Живи и будь счастлив.

Серге и Лемке не виделись неделю. Брат Серге сразу направился смотреть места под будущий центр КБ. Для этого он своим глазом оценивал местность, подъезды, смотрел карты. Вместе с доверенным архитектором они облазили по кольцу вокруг столицы, и лично ногами, и по картам сидя на борту небольшого воздушного корабля. Выбрали место, идеальное с точки зрения удаленности от города, соседа столицы. К нему было решено пробить дорогу, а на берегу полноводной реки разбить небольшой технический порт под будущее снабжение. Эта река отлично подходила под водный торговый путь. Также оставалось место, куда можно идеально вместить воздушный порт. Лемке в это же время завершал свою деятельность фаворита. Аккуратно выходил из игры, а ава Алита подхватывала определенные струны, на которых должен был в дальнейшем сыграть фаворит. Сам Лемке, грохнул в столице, так сказать, последний аккорд очень громко и заставляя полететь искры в разные стороны. А потом взял, да и исчез. Столица, переживая бурю, вдруг встрепенулась. Окончание весны означало открытие первым королевским балом сезон женихаства, выхода в свет молодых сиа и ава, а также серию балов, устраиваемых княжескими фамилиями. Вот только на тот первый бал, в отличие от последних четырех раз, пресветлый прибыл в сопровождении ава Алиты. А она, как и положено помощнице, не надела красивого туалета, с драгоценностями. Нет, о нет! На несравненной аве Алите было ее темное платье и погоны, которые подчеркивала брошь с символом принадлежности к роду Хандара. И где сиятельный сиа Лемке Луд? Почему место фаворита пусто? И почему первый танец пресветлый начал не с кем-то там особенным, а со своей сестрой, выходящей в этом году в свет, пресветлой Лили Хандара? Что это значит?! Лемке напрасно искали по залу любопытные глаза, шепотом задавались вопросы, видели ли его или нет. Гюрзы Луда здесь не было, что стало поразительной вестью. Да и пресветлый не сделал замену, он дал полноценную отставку, но причину пока никто не знает. Если бы рядом с Инатом была другая фигура на первом танце, кроме любимой сестры, то злые языки стали бы говорить о том, что под зад дали из-за того, что пресветлый остыл, нашел новую забаву. Но вот так, как пресветлый поступил, заставляет задуматься, какие отступные он даст фавориту за снятие с него официального титула. И насколько эти отступные будут выглядеть, как благодарность за четыре года жизни под боком, в головы не только щеголей и щеголих вбило вопросом, но и пэров с воинами тоже спокойными не оставило. Но самое главное было то, что рядом с пресветлым нет фаворита или фаворитки, а значит место пусто, значит есть шанс! И в течение месяца после такого молчаливого заявления о разрыве, весь аристократический двор постарается пресветлому предоставить десятки кандидатов. Ну еще бы! Подле Ината какой-то Лемке, гюрза ядовитая, продержался четыре года. И его, вот отсечь все ниточки, одарят более чем щедро. Иначе и быть не может. Вон, слух прошел, что ава Алита довольна Работой фаворита, а это уже все, считай энная часть казны может стать даром для него. Или равноценным подарком. Лемке, который отыграл свою роль до конца, стремительно направился на корабль, к своему мужчине. И не выпустил его из постели добрых полдня. Любимая поза этого манерного стервозника — оседлать бедра любовника, и двигаться с лукавой улыбкой. От подобного вида у Серге стоит еще крепче, а потом он его на спину заваливает и жестко трахает, добивая волну оргазма до кульминации. Когда эта парочка успокоилась, и даже вышла к столу, работа над КБ началась всерьез. Архитектор, который глаза округлил при виде бывшего фаворита, рот не открыл и вопросов не задал. Столица гудела и слухи о возможном даре фавориту, с которого снимали титул, шли по пятому кругу и превращались в немыслимые вещи. Когда Лемке осмотрел карту, и то, как будут стоять корпуса, где расположатся порты под корабли, а также наземный транспортный узел, согласно покивал головой. Спустя несколько фраз посмотрел на архитектора: — Подготовьте примерный