Живи и будь счастлив.

Пресветлая ава Даффа Кахт-Кзор, симпатичная рыжеволосая молодая женщина, резко развернулась на фразу, которая заставила похолодеть. — Ну, вот и свиделись, красавица. Это было сказано ей, потому что на пирсе никого, кроме нее, из женщин не было. Ходили матросы, работники, мальчишки бегали по поручениям, но вот дам, даже на отдалении метров на три сотни, нет и не предвидится. А потому фраза была обращена именно к ней, вот только представшие перед ней люди были незнакомы. — Сама пойдешь, или будем маски-шоу устраивать? — лениво произнес мужчина, по голосу, да и по лицу, старше того, кто был рядом с ним. Ава запаниковала бы, если б не ждала по свою душу преследователей. Она гордо вздернула подбородок. — Я тебя сильнее. — Мягко произнес голос, что вышел из уст молодого хищника. Правая рука легла на левую, поверх теплого платья с капюшоном. Под пальцами заиграл зеленый искрящийся огонь, но мех платья не истлел. — Маски-шоу, или ты все поняла? О том, что ее не обманывают, ава Даффа сообразила быстро. Некромант узнает некроманта с первой попытки. Его уровень, не только развития, но и скрытый потенциал, в легкую превышает на голову аву. Ментальные атаки на нее действуют очень плохо, потому как некромант имеет интуитивную ментальную защиту. Все же он и с духами дело имеет, а с ними попробуй ментально не защититься! Порвут душу на куски и тело займут, пикнуть не успеешь. Так что ее не обманывали, ментально не воздействовали, а некромант перед ней уровнем архимага мог спокойно перебить силу защитного заклинания предмета. Высший потенциал, если сумеет развить всю свою силу, и при этом не свихнется. Ведь чем сильнее некромант, тем больше он привлекает к себе потустороннего. — Поняла. — Ей больше ничего не оставалось, как стать послушной. Архимаги среди некромантов встречаются еще реже, чем среди боевых магов, потому шутить даже с таким, не самым хорошо развитым, себе дороже. — Тогда пошли, красотка. — Мурлыкнул мужчина, который заговорил первым. Ава Даффа понимала, что ее поймали. И никакой предмет ее не защитит — этот человек сильнее нанесенного заклинания. Так что ее сейчас выведут с пристани, проведут к коляске или дилижансу за доками, а оттуда в руки пресветлого сиа Ината Хандара. И будет ей счастье в комнате дознания, а оттуда прямые переговоры с ее отцом, королем Кахт-Кзор. Домой ее вернут, но только от этого легче не будет. Показательно, чтоб свои же боялись, проведут казнь. Отец не пожалеет ее, ни за что. Молодой некромант шел впереди, менталист позади. Ава Даффа была готова к тому, что ее жизнь скоро будет окончена, а имя опозорено на весь континент. Ведь из-за нее чуть не началась континентальная война. Она была готова, но совершенно не ожидала, что времени у нее совсем нет. Ее действительно завели за доки, но вместо средства передвижения резко сорвали с головы капюшон, из волос выдернули украшение в виде гребня, а затем втолкнули в какой-то неприметный сарай. Дверь закрылась, почти беззвучно, а на рот легла ладонь, к шее прижалось ледяное лезвие. Ава Даффа только и успела увидеть то, как в руке некроманта треснул предмет, заговоренный магией некро-энергии. Треснув, он съежился, а затем опал, как горстка сажи. Глаза у авы округлились, но до конца этот момент она не осознала. Просто не дали. — Я с бабами не воюю, — тихий злой голос донес до ушей авы, что все это значит, — но только не с тобой. Знаешь, я плохо верю политикам. Ничто в этом мире не помешает твоему батьке сделать так, чтобы лично ты выскользнула на Небольшой континент. А под топор ляжет кто-то, кто фанатично выкрикнет на приказ заменить тебя: служу отечеству! Плюс, ты лично мне гадость, дважды, сделала. Даффа, не понимая, посмотрела в глаза мужчины, того, что старше, и не могла вспомнить, где они могли пересечься, чтобы уж лично гадить. — Из-за тебя, ава, мой близкий друг чуть не умер. Хвала тому, что он оказался нераскрытым магом под колпаком ауры. Смекаешь? Она задохнулась