Trouble will find me

В какой-то момент привыкаешь жить даже в постоянной опасности. Итэр с Люмин к этому наконец привыкли лет в 18. С тех пор, несмотря на то что они убивали людей и в целом состояли не в самом легальном сообществе («семье» — услужливо напомнило сознание), они умудрялись жить вполне нормальной жизнью. Заказывать пиццу. Готовить еду и перебрасываться мукой/овощами/издевками. Играть до посинения в игры на приставке. Смеяться до колик над дурацкими ситкомами. Напиваться до свинячьего визга с парой-тройкой друзей, которые еще не сбежали из Селестии (несмотря на свое возвышенное имя, город был той еще помойкой, во всех смыслах) и голосить невпопад под любимые песни. А потом привычно чистить оружие и перезаряжать, доставать патроны, отчитываться перед Ас после и… убивать. Конечно же. А потом возвращаться к привычному распорядку вещей. Конечно, думал Итэр, валяясь и гладя Эндору, которая наконец отошла от наркоза и прикорнула рядом с ним, для кого-то снаружи их уютного мирка такое было непривычно. Редкие люди, с которыми он пытался построить отношения, безусловно, не знали о том, чем он занимается на самом деле. То же самое было и у Люмин… до Аяки. Аяка после того, как узнала, что происходит в их жизни, была поначалу шокирована тем, как они могут спокойно садиться и ужинать, перешучиваясь, а затем заниматься своими делами, которые зачастую подразумевали выполнение их обязанностей как киллеров. Но она поняла. Каждому нужен островок спокойствия — и если это обычная жизнь обычных брата и сестры живущих вместе, пусть и на краю пропасти, то пусть все остается так как есть. Интересно, как они будут дальше жить, когда это все закончится? Если они доживут, конечно. Итэр тряхнул головой и невольно растрепал волосы. За последние два года он не стригся (только иногда челку, когда уставал видеть свой высокий лоб) и успел отрастить косу до лопаток. И конечно же, они постоянно пахли сигаретами. Открывая окно (в лицо влетела пригоршня снега от разгулявшейся стихии) и садясь на подоконник, он невольно вспомнил, как в 15 лет они с Альбедо и Люмин решили отращивать волосы просто потому что было интересно, как долго они продержатся. Первой сдалась Люмин и подстриглась совсем коротко (сколько девушек на нее тогда вешалось — не перечесть), потом Альбедо, на которого ругалась мадам Риндоттир, что его «патлы летают по всей лаборатории». Итэр продержался дольше всех и срезал в итоге свои космы Рапунцель, как ласково называла их его сестра, после их «убийственных гастролей» по городам Тейвата, в вечер перед началом первого семестра университета. Альбедо шло больше всех них с длинными волосами, подумал он, закуривая и ногой отгоняя кошку от окна. Во всяком случае, за последние пару дней он в этом точно убедился. — Хватит курить в окно! — забарабанили в дверь. Итэр чуть не упал с подоконника и крикнул в ответ: — На балконе холодно! — А так блять не холодно! Пожалей Аяку, как будто ты не знаешь, что она не переносит твои вонючие сиги! — Сейчас докурю и все, расслабься! И незачем, блять, орать! — Сам не ори! Хотя ладно. Пока Люмин рядом с ним, в любом случае их жизнь будет… максимально нормальной, даже в экстраординарных ситуациях. *** Следующие рабочие дни прошли для него максимально обычно. Он перекидывался беззлобными подколками с Кокоми в дни ее смены, доставлял еду как положено и потом проводил тихие вечера с сестрой и ее девушкой. Один раз он даже успел ко времени, в которое обычно Нинкен просился гулять. Ну… Астарот сообщила, что все, кто был в тот вечер в ресторане, имели алиби. Это не добавляло спокойствия и обыкновенности, конечно. Они с Альбедо перебрасывались сообщениями («Ничего нового?» — «Да, извини» — «Не извиняйся. Сам как?» — «Пойдет. Как у тебя дела?» и так далее) и в целом все было… нормально. В пятницу Кокоми перед самым концом его смены подозвала его и тихо спросила: — Как ты? — Ну, как и раньше… наверное, — нервно отозвался Итэр. Затем взглянул на подругу — та была совсем