Кричать в молчании

      Мин проводил взглядом последние лучи уходящего солнца и смотрел, как темнота постепенно окутывает остров. Когда на небе стали видны звезды, Юнги поднялся с места и пошел к дому, собрав по пути сухие ветки для костра. Выбравшись на пляж, он свалил их в кучу. Достав из рюкзака бумагу и зажигалку, парень разжег костер и постелил рядом толстый плед, усаживаясь на него. Через несколько минут со стороны домика послышался треск веток. Немного повернув голову вбок, Юнги заметил силуэт, медленно спускающийся из дома. Силуэт осторожно подошел к костру и опустился рядом с Юнги, кинув на того пару нечитаемых взглядов. Парень мелко подрагивал, ведь на нем был лишь легкий пуловер, отчего Мин поспешил достать из рюкзака теплую толстовку.       Осторожно поднявшись, он обошел Чимина со спины и, немного наклонившись, накинул на него кофту. Когда его рука уже собиралась соскользнуть с плеча, её мягко накрыли чужой. Чимин несильно сжал её своей подрагивающей рукой, но Мину отчего-то казалось, что дело было не только в холоде. В его груди что-то больно кольнуло при виде этого сжавшегося подрагивающего мальчишки. Он чувствовал невероятное трепетное тепло, разливающееся в груди. И все из-за одного касания. Сейчас ему было по-настоящему страшно. Не зря врачи не берутся лечить близких им людей. В таких ситуациях они просто перестают быть профессионалами своего дела, полостью сдаваясь во власть эмоций. - Тебе нужно поспать, - мягко произнёс Юнги, опускаясь на колени позади парня. - Если усну, могу исчезнуть, - едва различимо произнес Чимин, сжимаясь сильнее.        Юнги вздрогнул, он впервые не мог подобрать слов. Как же ему хотелось обнять, успокоить, прошептать, что все будет хорошо и он рядом. Но что будет хорошо? И кто он? Ведь Чимин сейчас не знает даже себя, не говоря уже о Юнги, он даже не понимает, где находится. Мин выдернул его из одного забвения и поместил в другое. - Не уходи. Мне страшно, - разрешил его метания Чимин. - Просишь остаться незнакомого человека? Может я плохой. - Человек, который так долго и крепко держит мою руку, не может быть плохим, - в ответ Юнги лишь слегка улыбнулся, вспоминая слова домоправителя в больнице. - Нужно собрать палатку, - выдохнув, Юнги попытался встать, но его не пустили. - Нет, - слабо возразили ему, - в ней не видно звезды.       Мин посмотрел на усыпанное яркими звездами темное небо. Да, это именно оно... То, навстречу чему всегда поднимался Юнги. Но каждый раз, стоя на балконе очередного высотного здания, понимал, что уже намного ближе, но всё еще слишком далеко. Вытянув из рюкзака вторую толстовку и натянув капюшон, он, следом за Чимином, опустился на плед у костра. Они все еще крепко держались за руки, но были как звезды: так близко и так далеко.       Проснулся Юнги на рассвете, солнце только-только поднялось над мирной гладью океана. Костер давно потух, отчего он чувствовал, как худые конечности окончательно продрогли. Но больше всего пугало отсутствие живого источника тепла под боком. Чимина не было рядом...       Быстро поднявшись, он забежал в дом. Внутри сильно пахло сыростью, крыша в некоторых местах рухнула, листья давно сгнили, кровать просела, и еще много всего, но главное — Чимина внутри не оказалось. Юнги лихорадочно соображал, где можно его найти. Звать было слишком опасно, ведь неизвестно, кто он сейчас. Чонгук вряд ли обрадуется, услышав ненавистное имя. «Только не Тэхен, пожалуйста. Прошу, только не он», - ловко отталкивая в сторону ненавистные сплетенные растения, Юнги бежал вглубь к водопаду, но кроме просыпавшихся птиц никого не нашел. Через какое-то время заросли стали заметно редеть, Мин забрался еще глубже. Вместо крепко сплетенных кустарников перед ним находились высокие деревья, которые занимали довольно большую площадь. Пройдя чуть подальше и восстановив сбитое дыхание, он собрался бежать дальше, как увидел мелькнувшую в стороне синюю толстовку. Чимин опустился на траву, откидывая спину на грубую кору дерева и устремляя взгляд вверх. - Помнишь? - неожиданно произнес он, стоило Юну подойти ближе. Мин заозирался по сторонам, но так и не смог вспомнить, где именно находится. Он так много плутал по острову, что в конец потерялся. А ведь раньше мог буквально с закрытыми глазами добраться в любую его часть. - Нет, - Мин отрицательно покачал головой, - но ты, видимо, помнишь...