Нас осталось двое во всем мире...

Достоевский открыл глаза и не сразу понял, где находится. Было тихо, только под боком у него сопел Сигма. Темноволосый поднялся и подошёл к заколоченному окну. Простиравшиеся до горизонта поля были покрыты туманом, правда не густым. Тонкой линией тянулся в далеке лес. Где-то за ним должна была находиться деревня. Федор прикинул на глаз, сколько времени придется ехать туда. - Федь? Куда мы теперь поедем? - послышался сзади глухой с просоня голос Сигмы. - За лес. Там деревня, нужно будет набрать немного припасов. Я потом надеюсь хотя бы несколько недель в населенные пункты не заезжать. Достоевский отошёл от окна и достал из-за прилавка аптечку. Выудив из нее бинты, он кинул их Сигме. - Зомби кусают сразу за шею. Замотай ее получше. Так хоть в какой-то безопасности будешь. - А ты? Разве не собираешься себя защищать? - По крайней мере, я смогу за себя постоять, - грубо ответил Федор, собирая вещи в рюкзак. Он действовал быстро, понимая что скоро здесь может оказаться намного больше мертвецов, чем сейчас. - Почему же ты меня до сих пор не бросил? Я ведь обуза для тебя, правда? - как бы извиняясь за свою беспомощность, произнес Сигма. Достоевский посмотрел на него. Какое-то воспоминание промелькнуло перед глазами Федора. Он вспомнил, как когда-то обидел своего младшего брата и на него смотрели такие же, полные обиды, глаза. - Прости... Я тогда пойду, раз тебе не нужен... - Сигма понуро поднялся, взял рюкзак и пошел к двери. Достоевский застыл на месте. Его охватил животный страх, воспоминания, от которых Федор так старался избавиться, которые пытался забыть, нахлынули на него, похоронив под собой все чувства темноволосого. - Нет! Стой! Остановись! - Достоевский кинулся вперёд, повернул Сигму к себе и с силой вжал его в стену. - Не смей! Не уходи, понял?! - в панике зарычал Федор, все сильнее сдавливая его плечи. - Хорошо... Только отпусти, мне больно... Да что с тобой, Федор? - испуганно спросил длинноволосый. Слёзы на щеках Сигмы высохли, уступив место удивлению. - Я не позволю умереть тому, кто мне дорог... Ещё одна смерть не произойдет из-за меня... Мало того, что мой брат погиб из-за моей глупости. Ты похож на него, Сигма, поэтому останься, прошу... - Федор поднял на него глаза, полные боли. - Мне в любом случае идти некуда... - как-то неловко, покраснев, произнес Сигма. Минуту спустя Федор успокоился и вернулся в свое типичное состояние хладнокровной расчетливости. - Ты шею замотал?... Хорошо. Тогда можешь набрать сладостей в дорогу и поехали дальше. Здесь нельзя оставаться надолго.

***

Был уже примерно полдень, когда парни вышли из здания заправки к машине. Федор, на всякий случай, залил бак топливом до полного и помог Сигме загрузить вещи в багажник. - Ты сзади сядешь или рядом со мной? - спросил Достоевский, открывая дверь и садясь за руль. - Рядом с тобой. Сигма сел на сиденье и пристегнулся. Машина тронулась, выезжая на основную дорогу. Длинноволосый следил за мелькавшими за окном предметами. Он размышлял над словами Достоевского и пытался представить, что могло произойти с его братом. Но задать прямой вопрос парень стеснялся. Пару раз он уже открывал рот, но все равно смелости не хватало. - Хочешь спросить? Задавай вопрос, - будто прочитав его мысли, сказал Федор. - Что случилось с твоим братом? - Сигма потупил взгляд, волнуясь, что сильно задел чувства темноволосого. - Что с ним случилось?... А, мы поругались. Он хотел пойти учиться в одну школу, а я предчувствовал, что произойдет что-то плохое. В итоге он обиделся на меня и побежал прочь... А из-за угла вылетела машина и... Он умер в больнице, у меня на руках. Не хочу больше об этом говорить, прости, - Достоевский смахнул слезу, побелевшими пальцами впившись в руль. - Извини... Не хотел заставлять тебя все это вспоминать... - прошептал Сигма и отвернулся к окну. Машина уже летела по лесной дороге, впереди поблескивал просвет. Вскоре внедорожник въехал в небольшую деревню. Достоевский