осунувшаяся. — Что-то случилось? — Да… скоро поеду домой в отпуск. Ужасно не хочу видеть родственников — но в то же время хочу. Ты же знаешь, почему я здесь. — Да уж, сбегать от ответственности в виде целого острова то еще приключение, — глухо усмехнулся юноша. — Я бы хотела ее на себя взять… когда-нибудь… но не думаю, что готова. И буду ли вообще. Слушай, можем ли мы встретиться в воскресенье? У меня будет несколько часов перед самолетом и есть пара вещей, которые стоит обсудить. — Ну, если ты настаиваешь… — Пожалуйста, — Кокоми схватила его за руки, затем, смутившись своего жеста, отодвинулась в дальний конец своей конторки. — Это очень важно. И нет, я не собираюсь к тебе подкатывать. — Я в курсе, что ты в том числе по девочкам. — Как ты… — Помнишь ту милую девушку с каре, на которую ты так сильно пялишься? — вспомнил Итэр, коварно улыбаясь. — Ты вечно выдаешь ей столик у окна, даже если она приходит на один эспрессо. — Шшш! Ну тебя, — Кокоми выглядела совсем несчастной. — Давай встретимся в районе перекрестка на бульвар Фонтейн, часов в 2. — Хорошо. Ты только будь осторожнее. — Говорит мне человек, которого увезли на днях с кордоном полиции, — наконец-то улыбнулась девушка. — Сам уж постарайся. — Окей, постараюсь дожить до нашего свидания. Эй! — Кокоми шутливо стукнула его папкой с меню. Домой Итэр ехал с непонятным чувством тревоги. Пусть кротов в той смене не обнаружилось, он не мог не беспокоиться. Откуда тогда отрава? За его машиной включилась полицейская сирена. — Да еб твою мать… — проворчал Итэр, сворачивая на обочину. Через некоторое время рядом появилась полицейская и постучала по стеклу. Он опустил его — там была Джинн. — Здравствуй, Итэр. Извини, что на «ты», но есть пара подробностей, которые бы мы хотели с тобой обсудить в участке. — Секунду, — парень нашел в телефоне номер адвоката и набрал ей. Та, пусть и подняла трубку сразу, высказала ему все за столь поздний вызов, но согласилась приехать в участок. Закончив вызов, он кивнул: — Ведите. В участке обнаружилась Лиза с уже готовой кружкой чая. В ответ на вопросительно поднятую бровь Итэра она, нисколько не смутившись, сообщила: — По рации сообщили о визитерах, а так как у нас тут был только один колоритный визитер за последнюю неделю, я сочла уместным сделать чай тебе, как в прошлый раз. — Лиза, не паясничай, — закатила глаза Джинн. — Мистер Райзенде, пройдемте со мной. Чаем займетесь потом. — Как жестоко, обделять бедного мальчика плодом моих трудов, — запричитала Лиза, впрочем, ухмыляясь. У Итэра возникло ощущение, что он попал в плохую полицейскую комедию. В допросной Джинн водрузила на стол папку и спросила: — Я думаю, вы догадываетесь, что в этой папке. — Результаты вскрытия, я подозреваю? — Они самые. И они гласят, что мистер Рэд был отравлен. По данным доставки, вы были тем, кто доставлял еду. — Мисс Гуннхильдр, — Итэр взъерошил челку и устало посмотрел на сержанта. — Как курьер, я не знаю, какие блюда кому идут. Мне недоступна такая информация. К тому же, я не имею доступ на кухню. Если вы хотите найти преступника — проверьте тогдашнюю смену. — Мы уже проверили. Никто из них не совершал манипуляций с едой, сама кухня чиста от подобных средств. — Ну или подумайте, кто из сотрудников мог появиться вне смены, чтобы устроить эту провокацию, — раздраженно произнес Итэр. — Поверьте, на кухню у нас сложновато попасть. Это могут сделать либо повара, либо… менеджерский состав… И тут он вспомнил. У них была пара менеджеров, которые иногда приходили из других ресторанов сети и также имели полный доступ к кухне. — Думаю, вы понимаете, в каком тупике мы находимся, — Джинн провела рукой по лбу и глубоко вздохнула, затем встала и начала ходить по допросной. Итэр растерянно проводил ее взглядом, затем спросил: — Хорошо, но есть ли еще какие-то версии, кроме того, что это якобы я? — На данный момент нет ни единой правдоподобной версии, к сожалению. Мистер Райзенде, вы должны понимать, что это значит. — Арестуйте меня здесь и сейчас, значит, — Итэр