план основного корпуса, рассчитайте смету. Не экономьте на защите, качестве и по куполам посоветуйтесь с мэтром. Бюджет позволяет сделать это место режимным объектом, каким он и должен стать. Лишь несколько корпусов, вблизи наземного транспортного узла можно сделать обычными складскими помещениями. В остальном — чем мощнее будет защита, тем спокойнее будут работать внутри них специалисты. И тем быстрее мы все получим результат, которого желает пресветлый сиа. — Я вас понял. Сделаем все в кратчайшие сроки. — Воздушный порт, этот корпус, и эти два, — Лемке провел пальцем по карте, потыкал в отмеченные схематическими строениями места, — строить в первую очередь. Сколько вам потребуется времени на расчет, расчистку местности и закладку фундамента? — Приблизительно пару недель. — Действуйте. Но, никаких привлечений сторонних счетоводов. — Не волнуйтесь, моя команда полностью укомплектована. — Архитектор, а еще и руководитель целого крыла зодчества, важно надул щеки. — Добро. Работайте. — Лемке повернул голову к Серге. — А у нас с вами, брат Серге, дела тоже есть. Самым первым что сделал Лемке, когда отдал команду к действию, это направил корабль в столицу. После этого познакомил его со своей семьей, шепнул на ухо отцу и матери о том, что мужчина этот им будущий зять, и подмигнул удивленным лицам. Отец, ясное дело, поговорил с Серге, чтоб понять, что это за птичка такая, прилетела к ним в дом. Остался доволен как им самим в целом, так и всем тем словам, которые он сказал. Матушка, как хозяйка, гостя приняла, но у сына выспросила, с чего такие изменения. Лемке сознался, что любил Серге с того года, как в монастыре встретил. И из-за того дела, которое он для пресветлого делал, связанного с жутким предметом, пришлось расстаться. А теперь все, пресветлый его отпустил, дело дал, как признание заслуг, и не собирается мешать личному счастью. Но сын понимает, что лучше обождать, потому сейчас они именно делом и займутся, а уж свадьбу сыграют, как положено: со сватовством, с наличием капитала, и конечно же всеми радостными хлопотами. После всех объяснений с родителями, Лемке пригласил мастера, который должен был подготовить несколько нарядов, под выход на балы и разные рауты. На эти траты корона тоже дала финансы, потому Лемке не тратил деньги семьи, одевая Серге. Да и сам Серге не чувствовал себя обязанным семье любимого, а короне можно. Та, и без этих мелочей, по полной возьмет с процентами. Первый выход пары прошел без помпы. Встречу запросил Лемке, написав письмо некоему сиятельному сиа Белко Бучи. Пространно сделал несколько намеков, после чего поинтересовался, когда бы они могли провести встречу. Белко, как человек азарта, в хорошем смысле, ринулся к новому со всей душевной прытью и физической скоростью. Встреча проходила в дорогой ресторации, в забронированном кабинете. Выползли они оттуда глубоко за полночь, и это при учете того, что почти не пили алкоголя! Выползли как пьяные, довольные проведенным временем. А по столице пошел слух: Лемке топит горе в вине! О том, что после данной встречи Лемке и его друг, некий брат Серге, прошлись по домам и провели личные беседы в ресторациях, практически со всеми друзьями сиа Белко, слухи ходили разные. Самый большой и основательный, это то, что бывший фаворит заливает горе вином. Второй слух касался возможного поиска невесты или жениха, так как возраст уже тот самый, когда надо заводить семью. Третий слух, не сильно распространенный, шел по умным головам: Лемке занимается тем делом, которое ему передал пресветлый. Не даром же он встречается только с теми друзьями сиа Белко, которые свои доходные дела имеют. И пока эти двое собирали основной состав молодых и азартных конструкторов, архитектор со своей командой закладывал первый кирпич в основание зданий КБ, сыто щурясь. Ну, а как иначе? Корона действительно дала приличную сумму для строительства, не ограничила в работе отдел безопасности, и по итогу звонкой монетой не обделит. Так что скорость, качество и финансы стали взаимозависимыми частями большого дела.