остановил машину, вылез и, открыв багажник, достал винтовку и патроны. - Сигма, сиди в машине и не вылазь. Я быстро обойду все дома и вернусь, хорошо? - спросил Федор. Парень кивнул. Ему казалось, что тут нет ничего страшного и, чуть только Достоевский скрылся среди домов, он вылез наружу. Сигме понравилось это место. Густой лес вокруг придавал деревне сказочный вид, блестевшее недалеко озеро выглядело похожим на зеркало. "Пойду прогуляюсь в ту сторону", - подумал Сигма, шагая по мокрой от росы траве. Парень совершенно забыл и про опасность, и про зомби апокалипсис, и про весь ужас, происходивший вокруг него. Именно поэтому длинноволосый не успел ничего предпринять, когда услышал быстрые шаги сзади. Его первой мыслью было то, что это Федор, а вторая и появиться не успела. На голову Сигмы обрушился сильный удар и парень упал на траву... ... Достоевский ловко вскрыл сундук и вытащил из него какое-то тряпье. Хмыкнув, Федор продолжил рыться в вещах, всем сердцем чувствуя, что что-то случилось. Тишина деревни казалась ему странной. Здесь было как минимум десять домов, а если брать в расчет то, что в каждом было по несколько кроватей, то хоть пятнадцать зомби он должен был встретить. Но мертвецов не было вообще. Ни трупов, ни самих "гнилых". Ими даже не пахло, что делало это место ещё более странным. Вдруг Федор уловил запах дыма. Несложно было понять, откуда он идёт. Достоевский мгновенно выскочил из дома и, пригнувшись, полетел к машине. А в это время Сигма уже очнулся. Голова ужасно болела и он не сразу осознал, где находится и что вообще творится вокруг. Лишь спустя минуту с лишним, парень понял, что совершенно голым привязан с столбу посереди поля. Кругом сновали люди в черных плащах, похожие на сектантов. Они приносили под столб ветки, тряпки и хворост. В далеке стоял их глава. Это было понятно по его властной осанке и украшениям на шее. За его спиной горели два огромных факела. Когда под столбом, к которому был привязан Сигма, образовалась достаточная куча всего, сектанты выстроились в два ряда по бокам столба. Глава прошел вперёд и поднял руки к небу. - О братья мои! Мы уже принесли в жертву нескольких человек и до сих пор боги не тронули нас! А этот чужак пришел издалека и мог привести с собой других богов, что ещё не вкушали жертв наших! Так давайте же обратим его в почести для богов чужеземных, дабы они не тронули нас! - громко и торжественно произнес он. - Погодите! Какие боги? Что происходит? - закричал Сигма, пытаясь порвать верёвки. - Он зовёт богов своих! Жгите же жертвенный огонь! - не слушая парня, продолжил глава секты. Один из людей в черном подошёл к столбу и чиркнул спичкой. Маленький огонек отражался в глазах Сигмы. По его щекам потекли слёзы. "Прости, Федя... Ты не виноват в моей смерти, это я во всём виноват..." - подумал Сигма и вдруг увидел Достоевского. Федор стоял в стороне, шатаясь и сильно согнувшись. Руки темноволосого висели как плети, совершенно без какого-либо движения. Достоевский поднял голову и захрипел. Это не были человеческие слова. Скорее звук, который издавали зомби. Медленными, нетвердыми шагами, покачиваясь на ходу, Федор приблизился к замершим сектантам. Проходя мимо одного из них, парень повернул голову и оскалился. Послышалось рычание. Два-три сектаната попятились, прячась за спину друг друга. Достоевский подошёл ближе к столбу и замершему рядом человеку в черном плаще. Сигма только сейчас заметил, что его друг весь в крови. - Федя! Федя, что с тобой? - закричал парень, все же понимая, что это уже не Достоевский, а живой мертвец. Зомби повернул голову и посмотрел на него. Глаза Федора остались такими же светлыми и ясными, как были прежде. Сигма с облегчением вздохнул, когда заметил еле видную усмешку на губах темноволосого. А Достоевский вдруг зарычал и кинулся на стоящего в недоумении сектанта. Впившись ему в горло, Федор схватил голой рукой спичку. Эти действия произвели тот эффект, который и следовало бы ожидать. Сектанты, увидев