Эпилог
10 апреля 2022 г., 04:00
Эпилог.
Если столица думала, что самые сотрясательные дни закончились, то она глубоко ошибалась. Со дня возвращения пресветлого из своего путешествия в Техона миновало чуть больше месяца. Практически в тот же день, как месяц миновал, из монастыря вернулся король, пышущий здоровьем, готовый и дальше править твердой и уверенной рукой. Церемония передачи власти от регента к законному владельцу, прошла так, как и должна: военный парад, особые символы, церемониальная передача кинжала из рук в руки. Было очень празднично, радостно и верилось в лучшее будущее. А через два дня ко дворцу прибыл дилижанс, с вензелями вместо герба на дверцах. Эти вензеля знают в столице лучше, чем где бы то ни было! Потомственная сваха, собственной персоной, некая ава Роуза Дово. Яркая, жизнерадостная женщина в годах, не маг и не обладатель боевой ауры, но при этом самая желанная гостья в любом доме. И эта женщина сейчас прибыла ко двору? Неужели пресветлый выбрал себе невесту?! День сваха прожила на территории дворца, без возможности кого-либо встретить. Никто, даже приближенные к пресветлому и самому королю пэры, даже они не видели аву Роузу. А спустя этот самый день, ближе ко времени по полудню, сваха под руку с пресветлым прошла к своему дилижансу. Вокруг него тут же выстроились хранители в полной экипировке воинов, а впереди процессии понеслись три коляски, с бубенчиками, громкими и голосистыми песнярами. Как только процессия выдвинулась, первые три коляски пробивали путь для дилижанса и сотни воинов, которые гарцевали на боевых ездовых скакунах. Управляли ими умелой рукой, на зависть всем щеголям и прочим любителям верховой езды. Из колясок во все стороны раскидывали лепестки цветов, конфеты, и громко распевали то фривольные частушки, то смешные, а то и поучительные. Все они крутились вокруг темы сватовства, опасений, что их погонят скалкой, мухобойкой, или швырнут сырой комок теста, вместо хлеба с солью. По улицам столицы понеслась волна, что женихаться едет сам пресветлый! Народ высматривал направление процессии, собирался на улицах по пути следования, и громко подбадривал решившегося на столь ответственное дело наследника трона. Громко аплодировали, но при этом не свистели, потому как это некрасиво, это покажет, что народ против, народу не нравится стремление Ината завести семью. Народ так не собирался поступать, потому громко хлопал, желал стоять твердо перед отцом семейства, куда едет женихаться, а также не отступать, коли дядья или братья есть, которые начнут на прочность проверять, силу и выдержку тестировать. Когда процессия направилась в сторону особняков древних родов, стали делать робкие предположения. Ведь весь месяц, как только официально объявили об отставке сиятельного сиа Лемке Луда, пресветлый ни к кому из окружения не проявил ни малейшего знака внимания. Не был замечен в компании авы, или сиа. Аристократы терялись в догадках, почему он не ищет себе нового фаворита, а теперь вот дождались ответа на свой вопрос. Пресветлый сиа Инат Хандара решил жениться. Потому он Лемке так мягко отстранил, месяц выдержал в разрыве, ни с кем не сблизился. Когда коляски с песнярами подкатили к воротам резиденции ахнули не только следующие за процессией зрители, но, казалось, и вся столица. Стражи на воротах были удивлены, тут же передали информацию о том, что у въезда дилижанс свахи, а ее сопровождают воины приметной наружности. Как бы не из самого дворца! Ворота открыли, пропуская дилижанс, а также десяток стражей направились за ним. Коляски и остальные девяносто воинов в седлах, остались за воротами. Песняры веселили толпу, которая собиралась перед воротами гнезда Аласиссов. По подъездной дороге дилижанс прокатился с ветерком, останавливаясь только перед величественными ступенями огромного здания. На верху стоял сам Аласисс, двое его старших сыновей, а также ава Патоки. Их, находящихся сейчас дома, настигла новость о том, что сваха прибыла. Зная про срок в месяц, задержавшийся на неделю, родичи желали знать, кого именно в женихи принесла нелегкая. Из задней дверцы дилижанса прыснули помощники свахи, ловко расстелив дорожку до ступенек, выстроившись в шахматном порядке по ее краям. Самый близкий парень в ярком платье, со строгой косой, плавно открыл дверцу. Оттуда, подав руку, выпорхнула сама сваха. Подождав своего подопечного, вложив ему руку в подставленный локоть, лучезарно улыбаясь двинулась вперед. Семейство Аласисс едва справилось с крайней степенью изумления. Сам пресветлый женихаться будет? Вот это новость так новость. Столица, держи крепче штанцы, а то потеряешь, когда подпрыгнешь вверх от сего знания. — День добрый, хозяева! — начала работать