***

Гренко, который на том первом королевском балу тоже присутствовал, лишь издали видел пресветлого, и один раз был ему представлен, как вернувшийся из долгой поездки сын знаменитого рода. После первого бала ему, как и предполагалось, пришлось начать забег по званым вечерам, малым и большим балам, раутам и пикникам. Столица желала вновь познакомиться с сиятельным сиа, который заставлял течь слюнки. Мастер, который пришел к Аласиссам, получив большой заказ на мужские платья, а также под них верхнюю тройку, порадовал тем, что самовольно ничего не поменял в обговоренных деталях костюмов. Вот как Гренко выбрал, тыкая пальцем по каталогу, так ему и пошили. При этом практически во всех вариантах угадали с размером. Пару костюмов надо было подогнать, просто потому что они шились особым образом и могли сесть не так на фигуре. Этот момент мастер оговаривал с мужчинами Аласисс еще в день подбора нарядов для бального сезона. Обувь, и Гренко не удержался, заглянул в лавку, которую посоветовали, доставили именно оттуда. Это были и простые удобные пары, и украшенные, для бала. В основном украшали вышивкой, или фигурными набойками на носок и пятку. Первое приглашение, в веренице летящих на стол с разносом под подобные конвертики, было принято потому, что оно шло от сиятельного сиа Белко. Не уважить друга, который пришел к нему в гости, буквально через день после возвращения, было бы делом неблагодарным да глупым. Потому Гренко оделся согласно моде, нос не воротил от украшения на ухо, и позволил натянуть на косу чулок-сетку, а с боков скрепить специальными заколками. Выглядят они как палочка, на концах которой заостренные наконечники, металлические. Лицом к людям и прилегая к волосу под сеткой, располагаются драгоценные камни, в данном случае рубины. Чтобы между кончиками заколки место пустым не было, прикрепляются две цепочки. Эффект от этих украшений, идущих от основания шеи к хвостику, заправленному в шарик, просто ошеломительный. В общем, согласно этикету, сиятельный сиа Гренко Аласисс вошел под крышу дома друга, а также впервые за неполные шесть лет появился в обществе. Бал короля тут не в счет, там Аласиссы пробыли недолго, как, впрочем, и всегда. Но вот тут, он был желанной добычей сплетников. Хотя те, что любят болтовню, по поводу и без оного, поостереглись. Прелестная ава Патоки шла под руку с братом. В тон его платья был ее туалет, и украшение в волосах — заколки с цепочками, — тоже соответствовали партнеру. Вместе эта пара смотрелась шикарно. Что им неоднократно сообщали щеголи и щеголихи. И что стало неожиданным, так это партия в танцах. Гренко, в отличие от ранее полного отказа от танцев, на этот раз легко и непринужденно вел свою сестру, поддерживал, и практически не запыхался. — Ава Рения, — шушукались молодые щеголихи, — это правда, что вы сиятельного сиа встретили в первый же день его возвращения? — Да. — Улыбалась Рения, собрав вокруг себя приличную толпу красавиц, рассевшись по диванам и креслам, полубоком посматривая в сторону танцующей пары. — Говорят, что он скупил все, что было в бутике. Тот еще модник, оказался. — Не думаю, что пяток коробок, это весь ассортимент. — Рения качнула головой. — Зачем ему все в бутике, когда дом Аласиссов обшивает уважаемый в столице мастер? — И то верно, что это я. Замечталась. Авы хихикнули. — Тут слух ходит, что сиятельный уже подмигивал некоторым ава, и, даже посылал подарки. — Прошептала громким шепотом другая кумушка. — И что же он подарил? — интерес разгорался. — А никто не сознается. — Хитрый прищур глаз. — Либо лукавят, либо… — Лукавят. Сколько тут сиятельный по дням в столице? — Рения качнула головой. — А уже обзавелся дамой сердца? Еще и не одной? — Ну, это дело не хитрое. — Заулыбались кумушки с другого конца кружка змеек, которые судачили, а по факту являлись эпицентром слухов. А то и создательницами оных! — О таком сиа только и мечтать. — Вздохнула одна из девушек, сидевшая до сих пор молчаливой куколкой. — От чего же? — Вы видели, как он вел себя на королевском балу? — Девушка прикрыла рот веером, нынче модным аксессуаром, украшенным и