что их жертвоприношения не помогают, кинулись врассыпную, а уже поднявшийся и принявший нормальную позу Достоевский выхватил пистолет и выпустил весь магазин в убегавших. Потом он сплюнул кровь и повернулся в сторону Сигмы. - Я же сказал тебе не выходить из машины. Зачем ты сюда полез? - спросил Федор, развязывая верёвки. - Мне показалось, что тут спокойно и я решил прогуляться... - оправдывался Сигма. - Не стыдно тебе?... Кстати об этом... Длинноволосый залился румянецем и попытался прикрыться руками. - А, э! Не смотри! - вскрикнул Сигма. Достоевский усмехнулся, снял плащ и протянул его парню. - Держи, надень. Пойдем, найдем в деревне что-нибудь на тебя. Сектантов не бойся, они уже летят со всех ног где-то в лесу, - подбодрил Федор студента. Сигма пошел вслед за ним к домам. Босые ноги колола трава и по этому парень изредка подскакивал. В первом же доме Федор нашел брюки и рубашку. Пока Сигма приводил себя в порядок перед зеркалом, Достоевский опустошил всю кладовую и кухню дома. Под конец он нашел в шкафу целые залежи таблеток и бинтов и тоже швырнул их в рюкзак. Постепенно начинало темнеть. Выжившие вышли из дома и подошли к машине. Сигма свернулся колачиком внутри и ждал Достоевского. Внедорожник вновь тронулся. Сначала они ехали в полной тишине. Но Сигме не терпелось уже поговорить с Достоевским о чем нибудь. - Слушай, Федя, а я могу тебя Достом называть? - поинтересовался парень, не зная, как начать беседу. - Можешь. Называй меня хоть Феодорой, лишь бы я понимал, что ты меня зовёшь, - ответил Достоевский. - Ты меня опять спас, а я даже поблагодарить тебя нормально не могу. Неловко как-то это понимать. Вот бы и я мог спасти тебя когда-нибудь... - мечтательно протянул Сигма. - Когда-нибудь обязательно это произойдет. Я просто обязан научить тебя держать в руках оружие. Понимаешь, Сигма, спасение товарища это поезд в два конца. Сначала ты спасаешь его, а потом он спасает тебя. И так бесконечно, пока кто-то из вас... - Достоевский осекся, понимая, что будет значить следующее слово. - Пока кто-то не опоздает? Ты это хотел сказать? - спросил Сигма. - Да. А теперь давай поговорим о чем-нибудь более приятном. Например, кем ты хотел стать, когда был маленький? - поспешил перевести тему Федор. - Я мечтал стать путешественником. Хотел путешествовать по миру и спать в палатках... Что же, эта мечта сбылась, правда совершенно не так, как я себе ее представлял. А ты? - Сначала думал, что стану военным или полицейским. А потом мне попалась книга про мафию... И я твердо решил стать главой мафии. Ну, не сбылась моя мечта, - Достоевский усмехнулся. - До апокалипсиса жил, как мог. И не бедно, и не богато. Охотился, продавал дичь. Книги писал иногда. Картин пару нарисовал. Нужно было денег заработать, так в больницах подрабатывал. Потом вообще медбратом записался. Чувствовал долг перед братом, что поделать. - Прости конечно за этот вопрос, но как звали твоего брата? Я хотел бы о нем больше узнать, - Сигма поерзал в кресле, снова чувствуя себя неловко. - Я бы не хотел говорить о нем. Могу сказать только, что он был точной копией меня, только поменьше ростом. Если такое количество информации тебя не устроит, потом расскажу больше, - пообещал Достоевский, всматриваясь в темноту. Вдруг машину сотряс удар и внедорожник резко остановился. Что-то хрипело и шевелилось под капотом, медленно прекращая движение. Федор вытащил пистолет и приоткрыл дверь. Громыхнул выстрел и раздался тихий хрип. - Что там? - с тревогой спросил Сигма. - Да так, просто "гнилой". Не волнуйся, - Федор закрыл дверь и продолжил движение. У него было очень бледное лицо. В зеркало заднего вида Сигма увидел, как в свете фар поднялся на дороге человек невысокого роста, а скорее мальчик. Он бросил на машину взгляд мертвых, белых глаз и потопал следом. Пока внедорожник отъезжал от места столкновения, Сигма успел разглядеть белую, порванную одежду, всклокоченные темно-фиолетовые волосы и клетчатый шарф на шее мертвеца...