кротко поднял обе руки и столкнулся с ошарашенным взглядом сержанта. Та мотнула головой и, выдохнув пару раз, подошла к нему и прошептала: — Это будет слишком опасно, пойми ты. Нам нужно время — как и тебе с Ас, — и, отодвинувшись, уже нормальным голосом продолжила: — Доказательств нет. Веских, по крайней мере. — Разрешите пустить адвоката? — раздалось по громкой связи. Джинн вздрогнула, но нажала кнопку и сказала, что пусть пускают. Джесс ворвалась в переговорную и хлопнула папкой о стол. Затем коротко пожала руку Джинн и уселась на стул. — Давай сразу перейдем к делу. У вас есть что-то существеннее, чем то, что отравление было от блюда из их ресторана? У жертвы могла быть аллергия. — Джесс, я должна сообщить подозреваемому, что он все еще подозреваемый. Пока мы не заключаем его под стражу. — Джинн скрестила руки на груди и с легким раздражением посмотрела на женщину. Той, впрочем, это было нипочем. — Прекрасно, а тогда почему ты его здесь держишь? Сообщила и замечательно. Согласно параграфу №13 закона… — Я его уже планировала выпустить и отправить домой восвояси! — Джинн наконец-то взорвалась. — Я в курсе закона. Допросная была необходимостью. — Тогда выпускай его. — Коул, сопроводи мисс Эбингдон и мистера Райзэнде к выходу из участка, — еле собравшись с собой, Джинн проговорила в переговорник. Дверь практически была незамедлительно открыта совсем юным детективом, краснеющим и бледнеющим одновременно. По пути к выходу Итэра перехватила Лиза, впихнув ему картонный стаканчик и подмигнув. Не в силах поддерживать общение, он лишь благодарно кивнул и прошел вслед за Коулом. — Приятель, сразу звони мне, если они снова тебя возьмут. Это выглядит слегка абсурдно. Я поеду доложу. — Джесс, помахав рукой, села в свою машину и быстро вырулила с территории участка. Итэр посмотрел ей вслед и, пожав плечами, пошел к своей машине. Как только он повернул ключ, на заднее сидение, хлопнув дверью, села Джинн (почему-то в кепке и кожаной куртке, а не в форме полицейского) и сообщила: — Тебя ведут. Едь домой, не оглядывайся. Парень лишь смог откашляться, и, хлебнув чаю, завел мотор. На полпути к дому ему на хвост села машина серебристого цвета. — Съезжай направо, там есть пара улиц, где можно затеряться, — тихо проговорила Джинн, подавшись вперед. Итэр послушно взял вправо и вырулил в неприметный переулок, затем, заприметив поворот, незамедлительно свернул туда. — Черт, это тупик! — тихо рыкнула Джинн. — Что прикажете делать, госпожа сержант? — Разворачивайся и ух… черт возьми. Дорогу им перегородила та самая серебристая машина. Из нее вышло двое. Итэр сжал рукой, свободной от руля, рукоятку Зигги. — Джинн, пригнись и… лучше прижмись к сиденью. — Что ты… — и тут Итэр, лихо развернувшись, поехал задом наперед. Вышедшие из машины бросились врассыпную и, задев задом преследовавшую их машину (и услышав грохот оторвавшегося бампера), они выехали из тупика. — Хорошо, придурки не догадались поставить тачку на тормоз… — процедил Итэр, выруливая на основную дорогу. Джинн сзади коротко выругалась и подняла голову, чтобы посмотреть назад. — Ведите, товарищ штурман. — Здесь налево… Полегче! И еще раз налево… А здесь направо. Дальше прямо… Блять! — они услышали чирканье пули по краске машины. Итэр похолодел. — Веди, я прикрою! — Джинн быстро выпуталась из ремня безопасности и, открутив стекло вниз, высунулась и начала стрелять в преследователей. Ответная очередь не заставила себя ждать. Итэр лихорадочно крутил руль, пытаясь уйти от пуль, но парочка все-таки попала в заднее стекло (хотя бы не разбила его совсем). Джинн снова пальнула по машине преследователей и, судя по визгу тормозов, смогла попасть в водителя. — Держись крепче! — крикнул парень, выкручивая руль одной рукой и другой опуская стекло со своей стороны. Развернувшись, он снял пистолет с предохранителя и, подъехав к машине преследователей, выпустил пулю во второго преследователя. Ему удалось попасть в висок и преследователь упал на своего товарища. — Едь