тончайшей работы. — И как же он себя вел, что вы столь хмуры? — поинтересовалась самая старшая из компании прелестных ава. — От взгляда сиятельного в дрожь бросает. Вот сейчас он улыбается сестре своей, а попробуйте приблизиться, как вонзит глаза, словно кинжалы, так бежать хочется. — Передернув плечами, молодая ава отвела взгляд от пары, что вальсировала грациозно и идеально поворачиваясь, следуя ритму музыки. — Он из рода потомственных воинов, — Рения снисходительно улыбнулась. — Было бы удивительным, не имей острого взгляда и жесткой ауры. Вас она пугает? — Он не воин ауры. — Девушка скользнула взглядом по фигуре мужчины, который вел свою партнершу. — Вот увидите, еще содрогнетесь от страха, вместо восхищения. Простите, мне не хорошо. — Стремительно поднявшись с места, ава быстро ушла. Авы переглянулись, немало удивившись такой реакции на вполне себе идеального кандидата в мужья. Тем более сейчас он совершеннолетний, а это значит, что сам может привести в дом невесту. Да и не наследник он, а второй старший брат на данном месте стоит. Первенец Аласисс стал правым воином короля, тем самым отказавшись от своего права быть главой рода. Посему выбор сиа Гренко не будет влиять на весь род, как жена наследника. И почему бы не рассмотреть столь аппетитного мужчину, как потенциального жениха? — Странная реакция. — Рения посмотрела вслед уходящей авы. — Может быть действительно, просто душно? — Скорей всего. — Согласились кумушки. Гренко, который так повлиял на чувствительную аву, на себе нес амулет, который блокировал любые попытки прочитать не только ментально, но и то, каким даром он обладает. Можно сказать, что девушка попыталась узнать, что из себя представляет новое лицо со старым именем, но ее ударило за нахальную попытку. Она обладает даром, какой имеет Лемке, но умеет им управлять сознательно. А значит, опасна. Для того Инат дал ему медальон, попросил не снимать даже дома. Гренко с ним был согласен, поэтому и чувствовал себя легко в обществе, на глазах у всех. Доведя партию в танце до конца, отвел сестру к паре пустых диванов, что стояли вдоль стены, перевести дух. Ава Патоки улыбку подарила брату, который решительно направился взять что-нибудь прохладительного. Как только он отошел, так эта умная ава стремительно поднялась и направилась туда, куда замеченная ею щеголиха скрылась. Слишком у Рении было лицо удивленным, а потом та особа так быстро ушла, что любопытство Патоки лишь разыгралось. Аккуратно пройдя вперед, услышала лишь часть из очень-таки любопытного разговора. — Я его боюсь. Зачем ты просил меня читать? — щебетала возмущенная ава. — Он не такой, каким был. — Послышался смутно знакомый голос, мужской. — Так шесть лет прошло. — Слишком быстро он стал львом. Когда это было, чтобы вышагивал горделиво? — А то был жирный колобок, а сейчас хищный экземпляр. — Грубо отозвалась ава. — Не проси меня больше его читать. Хочешь вызнать про его сущность — сам читай. — Я тебя слабее. — Меня больше в это не впутывай. Услышал? Ава Патоки мягко отступила, мотая на ус. Младшеньким кто-то слишком сильно интересуется. Надо будет до братьев донести слова услышанного разговора. Чтецы, разного уровня, могут и за защитные амулеты заглянуть. Если она не смогла, значит такой медальон или кольцо у Гренко есть. Что уже хорошо. Об этом как-то разговор не зашел, когда они встретились, согласно традиции, на утренней трапезе. Отец знает, что младший защищен, но при этом эта щеголиха ощутила что-то. Сильна читающая, сильна, спору нет. Какой дар у Гренко и какого уровня, знает только глава рода и его первенец, помимо самого виновника переполоха. Скрывают почему? Ава Патоки ухмыльнулась. А то не каждого ума дело, почему скрывают. Значит надо так. Вернувшись на софу, куда ее брат усадил, осмотрела залу, где проходил бал. Заметила много взглядов даримых младшему брату. Ну да, мальчик похорошел, заматерел, и стал просто лакомкой. Кто эту хрустящую гренку в рот положит, должен быть готов к тому, что и зубы поломает, и нёбо оцарапает, да острого перцу по языку огнем пустит. Вот сейчас сиа Гренко стоит рядом с сиа