вдыхаемым воздухом. Теперь стало понятно, кто перед ней. Но сказать что-либо ей не дали, просто продолжили небольшой список претензий. — А еще ты тронула моего сахорочка. — Мужик осклабился. — Твои люди ему лицо изуродовали, когда проверять стали, реальный ли предмет на голове, али подделка. Знаешь, я терпеливая тварь, но только не в этих двух вопросах. И я не дам тебе выйти отсюда живой. Меня не волнует политика, этика моих действий, и даже просто то, что ты женщина. Ты тронула моего друга и моего любимого человека. Ты почти убила их, и только чудо сложило все детали случайностей так, что они оба живы. — Он щелкнул языком, дав сигнал своему напарнику, и тот активировал путы, лишая аву способности защищаться, или произнести проклятье, даже мысленно. — Хватит, девочка, добегалась. Больше ты гадить не будешь. Ава почувствовала этот удар, не успев даже дернуться. Все случилось быстро, поэтому несколько секунд она и не понимала, что уже все сделано. Мужчина отступил на шаг назад, освобождая тело от поддержки, а некромант оставил путы только на голове. Это не помешало аве Даффе Кахт-Кзор осесть на слабеющих ногах на пол, после чего повалиться набок, прижавшись плечом к стене. Несколько минут и женщина затихла навсегда. Убийца вытер свой кинжал тканью, которую нашел на полу, не став марать кровью одежду авы. Хватит и того, что сочится из аккуратной раны на груди. Точный удар в сердце, несколько минут без помощи и готовый труп. Убийца не врал. За всю бытность человеком-палачом, в обоих мирах, он не воевал с женщинами. Как-то так не попадались задания, где надо было убивать женщин или детей. Те могли стать случайными жертвами, но никогда напрямую не использовались. Но именно эта женщина дважды наступила туда, куда не следовало. — Все, душа отошла. Теперь ее даже не поднимут умертвием. — Сказал некромант. Он, как и друг-убийца, свое дело сделал. В некромантии есть одно заклинание, ментальное, которое предотвращает поднятие зомби, умертвий, или создание из тел умерших химер, да прочих слуг некроманта. Если заклинание прикрепить к человеку еще живому, но гарантированно в течение суток жизни лишающемуся, то его тело другой некромант использовать не сможет. Так некроманты воюют друг с другом, когда идут военные действия. Если некроманта нет, жди умертвий, когда твои товарищи пали. Тогда приходится кремировать всех погибших до захода солнца. Из праха некроманты поднять никого не могут. Здесь же было использовано заклинание для того, чтобы ищейка-некромант, которого вызовут для расследования убийства, нашел следы живых, или поднял тело и покопался в последних воспоминаниях жертвы, ничего не смог найти и развел руками. Пара, которая прикончила большую проблему, способную разрастись в еще больший геморрой, вместо простого нарыва, тихо выскользнула за дверь. Теперь следовало действовать по плану, который был нарушен из-за случайной встречи. Пресветлая ава Даффа Кахт-Кзор, умершая от удара в сердце, славящаяся красавицей, могла бы жить долго, даже счастливо, если бы не была столь амбициозна. Ее история не столь длина, но заковыриста. Она была третьей дочерью короля Кахт-Кзор. В отличие от королевства Хандара, в Кахт-Кзор у короля был только младший муж и наложницы. Это традиция не мешала выдавать дочерей замуж в другие королевства, или за своих пэров или воинов. Ясное дело, пресветлые ава к политике не допускались, и на континентальном базаре невест считались не самыми лакомыми кусочками. В королевствах ценились женщины, которые смогут свору щеголей и щеголих держать в узде, а это значит — политический помощник короля. В Кахт-Кзор пресветлых ава этому не обучали. Хорошо, если вообще грамоте учили. Бывали столетия, когда дочерям монархов в королевстве-слон прививали исключительно правила поведения в постели, игру на музыкальных инструментах, рисование, танцы и песни. Делали девушек, причем сознательно, глупыми и способными быть лишь украшением. Редко какая красавица могла похвастать