сваха. — Коли на дворе не ночь, в гости принято ходить! А по поводу вообще святое дело! Если бы сиа Аласисс с пресветлым в последние годы общался столь же мало, как и до монастыря, то не заметил бы ничего. Наследник волновался, вот как простой человек, который пришел в дом, знакомиться с семьей любимого человека. — По поводу? — Нашел в себе силы преодолеть изумление, старший Аласисс скрестил руки на груди и усмехнулся. — Это по какому такому поводу милейшая в дом мой приехала? — Да вот, дела добрые взялась делать. Сердца влюбленных соединяю, к храму в путь дорогу собираю. — И с чего же вы решили, что здесь есть тот, кого вы ищите? — Усмехнулся Аласисс, а сам на пресветлого поглядывает. Нервничать тот стал больше, едва заметно щеку прикусил, чтоб в руки себя взять. Да, попал, пресветлый. Влюбился, иначе бы на пороге родового гнезда Аласиссов никогда не появился. — Ой ли? — заулыбалась лукаво сердечная торговка. — Не к лицу вам, гордый воин, хитростями любящие сердца друг от друга отдалять. Да и когда гордые Аласисс гостей у порога останавливали? Али испугались? Сиа Аласисс рассмеялся, своим басовитым смехом. — Заходите, гости. А вот дорогие или нет, мы это выясним. — Эх, звени колокола, сердце любящее, жди! — звонко воскликнула сваха, а за ней помощники подняли руки и со всей силы растрясли металлические шарики. Это был знак, что сваху с женихом с порога не погнали, а в дом запустили. Внутри уже наметилось движение. Слуги, кто мог, тайком наблюдал, что же там такое громкое происходит. Сваха продолжала балагурить, начиная жениха нахваливать. Сам жених, как и полагается, молчит, пока старшие беседы беседуют. В какой-то момент имя второго жениха было названо, и был дан дельный совет не скрывать, ибо уже неприлично. Когда в гостевую залу вошел Гренко, пресветлый был потерян для общества. Его глаза следили только за любимым, голодные глаза, ищущие ответной реакции. Гренко, который тоже поглядывал на пресветлого, держался более сдержанно. Сваха подмигивала старшему Аласиссу, а братья и сестры, постепенно стекающиеся в залу, кто был в доме, переглядывались, улыбались. Вот сразу было видно, что не политический брак у них будет, ни на мгновение своем таковым не станет. — Ой, как-то в горле пересохло. — Посетовала сваха. — Да и пошептаться нам надобно. — Она кивнула в сторону парочки. — Им наши беседы слушать, что не слышать. Пусть воздухом подышат. Погода такая солнечная. В общем, сваха намекала промочить горлышко, а молодняк влюбленный пусть погуляет. Старшие из братьев и сестер тоже остались, а вот подросшие детишки подглядывали за вышедшими из главных дверей женихами. И подглядывали бы дальше, не повылавливай их няньки. Зато глазастые, да с подзорными трубами, любопытные сплетники быстро разнесли весть: пресветлый женихается к недавно вернувшемуся сиятельному сиа Гренко! Все треволнения столицы, которые начали расти, как снежный ком, пару, заходящую в глубь сада, как-то мало волновали. Бедный Инат едва дождался, пока их будет не видно из дома, и со стороны улицы, жадно присосался к желанным губам. — Как же я скучал по тебе. — Прижал к себе руками, шумно выдыхая. — Аналогично. — Гренко, практически привычно, взялся рукой за косу, отводя голову назад, прижимаясь губам к незащищенной шее. — Скучал по твоему запаху. Инат прикрыл глаза, блаженствуя. Укусы, легкие, как поцелуй, однозначно оставляли метку в душе. И этот собственнический жест взятия за основание косы, как хозяин берет своего пса за холку, вливал в грудь жаркое тепло ощущения правильности момента. Сбросить руку совершенно не хочется, потому что он знает, его обязательно погладят. Если Инат в присутствии родичей любимого не мог контролировать свой взгляд, блуждающий по любимому лицу, то вот Гренко распалялся и не контролировал себя сейчас. Он не просто жадно целовал шею, возвращался к губам, но и ощупывал тело, заставлял его отзываться. Когда жаркие руки бесцеремонно влезли за ремень брюк, Инат вступил в игру. Также ощупал тело, которое вдавливало его в ствол дерева, нашел увеличенный бугор, скользнул за ремень. Жадно дыша, прижимая голову к шее любимого, каждый из сиа ласкал другого. Ината хватило чуть-чуть дольше, но и то, он выстрелил потому, что осознание того, что именно он довел до такого состояния этого мужчину стало последней каплей выдержки. Застонав, подрагивая от шквала эмоций, дышал запахом тела, распаленного его действиями. — Как школьники. — Хихикнул Гренко, куснул в ухо. — И нет ничего, обо что бы вытереть руки. Инат засмеялся. — У меня платок есть, где-то в кармане. Посмотришь? — Угу. В общем кусок ткани, с обшитыми краями, а также каким-то веселым мотивчиком в расцветке, использовался так, что его только выбрасывать. Правда Инат, приученный биоматериал не разбрасывать, сунул свернутую тканевую трубочку обратно в карман. Оправив одежду, улыбаясь, почти сыто, два хитреца двинулись дальше, прогуливаться. А вот столица зашуршала слухами, захлопала глазками, и принялась думать, где же пресветлый и сиятельный сиа так пересеклись, что аж до сватовства дело дошло? Что же это делается, сиятельные и прелестные щеголи да щеголихи? Вы что, совсем нюх потеряли?! У пресветлого первым будет младший супруг, а не королева! Караул, держите штанцы, иначе спадут, ибо корабль понесся вперед со страшной силы!!!***