Белко, который ему представил пару. Неоднозначную. Сиа Лаврей и его неизменный страж Буян. О чем-то они там говорят, улыбаются, и кажется все направлено на то, чтобы зацепить на чем-то увлекательном ее вернувшегося брата. Догадавшись о попытке сиа Белко, ава Патоки встала со своего места, плавно подошла. Взяла под руку брата и мурлыкнула: — Вы, сиятельный сиа, совсем про меня забыли. Гренко повинился, затем простился с, как оказалось, старыми знакомцами, уводя сестру подальше. Лаврей, который глазками аве посигналил, как сделал бы любой кавалер в адрес русоволосой красавицы, с почтением склонил голову. Буян, который почти не участвовал в разговоре, а больше сравнивал то, что он видел сразу после лечения и сейчас, на ус намотал: скучно точно не будет. Даже если сиа Лаврей эту мысль не разделит с ним, прибытие сиа Гренко начало менять воздух. И каким он станет, обжигающим или морозящим, будет зависеть от грядущих событий. Пока Буян предавался мыслям, сиа Белко получил согласие сиа Лаврея, представить его одному знакомому, ярому конструктору. Одному из тех, кого Гарко встретил в монастыре. Оказалось, что молодой глава рода умеет заводить друзей даже там, где, казалось бы, все настроения направлены на иную плоскость. Увы, в столице зону гостей в монастыре Зеркальных троп считают плацдармом для легкой интрижки. А вот гляди-ка, человек умудрился завести знакомства, не ложась в чью-то постель. Насколько Белко знал, а у него был достоверный язык, Лаврей держался с достоинством. Даже ни разу на сиа Лемке не посмотрел. Затем вплоть до сего дня те знакомства, помимо тех, что завел уже в столице, укрепил, поддержал какие-то начинания, и его доходное дело может заставить легко позавидовать менее удачливых. Ава Патоки весь вечер была подле брата, с милой улыбкой отказываясь от танцев с кем-либо, ссылаясь на то, что очень скучала по младшенькому. Гренко, который сопровождал сестру, позволял ей капризничать, и подчинялся ее желанию из лапок не выпускать и недовольства не выказывал. С одной стороны, ава дразнила общественность, не позволяя щеголихам насесть на новое мясо, а с другой стороны майор выдержал почти до конца бала лишь потому, что не отвлекался на бесконечный поток назойливых мушек. И за такую защиту он был готов пожертвовать обществом кокеток, легким флиртом, разговорами с умными и не очень сиа, а также прослыть необщительным или самовлюбленным гордецом. Ему было все равно на мнение большинства. Сейчас столица смотрит на него только как на жениха, чей род крайне силен, на хорошем счету у пресветлого, а также первенец главы правый страж самого короля. Конечно Гренко интересен всем, тем более изменившийся, ставший завидной партией. Если ранее толстяк никому не был нужен, то сейчас разных взглядов в спину, да и не только туда, стрелами посылали, знай только, отбивайся. Но вот время, вот они простились с Белко, вот направились к коляске. Ава Патоки блистала, и до самого конца хранила брата, как гюрза свои яйца. А сев в коляску, она тихонечко спросила: — И на что подбивал тебя сиа Белко? Гренко улыбнулся мягко, после чего поиграл бровями, но не ответил. Заинтригованная ава Патоки попыталась представить, чем именно авантюрист Белко заинтересовал брата. Того самого брата, которого, как выяснилось, они совсем не знают. То, что было до болезни, это лишь ребенок, растущий в любящей семье. Все пять лет борьбы с весом были направлены только на это. У самого Гренко сил не было показать помимо окружающих, даже собственной семье, какой он на самом деле человек. И вот сейчас, похоже, они все будут изучать его и открывать новые грани. Одно только то, что вырос из тощего мальчишки в мощного молодого мужчину, на которого щеголихи оправданно облизываются, о многом говорит само за себя. А дальше характер, жизненные ценности и максимум того, что он сам обществу даст увидеть, для этого самого общества и составит идеальную картинку: сиятельный сиа Гренко Аласисс. Ну, а для семьи он гораздо ближе, потому как сама семья от себя его не отпустит. Даром что жениться собрался, но когда, то произойдет? Все еще может поменяться.