прямо до упора, потом повернешь во двор. Я звякну на шлагбаум, — проговорила Джинн, отдышавшись. Итэр кивнул и послушно нажал на газ. До места назначения они доехали в молчании. Джинн внимательно следила за тем, чтобы за ними никто не ехал. Заехав в неприметный двор, машина остановилась. — И часто у вас такие вечера пятницы, мистер Райзэнде? — еле сдерживая нервную улыбку, спросила сержант. Итэр посмотрел на нее в зеркало заднего вида и начал тихо хихикать, затем расхохотался, уткнувшись в сложенные на руле руки. Адреналин дал знать о себе и его откровенно потряхивало. — Нет… нет, — отсмеявшись, ответил он, откинувшись на сиденье. — Мои пятницы обычно поспокойнее. Думаешь, это снова орден Бездны? — Я узнала одного из нападавших. Пару лет назад он привлекался по незначительному делу, он мелкая сошка у Бездны. Так что… да. — Все страньше и страньше. Подставлять одно дело, а устранять зачем? — Возможно, это личная инициатива… тех прихвостней. Устранить тебя, чтобы выслужиться перед главой или еще кем. Итэр глухо простонал и закрыл лицо руками. — Этого еще не хватало. Главное, чтобы за Люмин не сунулись… Это было бы совсем плохо. — пару раз вздохнув, он добавил: — Я думаю, нет смысла у тебя спрашивать, где мы. — Почему же. Это двор моего дома, здесь мы в безопасности, относительной. Люди Астарот сейчас проверят, не было ли еще подобных инициативных, следовавших за нами и потом ты волен ехать, — отозвалась Джинн, что-то набирая на телефоне. — Волен, как же… — Я не думаю, что тебе стоит волноваться сейчас больше, чем нужно. Вся организация в боевой готовности. И полиция тоже — нам не нужно столкновение между двумя группировками на улицах города. — Я знаю, просто… — Итэр потер лоб рукой и размял пальцы — те, по ощущениям, несколько одеревенели после гонки. — Это совсем не кстати. И вряд ли мне удастся провести хотя бы день спокойно. Джинн тихо усмехнулась. — Может, и удастся. *** Добро ехать домой ему дали где-то минут через 40. Все это время ему, не переставая звонила сестра, но он не решался брать трубку. Вместо этого Итэр отправил короткое «Все в порядке?» и в ответ получил не менее короткое «БЫСТРО ДОМОЙ». По приезду домой он застал Аяку с перевязанной рукой и Люмин с рассеченной щекой и с ужасом понял, что его опасения сбылись. — Не совсем, — поправила его Люмин, осматривая его на предмет повреждений. — У дома напали на Аяку. Ну, не совсем у дома, за территорией. Я хотела встретить ее, так как… неспокойно. Пока я пыталась отвадить этих дебилов, мне тоже досталось. Ая-Ая отделалась царапиной, ничего серьезного. Правда, пальто жалко, — и нервно хохотнула. Аяка посмотрела на нее с сочувствием и вздохнула. — Может, вы хотите завтра отдохнуть? Я тогда отменю встречу с Альбедо, чтобы вы смогли полежать… — растерянно предложил Итэр, подходя к шкафу и начиная рыться в поисках чая. — Мы перенесем одного Альбедо, поверь. К тому же… хорошо увидеть знакомое лицо. И с Аякой заодно познакомим, — отмахнулась от него сестра, чмокнула свою девушку в лоб и обняла ее за плечи. Выпив чаю, они обсудили произошедшее с Итэром. От него не укрылось, как побледнела Аяка и схватила Люмин за руку. — И они оба… мертвы, так? — спокойно спросила Люмин, мимоходом поглаживая пальцы Аяки. Итэр кивнул. — Хотя глупый вопрос, ты метко стреляешь, даже на ходу. Жаль, Ас это не включит в счетчик. — У тебя… есть идеи, кто это может быть? — наконец подала голос Аяка. — Джинн сказала, что стрелявшие проходили по мелкому делу, связанному с Бездной, так что, похоже, просто мелкие сошки, решившиеся на самодеятельность. Плюс люди Ас никого больше не нашли, кто бы следил тогда за нами. — Ну хоть так… — Аяка выдохнула и уткнулась носом Люмин в плечо. Та обняла ее и произнесла: — Мне кажется, пока нам стоит ближайшие пару дней посидеть дома, никто ни на какую работу не пойдет. В это время нужно узнать у Ас, может ли она нас разместить на подставной квартире или еще где. Что до Альбедо… Черт, нехорошо с его визитом получается, конечно. Но