знаниями кроме тех, которые вбивались в голову с рождения. Время миновало, сейчас пресветлых ава в Кахт-Кзор обучают, но только минимуму из того, чему учат других дочерей монархов. Но Даффа была любопытной, любознательной, и рисковой девушкой. Так случилось, что ей просто повезло быть в нужном месте, в нужное время, и среди нужных людей. Родился план, благодаря которому она могла войти не просто в семью какого-то там короля, а в дом одного из титанов на континенте! Даффа хотела утереть нос своим братьям, которых готовили на смену власти. Да, королевство Кахт-Кзор готовит родных братьев к политическому супружеству, и подбирает им большой гарем. Когда приходит время, они проходят церемонию венчания, и их оплетают сильной магической меткой, которая не позволит паре рассориться и начать враждовать между собой. Поэтому братья по крови, супруги по закону, имеют общий гарем, и выбирают сыновей из общего числа, а не тех, кто больше всего похож. Вот им и хотела утереть нос Даффа, став супругой пресветлого сиа Ината Хандара. Вот только здесь было все не так просто. Монарх, отец Ината, присматривал невесту для подрастающего сына. Даффа была старше, и ее не считали хорошей кандидаткой даже для пэров. Куда там наследник государства-слона! Когда же она согласие дала, люди, заинтересованные в деле, и вообще его затеявшие, сделали так, что отец перестал рассматривать Даффу, как невесту для кого-либо. Этим они обезопасили свой актив, который мог дать могущество. План был простой. Наследник Хандара являясь юношей, только-только вошедшим в ту пору, когда тело требует развлечений, должен получить их в неограниченном количестве. Присмотром невесты его отец занимался, но только на уровне слов. Все же он понимал, что сын еще не готов даже к простому слову «жена», куда там обряд и все остальные правила супружеской жизни. Вот как раз в этот момент были подобраны путаны. Среди них, — и как только удалось? — к наследнику приехала очень опытная лекарка. Она-то и сделала так, чтобы в голове пресветлого мягко развернулось особое заклинание-шепот. Если не знать, что искать, обнаружить его практически невозможно. Заклинание плавно настроило ментальные волны мозга на подчинение особому слову. Это слово прозвучало, пресветлый сиа пустился вразнос. Все было сделано лишь для того, чтобы пресветлый полностью подчинился тому слову. Для сокрытия приказа в теле наследника, требовалось закрывать его действиями. Отсюда дебоши, пьянство, неконтролируемые аппетиты в постели. Человек, который должен был получить особый предмет, тот самый гребень из чехла, что уже один раз чуть было не был надет на голову самому монарху, к наследнику в постель лег. Некий Жоже, ольбо и ставший любимцем, знал свое предназначение, готовился к этому моменту. Если бы он надел украшение на голову, а пресветлый с ним переспал, то уже на утро было бы объявлено о том, что младшим мужем будет именно этот человек. Спустя некоторое время, как раз под готовящийся посольский визит вежливости, ава Даффа должна была попасть во дворец, встретиться с наследником. После этого предложение о замужестве прозвучало бы незамедлительно. А чтобы такое произошло на сто процентов, Даффа на своей голове носила предмет. Как только пресветлый, опутанный магией подчинения, увидел бы владельца парного предмета, так и возжелал его к себе приблизить максимально. Для того чтобы скрыть внешний облик предмета, на него наложено простое заклинание искажения, которое любой маг может поддерживать. Жоже тоже магом был, потому ему так легко далось привязать к себе пресветлого. И Даффа думала, что план идет своим чередом, когда стало известно, что в столице Хандара пошли нешуточные волнения. Удалось узнать, а это спустя два месяца, на которые делегацию попросили отложить визит, что предмет на голове не того человека. Жоже найти не смогли. На связь он не вышел, хотя летел вместе с пресветлым в сторону монастыря. Потом пошли вести о том, что пресветлый не просто так