***

Ава Алита, гюрза пресветлого, с каждым годом становящаяся мощной фигурой, и самой могущественной женщиной после наследника, в данную минуту превратилась в мягкую маму-кошку. Ее со всех сторон облепили дети, а единственная дочь с улыбкой смотрела на то, как грозная ава превратилась в мягкую и пушистую, на все согласную бабулю. Молодую, горделивую и с хитрым прищуром глаз, но такую родную, что дети, давно не видевшие ее, вот без проблем пошли на руки. Выйдя замуж, войдя в род мужа, прелестная ава Саная мать свою прекрасно понимать начала тогда, когда родила первенца. Раньше, да, были обиды на нее. Не уделяла больше времени, не целовала больше, чем раз в столько-то дней, и не читала на ночь сказки. Да что там! С самого детства она вела себя с дочерью сдержанно, как со взрослой барышней, но при этом как-то так умудрилась стать лучшей подругой. А вот став мамой, пришло осознание того, что у одинокой женщины, без мужа, без семьи и верных друзей, было не так много вариантов обустроить жизнь своего собственного ребенка. Стоя в портале входной двери в зал, Саная мягко улыбалась. Она наблюдала с каким вниманием к внукам и их друзьям прислушивается ее матушка. Удивительно, но с маленькими человечками ава Алита преображается, становится ласковее, нежнее, даже красивее. Дочь не знает, почему еще достаточно молодая ава, а по меркам мира даже половину жизни не прожившая, до сих пор не захотела создать семью. Ладно, когда была моложе, только начала устраиваться в жизни, да и Саная не пристроенная, можно было сказать, что времени нет. Но сейчас-то? Да только намеков от знакомых холостых сиа, просящих замолвить словечко, сама ава Саная получает каждый год больше, чем приглашений на мероприятия. Одни хотят приблизиться за счет Алиты к короне, власти и влиянию. Другие действительно хотят обратить именно ее внимание на себя, потому как нравится. Кому-то тем, что жесткая, как валенок, а кому-то нравится ее скрытое женское очарование. Кто-то скажет, что у такой гюрзы его нет, но будет не прав. Ава Алита, при всем ее видимом стальном характере, тяжелом нраве, умеет смотреть на мужчин так, что у них дух перехватывает. Сдвинувшись с места, Саная приблизилась к дивану, потом села рядом с матерью, прижавшись к ней, уложив голову на плечо. Для такой женщины, как ее мать нужен мужчина, который сможет пробить алмазную стену толщиной в километр! И пробивать ее придется не каким-то там оружием, а простой настойчивостью и самым обыкновенным мужским желанием. Удивительно или нет, но аву Алиту надо не просто покорить, но и ласково соблазнить, так, чтобы она сама пошла в руки. Заставлять, давить, подавлять, завоевывать, проявлять бо́льшую силу, чем она сама имеет, все равно что бросить вызов хищнику на лесной тропе. Конечно этот хищник будет защищать свою территорию. Приручите ее, соблазните, приласкайте, и вы сами удивитесь, какой она может быть. Вот только это тяжело, это не будет однодневная игра, это будет навсегда. Человек, который полюбит эту женщину, и добьется ответного чувства, не может завоевав один раз, измениться и начать давить, требовать и не давать ничего в ответ. Она тогда голову откусит, обидевшись, и уже не дастся в руки. Алита ласково погладила по голове свою взрослую девочку, подругу, дочь, и просто родного человека. Сначала это была просто малая, которую майор кинуть не смог. Затем она стала частью целей, которые он ставил перед собой. А затем как-то так получилось, что срослась семья, и слово мама из ее уст грело сердце. Да, не папа, что уж поделать, но и мамой майору было не плохо. А теперь есть еще и вот эти егозята, которые с детской непосредственностью делятся со старшими людьми в своей жизни теми яркими познаниями, которые они в первый раз получили. И это просто прекрасно, великолепно, шикарно! Если спросят, какой самый счастливый день в жизни прожженного вояки, майора специальных войск Российской федерации, Седакова Алексея Михайловича, и по совместительству гюрзу пресветлого, его единственную помощницу, аву Алиту Лжоуи, то без минуты на раздумья будет дан ответ: день, в котором я слышу смех своих внуков и могу погладить по голове родную дочь. Да, именно этот день самый счастливый. В остальные же дни она сделает себе счастье сама, своими руками, или будет следовать простой и всем понятной фразе: живи и будь счастлив.