Между прошлым и будущим

Сэму будет 33 года, когда он умрет. Дин помнил это. Каждый прожитый день был для него крохотным и неизбежным шагом по направлению к пропасти, которой ему представлялся момент Икс. И каждую ночь, когда на циферблате часов минутная и часовая стрелка обе вставали вертикально вверх, Дин мысленно рисовал мелом на стене черту. И точно такая же очередная маленькая кровоточащая царапина появлялась на его сердце. Если бы вы разбудили Дина посреди ночи, он, не задумываясь, ответил бы на вопрос о том, сколько осталось жить его брату. И никогда бы не ошибся. С одной стороны, Дин был счастливым человеком. Судьба предоставила ему достаточно времени, чтобы смириться с потерей и принять ее как неизбежную. С другой стороны, неужели с этим можно смириться? Ожидание стало для Дина Адом на Земле. И не важно, что он побывал в настоящем Аду. Ведь единственное, что причиняло Дину в Преисподней настоящую боль, так это осознание того, что Сэм без него может не дожить до назначенного срока. Когда Сэм умер в первый раз, Дину показалось, что его мир треснул, а он сам падает в бездонную пропасть между его обломками. Не смог, не сберег, не помог Сэму прожить отпущенные ему 33 года. Стоила ли после этого хоть чего–нибудь его душа, когда он шел на перекресток? Стоил ли он сам хоть гроша? Ведь он оказался не способен выполнить единственное свое предназначение. Когда ангелы дали ему еще один шанс, Дин был преисполнен решимости ни за что не подвести Сэма во второй раз. И плевать, что Кастиэль вытащил его задницу из пекла ради какого-то там божественного замысла. Разве могло быть ему до этого дело, когда ему нужно было присматривать за младшим братом, застрявшим в сверхъестественной войне? Бесконечная череда смертей и воскрешений сводила Дина с ума и одновременно вселяла в него надежду. Все, что происходило с ним и Сэмом, казалось, было понарошку. Они никогда и не умирали всерьез. У них просто была мультивиза на путешествия между Раем, Адом и Чистилищем. Подсознательно Дин сам себе отпустил такой же срок, как и тот, что был положен его брату. В час его смерти, он, не жалея ни секунды, отправился бы вслед за Сэмом, куда бы тот не ушел. Кто же мог знать, что самому Дину было отпущено еще меньше?...