туда направился, а именно что за помощью, за лечением! План почти сорвался, почти ускользнула рыбка, но тут стало известно, что с Южного пика Инат перешел на Северный пик, как раз туда, где сидел человек, случайно получивший предмет. И не просто чехлом, а в руки без него. Чехол, ясное дело, далеко не убрать, так как они связаны, и в него не положить, так как он открыт. В итоге умозаключений, решили подождать. Если эти двое на одном пике, и более того, трапезничают в одной столовой, то совсем скоро может статься так, что предмет потянет владельца к королевской крови. А тот, вот руку на сердце положа, не сможет сопротивляться тяге. Ожидание не затянулось, но что-то мутное случилось на территории монастыря Зеркальных троп. Все связные, кто там был, разом замолчали. Затем стало известно, что владелец предмета ранен. Да и вообще в одну ночь с этим инцидентом, монастырь был атакован с нескольких сторон. Как птички на хвосте принесли, атаковали некоего сиятельного сиа Лаврея. У него, как оказалось, были враги, и они, тоже чувствуя нарастающее напряжение, подсуетились и атаковали в одно и тоже время, когда напали на Лемке. Все та же птичка принесла на хвосте, что та сторона стала сомневаться в том, что предмет еще на голове сиа Лемке, который и стал его обладателем. Что-то заметили, или почувствовали их люди, вот и решили проверить. Удивительно или нет, но в тот же момент два человека, тайком, в тот же злосчастный час, выскользнули из монастыря, сбежав от военных кораблей защиты, и из рук несравненной авы Алиты Лжоуи! Вот эти двое, если судить по ранним сомнениям, могли забрать предмет и чехол. Сомнения были оправданными, потому как носитель предмета неприкосновенен. Ему не могут навредить, его даже ущипнуть нельзя. А тут ранение, оцарапанное лицо от лба и до шеи. Глаз был разрезан, так что сиа травмирован по зрению. Сами раны нанесены специальными костяными когтями-напальчниками, которые внутри полые. В полость вставляется капсула, некромантом напитанная энергией или залита специальным зельем. Можно было бы подумать, что так оно и есть, если бы не одно большое «но». Для того, чтобы предмет не высосал жизненную силу из носителя до того, как повлияет на королевскую кровь, необходимо выбирать жертву. В зависимости от того, насколько далеко предмет находится от пресветлого, настолько и сильна жажда у носителя. А как ему насытиться, вот чтоб хоть на пару дней перестать жаждать, если не заниматься сексом? Никак. За ручку подержаться хватает лишь в том случае, если тушка пресветлого находится больше чем в одном дневном переходе. Если же он рядом, жажда начинает мучить с удвоенной силой. В этом случае нужен секс. И вот тогда абсолютная защита отступает, потому как жертва или жертву надо трахать. Так что, если сиа Лемке запустил того человека с когтями, предназначенными для проверки, воспринимал его как жертву, то вполне возможно именно из-за этого получилась ранить. К тому же, достаточно было просто приставить пальцы ко лбу, воткнуть и потянуть вниз, а дальше противодействие, но при этом защита сработает только через две секунды. Вполне хватит времени рассечь лицо до шеи. Из-за знания этого нюанса, а иначе недоработки заклинания на предмете, ава Даффа и люди, что были заинтересованы в этом деле, затаились. Дальнейшее поведение пресветлого убедило их в том, что сиа Лемке таки носит на себе предмет, а Инат попал под его воздействие. А иначе практически переселившийся наследник в палату бессознательного Лемке никак не укладывается хоть в какой-либо логический квадрат. Убедившись, что на голове сиа предмет до сих пор надет, и его никто не трогает, даже не смотрит, как если бы тот был активирован и сокрыт из-за выполнения условий, Даффу стали готовить к встрече. Для того, чтобы все прошло гладко, активировали давно ждущих команду людей. Нападение на короля прошло гладко, даже картонно. Наследнику пришлось стать регентом, и именно он должен был встречать делегацию. Но тут вмешался