Джун.       Губы Пака тронула легкая улыбка. Повернув голову, он посмотрел прямо на Юнги. Когда их взгляды пересеклись, Джун пошло облизнул губы, выгибая бровь вверх. - Намдж...- Юнги осекся, вновь оглядываясь. Черт возьми! Разумеется, здесь все сильно изменилось за несколько лет, но как он мог не узнать место, где они с Чимином провели ту ночь. Их единственную ночь... Юнги медленно опустился рядом, копируя расслабленную позу Джуна. - Прости, - виновато произнес он, - я забыл, как выглядит это место, но ты всегда об этом помнил… - Не извиняйся, мне это безразлично, - прервал его Джун, вновь закрывая глаза. - Говорят, люди, лишенные зрения, чувствуют все намного острее, - немного погодя спокойно произнес Мин, - сейчас я убедился, что это действительно так. Ты слышал когда-нибудь, как разговаривает природа?       Юнги и не ждал, что ему ответят, но это было и не нужно. Его уверенный, приятный и спокойный тембр убаюкивал, он обладал особой притягательностью и шармом. - Здесь на острове, наедине с ней, я чувствую себя спокойно, - продолжил Мин, - в безопасности. Только здесь мне по-особенному комфортно и хорошо. Тишина и умиротворение, ты никогда не услышишь подобного в шумном и пыльном городе. Чувство нерушимого покоя... Ты чувствуешь? Его здесь дарит даже воздух. Он совершенно другой: густой, прохладный, ароматный, - Мин набрал полные легкие воздуха, отмечая, как Джун неосознанно стал дышать в такт с ним, - я уверен, что ты тоже это чувствуешь, ведь ты хранишь все его воспоминания. Ощущаешь, как тепло приятно окутывает твое тело? - Чувствую, - расслабленно произнес Джун, мерно выдыхая воздух, - и я знаю, что ты делаешь, Мин, я не глуп. У тебя не получится ввести меня в гипноз. - Это уже не важно, Джун, - также спокойно произнес Юнги прежде, чем резко сесть напротив Кима, заставляя того распахнуть глаза. Перед взглядом Намджуна зажглось яркое пламя, приковывая к себе замутненный взгляд карих глаз. Мин внезапно зажег перед ним зажигалку, которую вчера после розжига костра так удачно убрал в карман джинсов. Намджун и вправду слишком умён, лечение гипнозом было бы чересчур долгим и вряд ли результативным. Ему же нужен был просто так называемый «разрыв шаблона», как это произошло с Хосоком. Так можно пробраться в самое ядро сознания Чимина. Важно заставить пациента полностью сосредоточиться на чем-то конкретном, затем совершить любое неожиданное действие. Это не обязательно зажигалка, просто Мину повезло с подручным средством. - Я просто хочу поговорить с тобой. Я знаю, тебя мучает вопрос, кто ты. И ты, наверняка, думаешь, что ответ на него очень сложно отыскать. Ошибаешься. Мы — это наше прошлое. Отказываясь от прошлого, мы отказываемся от себя. Каждый кусочек этого острова — отголосок тебя самого. Малейшее воспоминание — это самый крохотный кусочек пазла. Но без кусочка мы никогда не увидим целой картины. Поэтому ты всё записываешь, Чимин. Ты не хочешь потерять ни кусочка себя, но ты продолжаешь убеждать себя в том, что это было не с тобой. Почему? Тебе настолько ненавистно прошлое, в котором есть я? - Замолчи, - пламя свечи отблескивало в пелене слез, что сейчас застилала глаза Чимина, он неотрывно смотрел на полыхающее на ветру пламя, и лишь по учащенному дыханию можно было понять, что внутри него идет борьба, которую разожгли слова Юнги. - Плевать. Даже если и так, - продолжил Мин, - никто из нас не может вернуться в прошлое, чтобы начать все с чистого листа. Но ведь в книге не одна страница. Попытаться что-то изменить можно не только с начала, но и с каждой следующей страницей. Только так можно переписать конец книги, а не прятаться за кем-то другим. Это твоё прошлое, Чим, и только твоё!       