и подавать виду, что мы что-то заподозрили, нельзя, так что совсем шхериться пока не стоит. — Может, отпуск за свой счет? Скажешь, что простыла. К тому же, погода как раз простудная, — предложил Итэр. Люмин пожала плечами. — Думаю, подойдет. — Мне еще с Кокоми нужно в воскресенье встретиться, она сказала, что у нее какие-то новости… или она хочет поговорить о чем-то супер важном. — Центр? — Угу. — Тогда будь осторожен и начеку, — резюмировала Люмин. — Сообщи Ас о том, где будешь. — Если… если мы хотим куда-то переместиться прямо сейчас… то как же Эндора и Нинкен? — сонно спросила Аяка, приподняв голову. — Даже не думай, что мы их бросим, милая, — Люмин поцеловала девушку в нос. — А сейчас иди спать. Проводив Аяку до комнаты, Люмин вернулась в кухню. Итэр рассеянно катал по столу монетку. — И ты спи, — девушка сжала его за плечо и растрепала челку. — Не думаю, что ты не устал после того, как воображал себя в «Малыше на драйве». — Еще чего, воображать себя в нем… хотя музыка там клевая, — пробурчал Итэр, вставая со стула. — Надо будет пересмотреть. — Можно завтра как раз. Ладно, спи. Итэр был достаточно измотан, чтобы заснуть практически сразу, как упал головой на подушку. *** — Привет, Альбедо! — Люмин крепко обняла Бедо. — Как же я давно тебя не видела… а ты все красивее и красивее, будто сказочный принц! Альбедо явно смутился. Сегодня он завязал свои волосы в невысокий слегка неаккуратный хвост — но даже эта простая прическа с его аристократическими тонкими чертами лица смотрелась потрясающе. Итэр поймал себя уже не в первый раз с момента, как забрал Бедо у его дома, что откровенно пялится на друга и отвернулся. — Познакомься, — тем временем Люмин подвела за руку гостя к Аяке, не успевшую снять фартук. — Это Камисато Аяка, моя девушка. Я думаю, вам будет о чем поговорить. Судя по лицу Альбедо, тому явно что-то говорила фамилия Камисато, но он никак этого не выдал голосом и лишь вежливо произнес: — Приятно познакомиться, Аяка. Я Альбедо Крайдепринц. Надеюсь, мы поладим, — и самую чуточку наклонил голову и корпус. Аяка ахнула, расширив глаза: — Ты знаком с Инадзумскими традициями? Ох, прошу прощения за свою реакцию, это было невежливо. Я тоже рада познакомиться, надеюсь, мы поладим. — Самую чуточку. В основном читал, однажды бывал там, но недостаточно долго, чтобы это детально изучить. Но это интересная тема для изучения, к тому же, другие культуры всегда меня влекли. — Для меня все еще в новинку традиции, которые распространены в других регионах Тейвата — просто Инадзума так долго была закрыта… Итэр тихо обратился к сестре, пока Аяка с Альбедо ощутимо увлеклись обсуждением культурных различий между регионами: — Мне кажется, что он почти не изменился. Ну, кроме роста и волос, конечно. — И той штуки, о которой ты говорил. Но да, он похож на самого себя. Во всяком случае, в том, что действительно считается. — Думаешь? — Итэр слегка улыбнулся, краем глаза отслеживая, как Аяка ведет Альбедо к столу с закусками. — По нему видно, что он рад с нами встретиться. Во всяком случае, тебя он точно рад видеть, — усмехнулась в ответ Люмин и пошла вслед за остальными на кухню. Альбедо в этот момент обернулся и мягко улыбнулся Итэру, который снова не мог оторвать от него взгляда. Да, пожалуй, видеть Альбедо после стольких лет, радушно общающегося с девушкой его сестры, в их квартире, было слегка сюрреалистично. Ни больше, ни меньше. — Осторожнее! — Аяка смахнула неосторожно локтем рамекин с гуакамоле и Люмин словила его молниеносным движением почти у самого пола. Бедо слегка наклонил голову, смотря на то, как рамекин оказывается снова на столе и явно делая какие-то выводы. — У нас есть сегодня фильм на вечер, — сообщил Итэр, привлекая к себе общее внимание. — «Малыш на драйве». Бедо, ты смотрел? Альбедо покачал головой. — Славно, тебе может понравиться. Хотя я не уверен, что ты любишь такое кино. — Все лучше, чем смотреть сотню раз «Ледниковый период», я думаю, — задумчиво произнес Крайдепринц, мимоходом