случай, эпидемия в Хандара, неизвестно чем вызванная, закрыла границу на неопределенное время. Этот инцидент сделал так, что король Кахт-Кзор, покачал головой и сказал, что ава Даффа посидит дома, а то, что-то несчастья случаются в мире. Это был намек, но его амбициозная и раздосадованная молодая пресветлая ава не поняла. Зато поняли те люди, что использовали ее в своих целях, а может быть и в целях короля. Случай, все тот же случайный случай расписался на плане так, что только ава Даффа Кахт-Кзор могла стать человеком, который войдет в семью наследника королевства Хандара. Причем войдет как молодая жена. Она смогла заставить мага открыть чехол, обманом, и подождала, когда тот умрет от отдачи заклинания. А так как она некромант, то успокоить жажду на предмете могла легко. И когда чехол прибыли забирать, предстала перед ними с украшением на голове и активированной защитой на теле. Быстро выяснили, что ей удалось обуздать предмет, но снимать его она не собиралась, а атаковать ее было просто бесполезно. И в отличие от Лемке, Даффа того уникального слабого места не имела. Ей жертвы были не нужны, потому как жажда предмета не проснулась. Так что пришлось ждать определенное время, после чего была собрана делегация. Шпионы собрали достаточно информации, а внешние данные обоих мужчин, ставших любовниками, не дали усомниться: предмет на голове сиятельного сиа Лемке — настоящий. Как только эти данные подтвердились достоверными фактами, ведь Лемке крутил головой пресветлого так, как хотел, так делегация с ава Даффа Кахт-Кзор была сформирована. Но кто же знал о том, что все это время, тихо и незаметно, шло расследование? И что Лемке в действительности носил на голове подделку. А настоящий предмет был уничтожен также, как и тот, который с головы авы снял незнакомый некромант. Хотя, какой же незнакомый? Сиятельный сиа Гренко Аласисс, собственной персоной. Как только ава Даффа появилась перед пресветлым лично, с гребнем в волосах, так картинка для него сложилась. Он не стал ждать ни минуты, а сразу заявил, что ничего у Кахт-Кзор не получится, и под их дудку он плясать не будет. Зато станцует на их костях. Когда ава Даффа попыталась прикинуться незнающей дурочкой, один из стражей, что стоял недалеко, прыгнул к ней и попытался порезать ее плечо кинжалом. Сразу же сработала защита, а присутствующие маги и магические сферы, зафиксировали выброс некроматического энергетического потока. И это в зале, где у гостей нет права колдовать! Сферы для того и стоят, чтобы фиксировать попытки, а маги — регистрировать какой магией пытались воспользоваться. Вот после этого инцидента, аву Даффу задержали, просто окружив в кольцо, и отвели в камеру для гостей. С представителями посольства вели себя менее вежливо. Даффа, используя предмет, спустя некоторое время выбралась из камеры, легко сбежала, но в дороге услышала об обмене ударами и о том, что будут собирать континентальный совет. Для себя она почерпнула лишь одно — отец выдаст ее с потрохами, открестится от всех ее дел, которые ему-то были на руку. Младший отец вообще во внешнюю политику нос не сует, занимается исключительно дворцовыми играми с пэрами. Но и он защищать ее не станет. Матери давно нет на свете, она при родах умерла. Так что девушка отныне сама по себе. В совокупности всех событий, случайных не случайностей, пресветлая ава Даффа Кахт-Кзор оказалась в пыльном сарае, в небольшом портовом городе на самом краю континента, с дырой в груди, лишившись не только жизни, но и теплого слова при упоминании ее имени. План, который должен был возвысить, провалился с треском. Те, кто решил использовать однажды засветившийся предмет, явно где-то просчитались. Или на то и был расчет? Может есть третья сторона, которая решила стравить два королевства-слона, подмахнув итоги? Кто их знает, этих политических пэров, коим на попе ровно не сидится, дай заговор устроить, или союзнику вшей, здесь не существующих, насыпать и сказать, что они существуют?