Под солнечным светом

      Такому существу, как я, нет смысла записывать свою историю. Никто не имеет права знать еë, кроме меня. А я сам могу прочесть тысячелетние воспоминания каждой бессмертной клетки, даже той, что содержится в моей крови, которой я одарил своих слуг. И тем не менее, кисть в моей руке порхает над бумагой, оставляя сии иероглифы.       Мимолетная прихоть.       Я этого захотел, потому и сделал. Нет нужды беспокоиться о времени. Отсутствие забот - это привилегия вечной, идеальной сущности, в распоряжении которой бескрайнее количество возможностей. Моя роскошь.       Верно, больше не человек, давно не человек. Сейчас меня называют королём и прародителем демонов. Я Мудзан Кибутсуджи - безжалостный танец демона.       Демон... Я принял такое "имя". Оно ясно показывает, что люди воистину глупые ничтожные создания. Демоны - это лишь их суеверие, как и боги, и Будда. Я же всего лишь стал королём пищевой цепочки,превзойдя творение природы. Совершенно естественно, что как люди поедают скот, так и я со своими слугами поедаю их. Сильный пожирает слабого, таков принцип жизни. Если бы люди только давно поняли своё место в этом мире, то могли бы следовать своей жалкой судьбе со спокойной душой.       Люди, нет, так называемые охотники на демонов. Смешно - безумный скот думает, что охотится на хищников. Но если бы подобное стало реальностью... То это было бы непростительным "изменением" законов природы - отвратительным нарушением, полнейшей деградацией. Слабый не может пожрать сильного.       Но это уже реальность, и потому меня переполняет злость       Да, кажется теперь, я понимаю. Каллиграфия успокаивает и помогает сосредоточиться, так меня учили в далеком детстве. Но чем больше я сейчас пишу, тем больше прихожу в ярость. Мной были возвышены тысячи, десятки тысяч людей, но большая их часть не может развиться даже до такого уровня, чтобы противостоять молодым охотникам... Разочарование. Но не только в них. Двенадцать Лун, которые я так тщательно собираю… совершенно бесполезны. Смысл есть лишь от шести Высших, и даже он вызывает сомнения.       Паучья лилия. Демон, не имеющий слабости перед солнцем. Истребление ненавистной мне, наглой семьи Убуяшики, столько лет продолжающих бросать мне вызов. За более чем сто лет моей жизни они не смогли преподнести мне, не смогли отплатить за мою невероятную милость и щедрость, позволившую им встать хотя бы на одну ступень выше положения скота. По крайней мере они продолжают подтверждать торжество "постоянства" законов природы над "изменениями".       Кажется, что в последнее время я начинаю терять терпение, все больше жажду наконец достичь своей цели. Но меня все еще преследует монстр - тот единственный, что за более чем тысячелетие после перерождения поселил во мне страх смерти. Не бог, не Будда, не человек, не демон - монстр. Дух смерти, что преследует меня с рождения, принявший обличие эфемерного видения, вот кто это. Такой же, как и само Солнце. Препятствие. И хотя Кокушибо заверил меня, что истинное наследие его брата окончательно стерто из истории нашего мира, я чувствую, что мы что-то упустили, знаю, что смерть так просто не признает мою истинную судьбу…       Но я не буду паниковать. Мои сердца бьются спокойно, а мои мозги, кажется, наконец пришли в гармонию. Вчитываясь в написанное, я понимаю, что мне нечего опасаться. Ничтожность слуг не то, о чем мне стоит волноваться. Да, если смотреть на картину в целом, то становится очевидно, что "постоянство" не нарушено, "изменения" лишь исключения из правил, а монстра больше нет. Все в порядке.       Похоже, что тот старик, обучавший меня искусствам в детстве, все же был не так бесполезен. Выплеск эмоций. Погружение в себя. Обычно я просто убивал, но, возможно, теперь и дальше буду продолжать оставлять подобные записи.

Примечание Кирии к записи

      Совершенно естественно, что люди пытаются найти оправдание собственным химерам. И все же я боюсь того, как мыслил этот человек, упивающийся своей исключительностью. Он отбросил и богов, и Будду, и человечность, если имел таковую когда-либо вообще, не неся в себе ничего, кроме страха смерти, найдя утешение в том, что схож с хищным зверем. Я боюсь, что кому-то действительно достаточно этого, чтобы чувствовать покой, считать себя лучше других.