принимая сидр из рук Аяки. Итэр засмеялся: — О боги, это же был тогда любимый мультик Кли, да? Помнишь, когда нам было 14? Ей только исполнилось 4 года, Алиса раскопала старый CD с ним и усадила нас… Острый локоть врезался ему под ребра (и заставил его скривиться) — Люмин почти неслышно шикнула на него и впихнула ему пиво. Юноша непонимающе посмотрел на близнеца, потом на Альбедо — выражение лица того было отрешенным, он смотрел как будто нарочно в противоположную от них сторону и пил сидр. И сжимал бутылку слегка трясущейся рукой. — Я могу от себя обещать, что там хорошая музыка, — поспешила перевести тему из опасного русла Аяка, с легким подозрением смотря на близнецов. Те переглянулись и подхватили: — Да, музыка там очень крутая… — …Я пару песен даже в библиотеку добавил… — …А я весь саундтрек слушаю постоянно… — …Пойдем тогда в нашу комнату, мы уже все подготовили. Только помоги, пожалуйста, занести пару закусок, — добавила Аяка, мягко улыбаясь. — Ребята возьмут остальное. Альбедо согласно кивнул и, перехватил у груди сидр, подхватил пару мисок и направился вслед за Аякой. Брат с сестрой похватали остальное и пошли за ними. — Итэр, ты на наполнении бокалов или же замене пустых бутылок, — объявила Люмин, как только они уселись на диван — Аяка села рядом с Люми, Альбедо забился в противоположный угол дивана и Итэр попытался сесть так, чтобы уважать личное пространство своих соседей. Получилось так себе. — Тогда я буду ставить на паузу, как только мне понадобится идти за напитками, — пробормотал парень, нащупывая рукой пульт. — Начинаем. Судя по отсутствию шевеления рядом, Альбедо просидел всю начальную сцену, внимательно следя за происходящим. — Обожаю этот кусок, — шепотом произнесла Люмин, хрустя начосом. Итэр кивнул и забрал себе рамекин с острым соусом к своим чипсам. Бедо рядом тихо угукнул и слегка сместился на диване ближе к Итэру. Дальше они смотрели относительно тихо, единственное что — Люмин постоянно гневно шипела на появляющегося в кадре Бэтса, а Аяка тихонечко подпевала песням. Иногда Итэр выходил за пивом/сидром/другими напитками и по возвращении оглядывался на Альбедо, внимательно следившего за происходящим и лишь иногда попивающего сидр. В эти моменты почти мгновенно тот ловил его взгляд и слабо улыбался. Итэр не менее слабо улыбался в ответ и возвращался глазами к экрану. Так было легко забыть, что вчера его с сестрой могли убить. Тихий вечер у экрана за просмотром хорошего фильма — что могло быть нормальнее? Ну, за исключением того, что фильм был про преступников. Вот ирония. Ближе к концу фильма, слушая закадровый голос Дебби, Итэр снова начал следить вполоборота за Альбедо. Свет от экрана делал его черты еще острее, но нисколько их не портил. Наоборот, каким-то образом Бедо казался мягче и не таким уставшим, как раньше. Когда он неосознанно улыбнулся, всматриваясь в кадры и, как всегда, когда он был на чем-то сосредоточен, слегка наклонил голову, Итэр задержал дыхание на пару секунд и затем еле слышно выдохнул, чувствуя, как тепло разливается в груди. Он скучал по Альбедо. Очень, очень скучал. Сложно было представить, что они так легко общаются после декады разлуки. Но все же это происходило. — Хороший фильм. Мне… очень понравилось. Я бы пересмотрел при случае, — тихо произнес Альбедо, как только начались титры. Люмин издала победный клич и салютовала стаканом, где плескались джин с тоником. — Отлично! Добро пожаловать в наш маленький фан-клуб. Хочешь еще сидра? У нас еще есть джин-тоник и текила. У Аяки припрятано саке на особый случай… Альбедо заметно задумался. Итэр положил ему руку на плечо. — Не беспокойся. Если и выпьешь лишнего, ляжешь у нас. У меня в комнате тоже стоит диван, поспишь у меня. — Текилу, пожалуй. — парень наконец вышел из раздумий. Люмин присвистнула. — Тогда порежь лайм, пожалуйста, — попросила Аяка. — Итэр с Люмин нарежут так, что тебе достанется либо поллайма, либо жалкий огузок. — Эй! — Лично я предпочитаю поллайма, — примиряюще