Чимин опустил заплаканные газа в пол, отчего у Юнги вырвался вздох облегчения. Но...слишком рано... В один миг из рук Мина выбили зажигалку, которая тут же отлетела в сторону, затухая. Чимин подскочил на ноги. Слезы из глаз лились ручьем, теперь для Юнги это выражение приобрело буквальный смысл. Его взгляд полыхал огнем. - А что хорошего в этом прошлом?! - в истерике кричал он. - Там только слезы, боль и страдания. А знаешь почему, Юнги-хён?! Потому что я сам его таким сделал! Я всё испортил! Испортил жизнь нам обоим! Это я виноват! - оттолкнув Юнги, парень убежал прочь. Снова...       «Юнги-хён», -обращение все крутилось у Мина в голове. Это был Тэхен? Но почему? Конечно, при принятии одной стороны себя, зачастую, человек прячется за другой личностью, но почему сейчас... Почему Тэхен? «Склонен к самоповреждению и суициду. Имеет нездоровую тягу к опасностям», - вспоминает Юнги краткое описание Тэ. Итак, селфхарм или же самоповреждение. Люди намеренно повреждают своё тело, причиняют себе физическую боль, потому что считают, что она способна заглушить внутреннюю, поглотить сожаление, стыд, вину...       «Я всё испортил! Испортил жизнь нам обоим! Это я виноват!» - крик Чимина все еще сильно бил по ушам. - Неужели Тэхен — это способ Чимина наказать себя? Он чувствует себя виноватым... Виноватым в том, что мы потеряли друг друга, - сжав кулаки, чуть подрагивающим голосом произнес в никуда Юнги...       Стоит ли говорить, что испытывал Юнги, узнав, что его Чимин все эти годы наказывал себя за ошибку Мина? Несмотря на скапливающиеся в уголках глаз слезы, что рвутся прочь из знатно помятой и изрезанной души Юнги, он хватался за крупицы здравого смысла, чтобы только найти в себе силы не потерять Чимина снова. Не теряя больше ни минуты, он побежал вслед Тэхену.       Парень нашелся на пляже у дома. Он что-то писал на тонких ветках угольком, вытащенным из костра. Подбежав к парню, Юнги, забыв про всю осторожность, дотронулся до плеча, чуть разворачивая. - О! Юнги-хён! Ты такооой медленный, - засмеялся он, - смотри!       Улыбаясь, он показал на рисунок. Он был смешным, нелепым и детским, словно рисовал ребенок лет пяти. Изображено было четыре человека. Трое из них держались за руки, а четвертый был чуть поодаль, но рядом с ним красовалось сердечко. - Смотри, это ты! - он показал пальцем, на человечка с сердечком. - Потому что мы любим тебя, хён! А это мы! - он показал на оставшихся трех. - Посередине я, потому что Гук~и не любит ЧимЧима и не взял бы его за руку! - Но почему только трое? - Юнги нужно было подтверждение на свой вопрос. Немного помолчав, Тэ все же ответил: - Хоби-хён и Джун-хён ушли. Я уверен, у них появились свои тела и они больше не потеряются, - просиял он, быстренько дорисовывая еще два отдельных силуэта. - Да, я тоже надеюсь на это, - с грустью произнес Юнги, - нам пора ехать, Тэ.       С этими словами Юнги снял себя толстовку и пошел складывать её в рюкзак вместе с пледом. Обернувшись, он заметил серьезное лицо Тэхена, который будто с ненавистью смотрит на покачивающуюся вдалеке яхту. - Тэ? - обеспокоено спросил Юнги, подхватывая рюкзак и подходя ближе к парню. - А? - он вздрогнул и вновь улыбнулся. - Пойдем? - успокаивающе улыбнулся Мин. - Конечно! Нам и вправду пора...уезжать..       