МГКФ: сборник

      — Олеж. Я доверяю тебе, как никому другому. Но ты правда этого хочешь? Ну ведь странно это. Не понимаю всего этого.       Игорь правда не понимал в чем прелесть этого римминга. Волков относился к его мнению уважительно. Не приставал с просьбами сделать что-то подобное, как и не упоминал в целом об этом. Гром вообще был сторонником классики, но жизнь с Олегом под одной крышей показывала ему, что можно и не только в одной миссионерской заниматься. Это не было ханжеством, просто… Не все его партнеры могли принять в себя такие размеры. И это причиняло в некотором роде неудобства. Для всех.       Другое дело Олег. С виду замкнутый и нелюдимый мужик, который никого к себе и близко не подпустит, но в постели такой, что Грому иногда думать опасно об этом. Штаны в районе ширинки начинают трещать по швам. Потому что его волчик такой, что словами сложно описать. И глубоко в рот возьмет, и сам оседлает, принимая полностью в себя громовские размеры. И при этом такое лицо, что кончить можно от одного взгляда на него. А что только в этой голове творится в плане соблазнения. Кружево белья на крепком теле демонстрирует, встречая прямо у порога. От этого в глазах темнеет, а в голове набатом бьет лишь одного желание. Взять его. Быстро, глубоко, до скулежа и укусов по всей груди и шеи. Игорь любил его той любовью, о которой не напишут ни в одной книге. Слов попросту не хватит на описание всего того, что он чувствует по отношению к Волкову. Это более глубокая связь, которая связывает по рукам и ногам. Не выпутаться, только сильнее порезаться можно об эти веревки. И такая любовь была взаимной.       Разговор про данную практику всплыл как-то случайно. Волков спрашивал, чего хочет Игорь. Попробовать новое или же что-то из того, что они оба знают. Он был открыт к экспериментам любого рода. Если они не заканчивались травмами. Игорь эту мысль поддерживал и делал все, чтобы они оба получали удовольствие. И хотелось чего-то нового. Только не римминга, которого так долгое время избегал даже в мыслях. Но Олег подхватил свою мысль, расписывая возможное удовольствие от этого.       — Это не грязно, как ты думаешь. И в этом действительно нет ничего плохого. Ты же пальцами меня растягиваешь и ничего? Здесь примерно также. Только языком. Если хочешь, то я могу показать, как это делается. На тебе. — последнее говорит совсем тихо. Олег никогда не был против нижней позиции. Знал, что Гром никогда снизу не. То ли из-за психологической составляющей, то ли не доверял предыдущим партнерам настолько сильно. Истинные причины как-то умалчивались. Но сейчас все по-другому, и Игорь согласится? Волков осторожно подходит ближе, словно перед диким зверем стоял, который в любой момент мог накинуться на свою добычу. Ласково щеки касается ладонью, поглаживая кожу, целуя. Под губами колола щетина, но это было приятно. Пусть и вызывало раздражение на коже.       — Давай попробуем. Если не понравится, то и не будем продолжать. Как и возвращаться к этой теме. И если хочешь, я не буду касаться пальцами там. — осторожно говорит, очерчивая скулы.       Гром вздыхает тихо. И как такому Олегу отказать? Смотрит с неким волнением, губы поджимает. Касается трепетно и нежно. Такого валить на кровать надо и тягуче трахать до срыва голосовых связок и просьб быть грубее и быстрее. Но Игорь впервые готов действительно довериться настолько , что отдает контроль над собой и ситуацией в чужие руки. Потому что это был Волков. И этим все сказано. Ему можно доверять себя всего. Не подведет.       — Хорошо. Я согласен. Но если что-то будет не так, мы сразу же прекращаем.       Согласие. Вот что от него требовалось. Все остальное Олег взял на себя. Он всегда был инициатором в их отношениях. Игорь не стоял в стороне, заражаясь этим настроением, подхватывая. Хватает Волкова под бедрами крепко, прижимая к себе, относя в спальню. Спина на утро спасибо не скажет, но это не так уж и важно. Пока его любимый хрипло смеется, целуя жадно в губы. Возбуждает пиздец как.       Упав на кровать в спальне, чувствует, как Олег седлает его бедра, задирая футболку. Волков вылизывает его шею, оставляя на коже укусы, опускаясь ниже не торопясь. К груди припадает, целует грудь, кусая. Лижет широко соски, отчего Гром стонет тихо, плавясь под лаской, желая получить еще. Его мысли будто услышали. Мокро целуя кожу у пупка, прикусывая мягко, руками бедра сжимая крепко, потянувшись к резинке штанов, неторопливо стягивая вместе с бельем.       — Перевернись. — хрипло шепчет, снимая с Игоря футболку. Сам остался в домашней одежде, наблюдая за ним. То, как меняет позу, сначала на живот ложась, а затем на колени, упираясь локтями в матрас. В спине выгибается, Волков тут же поправляет. Мягко давит на лопатки, вынуждая лечь обратно. Любуется им. Распластанный по постели, не знающий, чего ожидать. Ничего. Сейчас покажет ему. Руки опускает на ягодицы, поглаживая кожу для начала. Дает время привыкнуть. Наваливается всем весом на него, целуя плечи и спину, отвлекая, пока пальцы крепче сжимаются на коже, сминая. Задница у Грома крепкая, одно удовольствие трогать ее. Целует мокро вдоль позвоночника, доходя до поясницы, отстраняясь.       — Не бойся, все хорошо. Но если что, скажешь остановиться, и я сделаю. — успокаивает. Не дает лишнего повода для волнения. Не хочет, чтобы Игорь вот так разочаровался в первом разе. Волков разводит ягодицы, открывая себе вид на вход. Гулко сглатывает от этого зрелища. Но держит все под своим контролем, крепко сжимая половинки. Не облажается, точно не перед ним. Расположившись между его ног, кончиком языка лижет по входу. Чувствует, как Гром дергается под ним, ногой лягнув. На счастье Олега промазал. То ли щекотно, то ли непривычно. Сейчас приучит. Повторяет движение куда более уверенно проходится по кольцу мышц, мазнув широко. Игорь не то простонал, не то всхлипнул, приподнимая бедра, поддаваясь назад, вжимаясь в лицо Волкова. Это было странно и как-то неправильно. Но почему-то хорошо, что пиздец. И это только начало, а член уже стоит крепко. С ним никогда еще не было такого, никогда не испытывал столько эмоций от одного лишь прикосновения.       Олег понимал, что Игорю это нравится. Что он хочет продолжения. Кружит языком по чувствительному месту, обильно смачивая слюной. Крепко держит его бедра, не отпуская от себя и не позволяя отстраниться. Поздно, товарищ майор. Теперь вам не уйти от этого. Волков осторожно давит на мышцы, но пока не проникает. Дразнит по большей степени, вызывая очередной стон у Грома. Если мог, то улыбнулся довольно от этих звуков, желая услышать еще и еще. Занежит и заласкает всего.       Игоря плавит от этого. От горячего и мокрого языка, от того с каким усердием Волков его вылизывает. Каким же он был трусом, когда сливался от этой идеи. Робел перед ним, не рискуя зайти настолько дальше. Он точно попросит Олега ударить его. За то, что отнекивался все это время, придумывая причины не делать этого. Но пока только мог выгибаться от ласк, сжимая крепко простыню, едва ли не скуля от удовольствия. Волков начал на анус давить языком, постепенно проникая. Крышу рвет от ощущений. Гром ладонь опустил вниз, протискивая под собственный живот, обхватывая член рукой, сжимая у основания. Кончить не хотел вот так позорно от минутного проникновения. Тут же по руке получает от Олега. Намек понятен, пальцы разжимает, убирая вовсе. Постепенно, мышцы начали растягиваться, позволяя куда более свободно проникать внутрь. Челюсть у Волкова затекла, но продолжал работать языком, словно делает в первый и последний раз.       — Олеж… Я пальцами хочу. — выдавливает из себя кое-как Гром. Было неловко признаваться в том, что ему хочется куда большего. Это ломает его изнутри. Но если это так хорошо, то почему должен отказываться от этого? Тем более это же Волков. Который будет внимателен и нежен. Осторожен. Прислушивается всегда к нему. Так почему не доверить ему сделать приятно себе. Олег и вправду прислушивается к просьбе, пальцы свои смачивает в слюне обильно, приставляя один, толкаясь им. Лижет потяжелевшие яйца, отвлекая от возможных неприятных ощущений. Разрабатывает мышцы, сгибая палец внутри. Игорь вздрагивает от этого, желая подмахнуть бедрами, но не позволяют этого. Волков на своем опыте знает, насколько это может быть травмоопасно, когда происходит впервые или же после долгого воздержания. Палец не член, но тоже может причинить свой дискомфорт. Проникнув по вторую фалангу, обхватывает губами головку чужого органа, посасывая. Проходится по всей длине, щекочет складки мошонки, добавляя второй палец, разводя их внутри. Раскрывает Грома еще больше. Хочет отвесить несколько пошлых комментариев, но решает не смущать слишком сильно.       Когда пальцы стали двигаться более свободно в Игоре, добавляет третий, двигаясь без какого-то ритма. Просто двигает ими быстро, касаясь простаты. Волков лижет края дырки, проникая языком, насколько это было возможно, слыша тихие всхлипы. Грома размазало по постели. Дернувшись, излился на простыни, пачкая их. Что-то попало и на кожу Олега, но ему было все равно. Вытаскивает пальцы, опускаясь между его ног, слизывая сперму с чужого члена. У самого крепко стояло, причиняя болезненные ощущения. Измазав руку в семени, доводит себя за несколько движений рукой, кончив обильно на ягодицы Игоря, падая рядом с ним.       — Ты как? — хрипло спрашивает, заметно волнуясь. Гром, кое-как развернувшись к нему лицом, тянется, целуя в губы жадно, не думая о том, где этот язык недавно побывал. Отстранившись когда в легких начало жечь, смотря на Олега.       — Охуенно. В следующий раз в качестве подопытного на эксперименты будешь ты.