улыбнулась Камисато в ответ на возмущенный возглас своей девушки. Та вздохнула, коротко поцеловала ее в губы (Аяка что-то смущенно пропищала на тему «ну не при всех же» и покраснела) и жестом пригласила Альбедо на кухню. Тот согласно пошел за ней. — Он кажется хорошим, — нарушила тишину Аяка, глотнув своего сливового сидра. Итэр недоуменно посмотрел на нее и та продолжила: — Я говорю об Альбедо. По вам видно, что вы действительно хорошие друзья. Это замечательно, когда даже спустя долгое время разлуки вам комфортно рядом. Едва ли вы были с ним друзьями, будь он плохим человеком. С кухни донеслось «Люмин, прости, пожалуйста, но оба этих ножа тупы. Могу ли я попросить точильный камень?». Итэр прыснул в кулак. — Да, он… замечательный человек. Я его знаю с лет 7, наверное. Мы до 17 были не разлей вода. Правда, потом нам пришлось уехать… А потом здесь мы его не нашли. Никто ничего не говорил, но, во всяком случае, мы знали, что он жив. …“Я… не знаю, когда мы вернемся. Может, через год, может, через два, а может, вообще через пару месяцев». «Главное, возвращайтесь», Альбедо смотрел тоскливо, как домашнее животное, что провожает хозяина до двери и потом садится возле нее ждать. «Я бы дал тебе что-нибудь на память…» «Не надо, мы же не навсегда уезжаем», торопливо проговорил Итэр. «Так что не расклеивайся тут». «Берегите себя… Ох, черт, меня просили быть в лаборатории через пару минут». Они коротко обнялись и, подхватив сумку, Итэр вышел из дверей. Перед выходом он оглянулся — Альбедо стоял с приоткрытым ртом, будто пытаясь что-то сказать, но затем усилием закрыл рот и, улыбнувшись, поднял руку в знаке прощания, затем убежал восвояси. — …Этот добрейшей души человек заточил нам оба ножа и нарезал лайм! — от воспоминаний Итэра отвлек звонкий голос Люмин, вернувшейся в комнату с блюдечком лаймов и солонкой. За ней следовал Альбедо с бутылкой текилы и шотами, говорящий в ответ: — Это элементарная техника безопасности. Тупыми ножами можно не только ничего не разрезать, но и пораниться. Не думаю, что вы так уж хотите потом разбираться с ножевыми травмами на кухне. — Кончай нудить, тебе точно пора текилы. Итэр, разливай! Радостно суетясь вокруг кофейного столика и попутно разливая текилу, они выпили по шоту. Люмин подскочила к телефону, и, покопавшись там, возвестила: — Очередь музыки, Fleetwood Mac! — Старые, не очень старые? — уточнил Итэр, падая на диван и ойкая — под задницу попался пульт. — Как пойдет. Я поставила на рандом. Из колонок донеслось начало «Save Me A Place». Аяка хихикнула: — Видимо, сначала не очень старые. — Альбом «Tusk» очень хороший. Хотя я не уверен в том, что он мне нравится больше, чем их именной альбом, — заметил Альбедо, благодарно принимая свежую бутылку сидра из рук Итэра. — Еще бы, он всем нравится. Они еще немного посидели, обсуждая дискографию группы — оказалось, что за то время, пока они не общались, Альбедо тоже вплотную познакомился с Fleetwood Mac. Вечер шел своим ходом, они успели поговорить еще на несколько тем — Аяка с удовольствием рассказывала об Инадзуме, умалчивая лишь о своей семье, Итэр с Люмин делились историями о смешных и всратых клиентах с «основной работы», Альбедо же рассказывал забавные истории из будней работы судмедэкспертом. За это время успело смениться несколько песен и теперь играла «Like Crying». — Мы закинем наггетсы в духовку, — сообщила Люмин и, поманив Аяку, ушла на кухню. Итэр оглянулся на Альбедо, который с ногами забрался на диван и выглядел теперь совсем по-домашнему. — Ты в порядке? — Да. Почему нет? — слегка удивился Бедо, устраиваясь удобнее. — Ну… — юноша замялся. — Не то чтобы ты ожидал такой вечер субботы пару недель назад. Альбедо тепло усмехнулся краешком губ и отпил сидра. — Возможно, это именно то, чего я и ждал. Во всяком случае, вы вернулись. Как ты и обещал. — Поздновато, — пробормотал Итэр, чувствуя, как кончики его ушей краснеют. Альбедо улыбнулся шире. — Возможно, так и должно было случиться. Не то чтобы я фаталист, но… скажем