Парни пошли вдоль берега к лодке. Тэ постоянно рассказывал какую-то ерунду. Про форму облаков, различия снежинок, несуществующих зверей, что обитают в вымышленных мирах, и все в этом духе. Мин с улыбкой слушал рассказ парня, но теперь сквозь его смех он мог разглядеть страх и отчаяние, скрывавшиеся в глубине сияющих глаз. Именно те чувства, которые он не заметил у Чимина много лет назад. - Вернулись! - приветствующе улыбнулся капитан, помогая выбраться из лодки. - Как провели время? - Ох, дядюшка, там было так здорово! - затараторил Тэ, чуть ли не подпрыгивая от радости. - Вы даже не представляете, какая там вкусная вода! Эх, надо было принести вам тоже! А звезды! Они просто огромные! И так ярко сияют! А еще представляете, там есть такие высоченные деревья! У них просто невероятно толстые и величественные стволы!       «Почему он помнит это?» - пронеслось в голове Юнги, и он удивленно уставился на эмоционально размахивающего руками парня. Возможно ли, что Мину все-таки удалось запустить процесс единения? Чимин, вероятнее всего бессознательно, но больше не расщепляет пережитые моменты, не «отдает» их другим личностям. Если это действительно так, то Мин движется в верном направлении. - А что у вас с ногой? - заметил вдруг Тэхен. - Ах, ерунда. Ночью вывихнул связки, они у меня уже не новые. А ты очень изменился! Рад, что вам было действительно весело, - смеялся капитан, сворачивая спущенную лодку, - я приготовил завтрак, перекусите и поднимайтесь ко мне. - Спасибо! - звонко поблагодарил Тэ, утягивая за руку Юнги за собой.       Стоило парням накрыть на стол, как желудки радостно отозвались на невероятный запах приготовленных блюд. Капитан был просто невероятен, приготовить практически из ничего такой плотный завтрак. Тэхен уплетал еду за обе щеки, при этом успевая делиться поглотившими его впечатлениями. Мин лишь нежно улыбался, понимая, что еще немного и ему удастся вернуть Чимина. И пусть они разговаривали всего несколько минут, но их было с лихвой достаточно, чтобы возродить решимость Юнги с новой силой. После завтрака Тэ отправился спать, Мин же поднялся в капитану. - Спасибо за еду! - привлек он к себе внимание. - Да мне только в радость готовить для кого-то.       Мужчина рассказал еще несколько захватывающих историй, интересуясь при этом и жизнью Мина. Юнги не любил говорить о себе, он и историю-то свою рассказал только Джину, и то под действием мартини, но отчего-то искренность и открытость капитана развязали парню язык. Разумеется, он умолчал о многих подробностях своей жизни, в частности, в его рассказе не было ни слова о Чимине, будто его отец и вовсе не спасал плачущего мальчика с тонущего корабля. По коже прошлись мурашки, стоило только представить, какой пустой была бы его жизнь без этого мальчишки. До самого вечера они говорили о многих неважных мелочах, пока жуткий крик не раздался снизу. Скорее даже не крик, а громкий душераздирающий вопль, от которого у Юна даже перехватило дыхание. Он, не дожидаясь, пока капитан заглушит мотор и побежит с ним, ринулся вниз. С силой толкнув дверь, он увидел Тэхена. Тот сидел на полу, забившись в угол комнаты. Колени были плотно прижаты к груди, руками он отчаянно цеплялся за волосы, отрицательно мотая головой. И.. кричал. Тут же упав рядом на колени, Юнги осторожно коснулся его ноги. Вздрогнув от прикосновения, Тэ вдруг замолчал. Парень поднял на него красные заплаканные глаза и смотрел словно сквозь. Затем его взгляд заметался по каюте, он был похож на загнанного в ловушку зверя. - Он дезориентирован, - тихо сообщил Юнги, застывшему на входе капитану. Дотянувшись до шеи, Юнги еле осязаемо прощупал пульс. Грудь парня сейчас часто вздымалась, участилось сердцебиение. - Что с ним? - взволнованно спросил мужчина. - Вегетативный криз. - Что? Паническая атака? Но почему? - Все повторяется... - тихо прошептал Юнги. - Я думал, это поможет, если вновь поместить его в тот день, в те обстоятельства. Но ошибся. Этот способ ему не помогает. Я решил рискнуть, но риск не всегда оказывается оправдан.       