История Поющего мира: Песнь Заката

      Дэр очнулся в камере для заключенных около трех-четырех дней назад. С ним же оказался и его ученик–друг Эйприс. Парень не назвал бы место заключения карцером или камерой в привычном понимании. Поскольку здесь нет привычных голых каменных или деревянных стен, не было решетчатого окна (их вообще нет), стоял деревянный стол, стулья, тумбочки и даже шкаф. Спали они на полу с ворохом пледов и подушек. Стены выкрашены в приятный желто-зеленый цвет в духе фортейцев с их вечной тематикой: цветы.       Дэру и Эйпрису приносили все, что они просили, включая книги, настольные игры, бумаги, чернила и перья (уже очиненные), само собою никаких режущих инструментов или других опасных предметов им не давали, но и пожаловаться на дискомфорт они не могли. Единственное, что удручало гвайца – железная решетка. Она наводила тоску и не давала забыть об их положении: они – пленники.       Как ни странно, Дэра это практически не волновало. Все их раны зажили, и они беспрекословно слушались Закатных, если те вдруг вспоминали о них, поэтому никаких проблем у них не было. Единственное, что, по-настоящему, не понимал заместитель Мастера Стрел, так это то, почему их могла навещать только Анея.       Насколько смог понять ситуацию Аитуно из описаний сестры, Элия переживала не лучшие времена. Ее настроение и поведение не стабильны, здоровье тоже находилось в упадке. Вспоминая их недавнюю встречу, Дэр корил себя за невнимательность. Он не заметил, ни то насколько похудела Эванс, ни то, какие у нее мешки под глазами.       И, конечно, в таком состоянии ее никто не пустит сюда, к нему.       - Не хмурьтесь, учитель, - отвлекая друга от мрачных мыслей, Эйприс сделал свой ход, поставив фигурку пешки на одну клетку вперед. – Будете таким рассеянным, я выиграю партию, - заметил он.       - Тебе еще далеко до меня, Хиларем, - парень переставил фигурку короля и снова ушел в свои мысли. Эйприс покачал головой и поправил отросшую белую челку, которая моментально снова спала на красно-фиолетовые глаза.       - Ты слишком за нее беспокоишься, Дэр, - парень перешел на другой уровень общения и переставил генерала по диагонали, собираясь уничтожить другую пешку, в которой подозревал скрытого короля.       - Нет, - дал Дэр лаконичный ответ и увел пешку из опасной зоны генерала.       Эйприс призадумался: был ли это обманный ход, чтобы заманить его в ловушку, или же учитель, действительно, пытается спасти короля? Хиларем решил, что это все же обманный ход и решил попробовать перейти на другой фланг. Но после того, как он поменял расположение королевы, Дэр победоносно улыбнулся. Он открыл фигурку пешки, и оттуда показался король, который разрезал фигурку генерала напополам и оттуда вывалился вражеский король.       - Король повержен, - объявил Аитуно. – Еще партию? – С улыбкой поинтересовался он.       - Я уже устал, - признался Эйприс. – Игра в «Тактику» с вами заставляет мою голову болеть. Учитывая, что это наша одиннадцатая партия. Учитель, вы слишком сильны для меня.       - Нет, - покачал головой Дэр. – В конце концов, ты заподозрил в моей пешке короля. Эйприс, ты явно делаешь успехи в понимании моей стратегии. А, значит, все лучше понимаешь меня.       - Хотите сказать, что поняли меня с первого взгляда? Я еще ни разу не выиграл с начала нашего знакомства, - заметил недовольно Хиларем. – Такое чувство, будто я совсем не расту.       - Это не так. Я изначально неплохо играю в эту игру, но как ты лучше понимаешь меня, так и я понимаю лучше тебя. Ты очень осторожен и спокоен, однако слишком много думаешь, и даже если находишь правильное решение, твои сомнения уводят тебя в другую сторону.       - Не вам говорить про осторожность, - сказал Эйприс. – С первого взгляда вы кажитесь агрессивным и безрассудным, но первое впечатление обманчиво. Все эти ложные выпады, тупики и ловушки, которые вы мне устраиваете. С вами начнешь сомневаться во всем. Как бы это сказать? Вы агрессивно-пассивный.       - Что ж раз ты это понимаешь, тогда играть с тобой станет еще сложнее и интересней. Эта игра не просто учит думать, разрабатывать стратегии, но еще учит понимать людей, с которыми ты играешь. И чем лучше ты знаешь человека, тем интересней становятся партии, - улыбнулся Дэр. – В ближайшем будущем я жду от тебя хорошей игры.       - Я постараюсь! – решительно сказал Эйприс, намереваясь выиграть следующую партию.       К сожалению гвайца, игра не состоялась, потому что в железную дверь, ведущую в комнату с их камерой, кто-то постучал. Затем послышались голоса, щелкнул замок, дверь приоткрылась и из-за нее показалась голова Эли с боязливым выражением лица. Дэр замер в одном движении: он раскладывал фигуры на поле, и теперь «король» завис в воздухе, так и не получив места на доске. На лице застыло выражение крайнего удивления.       - Элия, не бойся. Все будет хорошо. Давай, иди вперед, - появился новый голос. Кто-то мягко втолкнул Элию в коридор, образованный тюремной решеткой и стеной зеленого цвета с белыми пионами на ней. Девушка была одета в теплый вязаный свитер, с шерстяными брюками и высокими сапогами до колена. Затем показался высокий и худой парень ростом под два метра со светло-русыми волосами и серебряно-вересковыми глазами. Одетый в темную куртку и штаны с ботинками.       - Это жестоко с твоей стороны, Леондар, - заметила девушка, стараясь не смотреть на заключенных. Такая мелочь больно резанула по сердцу Дэра.       - Извини меня, - извинился парень–адсимиец, мягко улыбаясь. – Просто не забывай про время. У тебя его не слишком много, а в следующий раз нам может так не повести.       - Да, ты прав, - Эля тяжело вздохнула, опустила голову, прикрыла глаза, словно пыталась сосредоточиться или избавиться от каких-то мыслей, размяла переносицу. Раньше Дэр не наблюдал за ней подобных движений. Девушка еще раз глубоко вдохнула и выдохнула и, наконец, посмотрела прямо в глаза Аитуно.       От удивления лучник уронил фигурку короля и опустил руку.       - Извините за этот цирк, - Эля посмотрела так же прямо и на Эйприса. – Я не игнорирую вас. Просто мне очень стыдно смотреть вам в глаза… я сбежала из Каллии, ничего вам не сказав, бросила вас, и даже не поговорила с Эйпри и Эйприсом об одной очень важной теме. Кроме того, избила вас двоих, когда мы встретились спустя столь долгое время, - Эля опустила взгляд и с каждым словом ее щеки краснели все сильнее. – Мне, действительно, жаль.       - За что? – уточнил Дэр холодным голосом. – За что именно тебе жаль? За побег? За то, что бросила нас? За то, что ничего им не сказала? За драку?       Эйприс молчал, но смотрел на Эванс пристально и внимательно.       - Наверное, за все сразу… - пробормотала под нос Эля, присаживаясь на колени возле решетки. Незаметно Дэр пересел чуть ближе к ней.       - За все сразу? То есть ты жалеешь, что сбежала с этим бродячим цирком?! – металлическим голосом спросил он.       - Нет! Я не жалею! – бросилась возражать Эля. – Я жалею, не о том, что сбежала, а о том, что сбежала, зная, что по-другому не смогу защитить вас! Я ведь ничего не смогла бы сделать, если бы солдаты меня нашли! Я не могу защитить вас! Я жалею, что пришлось все это время быть вдалеке от вас, хотя я безумно скучала! Я сожалею, потому что не смогла с вами нормально попрощаться, рассказать о своих чувствах, и вы, возможно, посчитали меня холодным человеком, способным так легко бросать своих друзей! Я жалею, что избила вас, сорвав всю злость, оставшуюся во мне, после деревни Снов! Я…мне очень жаль… - Эля говорила, поочередно заглядывая в глаза обоим парням.       - Фух, - Дэр выдохнул. – Я бы точно разозлился, если бы ты после тех жестких отказов вернуться в деревню, еще жалела о том, что сбежала из Каллии вместе с Закатными, - парень слабо улыбнулся. Эля насторожилась, прищурилась, нахмурив брови, и попыталась понять: в чем здесь подвох? Почему ее учитель не злится? Почему Эйприс спокоен?       - То есть ты не злишься? – уточнила растерянная девушка.       - Я злюсь, но не на тебя. Лишь на нее, - то, как Дэр выделил обычное местоимение, дало Эванс понять на кого направлена злость друга.       - А ты, Эйприс? – Элия посмотрела на гвайца.       - Имеет ли это значение? – изогнув бровь и скрестив руки на груди, спросил он. – Кажется, тебя совершенно не волнует, что я думаю по этому поводу. Ведь ты волновалась лишь о злости Дэра на тебя.       - Э-это… - Эля не нашлась со словами, сбившись его объяснением.       - Это не так, - возразил вместо нее Леондар.       Все присутствующие посмотрели на него. Как-то за время разговора старых друзей у них совсем вылетело из головы присутствие стороннего наблюдателя, тем более Закатного. Дэр слегка дернул носом, поняв о досадной оплошности. Здесь он не мог начистоту поговорить с Элей и спросить обо всех приключениях, ведь Закатные не знают «полной» истории Эванс. К тому же пленных легко могли подслушать. У стен всегда есть уши, тем более у стен камеры заключения.       Эйприс нахмурился, но затем учтиво, но холодно сказал:       - Не думаю, что вам следует вмешиваться в нашу беседу.       - К сожалению, я вмешаюсь в вашу беседу, - так же ответил Леондар.       - Вы не очень-то вежливы для адсимийца, - заметил Эйприс.       - Вы не очень-то равнодушны для гвайца, - ответил летчик.       Эля перекидывала взгляд с одного на другого, не находя себе места, чтобы вмешаться в неприятный диалог. И когда она уже собралась вклиниться в перепалку, Леондар заговорил дальше:       - Я понимаю. С вашей стороны, я кажусь совершенно непричастным к разговору человеком. И поэтому до этого момента я не вмешивался, но ваши слова были не справедливы, и поскольку Эля не нашлась с ответом в свою защиту, я скажу за нее.       - Вы говорите так, будто знаете о сложившейся ситуации, - сказал холодно Эйприс.       - Знаю, - этим ответом Леондар неприятно удивили Эйприса. Парень что-то пробормотал себе под нос, но все же решил выслушать, что хотел ему сказать адсимиец:       - Что ж, раз вам все известно, пожалуйста, выскажите свое мнение.       - Это не мнение, всего лишь наблюдение, - поправил Леондар. Он присел у стены напротив решетки и посмотрел прямо в красно-фиолетовые глаза гвайца. – Для начала я должен представиться. Меня зовут Леондар Касс.       Дэр встрепенулся, услышав его имя:       - Тот самый Леондар Касс? – уточнил фортеец.       - Да, - кивнул головой парень.       - Ты его знаешь, Дэр? – спросил Эйприс.       - Нет, только слышал и еще видел объявление о розыске. Он – государственный преступник Афилы, - ничего не выражающим голосом сказал лучник и посмотрел на Элю. – Ты теперь с преступниками водишься?       - Он – не преступник! – возразила девушка, чуть не прокусив себе губу от злости. Дэр был искренне удивлен. Он видел Эванс лишь пару раз рассерженной. Она никогда не выходила из себя так просто. Сейчас лучница разозлилась лишь из-за одного слова в сторону знакомого. «Знакомый ли он ей?» - закралась предательская мысль в голову Аитуно.       - Эля, успокойся, - мягко попросил Леондар. – Он прав, по закону я преступник, - парень улыбнулся.       - Но это не так! – возразила девушка.       - Мне достаточно того, что вы так считаете, - сказал летчик.       Эйприс выдохнул.       - Какая разница преступник: ты или нет? – спросил гвайец, размыкая руки и опуская их вниз. – Раз Эля тебя таковым не считает, то и я не буду, - пожал плечами парень.       - Эйприс! – укорил Аитуно. Дэр почувствовал себя преданным.       - Эля была права насчет миссис Иринас, почему бы ей не быть правой и насчет него? – спросил он, поправляя белоснежную челку. – Я просто буду наблюдать за ним и сам сделаю выводы. Мне больше не хочется полагаться на общественное мнение и делать преждевременные заключения.       Дэр вздохнул.       - Ты прав, - улыбнулся он, потом парень повернулся к Леондару. – Мистер Касс, вы продолжите?       - Эм…да, - афилиец не сразу нашелся с ответом, так как хотел поблагодарить их за проявленное уважение и понимание. Но парень остановился: судя по выражению лица этих двоих, - благодарность им не требовалась. Он ухмыльнулся. – Если честно, теперь я не совсем понимаю, почему вы злитесь, мистер Хиларем. Вспоминая ваши недавние слова, я могу сказать: вы все также считаете Элию подругой и все также доверяете ей.       - Верно, я злюсь вовсе не из-за Дэра, - вздохнул Эйприс и обратился к Эванс. – Я знаком с тобой меньше, чем он, и до конца августа знал о тебе меньше, чем миссис Иринас, Татьяна и остальные. Поэтому это вовсе неудивительно…       - Эйприс, - с укором произнесла Эля. – Вы с сестрой не можете быть менее важными, чем Дэр и Ольвия. Не важно, что вы знали меньше остальных, что мы пробыли вместе меньше времени, чем с Ольвией или Татьяной. Мы ведь все равно друзья, верно?       - Конечно, - кивнул он, слабо смутившись.       - Я беспокоилась из-за злости Дэра, потому что в дальнейшем это могло вылиться в жуткие побои на тренировках или еще где-нибудь, - Аитуно замер в шоке от самого себя. Ведь он и, правда, мог поступить. Поступал же он так с Элланом, зная, что в мужском костюме ходит девушка. Эля же продолжала. - Ты в отличие от него не поступишь подобным образом. Даже тогда, когда я глупо себя вела, ты всегда меня прощал и поддерживал. Поэтому, наверное, я не беспокоился за твою злость. Ведь стоило тебе сказать что-нибудь ледяным голосом, и я тут же понимал все ошибки и глупость, - привычка Эванс говорить о себе в мужском лице возвращалась, стоило ей заговорить о Калии, об учебе в академии или о своих друзьях, а сейчас она говорила с ними, видела их. Совсем как раньше, поэтому Леондар вовсе не удивился, когда Элия снова заговорила о себе в мужском лице.       Но Эйприс выпал в осадок. Он, действительно, много чего мог наговорить Эллану ледяным тоном, выругаться пару раз, чего бы не позволил себе с девушкой. Однако Эллан и был Элей.       - Почему же ты сразу не сказала, что ты девушка, а? – спросил Эйприс.       - Поверь, это бы тебе не помогло, - догадавшись, о чем думает Хиларем, покачал головой Дэр. – Я знал, что Эля это Эля, и все равно вел себя с ней, не так, как с девушкой. Сколько же раз я нарушил нормы поведения, общаясь с ней?       Эля непонимающе посмотрела на Леондара.       - Видишь ли, им, как джентльменам, сейчас искренне жаль за то, как они к тебе обращались, пока ты притворялась парнем, - пояснил летчик.       Девушка удивилась и повернулась к ним.       - Но если бы вы так себя не вели, меня бы тут же раскусили и сдали полиции или армии. К тому же по меркам современной Терры, вы вели себя намного приличней нежели, чем многие парни оттуда, - улыбнулась Эля. – Так что все в порядке.       Теперь все трое парней повернулись к ней       «Какие же люди сейчас живут на Терре?» - задались они вопросам, на который вряд ли бы получили ответ от лучницы, которая не помнит прошлого.