Торопливо стуча стоптанными туфлями, по каменному настилу, то и дело переступая трещины и выбоины, спешила фигура, закутанная в верхнее платье. Лицо и руки скрывались под тканью капюшона и рукавов, не давая рассмотреть ни цвет их, ни дать определение, какого пола спешащий человек. По фигуре и шагу тоже не определить: могла быть женщина, а мог быть и мужчина. Пройдя несколько кварталов, никого ни встретив в сумерках, да и кто тут будет-то, в покинутом городе, фигура свернула за угол полуразрушенного дома. Войдя во двор, преодолев его, огибая колючие заросли, некогда ухоженные, стремительно зашла внутрь странной постройки. Со стороны улицы ее не видно, да и зайдя во двор, тоже. Только при приближении оная становится видна, когда проходишь границу иллюзорного барьера. И так, как город давно покинут, некому присматриваться, что там во дворе установлено. Да и установлено лишь потому, что могут увидеть сверху, потому как недалеко проходит воздушная дорога с весьма оживленным движением. Постройка, которую скрывают, уходит глубоко под землю. Наверху, как маяк, располагается верхняя часть в виде прямоугольника, портал входа и ведущие вниз ступени. Постройка, если на нее посмотреть, выглядит как безликая коробка с дыркой. Что это, храм или чье-то жилище, издали не понятно. Вблизи, если не спускаться, тоже не определить. Фигура стремительно стала спускаться, ловко перешагивая одну или две ступеньки, причем в определенной последовательности. Если кто посторонний увидит, то сразу скажет — ступени выбираются осознанно, словно не хотят запустить механизм ловушки. И надо сказать, фигура очень быстро спустилась до самого низа, после чего поспешила по длинному коридору, время от времени «виляя» из стороны в сторону. Конечным пунктом стала дверь, ведущая в небольшую комнату. Внутри нее стоял стол, стул. На столе лежала стеклянная сфера на подушке. Фигура остановилась у стола, прикрыв за собой дверь, достала из кармана белую ткань. Скомкав ее обеими руками, направляя в нити энергию, очень тщательно рассматривала сферу. Как только магическая ткань заполнилась энергией пришедшего мага, так он ее быстро встряхнул и тут же накрыл ею сферу. Характерный звук вызова прошел, а спустя минуту прибыл ответ. Выдохнув, в особом верхнем платье маг, прибывший в точку связи, сел на стул, уложил руки по бокам от сферы. — Прошу простить за столь поздний отчет. Едва сумел уйти незаметно. — Тихо произнес маг. — Что у вас там происходит? — тут же пришел ответ, голос звучал искаженно, но не потому что связь барахлит, а потому что так защищается собеседник. Чтоб по голосу никто не опознал. — Она посмотрела, но тут же отказалась. Сказала, что в этом деле на нее рассчитывать не стоит. — Понятно. Значит это и есть зерно зла. — Да, владыка. И он напугал ее, потому и отказалась. Ей нельзя привлекать к себе внимание. — Понятно. Мы узнали главное: дар сиа Гренко идет из тьмы. Еще немного и эта зараза осквернит весь Хандара. Он должен быть очищен Великим светом! — Как прикажете, владыка. — Не высовывайтесь, будьте предельно аккуратны. Зло, обычно выбирает красивую оболочку, чтоб Истинные верующие запутались и не увидели тьмы. Очень скоро мы начнем изгонять зло с оскверненной земли. Во имя Великого Светлого! — Во имя Великого Светлого! — повторил маг, блестя глазами, внутри которых горел фанатичный огонь. — Ждите, братья инквизиции скоро прибудут к вам, со Священным огнем. Очищение начнется с самых черных мест. Их вам укажут братья инквизиции. У них есть дар обнаружения таких мест. — Мы вверяем свои жизни Великому светлому и принимаем дары его. — Ступай, нельзя, чтобы зло прознало о тебе. Распрощавшись с тайным собеседником, убрав руки от сферы, забрав ткань, маг стремительно покинул место тайной связи. На лице, закрытом капюшоном, играла шалая улыбка, а в глазах горели искры праведника. Совсем скоро оскверненный Хандара познает свет очищающего пламени и наконец-то станет свободным от скверны!Кнец первой части.
![[Не]одинокие люди](https://assets.teinon.net/fanfic-covers/d_8EyRAXTr5dP5e6LPvyastaThsDVXpciQ.webp)
