до этого слышала про магию, но тогда Ольвия сказала не забивать голову и представлять магию, как обычно. Девушка представляла старика с длинной бородой в синей мантии в звездочку и колпаком на голове. Обычно, у него есть волшебная палочка в руке, и он стоит над котлом, приговаривая заклинания. Бывают, правда, маги, которые просто щелкают пальцами: и вот перед тобой кружка с кофе.       - Да, у вас на Терре должны были остаться сведения о них, правда, все террийцы очень слабы по Магфону. Самые слабые среди всех планет. И все же некоторые из вас могут пользоваться магией, - подтвердила Татьяна, успокаиваясь.       - То есть… - готова была начать Эля, но её тут же прервали.       - Нет, исполнять желания вы не можете, - резко ответил Дэр.       - И создавать вещи из воздуха. И для этого не нужна никакая палочка или щелчок пальцев, волшебные искры тоже не возникают, - более мягко добавила Таня. – В нашем понимании магия – это энергия планеты и живых существ. Энергия, которую ты можешь направить на изменения реальности, в которой находишься. Магия не возникает на пустом месте, но её можно измерить. Количество магии называется Магическим фоном или сокращенно Магфоном. Не знаю почему, но все террийцы обладают практически нулем этой энергии. Наверное, подсознательно её подавляют. Конечно, бывают исключения, но они очень редки…       - И вы одно из этих исключений. Судя по узоры наимэтэ у вас талант к магии! И талант к лучникам Лунного отделения. Возможно, вы бы могли научиться немногому от бесшумных теней и воинов-мечников, - изучая узоры, сказала Ольвия. – Значит, Ледоцвета и в этом не ошиблась.       - Да уж, в ней сомневаться не приходиться, - кивнула в знак согласия Татьяна. – А что с мирными занятиями?       - Живопись… - Ответила Ольвия.       - Как вы это поняли? – удивленно спросила девушка, разглядывая руку и не видя ничего кроме замысловатых переплетений, завитушек и спиралей.       - Как и любой знахарь, я умею читать узоры. Меня этому научили жители Гваи – они же изобрели наимэтэ, - сказала знахарь, убирая грязную пижаму, и вместе с ней красные пятна с пола.       - Вот как. Значит, я буду учиться магии в Академии? – спросила Эля, глядя на Татьяну и Дэра.       - Нет, лучник Лунного отделения у тебя преобладает… поэтому будешь учиться на лучника.       Эля постаралась не расстроиться, мало ли, её будут учить пускать стрелы, вместо того, чтобы колдовать. «Магия – не главное. Главное, остаться в живых», - критично заметил разум.       - И то верно… - тихо пробормотала Эля.       - Что верно? – мгновенно отозвалась Татьяна.       «У неё острый слух», - подметила девушка.       - Вот и славно. Значит, к тренировкам приступим завтра, - встал Дэр. – Сегодня обсудим, как ты должна себя вести, что нужно делать в той или иной ситуации. Как выглядит деревня Каллия и многое другое.       - Подождите минуточку, мистер Аитуно, о каких тренировках шла речь? – спросила Эля, вставая.       - Совсем забыла сказать: он – твой учитель, - Татьяна вытянула в его сторону руки, будто указывала на короля.       - Учитель?!       - Кто-то говорил, что вы внимательная, мисс Эванс, - усмехнулся Дэр. – Я, когда представлялся, говорил: заместитель Мастера Стрел по Лунному отделению. Мастер сейчас уже стар, и поскольку замены ему пока нет, преподают другие: я и еще один человек.       - Ты – преподаватель?! – интонация фразы Эли подразумевала за собой удивление: «Ни за что не поверю!» или «Да ну?!». И это уловил Дэр.       - Вы имеете что-то против? – с ядовитой улыбкой на лице спросил он.       - Нет, вовсе нет, - закачала головой Эля. Судя по выражению лица будущего учителя, уроки будут ещё те. Ведь мисс Эванс не понравилась ему с самого начала. «Интересно, почему?» - тяжело выдыхая, подумала Элия.       - Если ты сейчас представила себе тяжесть тренировок, то ты ошибаешься. Всё будет гораздо хуже… - усмехнулся злорадно Дэр.       - Я ни о чем таком не думала, честно! – положив руку на сердце, попыталась оправдаться девушка и вдруг кое-что заметила. – Простите, я выйду. Сейчас вернусь.       - Конечно, - разрешила миссис Иринас.       - Она очень интересная и держится неплохо, - улыбнулась Таня, глядя на закрытую дверь, куда сбежала буквально несколько секунд назад новенькая.       - То есть ты не жалеешь, что спасла именно её? – серьезно спросил Дэр. В отличие от Икаровой он не был уверен в этом странном плане и не был уверен в этой девушке, о которой узнал только утром. – От неё будет много шума, проблем и хлопот.       - Верно. Тебе, - рассмеялась Татьяна. – И я не жалею, - грустно добавила она.       - Она не умрет, мы приложим для этого все силы, - сказал парень, глядя на деревянную дверь, через которую убежала Эля.       - Так и знала, что она тебе понравилась, Дэр, - улыбнулась седовласая девушка.       - Нет, она явно не в моем вкусе, - усмехнулся парень.       И тут в комнату вбежал паренек с чуть волнистыми каштановыми волосами, зачесанными назад, они полностью открыли зеленые глаза своего обладателя.       - Ну как? – у парня был голос Эли. Она поправила короткую стрижку сзади и стала ожидать реакции её спасателей.       Ольвия, как только поняла, что сделал новоиспеченный племянник, чуть не упала в обморок. Татьяна снова засмеялась. Дэр открыл рот и закрыл, не зная, как выразить удивление.       - У меня невыразительная фигура, поэтому я легко смогу притвориться парнем, - сказала девушка, привыкая к короткой стрижке, - единственная проблема длинные волосы, но теперь их нет. Я похож на парня?       - Да, только старайся не говорить так быстро, у тебя неосознанно повышается тон голоса, - неприятно поморщившись, заметил Дэр.