так: хорошо, что сейчас, чем никогда. Альбедо всегда умел выбить дух простыми, казалось бы, ничего не значащими фразами. Итэр сглотнул и похлопал друга по руке: — Тогда я рад, что ты здесь. Мне не приходится одному страдать под звуки поцелуев с кухни. — и закатил глаза, как только услышал, как что-то разбилось на кухне под короткое ругательство Люмин. — Неужели такое… — Постоянно, боже. Я уже год думаю свалить в закат подальше от них, но они подкупают меня завтраком и обедами на работу. — Ах вот какого мнения ты о нас, — заметила Люмин, возвращаясь с Аякой под ручку с кухни. Та была раскрасневшаяся от алкоголя, обе были слегка растрепанные и с припухшими губами, но явно счастливые. — Дай мне шанс пожаловаться не причастному к этой квартире человеку, боги. — Итэр уткнулся в колени и драматически выдохнул. — Видишь, в каких условиях мне приходится выживать. На днях я пришел, зашел на кухню, а они там разд… — Раунд текилы! Кто за! — поспешно воскликнула Люмин. Аяка, красная как рак, шмыгнула за ее спину и активно закивала оттуда. Альбедо внезапно рассмеялся. — Вы само очарование, — едва выдавил он сквозь смех. Занятно, его смех почти не изменился за все эти годы, рассеянно отметил про себя Итэр, протягивая другу лайм. Его было приятно слушать. Телефон заиграл «Before the Beginning». Аяка, осушив вместе с остальными шоты текилы, встала и направилась к телефону. — Что хочешь поставить? — спросила Люмин. — Хм… Можно я поставлю просто твою аудиотеку на случайный режим, пожалуйста? — Давай. Заиграло что-то быстрое — Итэр не был уверен, что знает группу или исполнителя, но махнул на это рукой. Люмин поднялась с пола и потянула за руку Аяку, призывая танцевать. — Как насчет покурить? — спросил Итэр Альбедо. Тот, привычно забившись в угол дивана, кивнул и встал. Провожаемые нестройным подпеванием девушек, они вышли на балкон кухни. Итэр достал сигареты и зажигалку из кармана толстовки и подкурил Альбедо, затем закурил сам. На улице было прохладно, но, слава богу, их балкон был застекленным, так что было не так страшно. Альбедо провел рукой по волосам, снимая резинку и распуская волосы. — Кто бы знал, как от хвостов болит голова, — вполголоса пожаловался он. — Я-то знаю. И Аяка тоже, — зачем-то прибавил Итэр, не смея оторвать взгляд от распушившихся волос друга. Те в неверном свете фонарей под окнами создавали ореол вокруг его головы. — Хочется иногда подстричься, но… привычно, наверное. Во всяком случае, с такими волосами не противно и в зеркало смотреть. — Говорит человек, в которого влюбилось в свое время полшколы, — хохотнул Итэр, затягиваясь. Альбедо стрельнул в него взглядом с легкой укоризной и отвернулся. — Будто это мне было когда-либо нужно, Итэр. — Секунду, у меня есть идея. — Итэр не знал, вело ли его две текилы и пара пив, но он был абсолютно уверен в своих действиях. — Дай мне резинку. И повернись ко мне спиной. Альбедо посмотрел на него с непониманием, но отдал резинку и повернулся спиной. Итэр пропустил между пальцами его волосы (и постарался не думать о том, насколько они мягкие) и, чуть подумав, собрал их верхнюю часть в хвост и начал заплетать их в косу. Закончив, он закрепил ее резинкой и сообщил: — Увы, на полноценную косу твоих волос не хватает, так что как есть. Но хоть ничего в глаза лезть не будет. Тут из готовой прически прямо на лоб Альбедо упала прядь. Он робко ощупал ее пальцами и внезапно рассмеялся. Итэр подхватил его смех. Так, смеясь, они и вышли с балкона, спешно затушив забытые бычки в пепельнице. Остаток вечера прошел прекрасно — от болтовни до бездумных танцев под что попало в плейлисте. В одном из них даже Альбедо под конец вечера принял участие (когда Люмин вытащила его из дивана и потащила к брату и Аяке). Его окончательно растрепавшиеся пепельные волосы вспыхивали разными цветами под меняющую оттенок лампу, неизвестно откуда взявшуюся в их доме. Итэр смеялся как никогда и думал, что это замечательное чувство — чувствовать себя таким живым рядом с близкими.