Мин говорил скорее для себя, чем для капитана, чем вызывал еще большее непонимание с его стороны. Он мягко обхватил его лицо ладонями, концентрируя взгляд на себе. - ТэТэ, - успокаивающе позвал он, - прошу, посмотри на меня. Ты в безопасности, со мной, тебе ничего не угрожает. Пожалуйста, постарайся дышать вместе со мной, - Юнги делал размеренные и глубокие вдохи и выдохи, стараясь заставить Чимина дышать с ним в унисон. - Нет...нет....нет....Нет! - Чимин лишь сильнее забился в истерике. - Не подходи! - он с невероятной силой оттолкнул от себя Юнги, подскакивая на ноги и выбегая из комнаты. Остановившись у стола, он схватил с него вилку, направляя на мужчин. - Тэхен, тебе не нужно этого делать, мы не навредим тебе, и глубоко внутри ты это знаешь, - Мин мягко приближался. - Я же сказал не подходить! Если подойдешь, будет как в тот раз! Ты что, не понимаешь?! Они снова заберут тебя у меня! И я опять останусь один, здесь в темноте... Я не должен был подходить к тебе в тот раз! Не должен был!       Юнги понимал, что сейчас очень тонка грань между Чимином и Тэхеном. Сейчас он не может идентифицировать ни себя, ни своё окружение. Его восприятие окружающей действительности стерто, размыто, им движет только страх и прошлые пугающие воспоминания. А это слишком опасно... - Я никуда не денусь, обещаю. Я не уйду... - Тогда.. Тогда надо уйти мне, да? Верно! - выкинув вилку из рук, он, развернувшись, побежал наверх. - Нет! - не выдержал Юнги, сорвавшись на крик. Поднявшись вслед за парнем, он успел уловить лишь громкий всплеск воды. Подбежав к краю, он наткнулся на бултыхающегося в воде Тэхена. Парень всеми силами старался остаться на поверхности. Порыв Юнги прыгнуть за ним был остановлен капитаном. - Вы разве не говорили, что разучились плавать, после того происшествия! - Но вы не сможете его вытащить из-за ноги, так что придется проверить, - скинув с себя руку капитана, Юнги прыгнул в воду. Намокшая одежда тут же облепила тело, сковывая и без того неловкие движения. Потяжелевшая обувь тянула вниз, но после нескольких неудачных гребков, Мин все же смог довериться воде. Мышечная память действительно помнила годы, проведенные на острове, а ведь после него Юнги даже в бассейн ни разу не ходил. Попытки не тонуть выбили из парня все силы, поэтому к моменту, когда Юнги перехватил его под руки, укладывая на спину, Тэ уже не сопротивлялся. Капитан помог поднять ослабевшее тело на борт, а затем и выбраться самому Мину. Переодев Чимина в теплую сухую одежду и, насколько это возможно, высушив голову полотенцем, Юнги уложил его в постель, укрывая одеялом. Переодевшись, он лег рядом, покрепче обнимая дрожащего парня.       Судя по всему, Тэхен не умеет плавать. Но это странно. Чимин же отличный пловец, на острове он буквально жил в воде. Так почему же лишил Тэхена возможности плавать?       Остаток пути Юнги проспал, уткнувшись носом в затылок мирно сопящего Чимина. Капитан разбудил их только по прибытии в порт. Не задавая лишних вопросов, он помог парням спуститься и лишь улыбнулся на прощание. Юнги шел, закинув рюкзак на плечо и настороженно смотря на идущего рядом парня. То казался спокойным и, возможно, даже.. счастливым? - Спасибо, - мягко произнес он, чуть улыбнувшись. - Тэ... Просто не делай так больше, не пытайся себя убить. Тогда не придется благодарить за спасение, - надломленным голосом произнес Мин. Со стороны, наверняка, казалось, будто Юнги невероятно зол, но это было совсем не так. Именно в ту минуту, он был сломлен. Второй раз видеть, как Чимин пытается убить себя, было слишком больно. - Я не о том, - отмахнулся тот, - хотя и об этом тоже, - парень неловко откинул волосы назад. Странно, Мин не замечал этой привычки у Тэ прежде. - Тогда о чем ты? - Мне было тепло. Я впервые выспался, чувствуя за спиной не только пустоту и холод. Хочу и дальше чувствовать тебя, Юнги, - повернувшись, он посмотрел в черные хмурые глаза, и на его лице впервые расцвела улыбка. - Чимин?..